Глава 10. Одиночество

   Я не упустила возможности сказать Роме, как он заблуждался. Это было что-то вроде – я же тебе говорила. Муж слушал, не перебивая. Теперь-то он видел мою правоту, да поздно. Его отправляют в командировку. Как я не умоляла его остаться, он отнекивался.

  — Ты не понимаешь, — говорил Рома, — я не могу не поехать. В случае отказа я потеряю работу.  

     Из обрывочных объяснений мужа я поняла, что представители нескольких компаний съезжаются, чтобы провести торги и заключить выгодные контракты. Роме оказали большое доверие. Я была рада за него, но несчастна за себя.

  — Опять эта работа! Будто на ней свет клином сошелся, — вспылила я. — Уедем. Ты специалист высокого класса. Везде найдешь работу. Не здесь так за границей. Я тоже не буду сидеть, сложа руки.

  — Да ты знаешь, какие у Андрея связи! Он позаботится о том, чтобы меня никуда не взяли. Если я кем и смогу работать после такого, то только дворником. Не забывай на мне лежит ответственность за сестру.

  — За меня ты тоже отвечаешь, — напомнила я.

  — И я позабочусь о тебе, не переживай.

  Его было не переубедить. Упрямый, как и всегда. Если что-то решил, то все, другие варианты даже не рассматривались.

   — Хорошо, — кивнула я, — поезжай. Но я тоже уеду на время твоего отсутствия. Вернусь обратно в особняк или навещу родителей.

  — Что это ты придумала? — нахмурился Рома. — Зачем тебе куда-то ехать? Жди меня здесь.

  — В одном доме с Ветровым?

  — За кого ты его принимаешь? Он что маньяк? Можно подумать, ворвется и изнасилует тебя.

  На самом деле, именно этого я и опасалась. Умом понимала, что Ветров вроде адекватный мужчина и подобное поведение ему не свойственно. Но эти его взгляды и намеки… как долго он еще продержится? Наилучшим выходом сейчас будет уехать и не мозолить ему глаза. Увы, Рома думал иначе.  

  — Не говори ерунды, — отмахнулся он от моих переживаний. — Никто тебя не тронет. Если тебе как маленькой страшно оставаться одной, я позвоню сестре и скажу, чтобы она приехала. Вдвоем вам будет весело.

   Я поморщилась. Да уж, веселья будет хоть отбавляй.

  — Ты работаешь в компании, — напомнил Рома. — Тебя недавно взяли, тебе не положен отпуск.

  — Но я твой секретарь, а тебя не будет.

  — Работа всегда найдется. Ты сама просила о ней, говорила, что тебе скучно сидеть постоянно дома. Я поручился за тебя. Не заставляй меня об этом пожалеть.

  Я вздохнула. Это тупик. Сколько не уговаривала Рому, он так и не согласился на мой отъезд. А собраться и сбежать по-тихому вариант не для меня.

     — Я быстро вернусь, ты соскучиться не успеешь, — сказал муж в день отъезда и поцеловал меня в уголок губ на прощание.

   Я проводила его до аэропорта и теперь смотрела, как он уходит. Мы еще долго махали друг другу: то он обернется, то я. Впервые со дня нашего знакомства мы расставались так надолго.

   Дома одной было невыносимо скучно. Ничего не хотелось. Я даже не стала готовить ужин. Заказала пиццу. Ровно через час позвонил консьерж и сказал, что курьер поднимается. А потом через минуту-другую раздался звонок в дверь. Я открыла, не посмотрев в глазок, будучи уверена, что это курьер.

  Распахнула дверь и застыла. Ветров! Первым порывом было захлопнуть дверь перед его носом, и я ему последовала. Увы, попытка провалилась – мужчина подставил ногу.

  — Уходите, — прошипела я, а сама косилась на лифт. Где там курьер запропастился?

  — Ждешь кого-то? — поинтересовался мужчина.

  — Уж точно не вас.

  — Очень жаль, — притворно вздохнул он. — Потому что пришел только я.

  Лишь после этих слов я заметила коробку с пиццей у него в руке. Похоже, он перехватил курьера.

  — Я лучше останусь без ужина, чем впущу вас в квартиру, — ответила на это.

