Глава 10

Пожалуй, первый раз за этот долгий день я искренне порадовался, что не рискнул отпустить от себя улишшей. И еще больше порадовался, что они способны незаметно перемещаться из верхнего мира на изнанку и обратно.

К тому моменту, как стало ясно, что драки не избежать, мои нуррята уже нырнули в сумеречный мир, зашли за спины напряженно следящим за мной карателям и наметили себе противников.

Отдавать им приказы, одновременно продолжая препираться с Жошем, оказалось непросто, но я, кажется, справился, потому что ни один из троицы карателей не сообразил воспользоваться поисковым заклинанием. А когда Жош только-только протянул палец к кнопке тагора, мои свирепые звери уже летели к карателям в длинном прыжке. И, прямо на лету прорвав барьер, сиганули им на спины.

Самым сложным оказалось скоординировать работу улишшей так, чтобы три почти одновременно вырвавшихся наружу смертоносных луча не успели зацепить ни меня, ни мастера Реза. Для этого двое моих зверей вцепились в предплечье того мудака, что стоял справа от Жоша и целился в вора, благодаря чему первый луч безнадежно ударил в пол. На того, что был слева, напало сразу четверо улишшей, сиганув ему на спину и вонзив когти кто в шею, а кто под колени. Мужик ожидаемо заорал, запрокинув голову. Его правая рука резко дернулась вверх. Дуло тагора, соответственно, вскинулось к потолку, отчего направленный на меня удар тоже прошел мимо. Ну а от последнего луча я увернулся сам, благо, примерно зная, куда ударят два других, было несложно отпрыгнуть в безопасную зону и пропустить его мимо себя.

Единственное, чего я не учел, это того, что придурок Жош, когда в него вонзились зубы Первого и Второго, слишком сильно дернется, и тагор поведет не только вверх, но и в сторону. А ослепительно белый луч вместо того, чтобы пройти боком, вдруг наискось вспорет воздух и хлестко ударит меня по груди.

От яркой вспышки у меня перехватило дыхание, ноздри опалило запахом горелой кожи и раскаленного железа, а в глазах на мгновение помутилось. Но остановиться я уже не мог. Да и не хотел, если честно. Все, что меня заботило, это придурок Жош, который мог остаться безнаказанным. Поэтому, пока тело еще жило и двигалось, я рывком сократил оставшееся до карателя расстояние и, выхватив нож, от души вогнал его растерявшемуся ублюдку под подбородок. После чего оттолкнул от себя обмякший труп со стремительно стекленеющими глазами. Вырвал из ножен на его поясе еще один нож. Новым рывком переместился левее. Длинным скользящим движением вспорол глотку второму уроду, на котором, уподобившись свирепым бультерьерам, повисли мои улишши. Затем развернулся к третьему и… неожиданно понял, что он уже мертв. Вон, лежит на спине, раскинув руки-ноги, как пришпиленная к дереву бабочка. А на его груди с устрашающим видом восседает забрызганная кровью Пакость и продолжает с бешеной скоростью полосовать чужое горло острыми, как бритва, когтями.

Все это я охватил взглядом в одно мгновение. Словно сделал себе фото на память. Заодно успел заметить резко просевший потолок. Подозрительно подрагивающие стены. Услышал стремительно набирающий силу гул, подозрительно похожий на рокот просыпающейся горы. Нутром почуял, что дело плохо. Суматошно огляделся. Непроизвольно перешел на сумеречное зрение и, обнаружив, что на месте выемки для магического ключа расцветает подозрительно большое, прямо на глазах ширящееся алое пятно, сочно выругался.

– ВОН! – вдруг гаркнул из-за заслонки подозрительно знакомый голос. – Эти придурки зацепили управляющий кристалл! Здесь сейчас все рванет!

Мастер Рез…

Все тем же сумеречным зрением я успел заметить, как метнулся прочь по коридору зеленый человечек, и без раздумий кинулся следом. Читающий мои мысли Ули встревоженно пискнул. Успевшие нырнуть обратно на изнанку улишши ринулись следом. Я снова выругался, почувствовав, как дрожит подо мной земля и ходят ходуном тяжелые плиты. А затем услышал, как за спиной начали обрушиваться камни с внезапно потерявшего стабильность потолка, и наддал так, что только пятки засверкали.

