Глава 2
С этими грабителями, дальнейшими допросами полицейскими и жандармами, я пропустил просмотр апартаментов. От риелтора на телефоне значилось шесть пропущенных звонков. Перезвонил.
- Ваше сиятельство, у меня нет возможности ждать, может завтра утром посмотрите апартаменты? – услышал я в трубке голос риелтора.
- Вы извините меня, обстоятельства так сложились, я даже позвонить вам не мог! – ответил я, вспоминая наставления Прохора: «Спесь свою аристократическую на приёмах великосветских показывать будешь, а с простыми смертными веди себя уважительно!» – Во сколько мне завтра приехать?
- Если вам так будет угодно, ваше сиятельство, то к десяти.
- Договорились.
Поздно вечером пришёл дед, которому мы с Прохором, вернувшись из банка, рассказали о произошедшем.
- Да, Лёшка, не посрамил честь Пожарских, не посрамил… - он положил на стол бумаги и указал на них пальцем. – Это копии протоколов допроса, мне недавно принесли. А теперь расскажи мне, как всё было на самом деле. – дед поудобнее устроился в соседнем кресле и всем своим видом показал, что пока не получит ответы на все свои вопросы, гостевой флигель не покинет.
Мне скрывать было нечего, и я начал рассказывать во всех подробностях. Минут через пять неслышно появился Прохор, замер на пороге, и изобразил немой вопрос. После разрешающего жеста деда, он тихонько устроился в углу на стуле.
Когда я закончил, дед прокомментировал:
- Сходится с отчётом. Теперь твоя очередь. – обратился он к Прохору.
Единственное, что новое я узнал из рассказа Прохора, это то, что когда из банка донеслись звуки выстрелов, он заметил, что из машины, припаркованной около входа, выскочил мужик во всём тёмном и в маске, и заметался около дверей.
- За молодого барина я не переживал, он может за себя постоять, - Прохор, не скрывая гордости, посмотрел в мою сторону, – вот я и решил, как там в этих бумажках сказано, обезвредить преступника. Он, сука такая, палить в меня начал, когда я из «Нивы» вылез, но ему это не помогло. – я заметил, как поморщился дед, услышав «сука такая», но ничего не сказал, а Прохор продолжил. – Потом людишки из сберкассы ломанулись, на упырей ничуть не похожие, а за ними следом и эта обезьяна с гранатой. Ваше сиятельство, вы меня знаете, каюсь, не утерпел, ручонку сучёнку в нескольких местах сломал, бомбочку забрал, и к барину молодому в сберкассу упырёнка потащил… – Прохор сделал вид, что ему стыдно за содеянное, но я, да и сам Глава Рода, чувствовали, что раскаянье насквозь фальшивое.
К Прохору в роду отношение было двоякое – с одной стороны простолюдин, с другой – воспитатель старшего внука главы рода. Когда встречались подколки или неуважительное отношение к нему лично – он терпел, но когда дело касалось меня… Прохор менялся на глазах. В таких случаях справедливость пытались искать только у главы Рода, других авторитетов для Прохора не существовало, да и то, чувствовалось, что князя Пожарского и моего воспитателя объединяло что-то, что не могли объяснить даже самые близкие люди. В общем, чувствовал себя Прохор в Роду Пожарских довольно-таки вольготно.
Вот и сейчас он рассказывал старому князю свою версию событий с уважением, нежели с подобострастием.
- Ну а дальше барин всё правильно описал, мне добавить нечего… - закончил он.
Глава Рода кивнул головой и откинулся в задумчивости на спинку кресла. Мы сидели в молчании несколько минут.
- Выходит так, что покушения на члена Рода Пожарских, не усматривается? – нарушил тишину дед, и, к моему удивлению, посмотрел не на меня, а на Прохора.
- Если я ничего не упускаю, то не усматривается, ваше сиятельство. – ответил тот, напрягшись.
Вся напускная бесшабашность мгновенно слетела с Прохора. Передо мной сидел подобравшийся зверь, готовый к прыжку. Таким я видел его нечасто, только на тренировках в лесу, да и то не всегда.
- Осмелюсь спросить, ваше сиятельство, есть основания полагать?.. – спросил он.
- Алексей, ты рассказывал Прохору, зачем ты поехал в банк? – проигнорировал дед вопрос моего воспитателя.
- Нет, сказал, что со счётом какая-то неразбериха…
- Расскажи нам ещё раз, заодно и про то, что ты узнал в банке.
Во время моего рассказа я заметил, что лицо Прохора слегка расслабилось. Когда же закончил, дед сказал:
- Ничего нового я не услышал, придётся выяснять происхождение денег по своим каналам. Алексей, отдыхай, а я пойду в дом. Прохор, проводи меня.
Когда они ушли, я кинулся к окну. Дед с Прохором медленно шли по дорожке и о чём-то разговаривали, причём, мой воспитатель успокаивал что-то выговаривающему ему Главу Рода.
«Что за тайны мадридского двора?» – подумал я и решил всё выяснить поподробнее у Прохора, когда он вернётся.
Но выяснить мне ничего не удалось…
- Ты чего, Лёшка, какие тайны? Побойся Бога! Это деду твоему везде заговоры мерещатся, и ты туда же! – отбрехался от меня вернувшийся Прохор, после моей попытки что-нибудь узнать. – Князь за тебя беспокоится, вот и накручивает меня, чтоб значит лучше приглядывал.