  — Перестань. Я пришел не ругаться.

  — Знаю я, зачем вы пришли, — фыркнула.

  Так мы и стояли: я давила на дверь со своей стороны, пытаясь ее закрыть, мужчина напирал с другой, не давая мне этого сделать. Ему, конечно, ничего не стоило толкнуть посильнее плечом и войти. Но на мою удачу Ветров не спешил применять силу.

  — Давай так, — предложил он. — Я не буду входить. Ты сама выйдешь ко мне. Я хочу всего лишь поговорить. Нейтральная территория подъезда вполне сгодится для общения.

  — Без этого вы не уйдете?

  — Не уйду.

  Я вздохнула. Ветров не оставил мне выбора. Не стоять же ночь напролет вот так.

   — Хорошо, — кивнула. — Я выхожу, отойдите.

  Мужчина осторожно попятился, одной рукой по-прежнему придерживая дверь. Не доверял. И правильно делал. Искушение захлопнуть дверь было велико. Я бы так и поступила, если бы не была уверена, что он снова удержит дверь.

       Не переставая контролировать вход, я потянулась за курткой. Схватив ее, выскочила в подъезд и захлопнула дверь.  

   — Прогуляемся? — предложил Андрей, как только я вышла. — Неподалеку есть неплохое кафе.

  Я пожала плечами. Пожалуй, на людях мне будет комфортнее. Что угодно, лишь бы не оставаться с Ветровым один на один. Пиццу мужчина положил на подоконник в подъезде, так как я отказалась заносить ее в квартиру.

    — Теперь никто не скажет, что ты была со мной наедине, — сказал Андрей, когда мы заняли место за столиком.

  Я кисло улыбнулась. Не объяснять же ему, что наш совместный выход в свет (пусть это даже кафе по соседству) вряд ли останется незамеченным. Уже завтра на работе коллеги устроят мне допрос с пристрастием.

  И все же вопреки ожиданиям вечер прошел хорошо. Мы говорили на нейтральные темы. Андрей рассказал о себе: я узнала, что он тоже вырос далеко от столицы, начинал с нуля и сам всего добился. Меня восхищали подобные ему люди – сильные, волевые, смелые. В какой-то момент я даже пожалела, что не встретила его до замужества. Впрочем, это ничего бы не изменило. Ведь он тоже женат и уже давно. Не будь мы оба связаны узами брака с другими людьми, вечер мог сойти за первое свидание, на котором люди узнают друг друга.

  Андрей проводил меня до квартиры. И вот здесь он все испортил.

  Я не открывала дверь, ожидая, когда он уйдет. Безопасность прежде всего. Как выяснилось, опасалась не зря.

    Я стояла спиной к двери, Андрей напротив. Мы уже пожелали друг другу спокойной ночи, но он не торопился уходить.

  Мужчина не сводил с меня взгляда. Тяжелого, давящего. Из-за расширенных зрачков, перекрывающих радужку, его глаза казались практически черными. У меня сердце в груди дрожало от этого взора. Воздух между нами буквально искрился электрическими разрядами. Казалось, коснись меня мужчина и случится короткое замыкание – вся столица погрузится во мрак.

   В итоге Андрей не справился с собой и своими желаниями. Застонав, он привлек меня к себе. На мгновение я забыла, кто он и кто я. Мы были просто мужчиной и женщиной. Сознание куда-то унесло, мне приходилось прилагать немалые силы, чтобы не потерять последние крохи здравого смысла. Нельзя быть такой слабой! Я все-таки человек, разумное существо, а не самка в течке, которой все равно где и с кем.

    Андрей наклонился ко мне. Вдохнул глубоко мой запах, и я почувствовала, как дрожат от напряжения его руки на моей талии. А потом он прижался губами к венке на моей шее, и затрясло уже меня. Он провел языком по коже, словно слизывая мой пульс. Тот зашкаливал, и Андрей наверняка это ощутил.

    Что же я творю?! Меня трогает чужой мужчина. Пускай это еще не измена, но очень близко. Это противоречит всему, во что я верю. Это грязно, порочно, лицемерно. Но я почему-то тяну, не отталкиваю Андрея. Даю ему и себе насладиться этой секундой близости. Я определенно выжила из ума.