– Пакость, ко мне! Изя, подстрахуй!

Не падай… не падай… хотя бы еще пару ун на падай мне на голову, тварь!

Когда сзади раздался оглушительный грохот, а затем налетело целое облако пыли, я машинально вжал голову в плечи и с надеждой уставился на виднеющиеся впереди каменные створки.

Стоять… еще одно мгновение… стоять, кому сказал!

На мое счастье, заклинившая дверь сыграла роль своеобразной подпорки, которая на время придержала неумолимо проседающий потолок и подарила мне несколько лишних тин. За это время я успел до нее добраться, со свистом, обдирая бока, протиснулся в узкую щель, успев поругать настоящего Шала за могучую комплекцию. Поблагодарил Изю, который очень вовремя выбрался на свободу и откинул прочь возжелавшую грохнуться мне на голову каменюку. Наконец, выбрался на другую сторону. Размахивая хвостом, со всех ног кинулся вдогонку за спешно улепетывающим вором. Сильно понадеялся, что ему сейчас не до меня, а Изя все-таки успеет отбить сыплющиеся с потолка булыжники, которых с каждым мгновением становилось все больше…

Когда камнепад внезапно замедлился, я даже подумал, что сумею выкарабкаться. Но все-таки не успел покинуть опасную зону. Не добежал. Попросту не хватило времени. А когда прямо у меня перед носом рухнула здоровенная плита, успел только подумать: «Мне хана». После чего пол под моими ногами дрогнул в последний раз. Пространство вокруг заволокло удушливой пылью. А в довершение всего какая-то зараза все же грохнулась на меня сверху, с силой шарахнув сперва по хребту, а затем и по темечку. После чего я все-таки вырубился, не успев выговорить до конца особо заковыристое ругательство.

* * *

Когда пришел в себя, точно не знаю – по башке меня шарахнуло знатно, так что чувство времени отшибло напрочь. Но тело еще не успело толком затечь, поэтому, вероятно, времени прошло немного. Половину рина. Максимум рин. Одним словом, жить можно.

Правда, когда я попытался пошевелиться, то оказалось, что сделать это проблематично – на спину мне, кажется, все-таки рухнула тяжеленная плита, а сверху ее еще и камнями присыпало, так что без посторонней помощи выбраться из-под завала вряд ли удастся.

Зато руки оказались более или менее свободными. Пальцы шевелились, содранные костяшки саднили, согнуть руки в локтях, правда, оказалось сложно – камни мешали, но в целом конечности действовали. А вот ситуация с ногами откровенно удручала.

Начнем с того, что я их почти не чувствовал. Нет, боли не было – просто тяжесть, от которой я, как ни пытался, не сумел избавиться. Повернуть голову и посмотреть, что там и как, тоже было нельзя – вокруг громоздились целые горы булыжников, так что двигать я мог только пальцами рук и ушами. Ну, еще глазами. И, кажется, языком.

– Кхе-кхе, – прокашлялся я, с трудом вдыхая загустевший от пыли воздух.

Так. Похоже, грудную клетку тоже зажало.

– Эй. Кто тут есть? Помогите инвалиду подняться!

Мне, к сожалению, никто не ответил, но если Реза завалило так же, как меня, то ответа, пожалуй, ждать и не стоило. Это у меня в хребте половина костей из фэйтала сделаны. А немолодого вора могло и расплющить, особенно если на его долю досталась такая же тяжелая плита.

Ну что? Так или иначе надо выбираться. Не до скончания же веков мне валяться в позе лягушки?

«Изь, ты живой? Ули! Как там малышня?»

Ответ от улишша пришел с небольшим опозданием – кажется, мелкого слегка контузило, поэтому он еще туго соображал. А вот настроение Изи я почувствовал сразу. И, пока я пытался понять, что и где у меня поломано и разбито, хвостяра уже выбрался наружу и активно пытался пробить себе дорогу, в прямом смысле слова дробя зубами попавшиеся на пути камни или же глотая их целиком. Причем мне сразу показалось, что грыз он их как-то странно, урывками, да и звуки из-под завала раздавались такие, словно там не одна, а сразу две камнедробилки работали. Но потом я услышал шорох маленьких лапок. Увидел мелькнувший между камней серебристый хвост и хмыкнул.

