Глава 15

Илье не хотелось оставлять Сергея наедине с чувством вины. – Знаешь что, поехали ко мне. Родители будут рады. Они уже спрашивали, куда ты подевался. И просили позвать в гости. – Думаю, Маша не придет в восторг, – не сомневался он. Сегодня ему будет непросто улыбаться в ответ на ее придирки и делать вид, что его это не задевает. – Ну придется ей потерпеть наше приятное общество, – Илья положил руку на плечо друга… – Явился – не запылился, – скривилась Маша по поводу Сергея, как и было обещано. В последнее время ее раздражали все мужчины. Ну кроме отца и брата. Илью она поцеловала в щеку. – Мария Николаевна, вам лучше вспомнить о хороших манерах, – нахмурилась Людмила Ивановна Болотова. Сама она была рада видеть Сергея, обняла его и сына. И привычно залюбовалась своими мальчиками. Какие красавцы выросли. – Проходи, Сережа! Вы что-то поздно. И Илья не предупредил. Мы уже поужинали. Отец уже лег. Но мы сейчас будем чай пить. Маша испекла пирог с яблоками. – Маша испекла? – удивился Сергей. – Кухня же не место для женщины. – Место, когда она сама так решит, – пояснила свою позицию Маша. – А не когда за нее решают другие, что она должна там сутками борщи варить. – Очень вкусно, – оценил Сергей пирог. Но Маша вовсе не собиралась быть милой, уютной и пахнущей домашними пирогами. – Как дела у Жени, Илья? – бесцеремонно спросила она. – Что же ты ее не позвал? Её я бы с куда большим удовольствием угостила. – Кто такая Женя? – заинтересовалась Людмила Ивановна. – Да, Илья, кто такая Женя? Маше тоже было интересно, как он ее назовет. Любовница? Просто знакомая? – Она работает в пресс-службе НеваМет. Ты видела ее в Москве, мама, – Илья выбрал нейтральный вариант. Конечно, в Москве его матери было не до посторонних. Она вряд ли что-то запомнила в тот день. – Просто коллега, – Людмила Ивановна постаралась скрыть разочарование. – Кстати, о коллегах, – Маша соизволила сменить тему. – Сергей, я хочу, чтобы твоя служба безопасности сообщала мне о женщинах, ставших жертвами насилия. – Не понял. – Что же тут непонятного. Все работницы завода проходят через проходную, прикладывают пропуск. И там у вас еще стоит система распознавания лиц. Охранники сверяют фото на пропуске и лицо человека. Чужие здесь не ходят и все такое. И если они видят, что под глазом фингал, на губе ссадина, на запястьях синяки и все такое, пусть сообщают в мой фонд. – Но человек же может просто споткнуться на улице, случайно удариться об дверь, свалиться с велосипеда, – напомнил Сергей. – И он вовсе не обязан отчитываться перед охранниками и тобой. Машу разозлило, что он отмахивается от ее идеи. После истории с Ланой она плохо спала, много думала и решила, что надо пытаться больше помогать не чужим, а своим. Недавно в лифте она встретила технолога из третьего цеха, которую бил муж – сварщик пятого разряда. – Мне вот интересно, Сережа, ты защищаешь домашних боксеров из мужской солидарности? – со злостью спросила она. – Нет, радость моя. Я их защищаю, потому что сам такой, – криво усмехнулся Сергей. – Мой отец был алкоголиком и бил меня и мать. А я все равно его любил. Так что яблоко от яблоньки. Он поднялся из-за стола. На душе скребли кошки и выли волки. – Спасибо, было очень вкусно. Но я сегодня уже сыт по горло. Я пойду. – Куда ты? Поздно уже. Оставайся в гостевой комнате, – Илья тоже встал. – Сережа, пойдем покурим, – неожиданно предложила Людмила Ивановна. Мать Ильи была интеллигентной женщиной и курила она тоже интеллигентно. Сделала первую затяжку 15 лет назад и никак не могла бросить. Дым она выпускала весьма