Глава 12
Проснулась на удивление очень легко!
Сознание пестрело калейдоскопом цветных картинок-воспоминаний о произошедшем вчера, а до сих пор простреливающая боль в мышцах нашептывала о долгом и болезненном пути восстановления жизненных сил взбунтовавшегося организма. Каждое движение, будь то поворот головы или поднятие руки, давалось с неимоверным трудом, но то, что изводящий жар покинул и без того измученное тело, было пусть и небольшим, но таким весомым подарком.
Окутавшее меня нежным запахом чистоты и свежести постельное белье приятно ласкало кожу. Перевернувшись на живот, обхватив подушку руками, я уткнулась в нее носом, втягивая приятные ароматы кондиционера для белья, наслаждаясь мягкостью ткани, потерлась о нее щекой, запечатывая в памяти момент восторга.
С детства не привыкшая к дорогим вещам, я ценила каждое, подаренное мне жизнью мгновение, восхищаясь шикарным уютом чужого, роскошного дома…
Вставать не хотелось. Повернув голову, я следила за танцем маленьких пылинок в лучах яркого солнечного света, что настойчиво пробивался сквозь плохо закрытые кем-то портьеры. Мысли витали в голове так же хаотично, как эти мельчайшие частички, парящие по комнате, отлично заметные на солнце, но едва сменив траекторию непонятного мне полета, оказавшись на теневом краю, моментально исчезающие, уже невидимые глазу.
Вспомнился странный сон…
Мужская фигура у окна, со спины обласканная лунным светом, в ночном мраке комнаты, едва различимая, словно мгла собралась в один большой сгусток, четко обозначив лишь силуэт. Сквозь многогранную призму сна помню, как отходит от окна, делая два шага ко мне, прикасается ладонью к моему лицу, трогая горячий лоб, слегка мазнув по мне холодом своей тьмы, отходит назад, возвращаясь к своему месту, с которого отчетливо видна кровать и я, лежащая на ней…
Следит за мной, и у меня мурашки бегут по телу от осознания того, что смотрит, ловит каждое мое движение, видит, что я не сплю и жадно всматриваюсь в темноту, ища глазами его силуэт. Это он не задернул портьеры, уходя под утро… Сергей…
Непонятный сон! Абсолютно не реальный, но поражающий количеством ярких, отчетливо запомненных мной деталей и своей необыкновенной чувственностью. Меня и сейчас бросает в дрожь от прохладной ладони, воспоминания о которой оставили четкий отпечаток в моей памяти. Вспоминаю, как проводил по моему лицу кончиками пальцев, слегка прикасаясь, рисуя на моем теле, разгоряченном температурой, морозные узоры, обводил скулы, спускаясь по шее вниз, дотрагивался до пульсирующей вены под тонкой кожей, предательски выдающей мой зашкаливающий пульс…
Волшебный! До безумия приятный! Сон, сражающий меня свой откровенной сексуальностью.
Громкий стук в дверь, испугал меня, вырвав из полудремы соблазняющих сознание грёз. Слышала, как поворачивается дверная ручка, впуская нежеланного посетителя.
— Доброго дня, Хамелеончик.
Мгновенное узнавание яркой вспышкой разбудило сознание, заставляя организм полностью проснуться, перешагнув навязанную болезнью ленность.
— Тебе лучше?
— Несомненно, — ответила я, пытаясь перевернуться к вошедшему лицом, мучительно застонала проклиная свою беспомощность, — значительно лучше. Спасибо. Хорошо бы мне уехать домой и пару дней отлежаться там.
— Вставай! — проигнорировал сказанное мной Сергей, подойдя, трогая мой лоб, проверяя на наличие температуры. — В баню пойдем.
Его ладонь на моей коже спровоцировала новый шквал воспоминаний от которых тело бросило в дрожь, рваным выдохом выбив воздух их моих легких, раскрывая ему мою заинтересованность, рассказывая о неравнодушии, реакцией тела на его прикосновение.
Заметил. Многозначительно хмыкнув, отвернулся, уходя еще раз бросил:
— В баню. Десять минут жду, потом поднимаюсь сам и вытаскиваю тебя с кровати. Халат возьми в ванной.
* * *
Русская баня. Деревянная, сложенная из кедрового кругляка поражала своим запахом!
Едва приоткрыв дверь, лишь зайдя туда, я окунулась в характерный, древесный, хвойный аромат с головой, растворившись в нем, мгновенно растеряв свою усталость и нервозность. Очень чистый, насыщенный, терпкий, сражающий аромат идеального леса…
Пар. Обволакивающий, густо заполняющий помещение парилки, оседающий на моей коже горячими, обжигающими каплями приносил небывалое ранее удовольствие… Я лежала на правом полке, Сергей занял левый, увеличив дистанцию, а между нами встал пар русской бани, горячей стеной удерживая нас друг от друга.
Лидирующий вначале запах кедра едко перебивал очень сильный аромат полыни. Я не знаю, как к нему относятся другие, но я обожаю его горечь. Разгоряченная, распаренная кожа жадно глотала интенсивные, яркие запахи бани каждый раз, когда Сергей поддавал на каменку, аккуратно зачерпывая воду из таза с запаренным там пучком полыни. Пар, сначала поднимаясь от раскаленных камней вверх, сделав круг, медленно опускался, жаром накрывая наши тела, прогревая до костей, не обжигая, а мягко согревая ноющие мышцы.
