Глава 37

Сегодня река была особенно неспокойной… Она шумела, сопротивлялась порывам ветра, а ее волны разбивались, сталкиваясь с носом корабля. Грязная пена шипела и таяла в пучине… Этого дня Юрий Алексеевич Фельцер ждал долгие годы… Отомстить Василию Сумарокову он мечтал всю жизнь… Вынашивал месть, доводя блюдо до нужной консистенции… А потом Вася умер, и надежда на справедливое возмездие для этой семейки кануло в лету… То, что долгие годы Юрий вынашивал в душе, лелеял и оберегал, потеряло смысл… Они вместе учились. Разница была в том, что Василий Сумароков родился с золотой ложкой во рту и все получал без труда. А он, молодой парнишка из провинции, привык выгрызать у судьбы блага… Юрий ходил в стоптанных ботинках и ношеной рубахе с чужого плеча. Его родители всем колхозом собирали ему деньги на первое время… Дискотекам и прочим развлечениям он предпочитал учебу. Фельцер мечтал стать мэтром в юриспруденции. Корпел над учебниками, не утруждая себя подработками. Неквалифицированная работа вроде грузчика не прельщала юного гения. Одежде или вкусной еде он предпочитал покупку редкого учебника или лекцию специалиста, кем хотел стать в будущем… А потом появилась Лида… Она долго привыкала к ухаживаниям симпатичного, немного странного Юры. От него пахло не одеколоном, а хозяйственным мылом, а одежда была немодной, хоть и чистой. Но разве настоящим чувствам важны эти мелочи? Лида привыкла к хмурому, серьезному Юре… Стала узнавать его, понимать… Все больше открывалась сама, рассказывая о семье и увлечениях. А его стремление стать лучшим восхищало юную особу. Родители Лидочки отнеслись к близкой дружбе дочери с Юрой подозрительно. Людьми они были интеллигентными, понимающими… Дали молодым время проверить чувства. Да и Юра не торопился. Он не хотел приводить молодую невесту в грязную, обшарпанную общагу… Близкая дружба Лиды и Юры не смутила Василия Сумарокова. Сначала он пригласил ребят к себе в гости, а потом повторил приглашение… Однако, в этот раз оно было адресовано одной Лиде. Квартира председателя райкома партии впечатлила Лидочку куда больше, чем наивные мечты о будущем благополучии Юры Фельцера… Ну, конечно… Здесь же УЖЕ все было – огромные окна, чешские гарнитуры и болгарская, пятиметровая стенка, люстры, ковры и посуда… И родители Васи приняли девушку из хорошей семьи с распростертыми объятиями. Они поженились так быстро, что Юра не успел опомниться. Его пригласили занять почетное место свидетеля на свадьбе. Называли другом, хлопали по плечу… Цинично и нагло втаптывая в грязь его чувства и достоинство. С ним хотели дружить… И он позволял врагам считать себя другом, намереваясь отомстить предателям в будущем. А потом на горизонте замаячило тепленькое место в суде. Юрий Фельцер учился лучше Василия Сумарокова и подходил для должности куда больше, но… Папаша Васи подмазал кого нужно, и вакантное место досталась сыночку… Фельцер остался на должности бесплатного адвокатишки для осужденных… Если Васе все давалось легко, то Юре приходилось карабкаться… Многие не могли терпеть его сложного характера и несгибаемости. Он никогда не шел на компромиссы. Мог осудить многодетную мать и не пожалеть единственного сына у матери-пенсионерки… Кто-то называл Юрия бездушным, а он… Пережитая боль сделала его таким… Тело Натальи Снежиной поглощали черные, мутные воды… Он потирал руки, пытаясь продлить удовольствие от удивительного, долгожданного зрелища… На мгновение Юрий Алексеевич усомнился в придуманном заранее плане и, хлопнув по плечу Славу, произнес: – Вместо твоей жены в гробу будет лежать другая. – Вы с ума сошли? Зачем? Она же… – Течение вихревое, тело может унести в неизвестном направлении. Ты же хочешь вступить в права наследства, а не ждать уйму времени, пока ее будут искать? Я все предусмотрел. Расул убьет Светку. Ее поганый язык давно не дает нам покоя. Мы решили покончить с этим. – Погодите, а что будет с телом Натальи, если его найдут быстро? Как я потом объясню… – его подбородок дрожал, а взгляд выглядел напуганным. – Любой может ошибиться. Я все сделаю. Лидия Ивановна отправится на лечение в закрытый пансионат, а на Светлану Абдурахманову наденем парик. Если тело Натальи всплывет быстро, в чем я сомневаюсь, обвиним во всем судебных медиков и экспертов. Это их ответственность – идентифицировать трупы. Не убитого горем мужа… Это не криминал – не узнать обезображенное, опухшее после утопления тело. Любой может ошибиться. Главное, Яну подговори. Пусть делает, как велено. – Она сделает, Юрий Алексеевич. Я пообещал, что посажу уродов, кто ее изнасиловал. – Я держу свое слово. Конечно, мы их посадим. А в тюрьме им открутят яйца.