Глава 24 · Обитель

Я брел не разбирая дороги. Ноги вязли в тягучей трясине, и с каждым шагом я замедлялся, пока и вовсе не остановился, чтобы хоть немного отдохнуть. От влажной почвы поднимался густой туман и облизывал мои лодыжки.

Мутные желтые огоньки плыли поодаль, но стоило на них посмотреть чуть пристальнее, как они тут же исчезали. Где-то рядом раздался хлопок, словно лопнул большой пузырь. Мерзкий запах подтвердил, что это и впрямь болото выдало порцию гниющего воздуха со своего дна. Послышался тоскливый вой, который тут же внезапно сорвался на рваный лай и заглох. Затихшие было лягушки снова принялись оглашать округу своим криком.

– Это ты… – донес до меня ветер.

Я вскинул голову, выискивая говорившую, и замер. Она стояла в десятке метров, окруженная туманом. Тот вился вокруг нее послушным питомцем, делая зеленую кожу чуть светлее. Высокая, тонкая, с шикарной обнаженной грудью, которая отвлекала внимание от хищного выражения ее заострившегося лица – девушка не была человеком. Тонкие губы растянулись в широкой улыбке, показывая ряд острых иглоподобных зубов. Вот только сердце мое запнулось не от ужаса, а от странного тягучего восторга. Мне хотелось подойти ближе, но ноги затянуло в болото, и я не смог высвободить их.

– Ты придешь. – Девушка медленно двинулась ко мне.

Она не шагала, а словно плыла над поверхностью топи, и я никак не мог рассмотреть ее ног.

Когда девушка оказалась прямо передо мной, я сделал то, чего больше всего хотел: обхватил ее плечи ладонями.

– Я ждала только тебя, – прошипела незнакомка, очертив мое лицо влажными пальцами.

Мне хотелось прижаться щекой к ее ладони, чтобы сохранить ее прохладу.

– Ты мне нужен, – продолжила девушка, гипнотизируя меня огромными темными глазами без белков. В их центре пульсировала зеленая искра.

– Кто ты? – смог я выдавить из себя хрипом.

– Приди и забери то, что твое по праву, – продолжила она шелестящим голосом. – Забери меня. Сделай своей. Я жду тебя…

Все мое существо корчилось от желания сделать то, о чем она просит, подчиниться, присвоить богиню себе и никогда не выпускать…

Она выскользнула из моих рук, словно вытекла из них. Оказалась от меня в паре шагов и ощерилась великолепными клыками.

– Приди, мой единственный. Забери свое. Я жду…

Я ненавидел ее. За то, что не мог коснуться. За то, что не мог вонзить в ее изумрудную кожу свои зубы…

Ухватив богиню за руку, я резко рванул ее на себя. Она оказалась в моих объятьях. И я не собирался ни с кем делиться ею.

Кто-то резко ударил меня по лицу и громко выкрикнул:

– Очнись! Скотина ты этакая!

Открыв глаза, я не сразу смог понять, что передо мной вовсе не зеленокожая дева. На меня смотрела взъерошенная Катерина и лупила меня наотмашь ладонями.

– Мне больно, – зло отчеканила она, когда поняла, что услышана.

– Прос… ти, – ошеломленно выдохнул я и ослабил хватку.

Калинина замерла и настороженно уточнила:

– Ты меня слышишь? Понимаешь, где находишься?

Вместо ответа я рассеянно кивнул и тут же мотнул головой.

– Не знаю. Я не знаю, что это…

– Что ты видел? Где был?

– О чем ты? – Я нахмурился и оглянулся.

Я находился в собственной спальне, в кровати, и был полностью раздет, как и привык. На моих ногах не было болотной грязи, но на щеке еще леденел след от прикосновения чужих пальцев.

– Что ты здесь делаешь? – хмуро уточнил я.

– Работаю. – Девушка отодвинулась и запахнула на груди шелковый халатик.

– В моей спальне? – Я посмотрел на светящиеся настольные часы. – В три ночи?

– Я твой секретарь круглосуточно, – недовольно сообщила Катерина. – Ты кричал. И звал… кого-то.

Уточнять, кого именно я звал, было бы странно. Но девушка испытующе посмотрела на меня и сказала:

– Тебя зовет объект.