И опять, как после той беседы с дедом в саду, у меня осталось чувство недосказанности…
* * *
Апартаменты были шикарными и стоили своих четырёхсот рублей в месяц. Огромная гостиная с камином, совмещённая с кухней, большая прихожая со шкафом-купе, две спальни, кабинет и два санузла – один гостевой, а второй, с джакузи и душевой кабиной, хозяйский. Мебель, очень неплохого качества, прилагалась. Окончательно меня добил вид из окон гостиной и кабинета на небольшой парк, расположенный через тихую улочку от дома, тем более сама квартира располагалась на четвёртом этаже шестиэтажного дома. Кроме того, за этой квартирой были закреплены два места в подземном гараже, спустится в который можно было на лифте. Не забыла риелтор рассказать и про ресторан «Русская изба», расположенный на первом этаже, для жителей дома там существовал целый ряд скидок и приференций, позволяющих питаться ресторанной едой чуть ли не дешевле, если готовить самим.
Если меня больше интересовал интерьер и вид из окон, то Прохора – бытовые мелочи. Он быстро пробежался по квартире, проверил батареи, всю сантехнику, свет, особого внимания удостоилась вся кухонная техника, особенно варочная поверхность и духовка. Оставшись довольным результатами инспекции, он важно кивнул:
- Пойдёт.
Подписав стандартный договор аренды апартаментов на год, я тут же перечислил на указанный риелтором счёт две тысячи четыреста рублей – плату за полгода, после чего мне были вручены ключи от квартиры с пожеланиями всех благ.
- Ну что, Прохор, начнём обживаться? – спросил я своего воспитателя.
- А что тут обживаться-то, вещи из гостевого флигеля перевезти и всё… Продуктов ещё надо купить и постельное бельё, остальное вроде всё есть. – он посмотрел на меня. – Я тогда поехал до особняка Пожарских, а ты можешь здесь остаться, там мне слуги помогут собраться, да и продуктов дадут.
- Договорились.
Когда я уже закрывал за Прохором дверь, раздался звук открывающихся дверей лифта, и появилась девушка в спортивном костюме белого цвета и белых же кроссовках.
- Привет! Вы мои новые соседи? – подойдя к нам, спросила она красивым низким голосом.
У не только голос был красивый. Это было само совершенство! Девушка была выше среднего роста, с отличной фигурой. Её русые волосы, были стянуты в «хвост», она смотрела на меня большими глазами зелёного цвета с длинными пушистыми ресницами, тёмные брови были «вразлёт». У красавицы был тонкий прямой нос и полные губы. С восторгом её разглядывая, я рисковал показаться невежливым, но, судя по реакции девушки, она к такому привыкла. Чем больше я на неё смотрел, тем больше мне её лицо казалось знакомым. Из ступора меня вывело покашливание Прохора.
- Простите меня великодушно, сударыня, ваша красота совсем сбила меня столку! – сказал я, вспомнив уроки этикета и элементарную вежливость. – Позвольте представится, Алексей, а это мой воспитатель – Прохор. – тот ухмыльнулся. – И да, с сегодняшнего дня, судя по всему, мы ваши соседи!
- Вижу, Алексей, уроки этикета вы не пропускали! – девушка мелодично рассмеялась. – Мы с вами тёзки, меня зовут Алексия.
- Очень приятно, Алексия… - я замолчал от удивления.
Теперь я её узнал. Это была Алексия. Нет, это была АЛЕКСИЯ! Звезда Российской, и не только, эстрады. Именно она, ещё учась в консерватории, возродила такой, казалось бы, забытый жанр, как романс. Конечно, все романсы в её исполнении были в современной обработке, но такой, которая не только их не портила, но и добавляла новое звучание.
- Вижу, тёзка, что узнали. – она с улыбкой рассматривала сменяющиеся на моём лице эмоции. – Да, это я.
- Вдвойне приятно будет жить по соседству с вами, Алексия! – это было единственное, что я смог придумать.
- На новоселье пригласите? – продолжала улыбаться девушка.
- Всенепременно! – кивнул я и повернулся к своему воспитателю. – Прохор, когда отмечать будем?
- Да хоть сегодня, Алексей Александрович! – браво заявил он. – Отмечать мы завсегда готовы!
Я вопросительно посмотрел на девушку.
- Простите, уважаемые соседи, но я сегодня не могу, завтра рано утром клип доснимаем, сами понимаете, надо быть в форме… - она развела руками. – Вот если завтра?.. – девушка посмотрела на меня вопросительно.
- Алексия, позвольте пригласить вас завтра вечером на новоселье! – я уже начал немного осваиваться в её присутствии.
- Обязательно буду, Алексей Александрович! – она изобразила намёк на книксен, в спортивном костюме смотревшийся очень забавно. – Позвольте вас покинуть. – девушка ещё раз ослепительно улыбнулась и отправилась к двери своей квартиры, открыла её и, помахав на прощание, исчезла внутри.
- Лёшка, подбери челюсть, вывихнешь! – ухмыльнулся Прохор.
- Да ну тебя! – махнул я на него рукой.
- А девка огонь! А как поёт… - закатил он глаза.
- Это да, а теперь она наша соседка! – сказал я мечтательно.