изящно, сигареты были тонкие и дорогие. Курила она нечасто. Но здоровья это, конечно, не прибавляло. – Ты очень похож на отца, Сережа, – сказала Людмила Ивановна. – Такой же красавец и лучший сыщик района. Она улыбнулась своим воспоминаниям. Они стояла на балконе элитной высотки на Крестовском острове с видом на Среднюю Невку и Елагин парк. Вдали чернел залив. А вспоминала она старый двор на Васильевском острове, где все они жили когда-то. Она с мужем и двумя детьми. Сергей с родителями, он был ровесником ее Ильи. И Маша, Мария Николаевна, тогда совсем девчонка, со своими матерью и отцом. И все были соседи, друзья и коллеги. Родители Маши были инженеры и трудились на том же заводе, что и отец Ильи. Людмила Ивановна работала врачом в одной больнице с матерью Сережи, а его отец служил в милиции. – И на мать ты тоже похож. Улыбаешься совсем как она. Она бы гордилась тобой, – сказала Людмила Ивановна и погладила его по щеке. – Спасибо, тетя Люда! Приятно, что есть в его жизни человек, которого он называет тетя Люда уже почти 40 лет. Других родственников у него нет. Ну или есть, но очень дальние, с которыми не общались даже его родители. – Так кто такая Женя? – сменила тему Людмила Ивановна. Сергею вопрос понравился. Во-первых, он говорил о том, что она сюда его не только утешать позвала. Он не любил, когда его утешают. Ну а во вторых, ему нравилась Женя. Поэтому он сказал всё как есть. – Женя Векшина – любовница Ильи. – Кто?! – сигарета выскользнула из пальцев Людмилы Ивановны. – Вы видели ее в Москве. Она работает в пресс-службе НеваМета. Ей 35 лет. Она хочет детей. Он не предохраняется. Сергей доложил все четко и по делу. – О боже! Поверить не могу… Мать Ильи поспешно подняла сигарету, затушила и схватилась за перила. Почему-то стало трудно дышать. – Лучше бы 25 лет, конечно, – попыталась улыбнуться она. – Но выбирать не приходится. Ты дашь мне адрес? – Я вас отвезу. Когда вам удобно? – Как можно скорее. Давай завтра. Как раз выходной. Около полудня? – Хорошо. – Спасибо, Сережа! – Не за что. Он вспомнил, как несколько месяцев назад она стояла здесь в темноте и в отчаянии. Только что закончился день рождения Ильи. Почти все гости разошлись. И она смогла спрятаться здесь и больше не изображать радость. – Сережа, сделай что-нибудь, – просила тогда она, видимо, немало выпив перед этим для храбрости. – Что же я могу сделать? – Я не знаю что. Найди ему проститутку, стриптизершу, актрису, суррогатную мать. Я оплачу все расходы. Я хочу внуков. – Это невозможно. Вы же знаете, – он старался говорить спокойно, хотя давно не видел ее в таком состоянии и просто не знал, что сказать и как помочь. – Ему это совсем не надо? – она пыталась понять, есть ли хоть какой-то шанс. – Нет. Иногда это надо Лене, но она не хочет детей. – Очевидно, этот вариант не рассматривается, – тяжело вздохнула Людмила Ивановна. – Дело в физиологии? – Думаю, в психологии, – ответил Сергей. – Но прошло уже так много времени. – Да. – То есть надежды нет? – Пока нет… И вот она, пожалуйста, их надежда. Живет в новостройке на окраине города, куда Сергей завтра обещал отвезти мать Ильи. Конечно, Маша видела неодобрение в глазах Ильи. Конечно, она не хотела расстраивать его, да и Сергея. Она никак не ожидала такой резкой реакции. Она давно привыкла к таким пикировкам, и обычно он просто отшучивался. – Я совсем не помню его родителей, – тихо сказала она. Ей хотелось объяснить. Она ведь вовсе не это имела в виду. – Ты была маленькой, – кивнул Илья. – Да и мы не проявляли интерес к какой-то малышне. – Его отец… – Он был сотрудником