Глава 66

Лас — Вегас.

Город взлетов и падений. Ставок и поражений.

Свет софитов. Клуб, забитый под завязку. Богатый интерьер в золотых тонах и алых всполохах, отображающий название. Танцовщицы, красочное шоу и битовая музыка.

Я на сцене в длинном алом платье, облепившем фигуру, как вторая кожа. С блеском бриллиантов в ушах. Пою не переставая. Улыбаюсь. Поздравляю клуб с открытием. И все время чувствую на себе обжигающий взгляд мужчины, сидящего за первым столиком. Гор безотрывно смотрит на меня. Изредка прерываясь на разговоры и скупые улыбки в ответ на поздравления.

Аплодисменты. Бесконечные крики “браво” и море цветов, затапливающих сцену. Сегодня весь акцент шоу стоит на мне, и я выкладываюсь по полной, как всегда.

У меня нет полутонов. Я отрабатываю каждое свое выступление и ловлю кайф. Я живу музыкой, когда я на сцене.

Замечаю, как в какой-то момент к Кириану подсаживается мужчина в дорогом костюме и модельных очках. Крупный, короткостриженый. Он не сводит с меня взгляда, задает вопросы шефу.

Гор кивает, отвечает. Мужчины завязывают непринужденную беседу.

Я знаю того, кто подсел к Кириану. Это и есть продюсер, о котором мне рассказывал Гор. Я видела его фото в интернете, читала биографию. Профессионал высочайшего уровня.

Не перестаю удивляться тому насколько продуман Гор. Он заставил Брауна проявить интерес и сделать первый шаг.

В какой-то момент Скутер достает платиновую карточку и кладет перед собеседником. Ироничный взгляд Мефистофеля вновь расцветает на лице хозяина клуба.

Мужчины обмениваются рукопожатиями. Выглядят довольными. Я не знаю о чем они говорили. Внутри все дрожит от страха. Может Брауна заинтересовала я, а возможно услуги, которые предоставляются ВИПам.

Заканчиваю свое выступление и вместе с огромным парнем секюрити, который тащит мои цветы, уставшая и разбитая иду по коридору в общую гримерку.

Внезапно дорогу мне прикрывает крупная мужская фигура. Поднимаю взгляд и пошатываюсь, словив удар.

Крепкая рука молниеносно поддерживает, чтоб не упала, пока я во все глаза смотрю в серые графиты и слезы радости вперемешку с облегчением текут по щекам.

— Убрал от нее руки! — вылезет вперед меня громила и отталкивает Фила к стене. Короткий ответный удар и Гринвуд отправляет агрессора в противоположную сторону.

В шоке наблюдаю, как мужчина заваливается на бок, обмякая.

Мой защитник оборачивается ко мне и опять смотрим друг на друга молча. Бывает так, что слова не нужны. Лишнее. Просто подхожу и обвиваю друга за крепкую шею. Висну на нем и Фил обнимает в ответ.

— Ты жив… — наконец тихо роняю слова и смотрю в свинцовые глаза, наполненные светом и теплом. Нет больше безумного напора, страсти и голода. Гринвуд перегорел.

— Я искал тебя, Адик, — шепчет, — а нашел, когда уже и не думал, что повидаться еще будет возможность… — отводит мои пряди со лба и продолжает с грустью, — Никогда не слышал, как ты поешь… до сегодняшнего дня. Если бы хоть раз услышал тогда, понял бы, что не видать мне ответа на свое безумие никогда…

— Что ты говоришь, Фил, о чем ты? — улыбаюсь, пока грубые намозоленные пальцы протирают дорожки моих слез.

— О том, что я всегда буду тебе другом. У тебя все хорошо?

— Да…

Мы с Филом говорим не долго, я смотрю в красивое лицо со шрамом. Все тот же и совершенно иной…

Прощаемся, как хорошие знакомые. Он преодолел свои чувства. Наблюдаю, как удаляется мощный, огромный мужчина.

Захожу в гримерку. Там несколько припозднившихся девиц, которые бросают на меня хмурые взгляды.

Я устала. Выложившись по полной, а встреча с потерянным другом стала потрясением.

— Дива пожаловала, — слышу шепоток, пропитанный гнилью зависти.

Не замечаю.

Давно привыкла к гадючнику и закулисью глянцевого клубного мира. Знаю, как это бывает, когда в лицо улыбка, восхищение и патока, а за спиной нож, пропитанный ядом и ведро, готовое пролиться на голову всеми возможными нечистотами.

Смотрю на свое отражение в зеркале, беру косметические салфетки и начинаю стирать весь мейк-ап.

