Глава 12

Казалось бы, нет ничего сложного в просеивании песка, но на деле все иначе. Шляпа мало спасала от палящего солнца. Жара стояла неимоверная, пот крупными каплями стекал со лба. Я умывалась каждую минуту, но это мало помогало. Ног почти не чувствовала от холода, а руки дрожали от напряжения. Я то и дело роняла сито в воду и проклинала эсперов на чем свет стоял. Никогда не боялась тяжелой работы. Таскала полные ведра с колодца, поила лошадей, убирала за ними навоз. Всегда помогала матери по дому и часто копалась в огороде. Но прииск выбил из меня все силы уже в первые часы поиска камней. От того, что постоянно находилась в полусогнутом состоянии, неимоверно болела спина. Мозг плавился на солнце, а в глазах темнело. А самое обидное, что все мои усилия не увенчались успехом. Мне не удалось добыть ни одного камня, хотя Таура в это же время наловила целых семь.

— Держи, — шепнула и незаметно кинула мне в карман пару мелких камушков. — А то накажут и заставят всех работать до тех пор, пока ты не найдешь хотя бы один. Мы так однажды всю ночь с прииска не выходили. Думала, так тут и помрем. Вон, из-за этой, — кивнула она в сторону одной из девчонок.

— Почему у меня не получается? — тяжело вздохнула и вновь выронила сито. Плюхнула им со злости по поверхности воды и окатила себя приятной прохладой речных капель.

— Такое иногда бывает с новенькими. Камни не доверяют пока, наверное. Попробуй мысленно поговорить с ними. Попроси.

И каким бы бредом это не казалось, я начала мысленно обращаться к живым камням. Зачерпывала и просила, просила и зачерпывала. Все тщетно! Я тратила силы впустую. Пару раз едва не потеряла сознание. Хорошо, что Таура находилась рядом и успевала привести меня в чувства холодной водой.

Звон колокольчика стал настоящим спасением! Я выбралась из реки на карачках и уткнулась лбом в берег.

— Сдаем камни и идем обедать! Поднимите убогую! — заверещала Каспиана.

Меня подхватили под руки и подвели к ловушке. Я передала эсперу два несчастных камушка и поплелась за остальными к шатру. Села за стол и дрожащими руками потянулась к чарке с водой. Немного полегчало, когда осушила ее до дна. Таура и еще две мерцающие девчонки разложили обед по тарелкам, разлили компот и раздали каждой выпечку.

Каспиана сидела во главе стола и вальяжно потягивала вино из бокала, чем сильно раздражала. Таура права. Хорошо девица устроилась. Пока мы рвем жилы, тяжело работая на врага, она прохлаждается. Причем с таким нахальным видом, будто королева, а мы ее личные рабыни. Эсперы в это время суетились у ловушки. Наверное, пересчитывали добычу.

Когда с обедом было покончено, Каси не дала нам и минуты на отдых. Погнала обратно к реке, а сама скрылась от палящего солнца в палатке. Через некоторое время вслед за ней туда зашел Орхан, будто мало они с утра порезвились! Так и хотелось поджечь к Ханаану палатку с парочкой внутри! Тогда бы одним крылатым и предательницей стало меньше.

— Не расстраивайся, — приободрила улыбкой Таура и вновь кинула в мой карман свой камень. — Не сегодня, так завтра получится. Это только поначалу тяжело, втянешься потихоньку.

Я смотрела на добрую улыбку девушки и думала, что бы я без нее делала? Сама Солнцеликая послала мне на помощь Тауру. Никогда не забуду ее светлых глаз так похожих на глаза сестренки.

— Спасибо, — поблагодарила девушку и приступила к работе.

Спустя несколько часов нас снова напоили и накормили. На этот раз разрешили посидеть, отдохнуть, но этого было ничтожно мало. Я так устала, что почти не чувствовала рук и ног. О спине вообще молчу. Так и не сумела как следует разогнуться.

Казалось, этот день никогда не закончится, и моя новая жизнь оборвется в ледяной воде лимана, который напрочь отказывался гнать в мои руки заветные камни. Тауре вновь пришлось делиться со мной добычей.

Как только солнце закатилось за горизонт, по звону колокольчика объявили о конце рабочего дня. Шатаясь от усталости, я машинально переоделась и потопала вслед за остальными в клетку. О каком побеге может идти речь? На прииске провернуть подобное просто невозможно. Наверное, поэтому нас сторожило всего два эспера. Здесь мерцающие выматывались до предела.

Я припала щекой к холодным прутьям решетки и едва не уснула от монотонного покачивания клетки. Даже Таура на удивление молчала всю дорогу. Зато Каспиана цвела и пахла, не заезженная рабским трудом. Я потихоньку начинала ее ненавидеть за это. Интересно, Кайс знает, что одна из мерцающих прохлаждается на прииске и лишает его камней, которые она могла добыть за это время? Вряд ли. Если учитывать, что Харис прикрывает Орхана.

— Девочки, — заговорила с нами Каси, когда клетка прибыла на стоянку лагеря. — Сегодня общий ужин начнется позже обычного. У вас есть время на отдых. Всем спасибо за отличную работу! Расходимся! — хлопнула в ладоши и упорхнула.

Так и разбрелись все, кто куда. Мы с Таурой первым делом направились в душ. Хотелось поскорее смыть с тела липкость. Сбросить с плеч усталость. И теплая вода помогла мышцам расслабиться. Спина хоть и ныла, но позволяла нормально двигаться. Я чувствовала, что мое тело крепнет и обязательно привыкнет даже к такому тяжелому труду. Это и к лучшему. Проще будет сносить тяготы во время побега.

