Глава 2. Андрей Ветров

  День выдался сумасшедший. Все в доме с пяти утра были на ногах. Слуги драили комнаты и готовили. Ирина, задрав голову, ходила и раздавала указания. Прямо генерал на плацу. Я в этот раз не вмешивалась. Все-таки начальник мужа приезжает, все должно быть на высоте. Я в том числе. Рома так и сказал.

   У ворот поставили водителя – сторожить прибытие гостя. Около одиннадцати часов он крикнул о приближении автомобиля. Я хотела подойти к воротам встретить гостей, но постеснялась. Ира будет ворчать, что такое поведение не подобает хозяйке дома, хотя сама не знает об этикете. Рома – нувориш. Никакого отношения к аристократии его семья не имеет.

   Все выстроились во дворе – от хозяина особняка до уборщицы. Я вместе с мужем и золовкой стояла в первом ряду. Ради такого случая все принарядились. Я надела свое лучшее летнее платье: с тонкими бретельками, прилегающим лифом и пышной юбкой до колен. Ира, увидев мой наряд, проворчала, что это прошлый век, и я всех опозорю.

    Сама она была в каком-то серо-буром платье-футляре, которое подчеркивало ее болезненную худобу. Шея и пальцы были увешаны золотыми украшениями. Ну прямо новогодняя елка. Так и тянуло крикнуть: елочка гори!

   На мне не было даже клипс. Хотя Рома задарил меня украшениями. Я просто не привыкла их носить: клипсы оттягивали не проколотые уши, кольца натирали пальцы, а цепочка – шею. Главным моим украшением были волосы – медовая копна длиной до талии. Я распустила их, и они переливались золотом на солнце. Никакие украшения не сравнятся с природной красотой – этому меня еще мама учила.

    За секунду до того, как ворота открылись, впуская автомобили, меня посетило странное предчувствие. Я затруднялась определить: хорошим оно было или дурным. Но вдруг защемило в груди, как бывает перед встречей с судьбой. А, может, просто переволновалась.  

    Я ожидала увидеть лимузин. Длинный и безумно дорогой. По моему представлению именно так должен путешествовать глава большой компании. Как же я удивилась, когда вместо шикарного лимузина в ворота въехало малотоннажное транспортное средство. Разумеется, это была не «Газель», а крутой «Мерседес», блестящий черными боками, с темными, наглухо тонированными окнами.

   Машина припарковалась около крыльца. На какой-то миг тень от нее заслонила солнце и легла прямо на меня. Я задохнулась от ее черноты, словно она была осязаемой и придавила меня подобно гранитной плите.

  Дверь открылась автоматически. Я увидела салон и сразу поняла, почему босс Ромы путешествует именно так. Лимузин по сравнению с этой машиной – лилипут. Внутри «Мерседеса» помещалась целая комната: диван, телевизор, мини-бар и не в тесноте, а во вполне комфортабельных условиях. Если немного потесниться, туда и джакузи можно вписать. И все это для одного единственного человека – Андрея Ветрова.

   Из машины вышел мужчина. Легко спрыгнул с подножки, повел, разминаясь, плечами. Одет он был на первый взгляд просто и лаконично: черный костюм с таким же галстуком, белая рубашка, начищенные до блеска ботинки. Ни перстней на пальцах, ни золотой цепи на шее, которые так часто носят в нашем городе все, кто выбился в люди. Зато запонки явно дорогие, как и зажим для галстука с изображением оскаленной морды медведя.

   Я с интересом изучала мужчину. Обычно говорят – волевой подбородок. У Андрея Ветрова волевым было все лицо и даже осанка с жестами. Не человек, а олицетворение несгибаемой воли. Такой, что свойственна истинным управленцам. Впрочем, абы кто подобную империю не построит. Вкупе с харизмой внешность мужчины производила неизгладимое впечатление. Особенно на слабый пол.

   В несколько широких шагов он приблизился к крыльцу. Я едва не попятилась. Мужчина еще ничего не сказал и не сделал, а я уже дрожала от страха. Андрей напомнил мне дикого медведя. Того самого, чей оскал изображен на его зажиме для галстука.  

  — Здравствуйте, Андрей Викторович, — Рома выступил вперед и протянул руку для пожатия. — Очень рад вашему визиту. Замечательно, что вы нашли время посетить нас.

  — Как я мог не приехать, — глубокий и мощный голос мужчины мог вызвать схождение лавины с гор, — и не поздравить тебя с женитьбой. Слухи о твоей красавице жене уже дошли до главного офиса. Девушки из бухгалтерии расстроены. От них ушел завидный жених.

