Глава 9

- Если бы ты после этого его убила, я бы тебя понял.

Взгляд ее гостя - недобрый, руки сжаты в кулаки. Это уже лишнее… Она разжала его пальцы, сплела их со своими и снова прильнула к плечу. Не надо бы ему нервничать… Ей это не на пользу.

Почему вообще она ему все это рассказывает? Потому что за сто с лишним лет накопилось слишком многое, о чем нужно рассказать? И так и не нашлось того, кому можно рассказать. Людям нельзя - пресловутый первый пункт конвенции. А другим вампирам… Маргарита с трудом сдержала нервный смешок. Какое до этого дело другим вампирам? И вообще вспоминать свою жизнь до воплощения - моветон, жаловаться на нее - непростительная слабость.

«Если ты выглядишь как еда - тебя съедят»… Что поделать? Люди выглядят как еда.

- Только я его не убивала. Как только я стала вампиром, он перестал для меня существовать. Ничего не осталось - ни любви, ни ненависти…Вампиры не слишком интересны друг другу.

- А ты для него?

Это был плохой вопрос. Плохой, потому что правильный. Маргарите не хотелось бы на него отвечать.

- Что-то же он делал у тебя на кухне? И до этого приходил… - не унимался оборотень. И он уже не казался таким милым.

- Он пытался за мной присматривать… Пожалуй, даже оберегать. Может быть, чувство вины?

- Разве у вампиров бывает чувство вины?

Маргарита пожала плечами. У некоторых вампиров вся жизнь состоит из чувства вины…

- Он ведь приходил не просто так. Может, хотел о чем-то предупредить? О ком он с тобой говорил? - продолжал допытываться оборотень.

Маргарита отстранилась - этот парень хоть сам понимает, что творит? Конечно, желание помочь похвально. Но в некоторые вопросы лучше не лезть. Особенно если ты уже влез так далеко, что дальше некуда.

- Он предупреждал меня о тебе.

Она снова прижалась к его плечу.

* * *

- Если что-то пойдет не так - дай мне знать.

- Ты уже третий раз это повторяешь!..

Они - на черных простынях, в комнате - полумрак, который разбавляет лишь свет ночника. В этом полумраке обнаженный торс оборотня смотрится высеченным из камня… Нет, вылитым из бронзы. Из несуществующей в природе пластичной, гибкой бронзы.

Он прижимает ее к себе, и она кажется себе маленькой и слабой рядом с ним - большим и сильным. И от этого становится так сладко, так спокойно… А ей не должно быть сладко и спокойно!

Он захватывает ее губы долгим тягучим поцелуем. Он снова исследует ее, пробует на вкус… И сейчас уже не останавливается на губах - откидывает пряди волос и ласкает поцелуями шею.

Она чувствует все: его участившееся дыхание, стук его сердца, а еще такое соблазнительное биение жилки на шее. От последнего дыхание перехватывает и у нее. Больше всего на свете ей сейчас хочется попробовать, каков он на вкус.

- Ты должен знать, - с трудом выравнивая голос, говорит она, - мы не любовники… Если ты думаешь о какой-то романтической чуши - прекрати сейчас же! Это просто секс. Просто еда.

Он отрывается от нее, заглядывает ей прямо в глаза. Как она могла не замечать этого раньше: у него глаза хищника. И смотрит он так, словно это она - его добыча. От этого взгляда ей становится не по себе.

- Тогда приятного аппетита!

И он снова берет в плен ее губы, а она теряет все возражения, они рассыпаются, разбиваются о его тело, растворяются в его хриплом вздохе…

И сама она плавится в его руках - и становится не-собой. Но и не кем-то другим, будто снова перерождается…

****

Проснувшись утром, Маргарита с удивлением обнаружила, что чувствует себя прекрасно. То есть обычно. Так, как чувствовала себя последние лет сто с небольшим. И это как раз прекрасно.

Оборотень сопел рядом, тяжело придавив ее к подушке рукой. Впрочем, тяжело было бы для человека или для полуживого вампира, каким она была вчера. Сейчас эта тяжесть не чувствовалась, а чувствовалось кое-что другое, то, чего она предпочла бы не чувствовать больше никогда.

К нему хотелось прикасаться. Не хватать, не пить - жадно и досуха. Ему хотелось заваривать чай, спрашивать, как прошел день. Возможно, даже гладить рубашки. Хотя нет. Рубашки - это уже слишком.

Она коснулась рукой его волос, провела по щеке… Под боком зашевелилось, и объятия стали крепче.

И вот что это? Она сыта. Ей не нужно питаться… Она в полном порядке. Но она его хочет. Забытое, а может, и вовсе незнакомое чувство.

Он приподнялся на руке и поцеловал ее. Так, словно она была человеком, словно ничего сверхъестественного не происходило: двое проснулись вместе. И что тут такого?

- Мне нужно уходить. Ты как? Продержишься пару часов?

- Пару? Продержусь.

- Честное слово, я ненадолго. Возьму на недельку отпуск на работе и закуплю продуктов, чтобы тебе было чем питаться, - удивленный взгляд Маргариты, и тут же ответ: - батарейку тоже нужно чем-то кормить.

Марго усмехнулась: это было очень по-семейному, что ли. Они просыпаются вместе и планируют, как проведут этот день.

Совсем не то, что ей надо.

И все же лучше, чем валяться бездыханной и бессильно наблюдать, как превращаешься в иссушенную мумию.

Отпускать его не хотелось. Рядом с ним было спокойно. Не должно было быть. Все это - мягкие подушки, нежные объятия - не повод забыть, что кто-то неизвестный очень активно подсовывал ей этого оборотня. И как только этот оборотень появился в ее жизни, началась полная ерунда. И она не была настолько наивной, чтобы считать это случайным совпадением. В то, что сам он ничего против нее не замышлял, она практически верила, ну может быть, с небольшой поправкой на ветер. Но что задумал тот, кто его к ней подвел, все еще оставалось неизвестным.