– Пакость? Живая?

Над головой снова послышался шорох, после чего перед моим лицом спрыгнула покрытая кровью и облепленная с ног до головы каменной крошкой, абсолютно невредимая нурра. При виде неподвижного меня Пакость неодобрительно застрекотала, расфыркалась. После чего всунула мне в губы большой бриллиант и снова умчалась.

«Ули!»

От улишша наконец пришел внятный ответ, а вместе с ним и целая серия картинок, на которой был показан заваленный от пола до потолка коридор, по которому деловито сновали мои нуррята. Ага. Папку, конечно, откапывали. Но поскольку они все еще были маленькими и довольно слабыми, а пожирать камни, как Пакость, не умели, то работы им предстояло много. Да и та грозила затянуться на несколько дней.

– Мя! – снова прозвучало откуда-то сверху, и через мгновение по мне во второй раз протопали чьи-то лапки. Терпеть на голове деловито грызущую камни Пакость было неохота, но мелкая довольно быстро избавила меня от неудобств, скинув с моей шеи несколько крупных булыжников. Затем очистила пространство вокруг лица и на закуску ткнула в губы еще один бриллиант.

Камень я благополучно съел, прислушиваясь к собственным ощущениям.

Так. Ноги, похоже, не сломаны – тяжесть с бедер немного ушла, и я снова начал их чувствовать, хотя и не так, как хотелось бы. Плита на спине никуда не делась. Изя весь обпыхтелся, на слюни изошел, но каменюка оказалась слишком большой, так что в одиночку ему при всем желании было с ней не справиться. Зато, когда к нему на помощь пробрались улишши и принялись крошить плиту острыми коготками, дело пошло веселее, а я только морщился, чувствуя идущую по плите вибрацию, от которой вскоре разнылись не только кости, но и зубы.

– Спасибо, – вздохнул я, приняв от вернувшейся нурры крошечный кусочек фэйтала. – Сама-то как? Не задело? Не проголодалась? Если что, у меня в сумке еще осталось несколько золотых.

Пакость странно на меня уставилась, словно не поняла вопрос. Но потом заурчала, замурлыкала, ткнулась холодным носом мне в щеку и, погладив ее лапками, тихонько фыркнула.

Ну ладно. Будем считать, что она в порядке. Улишши, кажется, тоже не пострадали… а, понял. Ули как раз признался, что они подо мной спрятались, когда нас плитой сверху прихлопнуло. Поэтому их только оглушило, а основная плюха досталась, естественно, мне.

О. У меня теперь стопы свободны. Сапоги, правда, оказались порваны, но босые пятки – вовсе не та проблема, которая была способна ухудшить мое настроение. Гораздо больше мешал искореженный нагрудник, пластинки которого от удара тагора оплавились, деформировались, вывернулись чуть ли не наизнанку и теперь пребольно впивались в ребра. Нет, я не жаловался: всего пол-рина назад эта неудобная штукенция спасла мне жизнь. Но когда выберусь, срочно начну налегать на фэйтал в усиленном режиме. Пакость откормлю, велю ей наладить для меня бесперебойное питание и буду поглощать небесное серебро до тех пор, пока у меня на каждой чешуйке не появится полноценное напыление.

Что?!

Изя, не смей хвастаться, что ты себе такое уже сделал! И вообще, грызи быстрее, а то я уже задолбался тут куковать в ожидании свободы!

– Эй, Шал! – вдруг послышалось из-за завала. – Мастер Ша-ал? Это вы там шумите?

Яростный скрежет, как по команде, прекратился, а я удивленно крякнул.

– Мастер Зерр? Вас, оказывается, не пришибло?

– Хм… да. Мне, можно сказать, повезло. Вы не могли бы отозвать свою зверушку? А то она как-то подозрительно изучает мое горло, которым, как ни странно, я весьма дорожу и как можно дольше не хотел бы испытывать на нем прочность когтей вашей… эм… питомицы.