уголовного розыска. Видел, как ты понимаешь, всякое. С задержанными не церемонился. Стресс снимал известным способом. И тогда не церемонился и со своей семьей. Илья помнил, как тетя Марина прибегала к ним вся в синяках, волоча за собой испуганного Сергея. И как мать Ильи грозилась вызвать милицию, а тетя Марина говорила, что бесполезно, он же сам работает в органах. И тогда отец Ильи шел говорить с пьяным соседом по-мужски. – Ну он же не виноват, – Маше стало жаль маленького мальчика с голубыми глазами, которого она не помнила. – Я не хотела его обидеть, правда. – Ну ты уж постарайся, борясь за права угнетенных, не угнетать сама, – вздохнул Илья. Маша кивнула. – Не уходи. Останься со мной сегодня, – сказала она Сергею, когда он и Людмила Ивановна вернулись в гостиную. Ого! Ему даже предложили не гостевой диван, а ложе любви. Какое заманчивое предложение! Он так долго его ждал. Только без самой любви там делать нечего. Ее жалость ему точно не нужна. – Не беспокойтесь, Мария Николаевна. Мы рассмотрим ваше предложение, касающееся службы безопасности, в рабочем порядке, – вежливо улыбнулся Сергей. И спать для этого с начальником этой службы ей совершенно не нужно. Так что он все-таки ушел. Сергей ушел, а Маша не могла уснуть. Провалявшись в постели без Сергея и сна, она вышла на балкон. И обнаружила там Илью. Было уже два часа ночи. Над Невой ярко светила луна. Он стоял на огромной застекленной террасе и смотрел на лунную дорожку. Полы были с подогревом, поэтому стоять можно было босиком даже в сентябре. Маша встала рядом. – Не спится, – вздохнула она. – Ты правда к нему совсем ничего не чувствуешь? – спросил Илья. – Чувствую, – вздохнула она. – Тогда почему? Он, похоже, совсем не понимает женщин. Вот и Женя к нему явно что-то чувствовала. И при этом отталкивала, как лодку от берега. – Маша, вы оба свободны, вы любите друг друга, так что не так? – Не хочу ничего чувствовать, слишком больно, – сказала она, глядя в темноту. Это ему было знакомо. Ему тоже нравилось ничего не чувствовать. Так проще и меньше болит. Но ровно до того момента, пока ты один. Как только он стал замечать влюбленный взгляд Жени, ничего не чувствовать стало гораздо сложнее. – Лучше причинить боль ему? – спросил он. – Не лучше – она опять вздохнула и вдруг поняла. – Так вот, что ты делаешь с Женей? Всего лишь не причиняешь ей боль? Она все-таки хотела бы знать, почему впервые за столько лет рядом с ним оказалась женщина. – Илья, а ты уверен, что это то, что ей нужно? Или она просто тратит на тебя время, вместо того, чтобы искать того, кто бы искренне ее любил, а не «не причинял боль». – Маша, я ни в чем не уверен. И выбирать ей. Позволь Сергею выбрать, не решай за него. Тем более, как говорится, если хочешь быть счастливым, сделай счастливым другого. Отдавая, получаешь. – Ты ведь вовсе не воспылал к ней внезапной страстью, да, Илья? Маша все-таки хорошо его знала. – Ты просто занимаешься с ней благотворительностью? Но, похоже, увлекся процессом? – предположила она. – Мне кажется, у вас с Сережей тоже всё весьма увлекательно, – ответил Илья. – Тебе не кажется, – вздохнула Маша. Ну почему все не может быть просто и хорошо? Почему она обидела Сергея, хотя не хотела. Почему Илья снова один и в глазах тоска? Почему сегодня ночь вздохов, а не поцелуев? Женя опять открыла на внезапный звонок в дверь в пижаме с ромашками. Ненакрашенная. Волосы заколоты в хвостик. Выходной же. Она, как обычно, никого не ждала. Тем более эту изысканную, элегантную женщину. Женя просто дар речи потеряла, когда поняла, кто перед ней. – Здравствуйте! Я