  — Передайте им, что я прошу прощения, но сердцу не прикажешь.

  — Женился по любви? — усмехнулся Андрей. — Поздравляю! Дай хоть взгляну на твое приобретение.

  Рома отступил, пропуская босса ко мне. Я склонила голову, мечтая стать незаметной. Вдруг повезет, и мужчина пройдет мимо.

    Андрей подошел вплотную. Глядя исподлобья, я видела перед собой широкую мужскую грудь. От Ветрова пахло дорогим одеколоном и сигарами. Из-за терпкого запаха защекотало в носу, и я сморщилась, чтобы не чихнуть.

   Начальник Ромы походил на исполинский дуб, рядом с которым я была тонкой ивой. Мужчина протянул руку, взял меня за подбородок и надавил, заставляя поднять голову. Андрей действовал мягко, но настойчиво. Противиться было невозможно.

  Никто не заступился за меня. Даже Рома не возмутился тем фактом, что чужой мужчина вот так запросто касается меня. Похоже, Андрею Ветрову позволено все. По крайней мере, среди нас не нашлось человека, который бы рискнул ему возразить.

   Я покорилась, взглянула мужчине в лицо, хотя от его прикосновений мне было не по себе. Что-то сжималось в животе и ниже. Если это страх, то какой-то неправильный.

   — Отличный выбор, Рома, — хмыкнул Андрей. — Кто бы подумал, что в командировке ты найдешь такое сокровище. Натуральная блондинка, — рука мужчины с подбородка переместилась на мои волосы. Прошлась по локонам, пропустив их между пальцев.  —  Да еще с зелеными глазами. Лучезарная девочка, — пробормотал он тихо, так что расслышала только я.

   Убрав руку за спину, Андрей отступил, и сразу стало легче дышать. Кожа еще хранила тепло его прикосновений, и мне вдруг захотелось умыться или хотя бы протереть лицо, чтобы убрать с себя его след. Усилием воли я подавила порыв. Не хватало еще оскорбить начальника в первые минуты его визита.

  Молчание затянулось. И тогда вмешалась Ирина, за что я была ей от души благодарна:

  —  Не будем стоять на улице. Пройдемте в дом.

  Ирина протянула Андрею руку, но он ее не принял.

  — Пусть меня проводит хозяйка дома, — он повернулся в мою сторону.  

  Я едва сдержала улыбку. Кажется, ведьму поставили на место.

   — Конечно, — Ирина не переменилась в лице, лишь глаза недобро сверкнули, выдавая злость. — Света сделает это с удовольствием.

   Андрей предложил мне локоть. От меня требовалось взять его под руку. Это было непросто, но я решилась.

    Вдвоем мы вошли в дом, а за нами Рома и его сестра. Сегодня мы ужинаем в узком кругу, но завтра к нам в гости съедутся директора и замы ближайших отделений компании. Визит Андрея Ветрова стал неожиданностью для всех. Похоже, решение посетить нас пришло ему в голову случайно. Возможно, он и правда изменил маршрут с единственной целью – познакомиться с молодой женой своего сотрудника.  

   Прежде чем сесть за стол, гость решил помыться и переодеться с дороги. Все разошлись, и я поднялась к себе. На лестнице меня настигла Ирина. Бросилась на меня коршуном, затолкала в спальню и прижала к стене.

  — Празднуешь победу, — ее голос сочился ядом. — Не радуйся, дуреха. Может, сегодня за столом ты будешь сидеть на месте хозяйки дома, то есть на моем месте, но завтра это отольется тебе горючими слезами.

  — Вы мне угрожаете? — я не впечатлилась, привычная к ее нападкам. 

  — Я прожила больше твоего и знаю, о чем говорю. Угроза для тебя не я. Андрей Ветров – хозяин всего, что ты видишь вокруг. Этот дом построен на деньги его компании. Рома лишь служащий, пусть и на высокой должности. Сегодня у него есть все, а завтра – ничего. И зависит это от одного единственного – от желания Ветрова. Поэтому Рома и другие выполняют все его прихоти. Если завтра он захочет тебя, Рома лично проводит тебя в его спальню.

   — Что за вздор? — мне стало смешно. Карге надоело пугать меня разводом, так она нашла новый повод. — Мы не в средневековье, знаете ли. Я законная жена Ромы. Никто кроме него не смеет меня касаться. К тому же Андрей слишком стар для меня. Ему, наверное, лет сорок.