Оборотень (Денис, его зовут Денис, надо бы уже как-то называть его по имени, хотя бы в мыслях) вышел из ее дома. И тут же дом наполнился страхом. А что если тот, кто пришел за Алексом, теперь придет и за ней?

* * *

Постороннее присутствие она почувствовала еще до того, как рядом с нею появился Маркус:

- Принимай гостя, хозяюшка, - мрачно проговорил он.

Маргарита лишь устало вздохнула. Уж чего-чего, а госте в ее доме в последнее время с избытком. Только вот почему он явился один, ему вроде по должности положено иметь рядом с десяток шестерок.

- А ты прекрасно выглядишь, и наручник тебя не берет.

Притворяться дружелюбной и доброжелательной не имеет никакого смысла, никаких дивидендов ей это не даст. Поэтому Марго буркнула:

- Что наденешь второй, чтобы наверняка?

- Не будь такой неприветливой. Так ты запросто наживешь врагов. А со мной лучше дружить.

Вот это и правда забавно! Маркус предлагает ей дружбу. От такой дружбы неприятностей может быть больше, чем от иной вражды. Другое дело, что излишне враждовать с ним тоже не стоит. Так что Маргарита постаралась максимально смягчить черты лица и даже улыбнулась.

- Хорошо, давай дружить. Скажи мне по-дружески, ты уже нашел того, кто на самом деле убил Алекса? А то твоя новая подруга что-то устала ходить в этом украшении.

- Не прибедняйся, ты с ним отлично справляешься. Дело в оборотне? Расскажи, ты нашла какой-то способ питаться собаками?

А вот в этот вопрос лучше не углубляться.

- Ага, перешла на корейскую кухню. Так, может, ты расскажешь, как там мои дела?

- Твои дела нехороши, - он пригвоздил ее к месту тяжелым взглядом, - пока что все против тебя. В последние дни Алекс всерьез занимался каким-то вопросом, он даже отказался от двух дел, за которые раньше ухватился бы руками и зубами. Он тот еще карьерист. Был. А там можно было получить серьезные плюшки от коллегиума. В этот момент он бросает все и начинает заниматься какими-то вопросами, о которых никому даже не рассказывали. И единственное, что я могу предположить, вопросы эти были связаны с кем-то из близких. Кто-то из тех, кто ему дорог, крепко накосячил. Я, если честно, и не знаю никого, кто мог бы быть ему дорог, кроме тебя. А мы с ним проработали рука об руку практически пятьдесят лет в такой структуре, в которой о своих сотрудниках знаешь все. В общем, он не мог устроить всю эту чушь ради кого-то кроме тебя.

- Да с чего ты взял? За это время он мог обзавестись другими друзьями и подружками. А что держал их подальше от служебных дел, так это понятно. Такая у него служба.

- За день до смерти он приходил к твоей сестре. О чем они говорили?

К сестре? А вот это странно. Ни Алекс, ни Виктория ей об этой встрече не рассказывали. Впрочем, Алекс мог прийти к ней по любой причине. Может, надо было что-то спросить о делах минувших, или (в это Марго верила больше всего) поинтересоваться, как там она. К ней к самой он обращался только в самых редких случаях и предпочитал наводить о ней справки у сестры. А что могла сказать сестра? Все в порядке, все отлично, жива, здорова (вампиры не болеют), питается регулярно, чудит в меру.

- Ты не там ищешь, - устало проговорила Маргарита. - Но я могу сказать это хоть десять раз, ты все равно мне не поверишь.

- Хорошо, давай поищем в другом месте. Поговорим об этом оборотне. Ты нарушила конвенцию, он знает о том, кто ты.

- Конвенция касается только людей. Я ее не нарушала.

- Безусловно, касается только людей. Только что-то я не видел у этого парня клыков и шерсти, а рядом с ним - парочки вонючих дружков. И если мы спросим о нем у оборотней, они сделают круглые глаза и не поймут, что мы вообще от них хотим. Он ни разу не оборачивался. Верно? Он человек. Ты наследила в парке. И окончательно все испортила в больнице. И теперь человек, который не собирается становиться оборотнем, знает о нашем существовании. И когда Алекс пришел сказать тебе об этом, ты его убила.

- А чтобы никто не догадался про оборотня, позвала его к себе ночевать. Это же лучший способ спрятаться, правда?

- Поэтому я и здесь. Это выглядело странно. Если ты хотела спрятать оборотня, тебе не следовало с ним встречаться. Вот я и пытаюсь выяснить, какие еще грешки есть за тобой, достаточные для того чтобы решиться убить Алекса. Во что ты ввязалась, Марго? Я уверен, что не ты главный злодей, ты запуталась, тебя использовали, твоими руками убрали Алекса. Расскажи, кто это сделал, и наказание будет минимальным. Может быть, вообще избежишь наказания.

Маргарита вздохнула: если бы ей было что рассказывать.

- Покрываешь своих дружков? - сузил глаза Маркус.

- Нет никаких дружков, - устало проговорила Марго.

- Что ж я давал тебе шанс. Доказательств больше чем достаточно. Заседание Коллегиума будет завтра. И не думай, что-то кто-то проявит снисхождение, если я их об этом не попрошу.

Маркус бесшумно вышел из ее квартиры, оставив Марго стоять в растерянности. Если бы это случилось сто с лишним лет назад, она бы обязательно разревелась. Но, увы, вампиры не плачут. Даже этого у нее нет.