Собираю волосы в хвост. Снимаю серьги, выданные Хельгой, и складываю в брендовую коробку.

Не успеваю вздохнуть, как дверь в гримерку открывается. Оборачиваюсь на резкий звук. На пороге стоит Кириан. Бешенная энергетика давит, а когда наши взгляды сталкиваются, меня бьет электрическим током, волной ударной и прибивает к месту.

— Вышли! Все — Вон! — рявкает и девицы буквально вылетают из гримерки со скоростью звука. Не заморачиваясь по поводу не особо одетого вида.

Почему-то я не предпринимаю и шага по направлении к двери, даже не пытаюсь. Осознаю, что он пришел за мной…

Кириан приближается ко мне чеканя резкий тяжелый шаг, подходит в плотную и не смотря на свой не слишком высокий рост, кажется подавляющим, заполняющим собою все пространство.

Резкие черты лица, смуглая кожа и тьма взгляда — есть в нем что-то завораживающее, заставляющее замереть, словно, кролик перед удавом.

И действительно двигаясь плавно, он вдавливает меня в туалетный столик, резкое движение и я оказываюсь сидящей на холодной глянцевой поверхности.

Мужчина придвигает меня к самому зеркалу одновременно прижав к широкой каменной груди, заставляя подобраться, тело бросает в жар, затем в озноб, когда его рука оказывается на моем бедре и с силой сжимает.

Вцепляюсь в него изо всех сил, дышу рвано. Останавливается и приподняв мое лицо присматривается ко мне, буравя тяжелым взглядом.

— Что за парень моего бойца с одного удара уделал?

— Секюрити не понял ситуацию и спровоцировал. Я просто старого друга встретила.

— Интересные у тебя друзья, Ада…

— Гор. Не трогай его. Он хороший.

Подбирается весь и черные омуты пылают.

— Что ты творишь, Адель?! Голос твой. Сама. Зовешь. Обещаешь. Когда на сцене глаз не оторвать. Откуда взялась такая…

— С улицы, — отвечаю просто, разряжаю обстановку.

Замолкает. Рассматривает меня внимательно. Считывает. Ухмыляется.

Нет больше безумно сексуального мужчины с подчиняющей энергетикой.

Чувствую, что отпустило Гора. Нечего мне боятся.

Морщинки вокруг глаз резвые собираются, искры теплые на дне черной ночной глади зарождаются.

Касается моего подбородка и уголки губ приподнимаются уже в теплой улыбке.

— Не боишься больше. Хоть и мужчин к себе не подпускаешь. Молодец, девочка. Прошлое в прошлом. Усвоила урок.

— Ты отпускаешь меня, Гор? — смотрю в глаза и действительно не боюсь. Страха нет. Ни перед ним, ни перед прошлым.

— Уже отпустил, красивая. Продюсер с тобой встречу требует. Та еще акула. Контракт подписать хочет сегодня же.

В удивлении челюсть роняю. Я не ожидала настолько скорого развития событий.

— Вот так, Ада. Бриллиант всегда привлекает внимание. Но с Кучером не все просто. Норма жизни. Мои адвокаты проверят, чтобы никаких подводных камней в документах не было, чтобы все чисто.

— Спасибо тебе, Гор — отвечаю с теплотой.

— Придушить бы тебя! — рявкает неожиданно. Отстраняется и руку в пряди густые свои зарывает. — В голове твоей кто-то засел конкретно. Если бы я мог своей бы тебя сделал. Но против призраков не повоюешь!

Собирается как-то подбирается и смотрит мне в глаза.

— Прости меня. Ты протянул руку, когда я умирала с голоду, позволил работать у себя и сейчас даешь мне шанс выбиться. Я благодарна тебе так, как никому, но я не могу любить… Пыталась однажды. Не получилось. Только боль принесла и страдания хорошему парню.

— Кажется я даже просекаю о ком сейчас речь, подмигивает и продолжает, — Я ужасный собственник, девочка. Никогда не приму роли второго плана. Если со мной то, Моя. Вся. Целиком. Мыслями. Телом. Со всеми потрохами.

Не отвечаю ничего. Что говорить. Все сказано. Гор Кириан не мой мужчина, а я не смогу, наверное, принадлежать уже никому…

Отгоняю ненужные мысли.

Все понимает без слов. Протягивает руку, и я вкладываю ладонь в смуглую крупную сухую ладонь.

— У нас много важных дел. Идем. Тебе еще переговоры проводить и контракт заключать.

Фил Гринвуд