Глава 5

Костер дымил и чадил довольно длительное время, и пекарь ушел в дом проверять еще одну бадейку теста, которую он поставил, пока мы занимались пирогами.

– Все, – утер пот Марек, размазывая по лицу сажу, – можно закапывать.

– Закапывать? – удивилась я.

– Мейта, – укоризненно посмотрел на меня Винтон, – третье правило магистра!

Я только глазами хлопнула.

– Все остатки любого магического ритуала следует предать земле или проточной воде!

– Я же ведьма, – выкрутилась я, – мы ритуалы еще не проходили!

Парни пошли искать лопату, а я из любопытства заглянула в горшок. Там все еще рдели угли, и один особенно яркий… Метелка вдруг толкнула горшок, и он рассыпался на черепки, а мне под ноги отлетело яйцо! Самое обыкновенное, куриное. Горячее, пышущее жаром и магией. Метелка тут же забросала его землей, а потом снова подтолкнула ко мне.

– Это мне? – спросила я шепотом. Артефакт, конечно, не ответил, но снова подтолкнул яйцо ко мне. Я осторожно присела на корточки, коснулась его через фартук, поняла, что это терпимо, и забросила яйцо в поясной кармашек. Потом разберусь!

Тут вернулись парни. Они присвистнули, увидев разбитый горшок, но быстро выкопали ямку и похоронили черепки и пепел.

– Все, можем идти спать, – зевнул Марек.

– И поскорее бы, скоро петухи запоют! – поежился Винтон.

Если честно, я думала, что Биркас запер дверь и подпер ее изнутри кочергой. Ну зачем ему впускать трех чумазых студентов, когда пироги уже слеплены, а крысы и слизни вытравлены? Но пекарь меня приятно удивил – дверь легко отворилась, и у двери нас ждали ведра с кипятком, полотенца и мыло.

– Идите мойтесь, – устало сказал хозяин дома, – и спать ложитесь. До обеда точно можно спать.

Мы закивали, и парни даже уступили мыльню мне первой.

Ах, как жаль, что не было с собой чистого белья и одежды! После купания я расстроилась, но в ширму деликатно поскреблись:

– Мейта? Это Винтон, не визжи! Давай свою одежду, я очистительное заклинание брошу!

– А ты умеешь? – насторожилась я. Мы еще такие сложные заклинания не проходили, так что я прикидывала – нельзя ли прополоскать бельишко в тазу или хотя бы смазать “душкой”.

– Умею! Я же на третьем курсе уже, и богатеньких родителей у меня нет, – нетерпеливо отозвался вампир.

Я со вздохом повесила свою одежду на край ширмы, потом вспомнила про яйцо, дернулась убрать и тут же облегченно вздохнула – непонятная штука лежала в кармашке на поясе, а пояс рядом, на лавке.

Когда я закончила омовение, одежда и белье уже висели на углу ширмы – чистые и даже благоухающие лимоном.

Я быстренько оделась и вышла, уступая угол парням. Пекарь показал мне лежанку у печи:

– Ложись здесь, самое теплое место в доме.

– А парни куда? – пряча зевок, уточнила я.

– Там лавки есть! – Биркас указал на другой угол просторной кухни, и я быстро легла на лежанку и закрыла глаза. Спать хотелось немилосердно.