Какой еще питомицы?!

– Пакость, ты где?

Заслышав со стороны свободной части коридора недовольное шипение, я глухо выругался и попросил улишшей работать быстрее. Лучше с изнанки, чтобы ненароком не засветиться. Грозно посмотрел на вернувшуюся нурру, которая так неудачно попалась старому вору на глаза. Потом проследил, как насупленная зверюга отгребает камни от моего лица. А когда среди них явственно мелькнул просвет, негромко кашлянул:

– Мастер, вы еще тут?

– Да, – немедленно отозвался старый вор, и возле образованной стараниями Пакости дыры снова потемнело. Затем туда с любопытством заглянул человеческий глаз, внимательно оглядел мою неудобную позу. После чего снаружи донеслось загадочное хмыканье и, наконец, послышался грохот осыпающихся камней. – Подождите, я вам сейчас помогу.

Ун через десять меня совместными усилиями откопали настолько, что я смог вытянуть руки полностью, освободил плечи и, если бы не ужасающе тяжелая плита на спине, мог бы даже попробовать подняться. Но потом решил, что можно сделать иначе и, свистнув нурре, велел ей перегрызть ремни, которыми крепился к туловищу нагрудник.

Пакость немедленно это сделала. После чего я попросил мастера-вора вытащить из-под меня эту неудобную железку и постарался максимально ужаться, да еще и весь воздух из легких выдавил, чтобы искореженную пластину можно было убрать.

Пакость, когда мастер-вор протянул ко мне руки, негодующе заверещала, заставив его отпрянуть и приглушенно выругаться.

– Цыц, – прикрикнул я. – Вздумает поранить, тогда убьешь. А пока не смей мешать!

– Мя! – сердито выдохнула нурра, явно не одобряя близость постороннего человека. После чего нахально запрыгнула мне на голову, прижала уши и, распахнув пасть, оскалила окровавленные клычки, всем видом показывая, что вцепится чужаку в горло при малейшей угрозе.

– Тихо, тихо, – несколько нервно рассмеялся старый вор, снова протягивая руки к нагруднику. – Ничего я твоему хозяину не сделаю. Моя задача его вытащить, а не удавить, так что не скалься. Убивать его не в моих интересах.

– Ур-р-р, – заворчала нурра, но все же с места не сдвинулась. Только внимательно следила за тем, как я пыхчу и изворачиваюсь, позволяя стащить с себя покореженный доспех.

Наконец мастер Рез его благополучно вытащил, и сразу стало легче дышать. Даже посвободнее стало, что ли. Хотя, может, еще и потому, что мудрый Изя успел незаметно подложить под плиту несколько камней, чтобы в случае чего она не придавила меня окончательно. Пока зодчий возился с нагрудником, хвостяра сумел еще немного ее приподнять, попутно улишши аккуратно выгребли оттуда окружившие меня булыжники. И только после этого я предпринял попытку выбраться.

Мастер Рез тоже в стороне не остался, поэтому спустя три четверти рина мучений, сопровождаемых яростным матом, скрежетом и шумом осыпающихся камней, я все-таки выбрался на свободу. Грязный, пыльный, в обрывках пальто, в изорванных до неузнаваемости сапогах и в жалких обносках, к тому же щедро покрытых кровью, выступившей из многочисленных царапин.

– Зато живой, – проворчал я, натолкнувшись на неодобрительный взгляд нурры. – И вообще, мы, можно сказать, легко отделались. Да, мастер Рез?

Старый вор пристально на меня посмотрел. А потом хмыкнул и наклонил голову.

* * *

– Что будем делать? – осведомился я, когда бегло себя осмотрел и убедился, что серьезных ран так и не заработал. Пальто, правда, пришлось выбросить – от него все равно не было никакого прока. От остатков сапог я тоже избавился. Порванные штанины обрезал почти до колен, чтобы лохмотья не мешали. Верхнюю рубашку тоже пришлось снять, потому что она больше ни на что не годилась. А вот нижнюю, пропахшую потом и насквозь пропитавшуюся пылью, я все-таки оставил. Только рукава оторвал, использовав тряпки, чтобы хоть как-то оттереть с себя кровь.

