Глава 17

Длиннее ночи и представить себе нельзя. До трех я ворочалась и перекатывалась с места на место. Сон никак не приходил ко мне, и не находилось удобной позы.

А еще я дико злилась на себя, что тогда в больнице сделала замечание его громилам и нелепо спалилась. Выдала себя с потрохами. Я и подумать не могла, что за столько лет он еще помнит мой голос. Я думала, он уже давно все забыл…

Я злилась на него, что он никак не отстанет. Что привязался и лезет ко мне, теперь с поцелуями. Злилась на то, что вру себе и внушаю то, чего нет. Злилась на весь мир, на все вокруг.

Почему судьба оказалась ко мне так несправедлива? Почему столько лет мы жили в одном городе, пусть и в большом, но встретились именно сейчас? Почему все так?

Но больше всего я злилась именно на себя и свои чувства.

Я хотела этого поцелуя, так хотела… Да я бы его сама поцеловала, если бы не наша история, моя история. Не знаю, что именно, наверное, появление Карима все перевернуло. Все мое понимание жизни, того, чего я хочу, и то, к чему стремилась все эти годы.

Он все сломал. Или, может, дал мне ту встряску, что была необходима? Я думаю, что его появление заставляем меня страдать, а быть может, это тот самый пинок, который подарит новый старт?

Я застряла, замкнулась, застыла. И это состояние меня почти поглотило. Я закрылась во всей своей боли и просто существую, изображая жизнь. А может быть, он и есть жизнь? Та жизнь, о которой мы грезили вместе когда-то?

Я запуталась. Сомневаюсь, но хочу прыгнуть в омут. Я всегда была такой. Энергичной, бесстрашной…

Нет. Все неправильно. Его появление, наша возможная связь меня погубят. Меня, мою дочь, родителей…

Я не могу рисковать ими ради мимолетного импульса в голове, сердце. Я не имею права просто наплевать на них и думать о себе.

Я не могу позволить брату, Шаху узнать правду и прийти за ними. Они мне слишком дороги, чтобы безрассудно разбрасываться близкими.

Ради чего?

Ради моего счастья?

А сможет он дать именно то счастье, которое мне нужно?

Смогу ли я быть счастливой после всего того, что прошла в одиночестве?

Смогу ли я вновь довериться мужчине, который однажды предал меня?

Боже, помоги мне разобраться во всем этом.

* * *

— И давно у вас стало настолько много хирургов, что вы так легко ими разбрасываетесь? — выражаю я свое возмущение начальнику.

— Асия, я не разбрасываюсь хирургами, ты в отпуске. Если у нас будет острая необходимость, мы, естественно, тебя вызовем. Но у тебя слишком много дней отпуска накопилось.

— А если я не хочу в отпуск? — психую, как маленький ребенок.

— Надо. Ради нашей больницы. Любая проверка мне надает по шее за то, что у меня врачи перерабатывают и не отдыхают. Три недели, и вернешься на работу, — уговаривает меня начальник, но я непреклонна.

— Три? Да я с ума сойду за три недели.

— Не сойдешь. А будешь мне надоедать, на два месяца посажу, у тебя семьдесят два дня отпуска, это возмутительно много.

— Все, я молчу, — с досадой принимаю неизбежное.

— Вот и отлично. Увидимся через три недели. Всего тебе доброго.

— И вам.

Кладу трубку и снова падаю на диван. Пока «ругалась» с начальницей, нервно накручивала круги по гостиной. Психовала, приводила аргументы, но своего не добилась. Три недели просидеть дома. Кошмар!

Мои страдания нарушает стук в дверь, и она тут же распахивается.

— Доброе утро, соседка. — Мирка заходит. Уже на рынок с утра смоталась. Знаю, потому что в руках у нее — аккуратно сложенный бумажный пакет со свежей выпечкой. И я знаю, где она ее купила. В той пекарне самые вкусные булочки во всем Самарканде.

Запах ударяет мне в нос, и живот предательски сводит от голода.

— Доброе утро. Это мне? — спрашиваю с надеждой. Я бы сейчас с радостью навернула булочку, а то и две.

— Нам. Чаем угостишь? — напрашивается на поболтать подруга.

— Конечно. — Встаю и начинаю суетиться на кухне, в то время как Мира располагается за столом и явно ждет от меня еще что-то. И это что-то не чай.

Взгляд у нее отдает хитрецой и эта улыбка… — Что? — не выдерживаю и спрашиваю у любопытной женщины.

— Да вот, жду, пока ты мне расскажешь, куда это ты вчера вечером ездила. А главное, с кем? — Слегка прищуривается, хитрюга какая. Едой меня подкупить решила и выведать все.

— Слышала, как сигналил? — Я знала, что так оно и будет.

— Вся улица слышала. А может, и соседние улицы тоже, — явно преувеличивает Мирка.

— Ну перестань…

— А серьезно? Кто это?

— Мой давний знакомый. Случайно встретились с ним на днях в больнице, решили пообщаться. — Ставлю кружки с чаем на стол и сажусь напротив.

— Давно не виделись? — Мирка решила выведать все. Главное, не забыть ей сказать, чтобы она мам Лоле ничего не говорила, а то будет меня ждать повторный допрос хлеще этого.

— Десять лет.

— Ого, — удивляется подруга. — Давно. И?

— Что и?

— Ну расскажи мне что-нибудь интересное, прошу. Я два дня сопли своим вытираю и не сплю путем, мне нужно отвлечься.

— Да нечего рассказывать. Мы с ним встречались раньше…

— Ну вот. Уже пошло хоть что-то. И как это, встретиться через столько лет?

— Ужасно. Мы вчера поговорили, я ему постаралась все объяснить и надеюсь, что он понял меня.

— Отшила? — с полным разочарованием в голосе спросила Мира.

— Попросила оставить в покое.

— А он что?

— А вот он никак не уймется…

Говорю это, потому что вижу в окно, как открылись ворота и во двор ввалился Карим со своими ребятами.

Вся орава следует к моему дому…