Глава 25 Ритуал и глас Праотца

Карашерриса.

Наверное, эту ночь и можно считать нашей настоящей первой брачной ночью, потому что она была наполнена любовью. Не страстью, не похотью, а именно любовью. Мы впервые за этот месяц не трахались, а любили друг друга, и это было ни с чем несравнимое удовольствие.

Он целовал меня невыносимо нежно, уделяя внимание каждому клочку кожи и нашёптывая всякие милые глупости. Муж лелеял меня, как самое ценное сокровище, как самое дорогое, что есть у него в жизни и бесконечное количество раз повторял мне в шею, уши, глаза, своё «люблю тебя», а я шептала ему в ответ свои признания: как всегда любила, как буду любить. Все Создатели! Спасибо вам! Я никогда не была такой счастливой. Из глаз лились слёзы — наверное, это беременность, не знаю, а Мир подхватывал их губами и продолжал ласкать меня, поднимая на новые высоты наслаждения.

Сегодня он так долго дразнил и меня и себя, водя головкой у входа, не погружаясь глубже, что я сама не выдержала эту сладкую пытку и толкнулась вперёд, насаживаясь на подрагивающий от напряжения ствол. Сдавленный стон мужа прозвучал лучшей музыкой и вызвал тягучие спазмы внизу живота.

Возбуждение наше было таким сильным, что в первый раз для разрядки много времени и не понадобилось, всего несколько мощных толчков — и мы одновременно улетаем в космос, рассыпаясь на осколки в вихре оргазма.

— Даже не представлял, что заниматься любовью так потрясающе, — задумчиво признался Мир, как только дыхание пришло в норму.

— Я тоже, — созналась я куда-то ему в шею, а потом приподнялась на локте, — Мир, а теперь объясни мне всё. Что я слышала в тех душевых на Лосусе?

То, что мы помирились, конечно, прекрасно и удивительно, но очень хочется прояснить непонятки раз и навсегда.

— Объясню. Обязательно объясню. Я итак собирался тебе всё рассказать, после того, как подарю кольцо и признаюсь в том, что ты моя избранная.

— А почему сразу не рассказал? Смотри, к чему это привело.

— А ты почему сразу не спросила, а помчалась на студию?

Мы смотрели друг на друга с вызовом. Каждый не хотел признавать свою неправоту. Мы не сдвинемся с мёртвой точки, если будем продолжать в том же духе.

— Мне было очень больно, но я не хотела унижаться, — я решительно сделала первый шаг к откровению.

— А я боялся, что ты всё вывернешь и скажешь, что у меня на Инстру планы. И как видишь, не зря. Примерно так ты и подумала.

— Ладно, мы оба ошиблись, давай теперь всё друг другу расскажем и больше никаких тайн?

— Давай.

Он рассказал мне о заговоре у дроу, о том, что Веливул хочет навязать Инстре в мужья проверенного Чистокровного Высшего, который будет контролировать Лосус в обмен на поддержку демонами смены власти у тёмных эльфов. О том, как важно согласие между мирами, о проклятье демиургов и о том, что не собирается знакомить тёмную с Шассом.

Так вот о каком контракте говорил муж, а я ревнивая балда! Что ж, придется работать над собой, что бы больше таких недоразумений не случалось.

Потом я рассказала, что пробы не прошла. Братья переписали сценарий и, прочитав его новую версию, я пришла в ужас от обилия откровенных сцен. Мы разругались, и я покинула их офис, громко хлопнув дверью.

— Мир, пожалуйста, не злись на Лаки, он не виноват.

— Он плохо на тебя влияет.

— Это от одиночества. Представляешь, он всю жизнь вынужден жить единственным представителем своего вида. Мне его так жалко, особенно сейчас, когда я так бессовестно счастлива, — мне и вправду было жалко котика до слёз.

- Только не расстраивайся, ладно? Я попробую что-нибудь придумать.

А потом мы говорили о любви.

— Мир, а когда ты понял, что ты меня любишь, и что я твоя избранная?

— Догадываться стал давно, а точно понял ещё перед путешествием на Лосус.

— Мир, я ведь такая проблемная, вот за что ты меня любишь?

— Любят не за что-то, а вопреки, моя сладкая девочка, — он чмокнул меня в нос, — и ты не проблемная, запомни! Ты просто очень молодая. Тебе всего двадцать пять, а вот мне за сотню. По идее, я должен быть старым и мудрым, но с тобой я чувствую себя подростком. Ты свела меня с ума, плутовка.

— Ты не старый!

— Конечно, нет. С тобой мне это не светит.

А ещё мы говорили о нашей дальнейшей жизни.