Мастер Рез по сравнению со мной отделался легким испугом. По голове его никто не бил, камнями сверху не кидался. Его разве что пылюкой сильно присыпало, тогда как я от прежней экипировки сохранил по большому счету только сумку, оружие и трусы.

В ответ на мой вопрос старый вор бросил на пол светящийся шарик и, достав из-под куртки сложенную вчетверо карту третьего уровня, скривился.

– Вторичных тоннелей тут нет, коридор в этом месте всего один, так что завал нам никак не обойти. Единственный вариант – пройти вот тут или тут, по четвертому, выйти к развилке и уже оттуда попробовать подняться.

Я глянул на схему.

– В теории ничего сложного. Где подвох?

– Мы находимся в восточном секторе подземелий, достаточно далеко от Старого города. Сезон дождей, конечно, прошел, но есть вероятность, что вот в этом месте тоннели окажутся затопленными.

– Обогнуть его никак нельзя?

– Есть пара вариантов, – пожевав губами, согласился вор, водя пальцем по карте. – Только это будет кружной путь. Почти сутки потеряем. Если не больше. Сколько у вас осталось зарядных пластин к тагору?

Я покопался в кармашках на поясе и в чудом уцелевшей сумке.

– Четыре.

– Значит, на сутки не хватит.

Хм. Если считать по принципу: два с половиной рина на работу одного аккумулятора, то точно не хватит. Даже в том случае, если я начну сильно экономить.

В принципе, я мог бы сменить личину и добыть еще одну или даже две зарядных пластины, но боюсь, после этого меня придется усиленно кормить, а в условиях дефицита ресурсов вряд ли Пакость сумеет быстро восполнить мои резервы. Правда, есть еще улишши. Частично проблему некко они способны взять на себя. Но опять же, мои нуррята еще не восстановились и на полноценную охоту были не способны. А если учесть, что на четвертом уровне ожидалось появление достаточно крупных особей некко, то я тем более их на охоту в одиночку не отпущу.

– Тогда какие у нас варианты? – нахмурился я.

Мастер Рез поднял взгляд, пару мгновений изучал мое запыленное лицо, а потом неожиданно спросил:

– Можно я задам вам вопрос?

– Ну, попробуйте.

– Откуда у вас эта вещь? – вор бесцеремонно ткнул пальцем в сидящую на моем плече, недовольно нахохлившуюся нурру. А я откровенно задумался над ответом.

Вопрос был важным. Намного более важным, чем казалось на первый взгляд. Я, например, нисколько не сомневался, что ниис уже давно поделился с лучшим другом интересной информацией о статуэтке. Ясен пень, старый вор ее узнал. Он слышал ее имя. И теперь осторожно интересовался, действительно ли я ее хозяин? Вернее, не имею ли я отношение к человеку, который являлся к ночному королю под кличкой «гость»?

Безусловно, у нас с Рани совершенно разная комплекция, рост, вес, моторика, даже голос. Но нурра… да, нурра заставляла задуматься о весьма серьезных вещах. И мне бы очень не хотелось, чтобы эти размышления завели старого вора в ненужную мне сторону.

А еще я неожиданно вспомнил, что пол-рина назад назвал его совсем не тем именем, каким он представился во время визита к магистру Нэшу. Не подумав, ляпнул. По привычке. Хотя, возможно, мне удастся повернуть эту оплошность себе на пользу?

Перехватив внимательный, откровенно настороженный взгляд старого вора, я криво усмехнулся.

– Скажем так, мастер Рез, это упрямое создание встретилось мне абсолютно случайно и самостоятельно выбрало, кому будет подчиняться.

– Я слышал, подобного рода артефакты иногда признают родственную кровь, – нейтральным тоном заметил зодчий, словно не заметив, что я снова назвал его настоящее имя. – Отцов и детей, родных братьев и прочих родственников.

– Отрицать не буду. Такое вполне возможно.