Остатки сна тут же слетели с меня.

– А вот с этого момента попрошу подробнее.

Катерина поднялась на ноги и подошла к столу, чтобы включить лампу. В скудном свете, падающем снаружи, я мог увидеть ее фигуру под просвечивающейся тканью. Девушка была в отличной форме.

– Хватит пялиться, – фыркнула Катя и щелкнул выключателем.

В мягком желтоватом свете образы из сна уже не казались такими яркими.

Секретарша уселась в кресло, закинула ногу на ногу и иронично уточнила:

– Ты так рад меня видеть?

Я не ответил. Она и без слов все понимала. Неспешно обернувшись в простыню, я посмотрел на Катерину и грубовато предложил:

– Давай перейдем к делу. Рассказывай.

– Хорошо, – деловым тоном произнесла она. – Если бы ты ответственно отнесся и принял обязательства Семьи как положено, то знал бы, чего стоит ожидать.

– К делу, – недобро напомнил я. – Сейчас я не склонен разглагольствовать на тему собственной беспечности. Что происходит?

– Объекты имеют свою волю и сознание. Они жаждут найти сильного хранителя и проявить себя в полной мере.

– И чем же я силен?

– Ты? – Девушка усмехнулась. – Ты силен в одной очень ненужной сфере – поиска и коллекционирования объектов.

Я проследил за ее взглядом и прикрыл себя ниже пояса подушкой.

– Надо было выбрать Беломорцеву, – процедил я.

– Ты силен потому, что у тебя есть коллекция, – снизошла до объяснений Катерина. – Объекты ощущают друг друга и хранителей. А ты обладаешь несколькими десятками и продолжаешь искать. Артефакты манят к себе каждого потенциального раба, и тем громче будут звать, чем больше их будет у тебя.

– То есть этот зов слышу не только я?

– Нет, конечно. Но тебе повезло быть самым желанным.

– И мою коллекцию чуют другие хранители?

– Хранители, которые уже потеряли человеческий образ, перестают быть интересными для объектов. Их больше нечем заполнить. Но ты сейчас остаешься человеком, которого можно совратить.

На последнем слове девушка облизнулась.

– Что?

– Объект станет являться тебе в видениях и предлагать себя в том образе, который для тебя будет казаться желанным. Это может быть груда драгоценных камней, твой собственный корабль под парусами или…

Я понял и выругался вслух.

– И в этих полуснах ты будешь жаждать сгнивший остов ладьи или кучу стекляшек, считая их чем-то невероятно ценным. Ты будешь видеть место, где находится нужная тебе вещь.

– Но у этого объекта уже есть хранитель, Оболенский.

– Значит, он неспособен выполнить прихоти артефакта. – Девушка пожала плечами. – Никто точно не знает, по какому принципу эти вещицы меняют своих хранителей.

– То есть моя коллекция тоже может позвать кого-то? Прямо сейчас потянуть сюда сотню-другую искателей? – Я похолодел.

– Ты совсем поехавший? – возмутилась Катерина. – Не читал инструкции своего деда? Карамазов, скажи мне честно: ты считаешь все это какой-то шуткой?

– Если я захочу, чтобы меня воспитывали – включу голограмму с дедом, – оборвал я речь разозленной девушки. – Просто ответь на вопрос.

– Объект может манить другого, если хранитель находился рядом с ним, видел артефакт.

– Ясно. – Я взлохматил волосы и решил, что обязательно займусь изучением бумаг покойного родственничка. – Чем опасны эти образы?

– Они заставляют тебя навязчиво желать завладеть объектом.

– И как от этого избавиться?

– Насколько я знаю, только заполучив его, ты успокоишься.

– Начинаю думать, что я поторопился с принятием наследства, – невесело усмехнулся я.

– Многие из нас не выбирают свою судьбу, – произнесла Катерина с тоской, и я поднял на нее глаза, чтобы убедиться, что мне это не послышалось.

Девушка поднялась на ноги и зябко повела плечами.

– Спасибо, – запоздало поблагодарил ее я.

– Это моя работа, – ответила она немного высокомерно, а потом вдруг тяжело вздохнула. – Я замерзла. И, кажется, захлопнула дверь в свою комнату.