- Ага, а если она по ночам у себя в квартире поёт? Всякие там фа диез с си бемоль? Или ещё хуже – всякую творческую шушеру к себе водит? Покоя в доме не будет! – умел Прохор спустить с небес на землю.
- Я готов терпеть что угодно! Одно только то, что она будет жить рядом, дорогого стоит! – не сдавался я.
- Не поспишь пару ночей, сам побежишь с ней отношения выяснять! – ухмыльнулся он. – Всё, я поехал, не скучай! А лучше сходи в ресторан, перекуси, меня долго не будет, а в доме из еды ничего нет.
Когда Прохор ушёл, я заскочил в квартиру за карточкой и телефоном, закрыл дверь, и спустился в ресторан. Риелтор не обманула, интерьер был стилизован под старину – самовары, пучки трав, подвешенные на грубых нитках, туески, горшки разных размеров, прихваты, чучела медведей и кабанов, нарочито грубо сколоченные столы и стулья, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся прочными и очень удобными. Заняв один из столов, я дождался официанта, одетого в вышитую косоворотку, штаны и короткие сапоги.
- Молодой господин изволит откушать? – я кивнул. – Позвольте предложить вам «меню». – он протянул мне папку и отошёл мне за спину.
Я даже глазом не повёл. Сказались уроки этикета и закалка праздников в особняке Пожарских, где в присутствии и под пристальным наблюдением всей главной ветви рода, приходилось демонстрировать безупречное знание этого самого этикета «смоленским ублюдком».
- Мне ушицы и карпа под сметанным соусом, любезный. – я решил устроить себе рыбный день. – И стакан клюквенного морса.
Официант удалился, а я продолжил рассматривать интерьер ресторана, который мне нравился всё больше и больше. Чувствовалось, что человек, занимавшийся всем этим убранством, вложил душу – все предметы русской старины, казалось, стоят на своих местах, только что расставленные рачительной хозяйкой, а хозяин вот-вот вернётся с охоты с очередным трофеем. Если по замыслу оформителя в этом ресторане создавалась домашняя атмосфера, то это ему удалось в полной мере.
Чуть не забыл, надо пригласить на новоселье Сашку Петрова, моего друга из Смоленского лицея.
- Сашка, привет! – дождался я его «Слушаю». – У меня завтра новоселье, жду тебя вечером! – взял я «быка за рога».
- Алексей, прежде всего здравствуй, очень рад тебя слышать, и обязательно буду, диктуй адрес! – рассудительность Сашки никак не вязалась с его стихами и картинами.
Продиктовав адрес, я поинтересовался его делами.
- Завтра приеду и всё расскажу. Договорились? – друг был в своём репертуаре.
- Договорились. – ответил я с улыбкой и положил трубку.
Обед был очень неплох. Конечно, до домашней ухи, вернее ухи, которую мы с Прохором варили на костре, в прокопченном котелке на рыбалке, из только что пойманной рыбы, она не тянула, но… Карп тоже удался.
После того, как отобедал, я решил пройтись по окрестностям. Первым делом направился в виденный мной из окон парк. Надо отдать должное московскому Генерал-губернатору, Великому князю Владимиру Николаевичу, родному брату Императора, он заботился о вверенной ему Москве – в центральных районах столицы было запрещено строительство высотных зданий, больше шести этажей, ветхое и старое жильё сносилось, на их месте строили здания в едином архитектурном стиле, дороги, по мере возможности, расширяли, не забывали и о парках и зонах отдыха. Вот и этот небольшой парк был ухожен – тополя подстрижены, дорожки подметены, лавочки расставлены. Работал даже маленький фонтан, вокруг которого носились малыши под присмотром мам. Судя по моим прикидкам, именно через этот парк мне будет удобнее всего добираться пешком до Университета, шпиль главного здания которого, виднелся у меня из окна гостиной. Погуляв по парку, я вернулся к теперь уже своему дому и решил обойти его с другой стороны. Теперь я окунулся в атмосферу старой Москвы – несмотря на нарядный вид и отреставрированные фасады, попадались двухэтажные дома с цокольным этажом и окнами ниже уровня тротуара. Потратив на исследования окрестностей два с половиной часа, я вернулся в свою квартиру, законно предположив, что за годы учёбы ещё исхожу этот район вдоль и поперёк.
Прохор вернулся ближе к вечеру, и не один, а с двумя слугами из особняка Пожарских, которые помогли занести в квартиру наши с ним нехитрые пожитки.
- Позвони деду и пригласи его на завтрашнее новоселье, очень уж он интересовался, как мы здесь устроились. – сказал мне Прохор, копаясь в пакетах с вещами.
И действительно, почему я забыл про деда? Звонок откладывать не стал.
- Деда, добрый вечер!
- Добрый вечер, внучёк!
- Деда, мы завтра решили новоселье устроить, я тебя приглашаю! Заодно и квартиру посмотришь! – заявил я бодро.
- Хорошо, Алексей, заскочу на часок. – в голосе старика чувствовалась скрытая радость.
- Буду ждать, деда! – я положил трубку.
Из шкафа-купе выглянул Прохор.
- Будет?
- Обещал заехать на часок. – кивнул я.
- Это хорошо. Ты в ресторан сходил?
- Да. Довольно-таки приличным оказался. – сказал я.
