32

— Занятное зрелище, не находите?

— Простите? — поворачиваюсь лицом к стоящему рядом зеленоглазому мужчине из делегации эльзанцев.

— Разве вы не находите странным, что каждый из них, пытаясь доказать собственную правоту, стремится перекричать другого? Словно от того, кто окажется громче, а не от того, насколько другая сторона готова идти на компромисс и уступать, будет зависеть конечный исход переговоров.

Пожимаю плечами, не особо горя желанием вступать в беседу с хитрым помощником лорда Финча, и продолжаю наблюдать, как, накинувшись друг на друга с небывалым рвением, спорят посол и граф Клосс, не желая ни в чем уступать оппоненту, проверяя выдержку, прощупывая слабости и ища недостатки в обороне противной стороны. Остальные не торопятся вступать в эту бессмысленную полемику.

Прибывшие в поместье после завтрака вассалы быстро узнали в Кайдене наследника престола — им довелось бывать в столице и при дворе — и после короткой паузы на шок и удивление быстро смекнули что к чему, выразили уважение и готовность служить. Если среди них и были те, кто не был рад переговорам с Эльзанией, то теперь они вынуждены проглотить свое возмущение.

— Кажется, в переписке с императором Тэлисином вы не упоминали о том, что принц также будет участвовать в переговорах. Иначе мы бы не были поставлены в такое затруднительное положение. Сколько бы было сэкономлено времени, если бы нам не пришлось спешно писать доклад в империю и откладывать обсуждение договора о сотрудничестве до прибытия ответа от его императорского величества.

В словах рыжеволосого слышится неприкрытый упрек.

Что ж, полагаю, что наши соседи имеют право негодовать.

Они ехали сюда, чтобы обсудить со мной, представляющей интересы герцогства Сваллоу, открытие приграничных пунктов и возможности торговли, совершенно не подозревая о том, что на их головы вдруг упадет такой пирог с неба в виде наследного принца, готового наладить международное партнерство между двумя давно прекратившими диалог странами.

Искали медь, наткнулись на золото.

Понятное дело, лорду Финчу в срочном порядке пришлось строчить императору письмо с изложением текущих фактов. Теперь остается только ждать ответа и разрешения монарха продолжить диалог. В том, что его величество Тэлисин даст добро, никто не сомневается.

— Поверьте, для меня это тоже было сюрпризом, — отвечаю с ноткой раздражения в голосе.

Я почти не спала и едва ли прикоснулась к завтраку, понятное дело, что настроение у меня так себе. Вдобавок к этому странное поведение Кайдена выбило из себя. Ехидные замечания этого малознакомого человека — последнее, что хотелось бы слышать.

Ответ императора не заставляет себя долго ждать, письмо прибывает через портальную арку к вечеру того же дня. К этому моменту лорд Финч и граф Клосс поумерили пыл и облюбовали бережок пруда, проведя половину дня за ловлей рыбы. Кайден куда-то делся, видимо, сбежав от досаждающих ему вассалов. Что было очень подло, поскольку, потеряв из виду принца, они обратили все свое внимание на меня.

— Ваша светлость, нам бы хотелось услышать от вас объяснения. Как и когда в герцогстве Сваллоу оказался его высочество? Как получилось, что о его визите не было ничего известно? — вопрошает барон Фернел.

— А меня больше интересует, когда наша герцогиня и принц успели помириться, — загадочно тянет Деклан Пэрриш, единственный молодой человек среди четверки пожилых вассалов.

Всему королевству известно о том, что мы с Кайденом, мягко говоря, давно перестали друг с другом ладить.

— Глаз с вас не отрывал, когда вы не смотрели, а стоило вам обернуться — быстро отворачивался, — растягивает в улыбке тонкие губы вдова-виконтесса Мэриголд Хамильтон.

Стоящий рядом с ней лорд Кук молча кивает. Этот человек никогда не был особенно разговорчивым.

Перевожу взгляд с одного на другого, гадая, так ли уж беспочвенны мои сомнения в их лояльности.

— Принц прибыл недавно, инкогнито, — даю расплывчатый ответ барону. — Остальные вопросы к нашей работе не относятся.

С утра, поговорив с Кайденом, решили, что чем придумывать сомнительную ложь, лучше говорить как можно меньше, позволив людям самим сделать выводы.

