Глава 73

— На самом деле, эти твари ориентируются только на зрение, — сказал Кресс.

— Как-то невежливо называть дракона тварью, — заметила я. — Пока что он только помогает тебе изничтожать магических существ из Чащи. Ты подумай, может, содружество организуете… Зачем драться?

Кресс упрямо мотнул головой. На его лице застыла каменная маска безразличия, но в глазах мелькнуло что-то похожее на волнение. Идея переговоров задела Кресса. Достаточно было провести с ним пару недель, чтобы видеть перемены его настроения. Я не знала, что именно он чувствует, но понимала, в какую сторону подул ветер.

— Тарья, — произнес Кресс. — Иди уже.

— Нет.

— Тарья…

— Не-а!

— Ведьма! — рыкнул инквизитор и бросился на меня.

Вспомнив о его потрясающем умении душить всех, кто связан с магией, я рванула в сторону. Меня поймали у первой же сосны в жалкой паре метров от тропы. Мгновение, и вот я уже прижата к стволу, а Кресс, тяжело дыша, навис надо мной.

— Суд! — испуганно пискнула я. — Сначала нужен суд!

— Дракон спалит деревню вместе с инквизиторским орденом, если мы надумаем с ним поболтать для начала. О суде и речи идти не может.

— Я… Мой суд, — неуверенно произнесла я, сжимаясь в комок. О когтях даже вспомнить не успела. Рядом с Крессом я чувствовала себя малолетней соплячкой. — Ты не можешь меня убить, пока суд не позволит.

Кресс несколько раз моргнул, будто не до конца понимая, о чем я толкую. Когда наконец до него дошло, реакция была… неправильной? Инквизитор зло выдохнул мне в лицо, треснул кулаком по бедной сосне и отпрянул.

Теперь он стоял в паре шагов от меня и разъяренно смотрел в пустоту, будто там скрывался его злейший враг. Я не решалась отлипнуть от сосны. Так и осталась стоять, вжимаясь в шершавый ствол дерева. В голове крутилась та самая сказочка про охотника и ведьму. Ее рассказывали в назидание не только маленьким человеческим детишкам, но и ведьмам.

Никто не хочет жениться на страшной карге, которая без магии похожа на лесное чудище. Никто не хочет умереть во цвете лет, потому что муженьку приглянулась другая красотка.

А мораль у сказки лишь одна: не стоит верить. Даже если очень хочется. Крессу не стоит верить мне, ведь я собираюсь его отравить при первом же удобном случае. Мне не стоит верить Крессу, ведь он без сомнений сдаст меня на руки ордену.

Мы два разных существа, объединенных лишь многовековой борьбой друг с другом. Ведьмы обречены на вымирание, так как их ограничивает сама Истле, богиня природы и естественного равновесия. Наша сила — наша слабость.

Инквизиторы не обременены службой богам. У них нет хозяев. Они считают, что высшая цель — уничтожение магии — оправдывает любые средства. Инквизитор не гнушается использовать ритуал, чтобы убить ведьму, а та боится лишний раз потревожить мировой порядок.

Кресс думал. Я видела, как в его глазах мелькают тени эмоций, далеких от моего понимания. У меня не было и шанса разгадать, к какому решению он придет. Чем будет руководствоваться инквизитор в критический момент? Здравым смыслом или взращиваемой годами ненавистью к магии и вдолбленными в голову правилами?

Я знала лишь одно. Кресс — идиот. Сильный идиот, способный зайти достаточно далеко и даже приблизиться к дракону. Смекалистый идиот, готовый месяцами выслеживать врага и ставить ловушки на ящера, в тысячи раз превосходящего его по размерам и мощи.

И этот идиот обречен, если отправится в бой один.

— Я помогу тебе, — сказала я. — Пойду с тобой и попытаюсь убить дракона.

Горло сдавило из-за лжи, которую пришлось произнести. Я чувствовала, как холодеет мое тело, как медленно увеличиваются когти, отдаляющие меня от всего человеческого. Это был ужасный поступок. Но я — карга, монстр. Мне не привыкать к ужасному.

— Я хочу искупить свою вину, — медленно произнесла я, выплевывая из себя ложь. — Я хочу убить дракона, чтобы оправдаться перед инквизицией за свой грех. Я поняла, сколь черна моя магия. Я хочу отказаться от нее. Это — грязь. Позволь мне отмыться.