Таура вернулась в палатку, а я не захотела прозябать в душном помещении и решила найти себе место в тени. Отыскала перевернутое бревно, подтащила его под дерево с раскидистой листвой и села. Напротив в загоне резвились амфисеры. Странные у них забавы. Больше похожи на ожесточенные бои. Бодались рогами, взрывали землю когтями и кусали друг друга за хвосты. И только одна пурпурная тварь держалась особняком от остальных. Красиво свернулась кольцами на песке и положила сверху на чешуйчатую тушку змеиную голову. Казалось, она смотрит на меня в упор, не мигая большими глазами с черными вертикальными зрачками. Таура говорила, что однажды Верба съела мышь с ее подачи. Надо и мне попробовать прикормить животину. Вот только нелегко будет умыкнуть с кухни кусок мяса. Кара цербером следит за всем лагерем.

Я подперла ладонью подбородок и уставилась на амфисеру в ответ. Вот бы как в сказке обернуться змеем и уползти из вражеской обители так, чтобы никто и не хватился. Уж лучше бы не было во мне никакого мерцания. Глядишь, уже бы возлежала на мягких подушках Небесного Ханаана и бед не знала.

— Как прошел первый рабочий день?

Он подошел так тихо, что я вздрогнула от мужского голоса. Кайс, сверкая голым торсом, стоял совсем рядом и смотрел на меня подобно божеству, наблюдающему за возней насекомого.

— Прекрасно, спасибо, — не сказала, а выплюнула ему в лицо.

Потусторонние глаза зловеще блеснули, а на идеальном лице проступила еле заметная улыбка.

Я смотрела на него в ожидании, что генерал сейчас уйдет, но на удивление, он присел рядом и стеснил меня на бревне. Пришлось подвинуться на самый край. Сжалась вся от неловкости. В его присутствии ощущала себя ничтожеством и дико злилась на собственную никчемность и безысходность.

— Как себя чувствуешь?

Какое ему дело?! Зачем подошел? Поболтать?

— Сносно, — ответила вскользь и заскрежетала зубами. Нервно затеребила браслет, вглядываясь в сапфировые грани камней. Ушел бы поскорее и оставил меня одну. Плохо в его присутствии, сердце часто бьется, в жар бросает и дыхание обрывается. Сны еще эти глупые сразу вспоминаются. Забрался в мою голову мерзкий захватчик, теперь не выкурить ни чем.

— То, что произошло вчера на ужине, больше не повторится, — мягким ковром постелился тихий голос эспера. Он наклонился ко мне так близко, что теплое дыхание коснулось мочки уха, отчего я насквозь покрылась мурашками. Заерзала на месте, в попытке скрыть от его глаз гусиную кожу.

— Благодарю, — ответила, не поднимая взгляда. Пальцы, сжимающие браслет, задрожали, а вскоре замерли, когда их коснулась большая рука эспера.

— Красивый. Ты часто на него смотришь. Он что-то для тебя значит? — вскинула взгляд и столкнулась с генералом лицом к лицу.

— Да. Мне подарил его жених, — улыбка Кайса померкла, а глаза заметно потемнели.

— Ты замужем? — показалось, или проскользнули рычащие нотки в металлическом голосе?

— Нет, — тяжело вздохнула, не в силах оторвать взгляд от необыкновенных синих озер. — Я прыгнула со скалы в день свадьбы и повредила спину. Она не состоялась.

— Зачем? Ты так не хотела замуж, что сбросилась со скалы? — силился он понять мой поступок.

— Очень хотела, — воспоминания принесли в душу боль. Казалось, Вайу услышал мои мысли и поспешил утешить ласковым прикосновением ветра. — В наших краях иногда беркуты на детей охотятся. Я хотела спасти от него мальчишку, которого птица скинула со скалы. Не знала, что глубина озера не большая. Бросилась за ним и ударилась о дно. Так и стала калекой. Кому нужна такая жена, эспер Кайс? Вот и остался у меня от жениха только браслет. Родителям тоже не нужна была. Ваакри — местная знахарка увезла меня в обитель и долгое время заботилась. А потом пришли вы и убили единственного родного мне человека, — и почему я вдруг так с ним разоткровенничалась? Почему слез не удержала, не в силах сглотнуть холодный ком в горле?

Дернулась, отпрянула, когда захватчик смахнул слезу с моей щеки и медленно провел влажным пальцем от скулы до подбородка. Он заглядывал в мои глаза так пронзительно, что стало страшно, будто вот-вот причинит мне боль своим смертоносным взглядом.

— Я не убивал жителей обители. Обездвижил, чтобы не мешали искать мерцающих. Действия магии хватает от силы на час. Жива твоя Ваакри. Не плачь, — улыбнулся настолько очаровательно, что я сама от улыбки не удержалась.

— Правда? — просияла от потрясающей новости.

— Правда, — подтвердил и опустил взгляд на мои губы.

Я так расчувствовалась, что в порыве радости кинулась ему на шею и крепко обняла. Лишь спустя мгновение осознала, какую глупость совершила, но было уже поздно. Стальные объятия сомкнулись в ответ. Кайс шумно втянул носом воздух у моего виска и губами коснулся щеки. Я думала, что сердце мое вмиг порвет грудную клетку и выпрыгнет. Застыла в ужасе, перестала дышать. А потом ощутила дикий прилив сил, который позволил отпихнуть от себя полуголого мужика. Позабыв, что сижу на краю, свалилась с бревна на траву под смех эспера. Подскочила на ноги и раскраснелась вся. Жар приливами окатывал лицо. Металась из стороны в сторону, ничего не соображая.

— Забавная ты, мышка, — поднялся он с места с задорной улыбкой, развернулся и ушел.