- Я продуктов привёз, конечно, но завтра у нас будут гости. Сейчас вещи разложим, и я до ресторана схожу, поговорю на счёт завтрашнего ужина, заодно и сегодня на ужин что-нибудь закажу, а завтра обед сам приготовлю, нечего продуктам пропадать. – сказал он, и прихватив очередной пакет, исчез в недрах шкафа.
* * *
Первым, кто ко мне приехал, был Сашка Петров.
- Да, кучеряво живёшь, твоё сиятельство! – заявил он мне после экскурсии по квартире.
- А самое главное, посмотри в окно. – я подвёл его к окну гостиной. – Видишь шпиль Университета? – он кивнул. – Идти всего пятнадцать минут. – гордо заявил я.
- Классно! – улыбнулся Сашка. – Мне родители тоже недалеко от художки квартиру сняли в приличном доходном доме. Всего две комнаты, одну из которых я уже потихоньку в студию превращаю. Давай на следующей неделе и моё новоселье отметим? – подмигнул он.
- Давай! – с радостью согласился я.
Проболтали мы с ним ещё около часа, пока время не подошло к половине седьмого вечера и в дверь не позвонили. Открывший Прохор пропустил в квартиру двух официантов с тележками, на которых они привезли закуски и фрукты. Расставив всё красиво на столе в гостиной, они откланялись.
В семь в дверь позвонили вновь, и я, как хозяин пошёл открывать, предполагая, что это Алексия, дед обещал быть чуть позже.
- Поздравляю с новосельем, тёзка! – это действительно была она.
Сегодня девушка была одета в простое платье голубого цвета, сидевшее на ней просто великолепно, и туфли на высоком каблуке. Невольно залюбовавшись, я пропустил момент, когда она протянула мне какой-то свёрток с бантом.
- Спасибо, Алексия, пожалуйста, проходите! – я пропустил её мимо себя и закрыл дверь.
Войдя в гостиную, я стал свидетелем забавной картины – Сашка, в немом изумлении глядел на красавицу, которая повернулась ко мне и спросила с усмешкой:
- Какой, право, у вас друг, Алексей, не многословный!
«Наверное, я вчера также выглядел». – подумал я. Надо было срочно спасать Сашку.
- Алексия, позвольте вам представить Александра Петрова, моего друга! – друг что-то пытался промычать. – Александр, позволь тебе представить Алексию, она живёт в соседней квартире, и благосклонно согласилась поприсутствовать на моём новоселье! – улыбался я.
- Очень приятно познакомится, Алексия! – наконец вспомнил о вежливости покрасневший Сашка. – Не будет ли наглостью с моей стороны поинтересоваться у вас, не вы ли поёте те замечательные романсы?..
- Я, Александр, уж так получилось… - продолжала улыбаться девушка.
Чтобы разрядить обстановку, я зашуршал обёрткой, разворачивая подарок Алексии, привлекая тем самым и её внимание, и внимание моего друга. В коробке лежала серебряная подкова.
- Над дверью надо повесить, тёзка, будет отпугивать всякую нечисть, и привлекать удачу! – пояснила мне девушка то, что я, выросший на Смоленщине, знал итак.
- Спасибо, тёзка! – благодарно кивнул я.
- Ой, про свой подарок-то я и забыл. – заявил Сашка и бросился в прихожую.
Вернулся он с прямоугольным свёртком, который разворачивал на ходу.
- Вот, помнишь, я тебе обещал, дарю! – Сашка протянул мне картину, на которой была изображена моя Смоленская усадьба.
У меня защемило в груди – мой друг сумел настолько хорошо передать в этой картине образ усадьбы, что даже моих скромных познаний в изобразительном искусстве хватило чтобы понять, что из Сашки получится настоящий Художник!
- Какая красота! – воскликнула Алексия. – Александр, это вы нарисовали? – её глаза горели.
- Я. – опять покраснел мой друг.
- У вас несомненный талант! Давно картины не производили на меня такого впечатления! А что это за дом? – поинтересовалась девушка.
- Это усадьба Алексея на Смоленщине. – уже смелее ответил Сашка. – Алексия, а можно я вас нарисую? – спросил он неожиданно.
- Можно! – засмеялась она. – Только мы с вами совсем забыли про повод, по которому здесь собрались!
- Алексия, Александр, прошу, вино, закуски, за стол садиться пока не предлагаю, скоро ожидается мой дед…
Разлив по бокалам вино, мы с соседкой продолжили мило общаться, Сашка же выпал из нашей беседы, при этом тихонько рассматривал Алексию. Я знал этот его взгляд, видел неоднократно раньше, и, наклонившись поближе к девушке, тихо предупредил:
- Не обращайте внимания, он уже рисует ваш портрет.
- Я так и поняла. – улыбнулась она.
Александр вдруг встал и направился в прихожую, вернувшись оттуда с мольбертом, который он постоянно таскал с собой. Устроившись в уголке дивана, мой друг, схватив карандаш, начал рисовать.
- Это для него нормально. – прокомментировал я.
- Сама такая, когда хороший музыкальный материал попадается. – кивнула Алексия.
В обществе девушки время текло незаметно, пока нашу беседу не прервал звонок в дверь.
- Дед, наверное, приехал. Пойду открою.
И действительно, открыв дверь, я увидел перед собой князя Пожарского, одетого в строгий деловой костюм серого цвета в крупную полоску, белоснежную рубашку и галстук.
