Глава 39

Этим же вечером…

Полученная информация не даёт покоя. Естественно, Стефания никогда не узнает правды, если я не скажу, но… Как же ненавижу это «но»! Почему меня так гложет? Плевать должно быть, а я мусолю в голове эти ситуацию.

Её отец получил по заслугам! К тому же ещё легко отделался! Мог бы пытать его часами, держа на грани, но его никчёмная жизнь оборвалась почти быстро.

Даже покер сейчас не может отвлечь от гложущих мыслей, и я мечусь по казино, как заведённый. Ворон смотрит на меня внимательно, следя за действиями.

— Румын, всё в порядке? Ты нервный какой-то… — удивлённо спрашивает он.

Ещё бы не удивляться. Практически никогда не даю волю эмоциям. Было такое только в день смерти матери, когда не смог скрыть ярость и боль. Сейчас же снова возвращаюсь в то время, будто заживо варюсь.

— Займись делами! — рявкаю в ответ.

Макару говорю, чтобы за всем тут следил, а сам поднимаюсь к Таю. Он не спит, хотя время час до полуночи.

— Так, а что не спим? — спрашиваю, заходя в комнату.

— Дела, — нехотя отвечает Тай, откладывая ноутбук. — Что хотел?

— Это ты так рад меня видеть? — отвечаю в тон, приподняв бровь.

— Карим, ближе к делу, — по-деловому заявляет брат.

— Просто пришёл увидеться и поговорить. Это не веский повод?

— Ха, по твоей логике я же должен спать? М?

— Надеялся, что не спишь. Как видишь — не зря.

Тай кивает и берёт чашку, отпивая какао. По лицу видно, что он нервничает. Может боли вернулись?

— У тебя всё в порядке?

— Да, а почему ты спрашиваешь? — отвечает слишком быстро.

— Я вижу, что тебя что-то беспокоит…

— Карим, если мне понадобится твоя помощь, то я дам знать! — чуть ли не криком отвечает.

Что с ним? Поругался со Стефанией или просто плохое настроение? Скорее второе.

Киваю в ответ, подтверждая, что тема закрыта. Долго не могу подобрать слов, чтобы задать волнующие меня вопросы. Брат тоже устаёт ждать и собирается снова взять ноутбук.

— Что ты знаешь о семье Стефании? — выдаю я, наконец заставив произнести.

Тай делает вдох, припоминая.

— Знаю, что её мать сбежала с байкером, когда они с братом были маленькие. Отец, кажется, подрался в баре насмерть. Любил выпить и всё такое. Стеша говорит, что после его смерти её жизнь стала ещё хуже, чем была…

Твою мать. После встречи с её проклятым отцом наша жизнь тоже превратилась в полный крах! Так что квиты! Хотя, она может задвинуть, что типа я не вершитель судеб и не мог распоряжаться чужой жизнью… Бред! Человек убил мою мать, покалечил брата, а я буду ждать пока кучка недоумков решит его исход?!

Тай ещё что-то говорит, но я не слушаю. Соскакиваю с места и опять начинаю ходить туда-сюда по комнате. Выкинуть из головы и всё! Дело прошлое и у меня нет поводов снова возвращаться туда!

— … с братом испортились отношения, а дальше ты знаешь. Теперь она у нас и должна тебе кучу денег, хотя я считаю, что это несправедливо, Карим.

Слышу обрывки предложения и поворачиваюсь.

— Сколько она уже отработала? — не унимается брат.

— Достаточно, — нехотя отвечаю.

— Это не ответ. К тому же в честь дня рождения можно и ещё скинуть…

— Что? — не сразу понимаю о чём речь.

— У Стеши завтра день рождения. А ты и не знал? — спрашивает разочарованно.

— Вот ещё! Незачем знать даты рождения обслуги! — заявляю слишком пренебрежительно.

Тай ухмыляется.

— Что смешного?

— Ничего… только не ты ли мне говорил, что самый худший обман — это обман самого себя?

Слова припечатывают. Откуда у этого двенадцатилетки такие рассуждения?

— Знаешь, мне пора следить за игрой, — говорю я, собираясь на выход.

— Карим, — окликает Тай, когда почти выхожу.

— Что?

— Она не такая, как остальные. Искренняя и добрая. Не заслуживает такой участи и такой жизни… — говорит брат и утыкается в ноутбук.

Замираю на секунду, собираясь что-то ответить, но передумываю. Быстрым шагом ухожу оттуда. Брат прав. Глупо отрицать, что я влюблён. Влюблён, как подросток. Когда постоянно думаешь. Когда постоянно хочешь быть рядом. Когда не можешь и не хочешь представлять, что она может исчезнуть из твоей жизни.

А после того, что сделала роковая судьба… Она никогда не простит мне этого…

Не хочу возвращаться к покеру и иду в кабинет. Открываю бутылку виски и стараюсь забыться. Её образ вновь перед глазами. Как она смеётся. Как злиться. Как смущается. Как бывает искренней… Всё в Стефании прекрасно. Абсолютно.

Прикончив почти целую бутылку, тоска одолевает настолько, что притупляет инстинкт самосохранения и я, повинуясь желанию, бреду в её комнату. На часах уже глубокая ночь, но мне плевать. Жажда увидеть сильнее каких-то формальностей. Она моя. Вся моя.

Стучу, не желая врываться, как обычно. Стефания открывает сразу, улыбаясь. При виде меня улыбка сползает с её лица. Кого она ожидала увидеть?!

Мне приходится держаться за косяк, так как надрался жёстко. Молча смотрю на неё, любуясь. Могу так стоять вечно. Моя Стеша… моя девочка…

Меня слегка пошатывает и это не укрывается от неё.

— Вы… ты же совсем на ногах не стоишь… — почти одними губами говорит она.

Я тяну руку к её лицу и глажу по щеке. Стефания внимательно следит за моими действиями.

— Может зайдешь… — предлагает она, пропуская внутрь.

Я вваливаюсь в её комнату и сажусь на кровать.

— Почему мы не встретились раньше? Тогда, когда можно было избежать этой трагичности?

— Что ты имеешь в ввиду? — спрашивает удивлённо, садясь рядом.

— Я не могу отпустить тебя, девочка. Не могу… — с этими словами притягиваю её к себе и целую.

Последнее, что помню перед тем, как вырубиться — Стефания укладывает меня на кровать, стаскивая ботинки.