Деклан пожимает плечами, состроив жалостливое выражение лица, словно у него из-под носа увели сочный кусок мяса.

— Логично, будь я на месте кронпринца, до подписания на бумаге договора с Эльзанией, тоже предпочла бы не разглашать лишнего. В случае, если эта затея не выйдет, никто не посмеет тыкать в это пальцем. К тому же, его величество король Лесетиус предвзят, уже давно было пора забыть обиды минувших поколений и установить с империей дружбу, воевать с ними мы точно не в состоянии… — знающе рассуждает виконтесса.

Барон Фернел кивает, соглашаясь, и возвращается к текущим делам:

— Насчет сформулированных вами с графом Клоссом правил товарооборота мы не возражаем, против открытия пропускного пункта на границе тоже, а остальное не в нашей компетенции. Однако, если наследник взял под личный контроль возобновление отношений с эльзанцами, несомненно, герцогство окажется в центре внимания…

Продолжаю слушать, хотя давно уже понимаю, что теперь ответственность за сделку с Эльзанией легла на плечи Кайдена. Как и о чем он договорится с соседями — мне, как герцогине, останется подчиниться. В любом случае мой феод приобретает выгоду, так что жаловаться не на что.

Отмашка императора Тэлисина позволяет возобновить работу. Когда обе стороны согласны и готовы к конструктивному диалогу, результат не заставляет себя ждать. Через два дня Кайден ставит свою подпись на договоре.

Бумагу озаряет золотистое свечение, означающее, что документ вступил в силу.

Соответствующее правилам этикета неискреннее предложение погостить в герцогстве послами вежливо отклоняется. Оно и к лучшему, куда спокойнее. Мало ли, не приведи небо, вдруг передумают. Это будет очень не кстати.

Провожаем гостей, рыжеволосый и зеленоглазый секретарь дольше положенного держит мою ладонь в своей, а после, не разрывая зрительного контакта, наклоняется и запечатлевает на ней неуместный поцелуй.

От этого контакта у меня поднимается тошнота, а внутренности скручивает, но я лишь вежливо улыбаюсь и киваю мужчине на прощание, про себя надеясь, что в этой жизни нам больше не придется встречаться.

— Надо же, он действительно посмел… — протягивает стоящий рядом мрачный Кайден.

— В отличие от тебя, некоторым не чужды манеры и воспитание, — хмыкаю, наблюдая краем глаза, как отбывает прочь дипломатическая процессия.

Багаж отправлен через врата, но людям придется преодолеть горный хребет, чтобы вернуться восвояси. Путь неблизкий и полный опасности.

Скоро и нас с принцем ждет дорога.

— Действительно, — в голосе Кайдена слышится ирония. — Я подумал, что весь этот пиетет между двумя давними друзьями можно опустить.

Хмурюсь, прикусив губу.

Друзья?

С каких это пор, простите?

— Какой иначе мог быть мотив у герцогини спасать меня, если не память о старой дружбе? Не могла же ты мечтать о том, чтобы после требовать оплату долга за спасение жизни. Естественно, что как человек, который провел с тобой детство и лучше всего разбирается в твоем характере, я не могу придерживаться столь низкого мнения…Однако, признаюсь, понятие дружбы у тебя довольно всеобъемлющее.

Кайден недвусмысленно облизывает губы, словно налакавшийся сметаны кот, намекая на все те поцелуи. Невольно вспоминаю ощущение его хозяйничающего языка во рту и тут же заливаюсь румянцем.

Да он издевается!

— Ты сам решил, что я твоя жена! — шиплю на Кайдена, едва замечая бросаемые столпившимися на крыльце поместья вассалами в нашу сторону взгляды.

— Это недопонимание — твоя вина! Как я могла сказать правду, когда понятия не имела, что происходит и почему ты вдруг свалился на мою голову ни с того ни с сего, когда у меня только начало все складываться?! Что я должна была делать? Как объясняться, когда я даже не знала, как себя с тобой вести?

Топаю от бессилия ногой.

Между нами годы обид, стена предвзятости и тянущий на дно балласт из оскорблений, не говоря уже о шрамах, оставленных разочарованием.

Судя по лицу, он явно забавляется.