- Ну что, внук, показывай своё жилище! – вместо приветствия сказал, улыбаясь, он.
Я посторонился, пропустил деда, закрыл дверь и последовал за ним в гостиную. При появлении деда все находящиеся в гостиной встали, даже Сашка отложил мольберт.
- Позвольте представить вам моего деда, Михаила Николаевича!
Когда все познакомились, дед, в сопровождении меня, обошёл квартиру.
- Скромненько, но для студента пойдёт… - вынес он свой вердикт. –Пока не сели за стол, пойдем, покажу подарок на новоселье. Прохор, веди!
Мы все вместе спустились на лифте в подземный гараж, где Прохор подвёл нас к местам, закреплённым за нашей квартирой. Рядом с «Нивой» моего воспитателя стояла чёрная «Волга» последней модели с гербами Рода князей Пожарских на обоих передних дверях.
- Это Москва, Алексей, и ты должен иметь автомобиль, соответствующий твоему статусу. – серьёзно сказал дед и протянул мне ключи.
Машина была просто высший класс! Трёх-литровый турбированный мотор, шестиступенчатая коробка-автомат, салон из кожи бежевого цвета со вставками натурального дерева. Это был очень дорогой подарок на новоселье, впрочем, я сразу заподозрил, что эту машину я получил бы и так, как правильно выразился дед – статусу надо соответствовать, но всё равно, было чертовски приятно! Пока мы с Сашкой лазили по всей машине и громко обменивались впечатлениями, дед и Прохор с улыбками за нами наблюдали, а до Алексии, судя по моим впечатлениям, только сейчас начало доходить, кто у неё теперь числится в соседях.
- Ладно, ещё наиграетесь, а то красавица уже заскучала… - непререкаемым тоном сказал дед.
Поднявшись обратно в квартиру, мы, наконец, расселись за столом и приступили к трапезе. В отличии от нас, я имею ввиду меня, Александра и Алексию, пивших слабенькое вино, дед с Прохором употребляли водку. Поинтересовался старый князь и тем, чем занимается моя соседка, на что получил лаконичный ответ – музыкой, который его вполне удовлетворил. Сашка усидел за столом всего минут пятнадцать, после чего опять устроился на диване с мольбертом и вернулся только тогда, когда официант из ресторана доставил горячее.
- Александр, не покажешь нам, чем ты занимался весь вечер? – спросил слегка захмелевший дед.
- Конечно, Михаил Николаевич. – деваться моему другу было некуда и он, краснея, развернул мольберт рисунком к нам.
Старый князь аж крякнул и посмотрел на слегка зарумянившуюся Алексию, а мы с Прохором с улыбками переглянулись, готовые к тому впечатлению, которое производит на непосвящённых творчество моего друга. С простого карандашного наброска на нас смотрела Алексия, причём Александр сумел передать именно то впечатление, которое она производила при личном общении.
- Да, Александр, сумел ты меня удивить на старости лет! Так образ передать! – одобрительно покивал мой дед и ещё раз глянул на Алексию. – Окажи честь князю Пожарскому, нарисуй мой портрет! – сказал он серьёзно.
Сашка совсем потерялся… На выручку к нему пришла Алексия.
- Михаил Николаевич, Александр сначала мне обещал портрет нарисовать! – заявила она твёрдо, но стушевалась под тяжёлым взглядом посмотревшего на неё деда.
- А я его не тороплю, готов и подождать. Особенно, когда рисуют такую красоту! – его взгляд потеплел.
- Я нарисую, Михаил Николаевич, обязательно, но я действительно Алексии обещал. – вышел наконец из ступора мой друг.
- Вот и договорились! – продолжал улыбаться дед. – Предлагаю тост – за таланты, которыми богата земля Русская! – который был поддержан всеми присутствующими.
Вскоре дед засобирался домой, и я пошёл его провожать до его «Чайки».
- Друг у тебя настоящий талант, там говорить не стал, но за свой портрет я ему хорошо заплачу, не сомневайся, я помню твои рассказы, что он из бедной семьи. – говорил мне дед, стоя у открытой двери отечественного лимузина. – А с Алексией этой будь поаккуратней, Лёшка, обратил я внимание, как она на тебя смотрит, непростая девка, ой непростая! – и добавил. – Ну, у тебя своя голова на плечах есть!
Вернувшись в квартиру, я застал Прохора и Сашку с одной стороны дивана, а Алексию с непонятно откуда взявшейся гитарой в руках – с другой.
- До своей квартиры сходила. – показала она глазами на гитару, перебирая струны. – Вы не против, ваше сиятельство?
- Моё сиятельство не против. – с улыбкой и в таком же тоне ответил я.
Девушка спела несколько романсов, два из которых – «Бессонница» и «Воспоминание», по её словам, широкая публика ещё не слышала. Голос певицы звучал настолько проникновенно, передавая все оттенки эмоций, что хотелось то радоваться, то сопереживать, то плакать. Когда Алексия отложила гитару в сторону, в гостиной еще долго стояла тишина.
- Нет слов… - произнёс Прохор, глаза у которого подозрительно блестели.
- Спасибо. – смущённо улыбнулась девушка, и повернулась в мою сторону. – Алексей Александрович, благодарю за приглашение, я замечательно провела время! Прошу меня простить, но завтра мне очень рано вставать. – она поднялась с дивана, подхватив гитару.