   К счастью, Ветров сам разрушил очарование момента, прошептав:

  — Скажи, чего ты хочешь. Денег? Я дам, у меня их много. Одно слово и завтра открою счет на твое имя, сделаю перевод с шестью нолями. Хоть на этой недели перевезем всю твою семью в столицу. Я куплю каждому по квартире. Только скажи.

  Его речь была как пощечина. Очень отрезвляюще. Я вздрогнула и отстранилась.

  — Мы торгуемся? — спросила. — В таком случае у меня ответное предложение: скажите, что мне сделать, чтобы от меня отстали? Я согласна на любой вариант, кроме секса.

  У мужчины дернулась щека. Мне удалось его задеть. Не сказав больше ни слова, он развернулся и направился к лифту, а я вздохнула с облегчением. Очередной раунд выдержан. Но, как говорится, Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу. Все это становится слишком опасным. Скорей бы вернулся Рома.

   Я открыла дверь лишь после того, как уехал лифт, увозя Ветрова в пентхаус. Войдя в квартиру, тщательно заперла замки и даже цепочку накинула. Подперла бы дверь стулом, но он вряд ли поможет. У консьержа есть ключи от квартиры, впустил же он как-то уборщицу перед нашим приездом. А это значит, что у Андрея они тоже могут быть.

   Я не спала, ожидая, когда ко мне начнут ломиться. Но наступило утро, а никто даже не постучал в дверь. Неужели Ветров сдался? Что-то не верится.

   Я готовила завтрак, когда зазвонил домашний телефон. Это была Дина.

  — Я видела вчера, как Андрей спускался к тебе на этаж, — сказала она.  — Все нормально?

  — Да, вполне. Это был обычный визит вежливости, — я не стала рассказывать подробности нашего общения. Дина мне нравилась, она была моим единственным другом в столице, но я боялась, что она все разболтает.

  — Понятно, — судя по тону, она мне не поверила. Но что мне нравилось в Дине: она была необидчива. Не выпытав у меня подробности встречи с Ветровым, она переключилась на другие сплетни. — Помнишь девушку – Оксану, которая открывала с Андреем зимний бал? Отец посадил ее в загородном доме под арест.

  — За что? — удивилась я.

  — Место любовницы Андрея свободно, и многие не прочь его занять. Отец Оксаны надеялся, что она приглянется Андрею. Использовал все свое влияние, чтобы на приеме она была его парой, но ничего не вышло. Зато она чуть не закрутила роман с каким-то официантом. Вот папаша и спрятал ее подальше. Только зятя-официанта ему не хватало.

  На первый взгляд бесполезная информация оказалась полезной. Если верить Дине, то сейчас идет чуть ли не битва за место любовницы Ветрова. Плохо, что меня против воли втянули в эти разборки.

  — Бедная, — вздохнула я. — Оксана, наверное, очень расстроена. Повезло ей, что не заинтересовала Андрея. Он бы ее замучил. 

  — Кто? Андрей? Глупости, — хихикнула Дина. — Он прекрасный любовник. Еще ни одна женщина, побывавшая в его постели, не жаловалась.

  — Ты говоришь так, будто знаешь, каково в его постели, — заметила я.

  — Лично нет, он все-таки мой дядя, пусть и не родной, но многое слышала. Вот ты довольна сексом с мужем?

  — Вполне.

  — Вполне? Это все, что ты можешь сказать? Ты когда-нибудь стонала от наслаждения, умирая и рождаясь вновь в объятиях мужа? Заставлял ли он тебя кричать от исступления? 

  Дина, сама того не зная, наступила на больную мозоль. Мне было хорошо с Ромой. Но исступление, наслаждение, крики… ничего этого не испытывала.  

  Мое молчание было красноречивее слов, и Дина осеклась на полуслове.

  — Ты никогда не испытывала оргазма! — охнула она. — И ты не переживаешь по этому поводу? Что у вас за брак? Он тебя трахает, а ты терпишь?  

   Я поджала губы. Мне категорически не нравилось, куда повернул этот разговор.   

  — Ладно, не обижайся, — пошла на мировую Дина, услышав мое недовольное сопение. — Просто это странно. И неправильно. Женщине должно быть хорошо в постели так же, как мужчине. 

  — Поговорим о другом, — оборвала я. — Хватит обсуждать мою личную жизнь. Лучше расскажи о своей тете. 

    — Она сама доброта, пока не посягают на то, что принадлежит ей.

    Я вздрогнула. Это прозвучало как предупреждение. И все-таки жаль женщину, нелюбимую мужем. В моем представлении нет хуже наказания, чем выйти замуж по расчету, а после всю жизнь терпеть измены.

   …Этим же вечером приехала Ира. Вот уж по кому я не скучала. Мы снова виделись каждый день и вынуждены были общаться. Сперва я решила, что золовка поможет мне избегать Андрея, но это заблуждение быстро развеялось.

  Мы вместе пошли в магазин за продуктами. Лифт остановился на нашем этаже, двери разъехались, и я пожалела, что вообще сегодня вышла из квартиры. В лифте стоял Андрей собственной персоной.

  — Ой, я забыла кошелек, — Ира совершенно неправдоподобно хлопнула себя по лбу. — Спускайтесь без меня. Я догоню.

  Она направилась обратно в квартиру, не забыв перед этим пихнуть меня в спину, так что мне пришлось войти в лифт. Если переживу эту поездку, убью ее!

    — Неожиданная и приятная встреча, — улыбнулся мне мужчина.  

    Должна сказать, я оценила его деликатность. После неудачного похода в кафе Андрей не заходил в гости. Со стороны казалось, он совсем ничего не делает, но я все равно ощущала постоянное давление. Словно вся компания, все знакомые только и ждут, когда я, наконец, сломаюсь. Так или иначе, многие намекали мне на покладистость.

   — Я рад, что мне представилась возможность извиниться за свое поведение, — сказал Андрей. — Надеюсь, ты меня простишь.

   Я судорожно кивнула. А сама не сводила глаз с табло с номером этажа. Боже, как медленно едет лифт! Улитки и то расторопнее.

  — Ты выглядишь несчастной, — произнес Андрей. — В чем дело?

  — Скучаю по мужу. Это естественно для любящей жены.

  — В наше время любовь в браке такая редкость, — заметил на это мужчина. — Все делается по расчету.

  — Поэтому вы продолжаете проверять меня на прочность? — не удержалась я от шпильки.

  Андрей улыбнулся:

  — Ничего не могу с собой поделать. Каюсь, грешен.   

  Нам осталось каких-то три несчастных этажа, но время как будто замедлилось. Наконец, лифт остановился и двери разъехались. Я тут же пулей выскочила в подъезд. Андрей вышел за мной следом и поинтересовался с усмешкой:   

  — Теперь ты не считаешь меня монстром? Как видишь, я способен проехать с женщиной в лифте и не напасть на нее.

  — Ни секунды в этом не сомневалась. Бизнесмены обычно хорошие дипломаты. Убеждена, вы умеете находить подход к людям.

  — До нашей встречи я думал, что это так, — он нахмурился. — Но ты заставила меня усомниться в своих способностях. Знаешь ли ты, как заключаются контракты? — внезапно сменил он тему. — На самом деле, это долгая кропотливая работа. Месяцы, а то и годы работы до того, как будет поставлена подпись.

  — Зачем вы это рассказываете?

  — Чтобы ты поняла: терпение – моя лучшая черта.  

    Это прозвучало как угроза. Или я так восприняла? Вспомнилось обещание Андрея рано или поздно заполучить меня. Все его поведение тщательно продумано. Даже то, что он игнорировал меня, когда я только приехала, было частью плана, как и все прочее.

   Лифт спустился во второй раз, из него вышла Ира и спасла меня от необходимости отвечать. Ведь я понятия не имела, что сказать. Глупо утверждать, что слова Андрея меня не волновали. В темных глазах мужчины мне чудился осадок, словно невидимая болезнь точила его изнутри. Я вдруг подумала, что он не так ужасен, как болтают. Просто мужчина, добившийся всего сам. Огромные деньги в его руках, а он при этом невероятно одинок.

  Эмоция, охватившая меня, называлась состраданием. А, как известно, невозможно испытывать неприязнь к тому, кому сочувствуешь.