51
Толпа охнула общим вздохом, заголосили бабы, и время, кажется, остановилось. Как в замедленной съёмке вокруг продолжала литься вода, слышались подгоняющие крики, кто-то рядом обозвал Леона идиотом, а я, впившись ногтями в ладони, молилась, чтобы все остались живы.
- Всё будет хорошо. - сзади подошла Флёр и положила руку на плечо.
Огонь гудел, не желая сдаваться, в доме что-то громыхнуло. Не знаю, сколько прошло минут, по моим ощущениям - вечность, когда дверь снова распахнулась. В мокрую, грязную от пролитого моря воды траву полетел комок шерсти - тот самый котейка, из-за которого девочка полезла в пожар.
Следом появился барон. Одной рукой он под мышкой держал вяло обвисшее тело ребёнка. Вторая, кажется, не работала и болталась плетью, одежда дымилась. Тяжело опершись о косяк, Леон согнулся пополам и пытался продышаться, собираясь с силами, чтобы сделать последний спасительный шаг.
- Да помогите же! - закричала я, сама кидаясь вперёд, но меня оттеснили, призыв подхватили другие голоса.
Люди вышли из оцепенения, бросились к закопчённой скрюченной фигуре. Барон, выпустив девчонку в объятия какого-то мужика, сам рухнул в подставленные руки.
Отчаянно закашлялась и заплакала девочка - значит, живая! Надышалась дыма, но теперь о ней позаботятся. И даже шерстяной клубок заворочался в своей луже - кот может и простился с одной из жизней, да верно говорят - у них их девять.
- К знахарю надо везть!
- Воды!
- Сюдой клади!
- Да осторожно! Вишь, руку повредил!
- Одёжу! Одёжу сымай!
Всё это на ходу отмечало сознание, пока продиралась к своему барону. Его уже уложили на телегу, куда ещё нужно было запрячь коня. Испуганное животное, которое силой из соседнего двора тащил худощавый парень, сопротивлялось всеми конечностями.
- Откатите телегу! - я первая вцепилась в деревянный борт, толкая повозку вперёд, подальше от дома, пахнущего бедой, чтобы мужчины смогли, наконец, уговорить коня подойти.
- Лира, какого беса? - просипел Леон, услышав мой голос, - Я где велел оставаться?
- Велел он, ишь, командир. - под нос бубнила я.
На глаза снова наворачивалась сырость. От того, что живой - потрёпанный, покалеченный, но живой и даже в сознании. И от того, что он её спас. Что не придётся жить все оставшиеся годы с чувством неизбывной вины.
Пальцы потянулись к опалённой шевелюре, и руку царапнули жёсткие завитки осыпающихся оплавленных волос.
- Лира, мне нужно кое-что сказать. - барон сглотнул и прикрыл глаза.
- Нашёл время, ещё наговоримся. Молчи и отдыхай, герой.
- Это срочно.
Что-то в его интонациях заставило почувствовать, что дело и вправду серьёзное.
- Здесь - никак. Полно народу. Я поеду с тобой к знахарю - там и поговорим.
Телега, наконец, готова была двигаться. Попросила Флёр передать обозникам, чтобы не теряли - задержусь с Леоном, а потом как-нибудь доберусь сама. Ребёнка погрузили на другой край транспорта. Пришлось ещё срочно отыскать кошака, без которого та наотрез отказывалась ехать. Они свернулись калачиками и затихли. Зарёванная мать села к дочери. Я запрыгнула рядом, и возница тронул поводья.
От пережитого женщина, по-моему, даже говорить пока не могла. Всю дорогу она лишь прижимала то к губам, то ко лбу здоровую руку задремавшего Леона и тихо всхлипывала.
Знахарем, как и положено, оказался приземистый дед с густой окладистой бородой. Хозяйка его - дородная тётка в возрасте, шустро готовила места для пострадавших, пока деревенский доктор распоряжался во дворе.
Все вместе перенесли барона в дом, уложили в комнате и вышли.
- Иди, зовёт. - старик бросил из-под бровей суровый взгляд, - Я покуда девочку осмотрю.
Не теряя времени, нырнула в покои к больному.
- Ну, о чём ты хотел поговорить?
- Боюсь, я буду вынужден просить тебя сделать кое-что, Лира. - поморщившись произнёс он, - Больше мне довериться некому.
- Конечно. Всё, что угодно.
Лицо Леона снова исказила гримаса - ему явно страшно не нравилось то, что предстоит сказать и сделать.
- Я бы на твоём месте не был так уверен. - продолжил барон, - Дело в том... Ай, ты же понимаешь, что в эту поездку меня направили не просто так?
- Понимаю. - согласилась я.
- Сегодня должна была состояться очень важная встреча. Очень, Лира. На кону - мир наших государств. Готовится большая провокация. На этой встрече я должен передать доверенному лицу военного министра Блусторда одну вещь. Сними с меня пояс - она зашита в него. Там же находится письмо.
