Глава 26

Я думаю застать Настю в постели. Честно говоря, всю дорогу об этом фантазирую, практически заливая руль слюной. Но когда захожу в квартиру, понимаю, что она давно не спит.

В воздухе стоят такие ароматы, что мой пустой желудок мгновенно начинает урчать.

-Привет! - Выбегает ко мне на встречу Костик. - Как прошло дежурство? А я твой танк практически доклеил! Пойдём, пойдём покажу!

В коридор выходит Настя с полотенцем на плече.

-Костя… - качает головой осуждающе. - Дай Ярославу переодеться и позавтракать. Подождет ваш конструктор.

Она такая домашняя, красивая и, наконец, отдохнувшая, что я залипаю на своей квартирантке и не могу отвести взгляд. Хочется отвести ее за угол и впиться в губы.

Оказывается, я умею скучать…

Горячая волна бросается в лицо, обваривая меня до кончиков ушей. Черт! Как же хочется форсировать наше сближение. Но я обещал не трогать.

-Это нам? - Смущенно стреляет Настя взглядом на коробки и кофе.

-А! Да! Забери, пожалуйста! - Оживаю.

-А что там? - По-детски крутится рядом Костик. - О! Пирожные! Пирожные!

-Только сначала завтрак! - Строго обрывает его веселье Настя.

Они, переговариваясь и торгуясь о дозе каши, уходят на кухню, а я вдруг чувствую, как в груди что-то встает на место.

Оказывается, я так устал от тишины. Да и вообще, что я видел, кроме участка и рабочих документов за последние десять лет? Старые дворы? Обоссаные, прокуренные подъезды? Рыдающих людей? Залы суда?

Только мать иногда меня из этого вытаскивала, да мужики в баню и на шашлык. И я, оказывается, ужасно соскучился по всем человеческим радостям, суете, планам. По всему, от чего так отчаянно бежал, зная, как больно это все терять.

Окно на кухне открыто настежь. И во всей квартире от этого приятная прохлада, пахнущая сиренью и чем-то сладким.

Настя достает из духовки омлет и пирог. Обжигается, ругается на тонкое полотенце. У меня чешутся руки ее обнять!

И я нахожу повод, ловя ее сзади за талию.

Замирает.

Вдыхаю с ее волос тонкий запах шампуня и спрашиваю, будто вообще только что не млел и не хотел совершить противоправных действий.

-Как голова? Не вертись, дай макушку твою посмотрю.

-Все нормально… - разворачивается в моих руках Настя. - Почти не болит…

Пальцами я чувствую, как колотится ее пульс.

Облизывает губы нервно.

Хочу эти губы!

-Иди в душ. А то все почти готово. Осталось чай заварить.

Киваю. Да, сейчас и правда лучше свалить по-добру, по-здорову.

Обрушиваю на себя горячий поток воды и быстро разряжаю тянущееся от голода тело.

Трахаться хочется. И, наверное, это даже не проблема организовать. Но когда внутри тебя есть определенная женщина, даже подобная мысль отдает грязью.

Ну пиздец! Сколько мне ещё страдать?

От вкусного и сытного завтрака меня окончательно срубает. Веки тяжелеет, тело плывет.

-Яр, а конструктор?! - Треплет меня Костян.

-Давай через четыре часа, - прошу его, подпирая щеку кулаком. - Ровно в час меня разбуди. Договорились?

-Костя, ну займись ты своими делами! Видишь, человек после работы! - Ругает его Настя. - Пей чай. Пирожных не больше двух штук! Пойдем, Ярослав, я тебе постелю.

И пока она возится с постельным, я без зазрения совести просто падаю на ее подушки и зарываюсь в них лицо.

Ммм! Вот это кайф!

-Ярослав… - вздыхает Настя. - Это же мое белье.

-А ты ложись рядом, - хлопаю рядом с собой по матрасу.

Рубит… Чувствую, как меня заботливо накрывают одеялом.

И когда на часах начинает вибрировать будильник, вставать мне категорически не хочется. Но я обещал своим подопечным кино.

Открываю глаза и смотрю в потолок. Мне бы Настю под бок и ещё сутки просто поспать.

Перевожу будильник на пять минут, засовываю руку под подушку и нащупываю там странный предмет.

Достаю…

Всю мою сонливость снимает, как не бывало, потому что в руках у меня оказывается кружевной комплект женского белья. Маленький такой, из черного атласа. Лифчик и трусики.

Ооо… У меня мгновенно кровь отливает от головы.

Для кого ты, девочка, такое белье у себя имеешь? Кому башню им сносила?

И, конечно, моя тоже слетает. От ревности и ещё кучи других разных мужских эмоций. Мда… не будет мне теперь покоя.

На спинке стула замечаю развешенные черную шифоновую блузку и кожаную юбку. В этом мы пойдём в кино?

Я, блять, уже хочу в кино! И, чтобы на заднем диванчике запустить руку под юбку, нащупать эти самые трусики и закрыть ей рот поцелуем, чтобы уж очень громко не стонала, когда я пальцами доберусь до всех ее влажных и чувствительных местечек!

С бешеной тахикардией скатываюсь с кровати в упор лежа и качаю тело, пока не начинают отпускать маньячные мысли. Нужно сказать, что отпускают они только счет на сотый кача, заставляя меня упасть на спину, как подкошенному.

Слышу, как в спальне приоткрывается дверь.

-А я тебя будить пришел, - шепчет Костя. - И танк принёс.

Ощущая себя неуместно рядом с ребенком со своими мыслями, истерично улыбаюсь. Так теперь всегда будет?

Присаживаюсь и протягиваю к ребенку руки.

-Давай, показывай, что там получилось.

-Я ему ещё гусеницы усовершенствовал, - сияет Костя.

Кручу когда-то подаренный мне деревянный конструктор и вынуждено признаю, что у самого никогда бы терпения не хватило собрать.

-Слушай, круто выглядит! - Треплю пацана по голове. - А почему ты гусеницы решил поставить на резинки?

-Он тогда пружинит, как на пневмо-подвеске.

В комнату заглядывает Настя.

-Костя! Я же запретила тебе будить Ярослава!

-А я не будил…

-Кыш отсюда!

Смывается.

Скольжу взглядом по Настиным голым ногам и останавливаю взгляд на подоле домашнего платья. В нем нет ничего такого! Нарисован скромный узор, но я вспыхиваю и горю.

Рывком поднимаюсь, оказываясь рядом с девчонкой. Хочется смять ее и завалить на кровать. Замечаю, что под платьем нет лифчика и окончательно теряю всю вменяемость. Что же ты делаешь со мной, Рыжая?!

-Капитан! - Отшатывается Настя и смеется. - Какой вы резкий. У нас кино через два часа. Ты пойдешь?

Она ещё спрашивает!

-Пойду, - хриплю.

И обязательно тебя там поцелую. Фильмов, где этого момента не предусмотрено, просто не бывает! Или нахрен нужно тогда это кино?!