Людмила Ивановна Болотова, мать Ильи, и мне надо с вами поговорить, – гостья тоже заметно нервничала. Этого просто не может быть! Женю охватила паника. – Проходите, – она попятилась и едва не врезалась в стену. Что вообще происходит? Что такая женщина – мать и жена миллионера – делает на окраине города в тесной комнате-кухне Жени? Откуда Людмила Болотова вообще знает о ее существовании? Гостья огляделась. Ей показалось, что она попала в довольно просторный, но шкаф. Она сняла перчатки и шарф, расстегнула пальто и села на скрипучий диван. Она никак не могла соединить Илью и этот диван. Похоже, Сергей что-то не так понял. Для своей любовницы ее сын купил бы квартиру побольше. И совсем в другом районе. – Вы ведь Женя, да? – осторожно начала она. – Я заранее прошу прощения. То, что я вам сейчас скажу, будет довольно… как бы это сказать… невежливо и бестактно… Вы, наверное, сочтете это грубым вмешательством в вашу личную жизнь. И будете абсолютно правы, Женя. Но у меня есть оправдание. Конечно, есть, она хочет, чтобы ее сын был счастлив. Чтобы никакие девицы не путались у него под ногами и не мешали его семейной жизни. Да Женя уже и не путается, и не мешает. Мало ей того сообщения и видео от обманутой жены. Видимо, придется еще и выслушать отповедь разгневанной матери. Что ж, она это заслужила. Может быть, это вообще не Лена, а Людмила Ивановна прислала ей то кино? – пришла в голову безумная мысль. Но гостья, конечно, сказала другое. – Мы с вами виделись в Москве. Вы ведь знаете, что я потеряла дочь. И поэтому мне так важен сын. И чтобы у него были дети… Последовала долгая пауза. Говорить было трудно. Тем более на такую тему. Выворачивать душу наизнанку перед посторонним человеком. Но разве у нее был выбор? – Да, я всего лишь старая, сентиментальная женщина. И я хочу внуков. К сожалению, долгие годы я не могла об этом даже мечтать. Но теперь, насколько я поняла, у вас и моего сына…, – она не сразу пподобрала подходящее слово, – у вас… связь. И, возможно, вы хотите детей. И, возможно, вы согласитесь подарить нам внука. Женя побледнела. Откуда она узнала? Неужели все уже в курсе, что Илья изменяет красавице-жене? Нашел себе на работе какую-то бледную моль, которая хочет от него ребенка? Может быть, об этом уже написали в соцсетях? Куча лайков, еще больше дизлайков, десятки комментариев: руки прочь от чужого мужа, копи деньги на искусственное оплодотворение. В любом случае Людмила Ивановна задела больную тему. Женя была в шоке. От этого неожиданного визита и этого монолога. Она молчала и пыталась хоть иногда делать вдох. Внутри – от горла до желудка – кололи противные иголки. Признак сильного волнения. – Но Илья не хочет детей, – его мать продолжила этот непозволительно откровенный для знакомства разговор. – Поэтому я понимаю, что он может воспринять это… довольно болезненно. Возможно, из-за этого вам даже придется с ним расстаться… Только из-за этого? – Женя с трудом удержалась от нервного смешка. Ну а наличие жены ни на что не влияет? Или тот факт, что такая любовница ему вообще не подходит и выглядит рядом с ним, как сорняк, случайно затесавшийся в букет дорогих цветов, где даже упаковочная бумага смотрится более изысканно и уместно, чем она. Как быть с этим? – То есть, это потребует от вас определенных жертв, – развивала свою мысль гостья. – Но мы готовы…э… всё компенсировать. Вы не останетесь в одиночестве. Вам явно нужна нормальная квартира, машина, ежемесячное содержание. Всё, что захотите. Илье даже необязательно знать. Вы можете уехать… Хотите жить у моря? Мы все