Глава 48

Переходим улицу, и я, наконец, вижу знакомую спинку и две черных косички с розовыми резинками, что заплетала сегодняшним утром.

Амара наяривает мороженое, а перед ней сидит незнакомый мне мужчина. Подходим ближе, мы плотно окружены охраной, и я замечаю, как окружающие оглядываются на нас. Если бы раньше меня это смутило, то не сейчас. Сейчас я даже рада, что вокруг много крепких мужчин, которые готовы броситься в бой, стоит мне лишь слово сказать.

Малышка моя сидит на веранде, нас не видит, но вот ее спутник заметил. По лицу вижу, что немного напрягся, а вот я смогла выдохнуть. Моя девочка в безопасности, ей больше ничего не угрожает.

А угрожало ли?

Подхожу к столику, и мужчина тут же встает. Ого, какие манеры.

— Здравствуйте, Камилла. — Лицо незнакомца не выражает неприязнь, наоборот, он довольно милый. Если это вообще возможно в данной ситуации.

— Амара, детка, иди с дядей Тиграном прогуляйтесь. Мне нужно поговорить с…

— Данияр Юсупов, — представляется мужчина и с улыбкой смотрит на Амару.

— Мам, а давай дядя Данияр придет к нам на ужин, я обещала показать ему площадку, которую для меня Карим во дворе поставил.

— Дядя Данияр не сможет к нам прийти, он уезжает очень далеко. Ну все, беги давай.

Амара соскочила со стула, взяла Тиграна за руку и пошла вдоль улицы. Я же вновь переключила свой взгляд на мужчину.

— Камилла, давайте поговорим?

— Поговорим? А может, мы в тюрьме поговорим? В которую вы попадете за похищение моего ребенка.

— Я ее не похищал, просто хотел увидеть, пообщаться немного. Вы присядьте, я вам все объясню… — говорит и на Карима поглядывает, который чуть насупился и злится: по лицу вижу, по напряженным бровям. К тому же еще трое мужчин стоят позади мужа.

— В другом месте будете объясняться…

— Вот этого я и боялся. Вы постоянно окружены охраной, а домой я к вам прийти не мог, там родители Асины, я виноват перед ними.

— Поэтому вы обманом выкрали ребенка?

— Я не крал ее, просто угостил мороженым. Да вы присядьте. — После очередного предложения я все же сажусь на стул и внимательно смотрю в лицо мужчины. Карим дал отмашку парням, и они отошли чуть назад. Сам же он схватил стул и сел рядом.

— Говори, — приказал Карим Данияру, и тот с опасением взглянул на него.

— Когда брат в больнице начал работать, Озар, он сказал, что Асия Алимова его коллега. Вот тогда-то я и приехал сюда впервые. Увидел вас, девочку и подумал, что брат ошибся. Вы были совсем другой, не похожи на Асию. Но когда я увидел Амару…

— Значит, вы не в первый раз с ней встречаетесь?

— Первый. В прошлый раз я только наблюдал, издалека. Не смог не заметить, как она похожа на маму…

— Вы же сами понимаете, как это звучит? Вы наблюдали за ребенком…

— Она моя дочь.

— С чего мне вам верить?

— Очень давно я работал в полевом госпитале, я хирург. В регионе было неспокойно, повстанцы совсем слетели с катушек, и страдало мирное население. Мы разбили небольшой лагерь и помогали людям всем, чем могли. У меня в штате девчонка была, вчерашняя студентка, но смелая. Она же прям с выпуска в горячую точку поехала. Ни опыта, ни умений, одно лишь желание всех спасти. Ну я и взял ее к себе, думал, научу чему, да и такие врачи нужны были тогда, решения порой принимались быстро, без раздумий. А Асия как раз такой была. Бессонные ночи у операционного стола, стресс, страх — это нас сблизило… — Мужчина вдруг замолчал и, кажется, на секунду ушел в себя. Задумался…

— И у вас начался роман? — продолжила я его мысли.

— Это было больше, чем роман. Я влюбился в нее, а как можно было не влюбиться? Она была совершенством. Умная, отважная. Не такая, как я. А потом пришло время уезжать. А она возьми и скажи, что беременна.

— И вы струсили? Сбежали?

— У меня ведь была жена дома и дети. Да и я старше ее на двадцать лет. Я сказал тогда, чтобы она избавилась от ребенка, чтобы жизнь себе не губила. Молодая, здоровая. Встретила бы хорошего парня, родила ему, а я был не тот, кто ей нужен.

— Ну это ваше мнение. Асия иначе думала…

— Сказала мне, что аборт сделает.

— И вы поверили?

— Нет, не поверил. Но уехал и попытался забыть ее и все, что было.

— А теперь что? Опомнились?

— Девочку увидел…

— Это моя девочка.

— Знаю, что ваша. Озар мне рассказал, что знал. Что вы ее растите, что Асия на самом деле давным-давно умерла. — Мужчина вновь замолчал. Трудно ему было говорить, но жалости к нему я не испытываю. Он сам все решил для себя еще тогда. А теперь что изменилось?

— И что вы хотите?

— Я и правда уезжаю завтра на шесть месяцев. На восток, там беженцев много, врачей в больницах не хватает. Хотел попросить вас еще побыть с Амарой. При вас, если вы мне не доверяете. Я не буду говорить, кто я, она ведь вас мамой считает…

— Амара знает, что не я ее родила. Она очень умная девочка, и я не вру. И нет, проводить с ней время вам нельзя. Я пока не уверена, что ей это нужно. Поговорим через шесть месяцев?

Только я это спросила, как мужчина поднял глаза и так посмотрел… Не знаю, что это, гормоны или я просто прониклась, но мне вдруг стало его жаль. И, возможно, я не вправе лишать Амару знать своего отца. Могу ли я запрещать такое?

А с другой стороны, Асия бы одобрила? Нет ее тут. Девчушка моя, и мне принимать решение. Хорошо, что есть шесть месяцев, чтобы все обдумать…

Разве может один необдуманный поступок ставить клеймо на человеке? Нет, не может. Мы все порой совершаем ошибки…

Потом сожалеем, хотим все исправить, но не всегда есть шанс. Есть вещи, которые неподвластны людям и которые мы не контролируем. Но в этой ситуации я могу контролировать исход. Я могу подарить дочери еще одного родного человека, частичку ее самой, и что-то мне подсказывает, что это будет правильно.