Глава 48

— Веста Романовна, ну как же так? — укоризненно уставился на Весту Сергей Валерьевич, покачал головой, когда они сели друг напротив друга. — Такая, на первый взгляд, умная девушка, и так поступили... Ай-ай-ай...

И зацокал языком.

Веста недоуменно нахмурилась. О чем он вообще говорил? В чем она успела провиниться, пока дожидалась второго этапа собеседования? Не поздоровалась с кем-то важным, когда тот проходил мимо по коридору? Перепутала какие-то даты в резюме? Что-то не то ляпнула эйчару Марине? Нечаянно наступила на местного любимца, паучка Гошу, и раздавила беднягу? Что, что не так?!

А Сергей Валерьевич вдруг подался вперед, прищурился. Тон его голоса стал более резким:

— Мне действительно интересно, на что вы надеялись?

— Я? Р-работу получить... — запнулась Веста.

— Работу, значит. Хм. Понятно. И что вы собирались делать с полученной во время работы информацией? — вкрадчиво поинтересовался собеседник.

— Ничего, — округлила глаза всё еще не понимавшая, куда он клонил, Веста. — А что с ней можно сделать?

И тут показная маска добродушия в секунду слетела с лица Сергея Валерьевича.

— Ты дурочку из себя не строй! — прогремел он, резко перейдя на «ты».

Встал, оперся ладонями о стол. И хоть их разделяла столешница, он будто навис над Вестой мрачной скалой. Она кожей чувствовала исходящие от мужчины волны агрессии, а Сергей Валерьевич всё продолжал изливать ядовитые слова.

И чем дольше он говорил, тем выше поднимались ее брови.

В конце она непроизвольно мотнула головой: «Что за чушь!»

— В общем, так, — подытожил Сергей Валерьевич, — сойдемся на том, что это была проверка бдительности наших сотрудников. Свободна, Снежная! — Мужчина сделал ударение на последнем слове. — Передавай привет Максиму Богдановичу.

Веста открыла рот, чтобы возразить, но Сергей Валерьевич и слова вставить не дал, махнул рукой и приказал:

— Не желаю ничего слышать. Иди!

Веста встала и на негнущихся ногах вышла из кабинета.

«Этого не может быть, потому что этого просто не может быть!» — твердила она сама себе в полном оцепенении.

На автомате зашла в кабинет, где сидела Марина, подошла к ее столу и задержалась, чтобы проверить документы. Блондинка в это время скользила по Весте осуждающим взглядом, а потом и вовсе хмыкнула, скрестила на груди руки и демонстративно отвернулась.

Веста почувствовала себя ребенком, который нашкодил, при этом сам не понял, как и когда, но его всё равно наказали.

Она выскользнула из кабинета эйчаров и прислонилась к стене в попытке осознать случившееся. Только оно никак не желало осознаваться.

«Ну Новак, держись!» — зашипела Веста про себя и рванула к выходу из здания, а потом помчалась к припаркованной невдалеке машине с водителем.

Не дожидаясь, пока ей откроют дверь, села на заднее сиденье и отрывисто бросила:

— Везите меня в офис к Максиму... Богдановичу!

Как назло, пришлось постоять в дорожных пробках, и к тому  моменту, когда машина подкатила к зданию, злость Весты приблизилась к точке кипения.

Она понеслась к входу так быстро, словно хотела поставить новый мировой рекорд.

Внутри стояли турникеты, и охранник вопросительно посмотрел на посетительницу, когда она попыталась взять один из этих самых турникетов штурмом.

Как нельзя вовремя в здание вошел ее водитель, что-то сказал охраннику, и он беспрекословно пропустил Весту.

Та собралась идти дальше, и тут ее озарило: она же понятия не имела, где находился кабинет Макса.

— Простите, а где кабинет Максима Богдановича? — обратилась она к проходившему мимо мужчине.

— На пятом этаже, выйдете из лифта, повернете налево, до конца коридора, там его приемная.

Веста поблагодарила отзывчивого служащего и направилась к лифтам, что находились напротив  входа.

Она чуть ли не подпрыгивала в ожидании, так велико было ее нетерпение. Язык буквально чесался высказать Новаку всё, что она о нем думала. А думала она много, и почти все слова неприличные.

«Ну Макс, ну скотина!» — скрежетала она зубами.

Когда наконец-то выскочила из лифта, рванула в указанном направлении и вскоре увидела двойную дверь.

Зашла внутрь и оказалась в просторной приемной. Слева стоял стол, за которым сидела миловидная девушка-шатенка, справа диван, кресла и журнальный столик. Прямо по курсу находилась еще одна дверь.

И Веста быстро зашагала к ней.

Шатенка тут же вскочила, воскликнула:

— Вы куда? Максим Богданович просил никого не пускать!

Губы Весты изогнулись в злорадной ухмылке:

— О, для меня он сделает исключение...

— А вы вообще кто? — явно опешила девушка.

— Жена! — рявкнула Веста и дернула дверь в кабинет Максима на себя.