— О, так и было? Но разве нужно было так правдоподобно играть? В тебе погибла великая актриса, моя дорогая Лисси. Где-то скорбно плачет режиссер.

— Не называй меня так.

— Все эти поцелуи, купание в озере, пылкие взгляды, завтраки по утрам…

— Это ты готовил, я здесь ни при чем, — бурчу, опустив голову.

Так и знала. Надо было сдерживаться. Надо было…Но как? Всю жизнь любила только я, разве могла знать, как себя вести, когда вдруг любят меня. Сомневаюсь, что есть на свете те, кто был бы в силах устоять перед таким искушением.

— Ну конечно, — саркастично кивает принц, сжимая добела пальцы в кулаки.

— Чего ты от меня хочешь?

Мы остались наедине, все разошлись, единогласно решив подарить нам немного приватности. Один только напоследок брошенный знающий взгляд Деклана Пэрриша чего стоил…Сгореть бы со стыда, тогда точно мне не нужно было бы больше терпеть общество Кайдена.

— Разве я недостаточно стараюсь? Договор с Эльзанией, мой голос на Совете Семи… — не успеваю договорить до конца, когда вдруг мужчина резко приближается, подаваясь вперед и вытягивая губы.

— Что ты творишь?! — отпрыгиваю назад, округляя от шока глаза.

Принц недовольно кривит рот, его глаза вспыхивают от ярости, между бровей глубокая морщинка, свидетельствующая о глубокой степени недовольства.

— Какая самоотверженность! Ждешь от меня корзинку с фруктами в знак признательности? Как будто я не знаю, что ты спишь и видишь, как бы от меня избавиться. Если твой план сработает, я окажусь во дворце на троне, а ты будешь продолжать свою счастливую жизнь в этом захолустье. Прекрасно! Но позволь поинтересоваться, Лиссандра. Ты хоть раз задумалась спросить о том, чего хочу я?

Небо, с самого утра затянутое тучами, разражается громом, служа грозным аккомпанементом обвинениям принца в мой адрес. По телу вдруг распространяется слабость.

Тупо моргаю, пытаясь по лицу Кайдена понять, чем он недоволен. Теряюсь в догадках, какой ответ желает услышать принц: сможет ли он его успокоить или, наоборот, раззадорит, как развевающаяся в руках матадора красная тряпка на корриде?

Во всех трех вариантах сюжета, поведанных Эноком, разве главный злодей не жаждал украденного у него из-под носа трона?

Когда святая осуществила свой план и привела во дворец пред очи короля истинного наследника августейшей крови — Лазара, бандита без фамилии — разве не поклялся в своем сердце преданный дорогими людьми Кайден вернуться и отомстить?

Тогда почему у меня возникает такое чувство, что нынешнему Кайдену не нужна ни месть, ни власть?

Отсюда резонный вопрос: что еще тогда нужно этому мужчине?

Растерянно моргаю, чувствуя смущение и стыд, не в силах поднять голову.

Идти на компромисс, уступать…Перекричать и переспорить Кайдена у меня все равно не получится. Но ведь он сам отказывается говорить прямо!

— Когда я говорил, что подожду, был уверен, что до тебя быстро дойдет, — вдруг весело заявляет принц. — Но и представить не мог, что пока ты думаешь, у меня объявится соперник.

Удивленно поднимаю глаза. Небо снова рычит, серые тучи пронзает вспышка молнии, и на землю устремляется влага.

Сезон дождей в герцогстве официально начался.

— Этот треклятый рыжеволосый пройдоха посмел у меня же на глазах…Лисс? Ты в порядке?

Меня трясет. Глаза словно заволокло пеленой. Голос принца доносится еле слышно, будто я на дне глубокого озера.

Дождь становится сильнее, капли тревожно барабанят по крыше над нашими головами, эхом раскаты грома раскалывают небеса.

— Эй? Дыши, дыши…Вдох-выдох! Смотри на меня, вот так…Давай же, Лисси, делай как я, вдох…

Задыхаюсь, не в силах дать телу нужное ему количество кислорода, на глаза выступила влага, перед глазами темнота, меня мутит, и даже полный беспокойства голос принца становится все тише и тише под весом нахлынувших без предупреждения воспоминаний.

В ту ночь тоже была гроза…