– Неужели? – Я точно знал, что замки в доме не были английскими, но спорить не собирался.

– Ты пустишь меня в свою кровать? Обещаю не приставать.

– Катя, стоит ли все усложнять… – начал я.

– Не умничай, – отмахнулась гостья и скинула с себя халатик, оставшись в кружевной маечке и шортиках.

Я ни разу не видел ее в таком образе. Смотрелась Калинина на редкость привлекательной. И точно знала об этом.

– Подвинься, – попросила она севшим голосом и улеглась рядом со мной на матрас.

– Ты уверена, что это хорошая идея?

– Если тебя опять надо будет будить, – она сладко зевнула, – я как раз буду рядом. И можешь меня обнять, чтобы было теплее.

– Я не заслуживаю тебя.

– Знаю, – отозвалась она лениво и улыбнулась. – Соскакивать тебе нет смысла. Я не рассчитываю на место твоей вдовы.

А через секунду я уже услышал мерное сопение девушки.

* * *

Когда мы вышли, Мэйхем и Иван ждали нас на крыльце. Чуть поодаль стоял Виктор и что-то говорил Насте. Та привычно его слушала и кивала. Удобная девушка. Голос не повышает, не перечит, не учит жизни – чудо, как хороша. Вот только одно то, что Настя хвостом таскается за Фениксом, говорило, что девка маленько не в себе. Мой друг не любил посторонних людей. Им он предпочитал животных.

– Простите, князь, но мы обязаны сопроводить вас. Наше участие в охоте прямо прописано в контракте, – начал дворецкий.

Я кивнул.

– Лишним не будет. Ну что, господа? Убьем этого уродца?

Мэйхем и Иван переглянулись. Во взглядах читалось явное неодобрение такой легкомысленности. Но спорить со мной им не позволило чувство такта. Подобное было дозволено лишь Виктору. И только наедине, без свидетелей.

– А Настя? – уточнил Иван.

– Думаю, четверых для дела вполне хватит, – вклинился дворецкий.

– Пятерых, – поправила меня Катерина. – Уж простите, князь, но я должна буду зафиксировать смерть предыдущего хранителя.

– Думается, мой дед прекрасно обходился безо всяких соглядатаев, – хмуро ответил я.

– Уверен? – невозмутимо парировала Екатерина. – Мы изучим документы вместе, когда вернемся, и ты узнаешь, как поступал Федор Иванович. Едем, джентльмены.

– Ну ладно, – пожал плечами я. – Только не будь обузой для отряда.

Екатерина зло фыркнула, но не ответила. Без посторонней помощи открыла дверь своей машины и села на водительское сиденье. Я же забрался в автомобиль Виктора. Сам Феникс уже сидел за рулем, ожидая команду.

– Не уверен, что Мэйхем справится с такой работой, – начал я, закрыв дверь. Посмотрел в окно. Иван и дворецкий подходили к машине. Мэйхем хромал, тяжело опираясь на трость и подволакивая ногу.

– Нет. Этот мужик смог десятилетиями работать с Федором. Значит, боец он хороший. И хромота ему не помешает.

Двери машины хлопнули, охотники сели на заднее сиденье. И Виктор нажал на кнопку стартера.

– Главное, чтобы мадам не отстала по дороге, – пробормотал Феникс, выезжая с территории особняка. – Места там глухие.

Я кивнул, вспоминая рассказ Юсупова, как почти всю семью повязали в городе-призраке.

– Подумай об этом с другой стороны. Если с Калининой что-то случится на болотах – отец и дед девушки устроят суд Линча. Повесят нас и разведут под ногами костер, чтобы мы забавно дергались.

– Ну, положим, меня огнем особо не напугать, – хмуро возразил Виктор. – Да и тебя тоже.

Я кивнул. Разговаривать больше не хотелось. К тому же странные сны не дали мне отдыха. И проснулся я измотанным, словно всю ночь работал грузчиком в доках, таская коробки с места на место. Веки стали тяжелыми, будто налитыми свинцом.

Словно прочитав мои мысли, Виктор поставил машину на автопилот и обернулся ко мне.

– Можно поспать, пока едем. Смотреть в дороге особо не на что.

Эта фраза словно стала сигналом. И я закрыл глаза, проваливаясь в сон.