А что? Я по отношению к себе являюсь, можно сказать, очень близким… даже ближайшим родственником. Так что ни словом сейчас не соврал.

А вот мастер-вор ощутимо напрягся.

– Тогда, вероятно, мне стоит предположить, что вам известна суть задания, которое я получил в гильдии?

В гильдии зодчих? Или в воровской гильдии? Браво. Отлично играете, мастер Рез! И очень-очень осторожно ведете свою партию на случай, если я не тот, за кого себя выдаю.

Я спокойно кивнул.

– Суть разговора, который проходил глубоко за полночь сперва на кухне прекрасно известного вам дома на Швейной улице, а затем продолжился в кабинете наверху в присутствии третьего участника, мне прекрасно известна. Мне также знакомо имя мастера Олерона Аввима, немного известна история его жизни. И я действительно в курсе причины, по которой вы согласились сопровождать мой отряд в подземелья под именем прославленного мастера-зодчего.

– Вы намерены помешать мне в этом, мастер Шал? – так же спокойно поинтересовался вор.

– Ну что вы. Напротив. Полагаю, вам может пригодиться помощь карателя. И я готов оказать ее в случае, если вы найдете способ безопасно отсюда выбраться.

Мастер Рез оценивающе прищурился.

– Вообще-то я рассчитывал на помощь другого человека…

– Знаю. Но раз уж мы все равно здесь, то не думаю, что вы сильно проиграете. К тому же велика вероятность, что помещение, которое вас интересует, находится под магической защитой. Вероятно, очень старой, но еще действенной защитой, преодолеть которую сможет далеко не каждый. Вам известны свойства, которыми обладают артефакты наподобие Пакости?

Зодчий со смешанным чувством взглянул на нахохлившуюся нурру.

– Увы, но да. И, к моему огромному сожалению, они сейчас никому, кроме вас, недоступны.

– Значит, мы договорились? – вопросительно приподнял брови я. – Я помогаю вам, вы – мне. И мы оба не будем иметь по этому поводу взаимных претензий?

– Вы сейчас делаете предложение от своего имени, мастер Шал? – снова напрягся Рез.

– Разумеется, это моя личная инициатива.

– И вы согласны взять на себя обязательства третьего участника упомянутой вами беседы? – недоверчиво переспросил мастер Рез.

– Не только обязательства, но и намерен получить обещанную ему награду. Думаю, он не будет возражать, поскольку, в отличие от некоторых, работает не ради награды, а сугубо за интерес.

– Хм. Не в этом ли кроется причина вашей недавней размолвки с коллегами, итогом которой, как я понимаю, стали три трупа и массивные разрушения древнего строительного комплекса?

Я поморщился.

– Жош и его команда не имеют к обсуждаемой теме ни малейшего отношения. Причиной их гибели стали собственная глупость, зависть и простое человеческое невежество. К тому же не я первым поднял на них оружие, если помните.

– Да, – странно хмыкнул вор. – Я – тот самый ненужный свидетель, которого ваши коллеги намеревались устранить.

– И показания которого очень пригодились бы мне при написании рапорта. Понимаю, это звучит странно, но я не глупец, мастер Рез. И у меня есть личные причины не распространяться о происходящем. О сути предложения нииса в Ордене известно только мне. И дальше меня эта информация не пойдет. Клянусь светом.

Мастер Рез ненадолго задумался, но потом тяжело вздохнул.

– Признаться, я удивлен вашим предложением… слишком уж оно необычно для человека вашей профессии. Но полагаю, выхода нет ни у вас, ни у меня. Мы или действуем сообща, или пробуем избавиться один от другого. При этом вы только что спасли мне жизнь, а я помог вам выбраться из затруднительного положения; без вашей помощи мне действительно будет непросто выполнить задание. А вам без моей, скорее всего, не удастся выйти отсюда живым.

– Патовая ситуация, не находите? – улыбнулся я. – Тем не менее повод для взаимного доверия у нас есть. Мы оба живы. Более или менее здоровы. И имеем общую цель, о которой не должны узнать посторонние. Так мы договорились?

Мастер Рез снова вздохнул.

– Похоже, что да. Осталось только определиться с направлением.