- И ты со всем этим полез в огонь? - округлила глаза я.
- Да... как-то некогда было думать. - досадливо отмахнулся Леон, - Ну, давай...
- Что там? - осторожно развязав и стянув пояс с хозяина, я попыталась прощупать плотную ткань.
В одном месте в самом деле обнаружился маленький твёрдый прямоугольный предмет.
- Икона. - ответил разведчик, - Из тех, что ты видела. В Блустворде начали разворачивать ту же деятельность, что и в Каталоне, а обвинить в этом собираются наше государство. Мы должны сообщить об этом первыми. Опередить провокаторов до того, как всё выплывет наружу. Если не успеем убедить короля и министров в собственной непричастности, может вспыхнуть война.
- Ты серьёзно? - ужаснулась я.
- Абсолютно. Здешний король горяч на резкие решения. К тому же Блустворд мощнее и богаче Каталоны. Лира, они нас сомнут. Сейчас вся надежда на тебя, чёрт бы побрал этот пожар. Только ты знаешь об истинных причинах моего присутствия в обозе, для остальных, даже для Харта, я всего лишь кавалер, сопровождающий даму в порядке увеселения и личной охраны.
- Где назначена встреча, и как я узнаю это доверенное лицо? - поторопила Леона, так как снаружи послышалось оживление, - Скоро знахарь закончит с ребёнком и придёт к тебе.
- Спрячь эти вещи на себе. Остальное сейчас расскажу...
Только барон успел выдать инструкции, как в комнату и в самом деле вошёл дед.
- Ступай, а мы тут разбираться будем. - он безапелляционно выставил меня за дверь
- Я подожду, если можно, пока вы не поймёте, насколько пострадал барон.
- Подожди, подожди. Там вон твои вещи привезли - поди переоденься. Хозяйка моя поможет.
Во дворе на месте телеги, на которой привезли нас, парковались не просто мои вещи, а вся повозка, вместе с подругой и солдатиком, которого Харт отрядил для сопровождения. Вот за сие спасибо. Добираться до столицы чужого государства на "попутках", да ещё и с бесценным грузом, было теперь опасно и страшно. Так что это глава охраны очень разумно и своевременно обо мне позаботился.
- Как он? - Флёр спрыгнула на землю и поспешила ко мне.
- Не знаю. Лекарь только пошёл выяснять. Внешне держится, но как на самом деле - не известно. А где девочка?
- Они домой поехали - мы как раз в воротах столкнулись. С ней всё в порядке. Деду, судя по разговорам, пришлось даже кота осмотреть, так уж слёзно просила. - усмехнулась подруга.
- Ну, чего там застыли? - с крыльца позвала хозяйка дома, - Сюда ступайте, кормить стану.
Мы с подругой послушно потопали, куда сказано. Есть не хотелось - нервы ещё продолжали звенеть. Но вот это извечное человеческое желание непременно накормить гостя, при каких бы обстоятельствах он не появился в хате, действовало как-то успокаивающе.
- Здравствуйте. - поприветствовала подруга, - Меня Флёр зовут.
- Вайре я. У нас тут по-простому, без реверансов. Людям, оно, знаете ли, что в чинах, что без них - одинаково больно. Так вы, значит, располагайтеся. Сейчас водицы нагреем - отмоем. А то вон как изгваздались, что твои замарашки.
Мы с подругой глянули друг на друга и были вынуждены согласиться с определением тётки. Чумазые, мокрые, растрёпанные... Флёр ещё куда не шло, а вот я так совсем далека от образа приличной дамы.
Пока приводились в порядок, пришёл аппетит. Вайре не забыла и про солдатика, который никак не соглашался идти в дом, отнесла чашку с супчиком прямо на пост. А там и старик закончил с Леоном.
- Крепко его приложило - рука не скоро заживёт. Полез, говорит, девку из под лестницы доставать, а та возьми, да и рухни. Дитё-то он, значит, накрыл, а сам от вишь...
- Это опасно? - всполошилась я.
- Та ничо твоему кавалеру не доспеется. Починим - будет лучше прежнего. Но прямо сейчас двигать нельзя. Пусть у меня покуда отлёживается. И это, тудой не ходи. - остановил меня старик, - Спит он, отвара дал. А то как же такую боль человеку терпеть.
Всё равно на цыпочках заглянула к больному - бледный Леон тихо сопел в подушках. Плечо его плотно окутывала бинтовка.
Что ж, нам оставалось заканчивать с трапезой и выдвигаться в дорогу. Поручение барона не терпело отлагательств. Пояс уже надёжно был спрятан на талии под свежим платьем. Решила его не потрошить - отдать из рук в руки как есть.
На выходе не чинясь, с поклоном всучила знахарю денежку на содержание пострадавшего и в благодарность за помощь. Солдатик уже выкатывал повозку за ворота.