Глава 28

Удара не последовало. Кресс нависал надо мной, поджав губы и зажмурившись, а его кулак так и замер в воздухе. Я испуганно вжалась в теплые шкуры. Ру нигде не было. Только чертов Кресс и целый сноп барвинков у меня на кровати.

— Ведьма, — процедил инквизитор. — Ненавижу.

— Взаимно, — тихо ответила я.

— Если бы я только мог…

— Подождать, — подсказала я. — Когда Ру позовет остальных инквизиторов, чтобы вы дружной компанией выпытали из меня признание и устроили сожжение на потеху всему Злейску.

Кресс отмер. Он быстро отошел в сторону, занимая место у стола с бинтами и зельем. Я долго буравила взглядом его спину, ожидая продолжения утренней эскапады. Его не последовало. Я села и осторожно свесила ноги на пол. Кресс оглянулся.

— Ты правда веришь, что он тебя убьет?

— Ты сам раз сто сказал, что я ведьма, — закатила глаза я. — Твой друг это тоже понимает. Просто ему хватает терпения, чтобы пудрить мне мозги сказками о прощении и спокойной жизни под крылышком инквизиции. Мы оба знаем, что это ложь.

— Если знаешь, что тебя казнят, почему не пытаешься сбежать? — задал резонный вопрос инквизитор.

Я сгорбилась и неуверенно покачала головой. Кости все еще ныли по ночам, напоминая мне, как тяжело было пробираться через Чащу. Я знала, что с приходом морозов станет хуже, если не придумать способ залечить их без вымачивания в бальзамах.

— Куда? — ответила я. — Куда бежать-то? Нет у меня других вариантов, а начинать заново каждый раз не могу. Лучше смерть, чем вечные кошки-мышки.

— Слабачка.

— Ты не был в моей шкуре, вот и не суди, — буркнула я. — Снимай эту рвань, надо сменить повязку.

— И так заживет.

— Загноится. Надо обработать и сменить бинты, а эти прокипятить.

— Почему ты меня лечишь? Сама же сказала, тебя казнят.

— Или сам придушишь, не сдержавшись, — фыркнула я, заплетая волосы. — Все равно не повод сидеть у печи и смотреть в окошко, не идут ли там инквизиторы. Надо же хоть чем-то себя занять? Вот я и буду варить лекарства. Местным-то без разницы, у кого лечиться.

Кресс задумчиво посмотрел на меня и все же стянул с себя рубашку. Точнее, те лохмотья, что от нее остались. Понятия не имею, как она на нем держалась. Может, успел подшить утром? Нитки и игла у меня всегда на видном месте.

Я встала и сходила умыться к колодцу. Уже который раз жалела, что во дворе нет ни сарайчика, ни бочек, ничего. Мне бы пригодился запас дровишек побольше, чтобы переждать зиму. Еще нужно было больше места, чтобы оставлять зелья на запас, а то в избе уже куда ни глянь, везде склянки, связки трав, корешки, порошки. А уж банька-то как пригодилась бы…

Тоскливо повздыхав, я вернулась к инквизитору. Тот собирал рассыпанный на кровати барвинок. Повисшее в воздухе недовольство можно было черпать ложками и раскладывать по банкам. Кресс терпеть не мог ведьм, я терпеть не могла инквизицию. Наша ненависть была взаимной и обоюдной. Только мне хватало чувства такта, чтобы не бросаться на мужчин в черном с топором. А вот инквизитор выдержкой похвастаться не мог.

Я мысленно дала себе подзатыльник, напоминая, что утром мне мог прилететь тумак. И оправданный: я сама лезла на рожон, добивалась конфликта. Только для меня физический ответ был неприемлем, а не обремененный интеллектом инквизитор знал лишь язык пинков и затрещин.

— Готов? — тихо спросила я. — Будет неприятно, но не так больно, как вчера.

— Никакой магии, — сурово произнес Кресс, усаживаясь на стул.

Для раненого самим Дивом он был отвратительно бодр и свеж, двигался уверенно и не терял координации. Когда я сняла повязку, на ней была одна сукровица. Я осмотрела рану. Удивительно, но она пахла обычно. Швы не расползлись, хотя этот молодчик наверняка все утро лазал по лесу, выискивая барвинок.

— Странно, — сказала я. — Ты должен был сегодня лежать в горячке и стонать от боли. Рана-то не пустяковая.

— Расстроена, что твои зелья не сработали?

— Наоборот, — буркнула я. — Надеялась, что не получится тебя так быстро вылечить. А ты вон, скачешь как конь и в ус не дуешь. Разве что бледный как поганка.

— Здесь только одна поганка. Ты.

— Спасибо, сочту за комплимент, — оскалилась я.

Ситуация снова накалялась, и я поспешила выйти во двор за водой. Если так будет продолжаться, мы друг друга убьем. Каждый наш разговор выливался в подначки и ссору. Я просто не могла себя контролировать рядом с этим… Козлом!