Глава 58

— Да чтоб тебя! — ругнулась я и попыталась скатиться с кровати.

Этот благородный порыв быстро пресекли. Кресс притянул меня к себе — и мечу! — поближе и заявил:

— Не ложись так близко к стенке. Простудишься. И подоткни с той стороны одеяло, ночью может дуть.

Я стряхнула с себя его руку, подумала и вгрызлась в запястье зубами. К сожалению, у карги могли вырасти только когти, но не клыки. Поэтому инквизитор мой укус проигнорировал. Он позволил мне немного пожевать свою руку, после чего легонько щелкнул по носу и быстро освободился.

— Успокоилась? — уточнил он. — Знаю ведь, пока не перебесишься, не уснешь.

— Чушь, — буркнула я. — У меня всегда быстро получается уснуть.

— Я каждую ночь слышу, как ты меряешь комнату шагами, хитро хихикаешь и что-то бормочешь. Ведьма, как есть ведьма.

— Ты собирался ночевать на полу, — напомнила я, уводя разговор в менее опасное русло. — Тебе же часто приходится спать в неудобных местах. На сеновале там или еще где.

— Да. Именно поэтому сегодня я лег с тобой.

Кресс задул свечу, и в комнате резко стало темно. Из окна лился серебристый свет луны, к которому я не сразу привыкла. Адаптировавшись, я посмотрела на инквизитора. Кресс лежал на соседней подушке, прижав руки к груди и прикрыв глаза. Ему бы цветок в ладони вложить, вылитый покойник.

Кресс почувствовал мой взгляд и с недовольным видом открыл глаза. Какое-то время мы смотрели друг на друга.

— Представь, какие сплетни пойдут, — зловеще прошептала я. — Ведьма не нашла в доме инквизитора метлу, поэтому всю ночь каталась на нем.

Глаза Кресса на миг округлились. Я усмехнулась, рассчитывая, что он с криком скатится с кровати и начнет осенять себя защитными жестами. Однако инквизитор расхохотался. Стало немного обидно.

— Не вздумай сказать это при Гленне, — проговорил он, отсмеявшись. — Эта фраза будет воспринята совсем иначе, Тарье. Без отсылок к магическим ритуалам и с намеком на сеновальные развлечения.

— Вот еще! — фыркнула я и быстро отвернулась к стене.

До меня запоздало дошло, насколько двусмысленно получилось. А еще я почувствовала укол недовольства. Мы словно поменялись местами.

Раньше я могла говорить Крессу пошлости и шутливо заигрывать, доводя его до нервного тика. Теперь же мои шпильки не задевали его. Наоборот, он и сам позволял себе двусмысленности, заставляя меня отчаянно краснеть и прятать лицо в подушку, как сейчас.

Пока я занималась самокопанием, Кресс улегся поудобнее. Я слышала, как он шуршит одеялом. Кресс переместился, и пружины матраса прогнулись под его весом. Я немного сползла на простыни назад.

Кресс осторожно коснулся моих волос, убирая их подальше от меча. Он вздохнул.

— Обиделась? — хрипло уточнил он.

Я замерла, обдумывая ситуации. Признавать свое поражение не хотелось. Я решила вернуть себе первенство в подколках, добившись от Кресса смущения. Развернувшись, я посмотрела ему в глаза, в которых танцевал озорной огонек. По моим губам скользнула хищная усмешка.

Я снова почувствовала себя злобной каргой, которая вот-вот доведет одного бедного наивного инквизитора до инфаркта.

Кресс слабо улыбнулся мне в ответ, даже не подозревая, что его ждет.