Мы все поднялись вслед за ней.
- Это вам спасибо, Алексия, что украсили своим присутствием наше новоселье! – на правах хозяина ответил я за всех.
Сашка схватил свой рисунок и протянул девушке.
- Это только набросок. Могу ли я написать ваш портрет, Алексия?
Она с улыбкой взяла набросок, внимательно на него посмотрела, и задумчиво сказала:
- Мне казалось, что я ясно дала понять в разговоре с князем Пожарским, что очень этого хочу. Возьмите мой телефон. – она протянула ему визитку. – Давайте, Александр, созвонимся завтра, во второй половине дня, и всё обсудим?
Когда я это услышал, то почувствовал лёгкий укол ревности. Виду конечно не подал, но было несколько неприятно – Сашка знает её чуть больше трёх часов, а уже стал обладателем номера телефона, заполучить который мечтает добрая половина Империи.
Когда Алексия ушла, мы с Сашкой и Прохором посидели ещё около часа, вспоминая времена, проведённые на Смоленщине, после чего я вызвал своему другу такси и отправил его домой.
* * *
- Слушаю. – я ответил на разбудивший меня звонок телефона в восемь часов утра следующего дня.
- Алексей Александрович? – поинтересовался смутно знакомый голос.
- Да. С кем имею честь?
- Полковник Орлов, Отдельный корпус жандармов. Простите, что беспокою так рано, но не могли бы вы подъехать к нам на базу в Ясенево для проведения следственного эксперимента? – спросил он.
- Если это необходимо, Иван Васильевич, - вспомнил я, как зовут графа, - обязательно буду.
- Отлично. Адрес сейчас скину на телефон. И ещё, Алексей Александрович, Прохора с собой взять не забудьте.
- Хорошо, Иван Васильевич. Собираемся и выезжаем.
Сборы были недолгими и вот мы с Прохором на его «Ниве» мчимся по утренней Москве в сторону Ясенево. Со слов моего воспитателя, куда ехать он знал. Дорога заняла чуть больше часа, и вот, мы свернули на ничем не примечательную дорогу, ведущую в лес, и метров через триста оказались у больших зелёных ворот. При нашем появлении открылась небольшая калитка и из неё вышел человек в обычном армейском камуфляже без знаков различия с автоматом наперевес. Сделав нам знак не вылезать из машины, он подошёл к водительскому окну.
- Слушаю.
- Мы к полковнику графу Орлову, по вызову. – сказал Прохор.
- Документы. – вахтёр был немногословен.
Мы с Прохором отдали ему пластиковые удостоверения личности. Сверив наши лица, охранник вернул удостоверения и шепнул в рацию, висящую у него на плече, «Открывай» и обратился к нам:
- По аллее прямо, никуда не сворачивая, там вас будут ждать.
Ворота распахнулись, и мы заехали на территорию базы Отдельного корпуса жандармов. Как нам и говорил охранник, мы поехали прямо, пока не уперлись в автостоянку перед большим пятиэтажным зданием, на которой нас ждал граф Орлов, одетый в цивильное, и два незнакомых мне человека, оба в камуфляже.
- Доброе утро, Алексей Александрович! – протянул мне руку полковник, когда я вылез из машины.
- Доброе утро, Иван Васильевич! – я пожал её.
- Позвольте вам представить, ротмистр Смолов Виктор Борисович и штабс-ротмистр Пасек Василь Григорьевич.
Сопровождающие графа офицеры обозначили легкий кивок. Точно такая же процедура последовала и с Прохором, после чего Орлов сделал приглашающий жест следовать за ним, и мы направились по одной из боковых дорожек в сторону леса.
- Князь, я немного слукавил, когда сказал вам про необходимость проведения следственного эксперимента. – граф виновато улыбнулся, хотя раскаянья я не чувствовал. – в деле итак очень хорошая доказательственная база. Мы проанализировали ваши показания, показания вашего воспитателя, тщательно просмотрели записи камер видеонаблюдения… - он остро на меня глянул. – Если вы не против, князь, мы с моими сотрудниками хотели бы кое-что проверить.
- Что конкретно, Иван Васильевич? – слегка напрягся я.
- Вашу уникальную способность держать ментальный доспех. – ответил он.
- Как вы узнали? – мне стало очень неприятно от того, что кто-то, пусть и государева спецслужба, лезет в мои личные дела.
- На записях видеонаблюдения видно, что с первым преступником вы столкнулись случайно, и он попытался оглушить вас прикладом автомата, однако вы даже не отшатнулись, да и сам этот удар не причинил вам никакого вреда. – начал перечислять Орлов. – Следующее. Невероятная сила вашего удара, которая, если бы на преступниках не было бронежилетов, и они в момент опасности не потратили все оставшиеся силы на активацию своего ментального доспеха, привела бы летальному исходу. – он опять остро на меня глянул, продолжая размеренно шагать в глубь леса. – А ведь эти грабители – бывшие военные, и служили они совсем не в стройбате, а у вас только начальная военная подготовка, пусть даже и не одного проигранного учебного боя… - он замолчал на несколько секунд. – Скажите, князь, а вы сможете свалить своим ударом вот эту сосну? – граф остановился перед действительно здоровенным деревом.