оплатим. Единственное условие, ваш ребенок должен знать своих бабушку и дедушку, мы будем видеться с ним. Нет, мы не станем вам надоедать, но хотя бы одни выходные в месяц он должен проводить с нами. В висках у Жени застучало. Эта женщина совсем не знает ее, но уже составила подробный план ее будущей жизни?! Отличное предложение! В семье Болотовых принято всё переворачивать с ног на голову? Людмила Ивановна понимала, как дико всё это звучит. Но разве у нее был выбор? Жизнь поставила ее в чрезвычайные обстоятельства. Она тоже жертва, а вовсе не бессердечная старая стерва, которая готова купить себе внука. – Женя, я вам не враг. У нас с вами одна цель. Хотя вам, наверное, сейчас так не кажется. – Нет, что вы, я все понимаю, – Женя старалась не запинаться и обойтись без истерического смеха. – Ваше желание иметь внуков абсолютно естественно. Вот только я вряд ли смогу помочь вам в этом. Я и Илья… Илья Игоревич. Мы же просто… ну по работе. Довольно часто оказываемся вместе на всяких мероприятиях. Вот, видимо, кто-то и подумал, что… Но это же просто смешно! Она показала на окружающую обстановку. Где я и где Илья, – говорил этот жест. – Мы просто много общаемся. И насколько я могу судить, он любит свою жену. И вы, напрасно, не верите в эту любовь. У многих пар сейчас проблемы с детьми. Но медицина не стоит на месте. И все время появляются новые возможности. И у них тоже получится. Надо только пройти обследование. И, может быть, сделать ЭКО. – Неужели? Ирония в том, что я врач-гинеколог, – горько усмехнулась Людмила Ивановна. – Я могла определить срок беременности и пол ребенка еще до того, как появилось УЗИ. И вспомогательные репродуктивные технологии я внедряла одной из первых в городе. Да уж… Она всю жизнь занималась чужими беременностями и так и не дождалась своих внуков. Это не ирония и даже не печаль, это открытая рана. Женя очень сочувствовала этой женщине с красивыми и печальными глазами, так похожими на глаза Ильи, но помочь ничем не могла. – Ну так тем более! Тогда вы точно в курсе, – бодро заявила она. – У вашего сына и невестки всё получится. Да они еще троих родят! Ну не показывать же матери видео, которое доказывает, что супружеский долг вовсе не тяготит ее сына. Они как будто говорили на разных языках. – Похоже, вы его совсем не знаете, – покачала головой мать Ильи. – Похоже, я, действительно, ошиблась. Извините меня. Ситуация была очень странной. Но она не спешила уходить. Терять ей все равно было нечего. – Я все же скажу, – решила Людмила Ивановна через паузу. – Женя, у Ильи и Лены не может быть детей, по крайне мере, общих. И никакая медицина здесь не поможет. Я подозреваю, он как раз и женился на ней, чтобы не иметь семью. Илья вообще редко делает что-то для удовольствия, в основном из чувства вины и чувства долга… Да, Людмила Ивановна хорошо знает своего сына, – подумала Женя. Отличное объяснение, почему возникла эта странная, как она сказала, связь. Сначала он из чувства долга перед семьей решил поближе познакомиться с шантажисткой, а потом из чувства вины перед ней продолжил отношения, когда выяснилось, что она никакая не шантажистка. – Простите меня, но я, правда, ничем не могу помочь, – совершенно искренне сказала Женя. – Между нами ничего нет. Он просто мой босс. – Но если вы часто общаетесь, пусть даже и по работе… Обычно женщина может сделать так, чтобы мужчина остался с ней наедине и забыл о делах… Людмила Ивановна явно цеплялась за соломинку. Она что предлагает Жене соблазнить Илью? Провести спецоперацию «сделай мне ребенка»? За кого она ее принимает? Она что не