   — Тридцать семь, если быть точной. Для мужчины самый рассвет. Это не твое захолустье, — гнула свое Ирина. — Это город. Здесь все решают деньги. Тот, у кого их больше – царь и бог. А у Ветрова их столько, что ни тебе, ни нам не снилось. Думаешь, Рома богат? Он нищий по сравнению с Ветровым. На эти деньги он может купить все: землю, дома, людей. Не веришь мне, спроси у Марины. Пусть расскажет, кто отец ее ребенка.

   Я понятия не имела, кто такая Марина. И прямо сейчас не могла это выяснить. Гости-то приедут только завтра. Ирина нарочно пугала меня байками, которые нельзя проверить. Где это видано, чтобы мужчина захотел жену другого, а главное получил ее с позволения мужа? Ни один любящий муж на подобное не согласится. Мы все-таки не в каменном веке. Богач или нет, а Андрей Ветров не имеет надо мной власти.

     Ира ушла, и я выкинула ее слова из головы. Мало ли что разозленная женщина скажет в сердцах. По правде говоря, внимание Ветрова мне немного льстило. Но главное я не ждала от него дурного. Ни один нормальный мужчина не пойдет против желания женщины. Не насильник же этот Ветров, в самом деле! Но я забыла – у богатых другие правила и причуды.

    Деловые обеспеченные мужчины не расшаркиваются, не делают комплиментов. У них нет на это времени. Они просто берут, что им нравится. Именно так за мной ухаживал Рома. И это еще одна причина, по которой я обратила на него внимание – он выделялся среди других своим напором. Пришел, увидел, победил.

    Во время ужина я сидела по правую руку от Андрея Ветрова – на месте хозяйки дома. Впервые с переезда удостоилась этой чести. Слева от начальника сидел Рома, но я не могла поговорить с мужем: Андрей, повернувшись ко мне вполоборота, заслонил его спиной.

  Весь вечер Андрей общался только со мной. Он был предупредителен и вежлив. Много рассказывал о жизни в столице, где находился главный офис фирмы. 

    — Тебе обязательно надо побывать в столице, Света, — говорил он. — Это потрясающий город. Компания каждый год устраивает благотворительный прием. Ты будешь на нем блистать. Пожалуй, я даже позволю тебе его открыть.

  — Мне и Роме? — уточнила я.

  — Прием всегда открываю я, — улыбнулся мужчина. — Со спутницей.

   Я смутилась под пристальным взглядом, такая в нем была сила, и отвернулась. Черные омуты затягивали, я тонула и задыхалась. Где-то на задворках сознания шевельнулось воспоминание о словах Ирины. Но неприязнь к женщине не позволила поверить в ее искренность. С какой стати ей заботиться обо мне? Небось, специально все выдумала, чтобы я шарахалась от Андрея и выставила себя дурой.

    В какой-то момент я наклонила голову, выглядывая из-за спины Андрея, и украдкой улыбнулась мужу. Рома не ответил. Никогда не видела его таким мрачным. Скрестив руки на груди, он наблюдал за мной. Я и не знала, что он умеет так смотреть – как волк на одинокую овечку.

   Поговорить с мужем удалось лишь после ужина. Вечер закончился, все разошлись по комнатам, и в нашей спальне Рома набросился на меня с упреками.

  — Что ты делаешь? — шипел он. — Зачем кокетничаешь с Ветровым?

  — Не смей обвинять меня! — я повысила голос, и он шикнул на меня, чтобы говорила тише. — Не могла же я отказаться говорить с ним и сидеть весь ужин букой. А где был ты? Попытался хоть ненадолго отвлечь его? Не приписывай мне своих грехов.

  — Что я мог? — теперь оправдывался Рома. — Сказать боссу, чтобы он оставил тебя в покое? Да за такое он бы уволил меня и дело с концом.     

  — И что теперь делать?

  — Завтра приедут гости. Устроим пикник на природе. Андрей переключится на других. Ты за целый день его даже не увидишь, а вечером прикинешься больной и уйдешь пораньше. Я позабочусь, чтобы Ветров о тебе не вспомнил.

  — Каким образом? — насторожилась я.

  — Сведу его с кем-нибудь.  

  — Ты заставишь кого-то ублажать его?

  — Заставлю ублажать? — расхохотался Рома. — Никак не привыкну к этим твоим оборотам. Ты читаешь слишком много любовных романов. Не переживай, женщина будет только рада.

   Я покачала головой, не уточняя, чему именно она обрадуется. Стать чьим-то развлечением на одну ночь – сомнительный успех.