Да, одно дело повалить эту сосну своей стихией, а другое – своим ментальным доспехом. Знал бы ты, Василий Иванович, сколько я у себя в имении именно таким способом деревьев повалил, погибающих правда… Да и во время тренировок с Прохором сколько было брёвен в щепы разбито… Мой воспитатель уделял этому моменту особое внимание – «Лёшка, учись дозировать силу, а то пришибёшь кого ненароком!» - неустанно повторял он мне. То, что смогу свалить эту сосну, я не сомневался, но тот же Прохор всегда меня учил скрывать свои способности, даже во время учебных боёв советовал делать вид, что побеждаю из последних сил, чему я неукоснительно и следовал. Кстати, а что скажет Прохор? Я повернулся к моему воспитателю, сделав вид, что растерялся от такого предложения графа. Прохор, стоявший неподалёку и слышавший весь наш разговор, встретил мой взгляд усмешкой и слегка кивнул, как бы говоря – «Колись, чего уж там…»
- Смогу, Иван Васильевич. – сказал я.
Граф аж крякнул, а офицеры переглянулись между собой.
- Да, Алексей Александрович, вы полны сюрпризов… - полковник разглядывал меня так, как будто видел в первый раз. – Надеюсь, вы не откажитесь от учебного боя с Василем Григорьевичем? – он махнул рукой в сторону Пасека.
Я опять посмотрел на Прохора, и он снова кивнул.
- Почту за честь!
- Отлично! – улыбнулся граф. – Тогда не будем откладывать. – и пошёл по дорожке дальше в лес.
Нам ничего другого не оставалось, как последовать за ним. Через несколько минут дорожка, после крутого поворота, вывела нас на огромную поляну, судя по всему, местный полигон, на котором присутствовало мишенное поле, полоса препятствий и спортивный городок. Особое место занимал непосредственно полигон для учебных боёв – большая квадратная площадка со сторонами примерно триста на триста метров. Именно к ней и направлялся полковник.
- Ну что, Алексей Александрович, время на подготовку требуется? – спросил Орлов, в то время, как Пасек отошел к противоположному краю полигона метров на сто пятьдесят от нас.
- Нет, Иван Васильевич. Я готов. – ответил я и, сорвавшись с места, на «темпе», побежал к своему противнику.
Надо отдать должное Пасеку, среагировал он мгновенно – тугой «кулак ветра», наполненный землёй, камнями и песком, устремился мне навстречу. С подобными техниками я встречался в школе, но были они исполнены конечно же не на таком уровне мастерства и силы. «Кулак» замедлил моё продвижение к противнику, но ненамного. Я почувствовал, что Пасек сместился чуть назад и влево, но не стал менять траекторию своего движения, пусть думает, что я не вижу его из-за пыли. Следующее, чем меня «угостил» противник, были три смерча, которые налетели с разных сторон, и попытавшиеся объединиться в один со мной внутри. Я же, не обращая на них внимания, продолжал двигаться к Пасеку, уже отчётливо чувствуя, что он рядом. Когда же я увидел сквозь пыль очертания его фигуры, чуйка буквально завопила об опасности – в меня полетели «воздушные серпы», но не обычные, которые пускают по прямой траектории, а те, которые одновременно сходятся в одной заданной точке, создавая в месте столкновения кумулятивный эффект – образуется очень мощный маленький смерч, который буквально просверливает насквозь и доспех духа, и тело владельца этого самого духа… Ощущения, скажем прямо, были не из приятных, в районе живота очень неприятно кололо, техника-то из арсенала воеводы, но и она задержала меня на пару ударов сердца. И вот, я приближаюсь к Пасеку, который просто стоит и не думает от меня бегать, как делали мои более умные одноклассники. Удар в грудь, в те же отработанные четверть силы, натыкается на ментальный доспех штабс-ротмистра, который от удара содрогается всем телом, делает шаг назад, но возвращается и бьёт в ответ. Я не уворачиваюсь, хотя и мог бы. Чувствительно, намного сильнее, чем самый сильный удар Прохора, но не более того. Интересно, на сколько хватит Пасека? Ещё на один удар? На два? А если в половину силы ударить? Убью, наверно… Рисковать не будем. Я делаю на темпе скользящий шаг правой ногой за правую ногу штабс-ротмистра, одновременно «облизываю» своей правой рукой его правую руку, обхватываю его шею с левой стороны, и начинаю душить. Штабс-ротмистра хватило на минуту, после чего я почувствовал, что его ментальный доспех исчез, а Пасек похлопал меня по ноге.
Только я расслабился и отпустил шею капитана, как опять заверещала чуйка. Обернувшись, я заметил, что в нашу сторону несётся «огненная плеть».
«Они совсем там идиоты? А если у Пасека совсем сил на ментальный доспех не осталось?» - промелькнуло у меня в голове.