видит, кто перед ней? Таких не берут в спецагенты и замуж. Женя не умеет соблазнять мужчин. – Извините, я не могу – она опустила глаза. – Это вы меня извините, – Людмила Ивановна поднялась. – Я все же думаю, что наши интересы совпадают. Возможно, наступит время, когда вам самой захочется стать матерью. Возможно, не сейчас. Но затягивать все же не стоит. Старший репродуктивный возраст – это, как правило, проблемы. И если когда-нибудь вам понадобится помощь, вы всегда можете рассчитывать на нас. Просто знайте это. Она оставила на скрипучем диване визитку с номером своего телефона и ушла. – Ну что? – спросил Сергей, заводя двигатель. – Она сказала, что между ними ничего нет. Он просто ее босс. И она ничем не может нам помочь, – ответила Людмила Ивановна, пристегивая ремень безопасности. – Посоветовала мне верить, что последние достижения медицины сделают Илью и Лену счастливыми родителями. – Да уж, – криво усмехнулся Сергей. – Сережа, может быть, ты ошибся? Она… ну совсем не в его вкусе… Почему именно она? – растерянно спросила Людмила Ивановна. – Она вам не понравилась? – Из серии «ничего особенного»… – Ну, во-первых, она хорошая, – объяснил он. – Правильная, даже слишком. И она любит его. Это уже немало. А во-вторых, вы не видели их вместе. Рядом с ним она просто красавица. – Ты уверен, что это что-то серьезное? – Я думаю, она отказалась от вашего предложения, от ваших денег, а вовсе не от Ильи. На этот раз личность погибшей установили сразу. Когда молодую женщину нашли на дороге с травмами после ДТП, у нее в руках была сумка с телефоном, банковскими картами, паспортом и пропуском на работу. Так что тело забрали санитары, а сумку полицейские. Потом они отдали личные вещи матери Лили. Сергей видел, что она расписалась в получении. Так что, отвезя Людмилу Ивановну домой, он поехал по адресу, где жила Лиля. Сергею очень был нужен ее телефон. Она же написала ему, что нашла нечто интересное, он бы хотел понять, что именно. Почему ее убили? Дверь Сергею открыла полная, седая женщина в черном. Он сказал, что хорошо знал ее дочь, передал деньги, которые якобы собрали коллеги и знакомые в помощь семье. И спросил про телефон. Это была главная цель его визита. Он сказал, что по работе Лиля должна была сделать для него фотографии. Нельзя ли заглянуть в ее мобильник? Женщина открыла шкаф и протянула ему сумку дочери. Ей было все равно. Не до телефона сейчас уж точно. А на мошенника Сергей не был похож. Наоборот, денег принес, причем сумма немаленькая. – Вы не знаете пароль? – осторожно спросил он, доставая телефон. Конечно, их айтишники все взломают, но тогда гаджет придется изъять, то есть забрать. Расследование-то неофициальное. – Год рождения Ярослава. Это ее сын. Сейчас он с отцом, – сказала женщина и продиктовала цифры. Хозяйка квартиры ушла на кухню, там зашумел чайник, резко запахло лекарствами от сердца, а Сергей без проблем включил мобильник Лили. И быстро пролистал последние звонки и снимки в галерее телефона. Мотоцикл во дворе больницы. Записи в журнале, пометки, что пациента можно выпускать в сопровождении. Всё то, что она уже переслала ему. Сюрприз ждал его в самом конце. Он вспомнил их последний разговор. И крайний даже не скажешь. "Я кое-что нашла в его палате, покажу при встрече". Лиля шла к нему, когда ее сбили, так что это "кое-что" ему пришлось рассматривать уже без нее. Увидев снимок, Сергей очень удивился. Медсестра Соня стояла в каком-то ресторане в красивом платье рядом с мужчиной в костюме. Костюм был дорогим, а мужчина еще дороже. Лично для Сергея. Это был Илья Болотов.