— Мир, я хочу больше свободы, — лучше сразу обговорить все щекотливые моменты.

— Кара, пойми: ты моё бесценное сокровище, и я знаю, как ты хрупка, как молода, как тонка твоя кожица, ты всё так ярко воспринимаешь, и мне хочется тебя от всего уберечь. Закрыть дома и никуда не выпускать, чтобы тебя нигде не постигла неудача.

— Не надо, Мир! Не пытайся меня от всего оберегать. Родители всю жизнь это делали, и что в результате? Я всё равно сделала по-своему, потому что всегда добиваюсь того, чего хочу. Я тебя с детства хотела и смотри-ка! Ты мой!

— Твой! Я только твой! — муж не сдержал смеха, а потом поцеловал.

— Праотец! Я такая счастливая! — призналась я Миру, как только вернулась возможность разговаривать.

— Кстати, о нём, о Праотце. Утром идём в Храм принимать тебя в род.

— Ой, я теперь не усну, зачем ты это сказал, Мир?

— Уснёшь, любовь моя. Я просто тебя ещё немного поцелую везде и уснёшь, как миленькая.

Я и вправду уснула, как миленькая. А попробуй не уснуть после пяти оргазмов подряд!

Наутро, одевшись в ритуальные одежды, в сопровождение родных, мы отправились в храм к Праотцу.

Что могу сказать? Мир был не прав. Вовсе наш Создатель не злой старикашка, а очень добрый, импозантный мужчина.

— В Храм никто не входит, кроме Шамирхара и Карашеррисы! — трубный глас, раздавшийся с небес, заставил всех подскочить на месте и испытать благоговейный трепет, — я приглашу вас, когда закончу с этими двумя.

Родители мужа удивлёнными не выглядели, сразу видно — имели счастье общаться, а вот мои — обалдели.40393c

Мы с мужем вошли в храм вдвоём, держась за руки, и подошли к огромной статуе Праотца, которая всегда стояла в центре.

Внезапно, камень пошёл крупными трещинами, осыпался, а из пыли к нам вышел огромный демон.

— Девочка! Иди ко мне, обниму! Моя же ты радость! Наконец-то получилось! Я открыл секрет!

Поначалу я растерялась. Этот демон — явно Праотец, но что за секрет я ему открыла?

— О чём ты? И не тяни руки к моей жене, не будет она с тобой обниматься! — Мир перешёл в боевую форму, закрывая меня от предка. А я не на шутку испугалась и вцепилась в мужа обеими руками.

Праотец же никакой агрессии не проявлял, а только счастливо рассмеялся в ответ на выходку Мира.

— Превосходно! Кто молодец? Я молодец! Я нашёл этот секретный ингредиент, и теперь мой Веливул опять самый крутой!

— О чём ты? Какой ещё ингредиент?

— Любовь! Теперь рождённые в любви у избранной пары Чистокровные Высшие демоницы, смогут сами становиться матерями.

— А разве твой замысел не состоял в том, чтоб контролировать рождаемость, лишив их этой возможности?

— Не бери в голову, мой бестолковый потомок. Это игры богов, мы любим устраивать друг другу каверзы и заключать пари на то, как Создатель решит задачку. Просто знай: теперь можете выбросить «стрелу» и заселять Веливул сами. Дочери Тамаширраса и твои собственные — вот кто станет гарантом жизни этого мира.

— У меня будет дочь? — вычленил из речи Праотца самое для себя важное муж.

— И не одна!

С хохотом наш Праотец опять оделся в статую, собрав с плит храма все осколки и превратившись в камень, огласил дозволения нашим родным войти для ритуала.

— Вообще ничего не понял. Он дал распоряжение прекратить запускать стрелу? — шепнул мне на ухо Повелитель.

— Мы разберёмся, милый, вместе мы во всём разберёмся.

Лицо его вмиг просветлело.

— Разберёмся, сокровище моё. Обязательно разберёмся. Главное, что у меня и Веливула теперь есть Повелительница.

Ритуал принятия в род был очень волнительным, но быстротечным. Шамирхар произнёс нужные слова, принёс жертву Праотцу, разрезав свою ладонь и накапав крови в стоящую у ног статуи чашу, а потом нарисовал своей кровью символы рода у меня на лице. Я получила метку на предплечье и всё, готово! Я Повелительница Веливула.

Зато празднования были долгими и бурными, они продолжались целый месяц. Мы с мужем решили: пускай народ веселиться, ведь вскоре их ждут большие перемены в жизни.

Эра «стрелы» в нашем мире закончена, грядёт эра любви, и демонам предстоит научиться испытывать это чувство.