Тело уже само знало, что делать, и, вскочив, я буквально бросился на кончик «плети», нацеленный на Пасека, хотя спокойно мог бы увернуться. В этот раз шутки кончились. Если Пасек вёл бой по нарастающей, проверяя меня, от простой техники до убойной техники уровня воеводы, то этот огневик мелочиться не стал, а сразу показал свой потенциал – кончик «огненной плети» «заплясал» по моему доспеху, доставляя очень неприятные ощущения жжения, ничуть не собираясь терять своей мощности. Когда я рванул в сторону очередного воеводы, «плеть» внезапно дёрнулась и начала обвивать меня вокруг тела, затрудняя движения и слегка обжигая. С таким я сталкивался впервые, даже Прохор про такое не рассказывал. Идея пришла внезапно – я ухватил обоими руками извивающуюся «плеть», намотал её на кисти, не обращая внимания на жжение, и дернул её на себя. Полыхнув напоследок синими огоньками, «плеть» рассыпалась. Не теряя времени, я на темпе рванул к моему новому противнику, который попытался меня остановить целой стеной из огненных смерчей, через которую я прошёл, как горячий нож сквозь масло – на тренировках с Прохором он мне демонстрировал и не такое. Наконец, в метрах десяти я разглядел своего противника - Смолова Виктора Борисовича, который, также как и Пасек, и не подумал от меня убегать на дистанцию эффективного поражения. В руках Смолова возникло по «огненному мечу» - оружие ближнего боя и последнего шанса у огневиков уровня воеводы. Точно такими же иногда пользовался Прохор, у которого эти мечи были около полутра метров, а у Смолова – метр, или даже чуть меньше. Тактика тоже была отработана – я на темпе приблизился к капитану, увернулся от «мечей» и подсёк ему ноги, уходя за спину, одновременно проводя удушающий приём. Ротмистра хватило минуты на полторы.
В стороне послышались хлопки ладоней. Вставая с земли и помогая подняться Смолову, я заметил приближающихся к нам графа Орлова и Прохора.
- Браво, князь, браво! – сказал полковник улыбаясь. – Лучших моих сотрудников на лопатки уложили! – глянул он на смутившегося Смолова и подходящего к нам Пасека. – Князь, а не хотите у нас поработать? – Граф продолжал улыбаться, глядя мне в глаза.
Я растерялся. На службу в Отдельный корпус жандармов, как правило, брали из армии и по отдельному приглашению. Конечно, в военных училищах был отдельный факультет, готовящий кадров для Корпуса, но допускали к поступлению туда курсантов после двух курсов обучения, да и то не всех. И тут такое предложение…
- Я не знаю, что вам ответить, Иван Васильевич, это так неожиданно… Тем более у меня на следующей неделе учёба в Университете начнется… - ответил я.
- А у вас в Университете, князь, в любом случае выделен отдельный день на военную подготовку, вот и будете у нас эту подготовку проходить. – он подошёл ко мне и взял под локоток, вернее попытался, наткнувшись на доспех духа. – Простите, Алексей Александрович, вы вообще его не снимаете? – полковник посмотрел на меня с удивлением.
- Привычка… - улыбнулся я.
- Ну ладно… Князь, не спешите давать ответ, подумайте, посоветуйтесь с вашим дедом… Телефон мой у вас есть, позвоните, мы с вами встретимся и всё ещё раз обсудим. Договорились? – он протянул мне руку.
- Договорились, Иван Васильевич. – я пожал её.
Когда мы с Прохором уже выехали за ворота базы Корпуса, я спросил у него:
- Что думаешь?
- Думаю, что надо соглашаться, Алексей. – ответил он серьёзно.
- Почему?
- Родине своей послужишь, а штаны в конторе протирать и без тебя желающие найдутся. – он глянул на меня и добавил. – С дедом обязательно поговори, он плохого не посоветует.
* * *
- Ну что, господа офицеры, прошу высказываться. – граф Орлов выключил видеозапись боя своих сотрудников с молодым князем Пожарским.
- Уникальный пацан, Иван Васильевич! – воскликнул первым штабс-ротмистр Пасек, как младший по званию и должности. – Мне кажется… нет, я уверен, что мы бы и с Виктором Борисовичем вдвоём с ним не справились! Настоящий «Камень»!
Полковник перевёл взгляд на Смолова.
- Согласен с Василем Григорьевичем, даже вдвоём и на пределе своих возможностей, шанс одержать победу над князем Пожарским у нас крайне невелик. – покивал головой майор. – Вы обратили внимание, Иван Васильевич, как он незадумываясь прикрыл собой Василя Григорьевича, когда я «плетью» ударил?
- Всё я видел. Молодец, грамотно провокацию устроил, в самый подходящий момент! – похвалил ротмистра полковник. – Итак, ваше мнение?
Смолов переглянулся с Пасеком и сказал:
- Считаем, что князь Пожарский подходит для нашего подразделения.
Граф Орлов задумался на пару мгновений, а потом неожиданно поинтересовался у подчинённых:
- Как думаете, а подходит ли ваше подразделение для князя?
Смолов и Пасек не нашли, что ответить.
Когда подчинённые покинули кабинет, полковник пробормотал:
- Надо бы срочно с генералом Пожарским увидеться… - и потянулся к трубке телефона.
* * *
- А хорош, хорош, ничего не скажешь! – сказал высокопоставленный чиновник своему помощнику, просмотрев видеозапись из Ясенево. – Что Орлов?
- Сватает молодого человека себе на службу, к «волкодавам». – ответил непримечательный человек.
- Всё получилось даже лучше и быстрее, чем мы планировали? – с улыбкой спросил высокопоставленный чиновник своего помощника. Тот кивнул. – Отлично, согласие получено?
- Нет. Сказал, что будет думать, с дедом посоветуется.
Хозяин кабинета ненадолго задумался.
- Ты вот что, срочно свяжи меня с Пожарским, а то не дай бог внука отговаривать начнёт!
Помощник молча поклонился и вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь.