63. Кара. Острое чувство стыда

— Чего грустим? — Вера садится рядом со мной на скамейку, наблюдая, как последняя из ее подопечных убегает в сторону раздевалок.

Натягиваю на лицо дежурную улыбку и поворачиваюсь к ней.

— Все хорошо. Просто… задумалась.

После слов Лапиной на душе как-то паршиво. И даже тренировка не избавила меня от неприятных мыслей о том, что у нас с Алексом нет будущего.

— Мне-то не ври.

Вера легонько толкает меня плечом. Ее голос достаточно тих, и мне приходится склониться чуть ближе, чтобы расслышать ее слова.

— Я глухая, но не слепая. А у тебя все на лбу написано капсом, что жизнь дерьмо. — Тряхнув разноцветными косами, она с улыбкой произносит. — Колись давай.

Мне нравится Вера. Несмотря на ее немного грубоватую манеру речи и прямолинейность, она искренняя и открытая миру.

Поэтому, набрав побольше воздуха, я выдаю:

— Я кое с кем встречаюсь… Черт! — Тру лицо. — Сказала так, будто это секрет на миллион. Это мой одногруппник. Мы поначалу друг друга сильно недолюбливали, а теперь… теперь…

Подбираю слова, не зная, как правильно назвать наши с Алексом отношения.

— Ну раз уж ты по цвету сравнялась с моей толстовкой, теперь вы очень даже долюбливаете друг друга, — идет мне на выручку Вера.

Смущенно пялюсь на свои сцепленные в замок руки.

— Вроде того. Мы встречаемся.

— Это не преступление. — Вера пожимает плечами.

— Он заносчивый и у него сложилась определенная репутация в универе.

— Бабник, что ли?

Удрученно киваю.

— Дай угадаю. — Вера постукивает черным ногтем по нижней губе. — Его пассии ссут тебе в уши, как он тебя поматросит и бросит?

Молча поднимаю на нее растерянный взгляд.

То, как легко она озвучила мои страхи, выбивает меня из колеи.

Весь вечер я намеренно гоню от себя эти мысли, но они с упорством чайки из мема «я не договорила» преследуют меня.

— Ясно, что ничего не ясно.

— Это как?

— Да все просто, Карин. Встречайся, влюбляйся, живи без оглядки на прошлое, — произносит хрипло Вера. — Люби на полную катушку, даже если это не навсегда. Наслаждайся каждым мгновением. Потому что люди не вечны.

От ее слов веет застарелой горечью, и я более внимательно вглядываюсь в ее лицо.

Каково это жить, не слыша?

Борюсь между желанием спросить и тактом, и выбираю второе.

Вера в этот момент прищуривает свои орехово-зеленые глаза:

— А этот «кое кто» выглядит, как богатенький засранец с золотой ложкой в заднице?

Оборачиваюсь за ее взглядом и вижу направляющегося в нашу сторону Алекса. Невольно мое сердце делает тройной тулуп, а бедра неконтролируемо сжимаются.

— Да, это он, — произношу тихо, но тут же спохватываюсь и поворачиваю голову к Вере.

Повторяю для нее ответ. Она расплывается в понимающей улыбке и прежде, чем Алекс успевает к нам подойти, говорит мне:

— Ну за такого и не грех побороться с призраками прошлого. Просто помни, Снежина, кто тут королева.

Мы тепло с ней прощаемся, и Вера, сделав Алексу ручкой, уходит собирать свою ватагу.

— Я тебя уже пятнадцать минут жду в машине, — ворчит Алекс, засунув руки в карманы джогеров. — Жрать охота.

Невольно вспоминаю слова Веры и заламываю бровь.

— Я была занята. Если так сильно голоден, мог не ждать меня. Сама прекрасно доберусь.

Бес закатывает глаза, а потом рывком хватает меня за руку и тянет к себе.

Поцелуй выходит жарким и очень голодным. Мы увлекаемся не на шутку, и я уже забываю, о своих колючках, когда Алекс шлепает меня по заднице.

— Сама она. Иди собирайся, я реально щас от голода сдохну.

— Мне нужно домой заскочить.

— Ой, бля-я-я! — тянет Алекс. — Ты хочешь, чтобы твой батя мне яйца прям сегодня открутил?

Раздражаюсь в ответ.

— А я похожа на кочующий табор? У меня даже щетки зубной с собой нет.

— Купим.

— И белье? И крем? — перечисляю я только для того, чтобы позлить Беса.

В моей спортивной сумке все это есть.

— Вообще все, — рубит отрывисто Алекс.

Складываю руки на груди.

— Спасибо, но я хочу свое.

Выматерившись, Бес переводит не меня сатанеющий взгляд.

— Окей. Погнали.

Всю дорогу до моего дома Алекс слушает свой рок, выкрутив громкость на максимум. Еще немного, и я оглохну. Он злится, а я в ответ только поджимаю губы.

Ни за что не признаюсь ему, что это моя месть за всех его бывших.

Интересно, он выполнял все их капризы?

— У тебя пять минут! — бросает мне Алекс, внаглую паркуясь сразу на два места.

Автохам!

— Спасибо, до завтра, — говорю ему спокойно и выхожу из машины.

— Да ты гонишь?! — рявкает, вываливаясь следом.

Мне в этот момент хочется пнуть его. Очень сильно. Куда-нибудь в район его фаберже.

Борюсь с искушением, шагая к подъезду. Сзади раздраженно топает Бес.

Чертыхаясь, он выдирает у меня из рук спортивную сумку и закидывает на плечо.

— Пошли, провожу.

И все.

Типичный обиженка.

Мы в состоянии объявленной войны поднимаемся на мой этаж, я отмыкаю дверь и включаю свет в прихожей.

— А тесть мой золотой где? — Алекс и не думает уходить.

— В части, — отзываюсь и тяну руку к сумке. — Давай сюда, я устала и хочу…

— А нахрена ее так набивать! Что там у тебя, кирпичи?.. — Бес резко вжикает молнией на сумке и с интересом разглядывает ее содержимое.

— Не понял…

Ой!

Его горящий как угли взгляд впивается в меня. Отступаю на шажок назад.

— Пиздец тебе, Снежина.

Я срываюсь с места, несусь в свою комнату. Как обезумевшая, запрыгиваю на кровать и хватаю подушку.

Алекс влетает следом, и я тут же запускаю в него своим снарядом. Он с легкостью от него уворачивается.

— Иди сюда, коза. — Манит меня пальцем.

— Неа.

Мотаю головой. Сердце колотится в горле, дыхание сбито.

Алекс делает движение влево, я инстинктивно дергаюсь в противоположную сторону… и с визгом оказываюсь прижатой к матрасу.

— Попалась! — рычит Бес, щекоча меня и доводя до исступления.

Хохочу, умоляя прекратить. В какой-то момент он нависает надо мной.

— Прибил бы заразу, — зло пыхтит и набрасывается на мои губы.

Терзает их, сводя меня с ума от ощущений. Язык нагло хозяйничает у меня во рту, пока руки настойчиво освобождают меня от одежды.

— Саш… Саша, я же вся потная, — хнычу ему в губы. — Пусти в душ.

— Неа.

Он отстраняется от меня, заводит руки за голову и сталкивает футболку.

— Будем ебаться как животные!

Следом вжикает молния на джогерах… и вот Алекс уже в чем мать родила.

В моем доме! Мамочки.

— Это лишнее. — Он подцепляет мои трусики и ловко освобождает меня от них.

По телу прокатывается разряд тока, а внизу живота будто свернулся электрический угорь. Он жалит меня, пока я наблюдаю, как Алекс разрывает зубами упаковку презерватива.

Я закусываю губу, уже зная, что будет дальше. Но оказываюсь совершенно не готова к тому, что Алекс возьмет меня на руки и потащит… куда?

— Ты с ума сошел?! — шиплю, ощущая обнаженными ягодицами прохладу столешницы. — Мы здесь, вообще-то, едим!

— Считай это моей местью, — хрипло выдыхает мне в рот, одновременно сильно и резко подавая себя вперед.

Стон против воли вырывается сквозь сомкнутые губы.

— А будешь еще выебываться… — Снова резкий толчок. Укус в шею. — И мы затрахаем все горизонтальные поверхности в этой квартире.

Улетая в свой личный космос, я думаю только о том, что теперь семейные посиделки на кухне будут с острым чувством стыда.