Глава 12

Пришлось рассказать про наше приключение, про парней с боевого и даже про метлу и яйцо дракона.

– Вот это новости! – потрясенно протянула Айлира, когда я приникла к чашке, чтобы промочить пересохшее горло. – И кто из этих двоих тебе больше понравился?

– Парни как парни, – пожала я плечами, – идиоты и раздолбаи!

– Совсем не понравились? – удивилась Болотная.

– Лир, я с парнями работала, училась в храмовой школе, да и тут сталкивалась. Что в них такого особенного?

– Эх, – усмехнулась соседка, – маленькая ты еще! Погоди, все поймешь!

Я только головой покачала и перевела тему:

– Айлира, а он тебе нравится? Магистр Саннелиус?

– Не просто нравится, – покачала головой ведьма. – Нравиться может красивое лицо или нарядная рубашка. Или волосы, там, красиво лежат. А я люблю его всего. От макушки до пяток.

– Но ведь адептам и преподавателям нельзя, – осторожно напомнила я.

– А мы никуда не спешим, – улыбнулась Айлира неожиданно взрослой улыбкой. – Неизвестно, сколько времени на фобию уйдет, потом мне нужно будет заронить мысль, что ведьмы – это не зло, а польза, а там уже потихоньку к романтике склоняться. Думаю, раньше выпускного мы даже не поцелуемся.

– Ох, – я с трудом представляла себе, как можно пять лет ходить рядом и просто смотреть друг на друга?

Айлира улыбнулась, глядя на меня с превосходством старшей сестры, кое-что уже знающей об этом мире. А потом сказала:

– Покажешь своего дракона?

Я всплеснула руками:

– Ой, я совсем про него забыла! Он пока не вылупился. Можешь на него взглянуть, только, пожалуйста, не пересекай линию, в книге про драконов говорилось, что фамильяры особенно чувствительны к посторонним энергиям.

Мы подошли к миске в углу, полюбовались сияющим яйцом, потом умылись, переплели волосы и легли спать.

Среди ночи меня разбудил треск и жалобный писк. Кое-как подняв от подушки тяжелую голову, я увидела в углу огонь и тотчас проснулась. Пожар в деревянном доме – катастрофа! Вскочив, я схватила кувшин с водой и чуть было не плеснула в угол, не разобравшись. К счастью, я вспомнила, что общежитие зачаровано от любых катаклизмов, и пригляделась.

Трещала миска. В ней на остатках скорлупы и пряностей неловко переминал лапами умильный толстопопый дракончик. У него были длинные острые уши, маленькие рожки, усы и… широкая пасть, которую он распахнул, явно прося есть.

Поставив кувшин прямо на пол, я бросилась к фамильяру, пытаясь вспомнить, чем его надо кормить. Кажется, молоком? Звереныш сам решил проблему кормления – тяпнул меня за руку и слизнул языком капельку крови. Я было обиделась, но в голове вспыхнула строчка из пособия по фамильярам: “практически все виды животных-фамильяров привязываются к симбионту кровью”.

Вздохнув, я выудила дракошку, отряхнула от перца и завернула в полотенце, сдернутое со спинки кровати. Сколько сейчас времени? Четыре часа утра? И где же мне искать ему молоко?

Накинув мантию прямо поверх ночной рубашки, я, зевая и ежась, пошла вниз – к мистрис Дее. Наверное, глупо, но я просто не знала, что делать и куда бежать.

Стоило мне занести руку над дверью с надписью “комендант”, как она распахнулась:

– Адептка Лайбен? Что случилось?

– Простите, мистрис Дея! У меня вылупился… Вот! – я показала ведьме мордочку хнычущего фамильяра.

– О, – женщина накинула плащ и вышла в коридор. – Ему, наверное, надо теплого молока или свежего мяса. Ты прочитала, к какому виду относится твой фамильяр?

– Кулинарный дракон, – сказала, вздохнув.

Ящеренок крутился в своей импровизированной пеленке, норовя свалиться на пол, а еще он начал пищать и грызть полотенце.

– Какая редкость! Раз кулинарный, значит, молоко! Идем в столовую. Думаю, там уже начали работать.

Дракончик)