Прикрыв глаза, из под опущенных ресниц, алчно ловила каждое его движение, восхищаясь великолепной мужской фигурой, идеальной, атлетически сложенной, безумно притягательной, на мой взгляд, безупречной. Шикарный, мощный разворот плеч, не перекачанные руки со стальными на вид, рельефно выделяющимися на них мышцами, крепкие ноги и притягивающие взгляд ягодицы, прикрытые простыней, но маняще-раздразнивающие мое возбужденное воображение…
Очередной раз шумно выдохнув, отвернулась, уставившись в потолок, а он, рассмеялся, заставляя меня смутиться.
— Насмотрелась?
— Не на что смотреть, — пробурчала я, открыто признавая, что оценивающе рассматривала его все это время.
— Давай Хамелеончик, в купель. Помочь?
— Нет, сама, — стушевалась я, непривыкшая к заботе, — спасибо!
Подойдя ко мне, проигнорировал мой отказ, подавая руку, придерживая за локоть, помогая мне подняться.
— Не геройствуй, вижу, что мышцы болят, — приподнимая меня с полка, аккуратно поставив на пол, наклонившись, выдохнул мне в шею, обдав ту горячим паром, посылая по моему телу обжигающий трепет.
Взяв за руку, потянул за собой, при выходе из парной, повернув налево, неожиданно сильно подтолкнув в спину, сбросив в небольшую купель…
Жгучий холод! Нет, не так, опаляющий жар, поднимающийся откуда-то изнутри, ошпаривающий, мгновенно очищающий сознание, прижигающий кожу ледяной водой.
Не заметила, как Сергей, скинув простынь, прыгнул следом за мной, погрузившись в воду с головой, поэтому, вынырнув, искала его глазами, пока не почувствовала мощное тело за спиной и обвивающую меня мужскую руку, крепко прижимающую к своей груди.
Чувства оголены будто провод, ощущаю, как тяжело дышит мне в затылок и я млею от интимности момента…
— Ну же, девочка, — подталкивает меня рукой к лестнице, — бегом возвращаемся назад…
В облепившей тело футболке, не глядя на обнаженного мужчину за спиной, юркнула в парилку выбивая зубами дробь. Обомлела от мягкого тепла, мгновенно окутавшего тело, согреваясь, отходя от непривычного, обжигающего контраста температур.
— Ложись, на живот, — услышала искушающий смех до умопомрачения привлекающего меня мужчины, — попаримся.
Это моя первая баня, поэтому не ожидала, что веником хлопнет по коже, выбивая усталость и боль из ноющих мышц. Громко охнула, вдохнув висящий в помещении пар, обласканная ароматами бани, в ожидании нового щелчка по распаренной коже.
— Давай, девочка, потерпи…
Услышала сквозь шум крови в ушах, почувствовала, как снова поддал пару, разгоняя двумя вениками горячий воздух, ожидая, пока тот осядет вниз, увлажнив кожу, а потом… яркой вспышкой в сознании: жар тела и горячий, летающий веник, нетерпеливо подгоняемый вторым, прихлопывающим, разминающим изнывающие мышцы, выбивающим из них всю боль, и горький аромат полыни, вышибающий из организма все переутомление, которое просто испаряется, с шипением, под натиском хлопающих о тело листьев.
Горячо! Так, что захватывает дух и с каждым таким ударом я начинаю постанывать, от накрывающего меня наслаждения.
— А теперь назад.
Слов не услышала, лишь почувствовала, как поднимает меня, ставя на ноги и подталкивает к выходу, направляя налево, к ледяной купели. Сейчас руководить мной не нужно — прыгнула сама, нырнув, с головой уходя в холодную воду…
И тут же, выдернута вверх, прижата к крепкому, явно обнаженному телу, руками придерживаемая за попу. Интуитивно, обвиваю ногами мужские бедра, руками зарываясь в короткие волосы на затылке, носом утыкаясь в горячую кожу шеи, безошибочно находя бешено пульсирующую жилку под ней.
Не в себе! Не чувствую себя, не ощущаю, абсолютно новая, легкая, чистая, с голыми эмоциями и раскрепощенная в желаниях…
Губами прикасаюсь к его коже, прижимаюсь, целую, а он стонет, в голос, открыто, не ожидая от меня действий, сраженный моей обнаженной готовностью и нетерпением. Я лишь крепче прижимаюсь к нему телом, в надежде, что не отпустит, и он, без раздумий стискивает меня, притягивая еще ближе, зубами прикусывает мне кожу на шее, слегка, не больно, заражаясь горящим вожделением от моего желания.
Холод воды и жар наших тел — умопомрачительный контраст. Яркий, вызывающий, призывающий к действию…
Трясет!
От вмиг нахлынувшего возбуждения, от зашкаливающих, разбуженных им эмоций или от разницы температур, расплавившей организм, увлекшей за собой не только тело, но и сознание, заразив его бесстыдной похотью, словно непрекращающимся зудом распаренной кожи после хлопков по ней банным веником.
— Хамелеончик, выходим…
Не слышу его, только кровь в ушах, барабаном, отбивает свой ритм, а вместе с ней желание, такое обжигающее, что мурашки по телу!
Дернул меня вверх, подсаживая, заставляя выйти из ледяной купели, подтолкнул сразу в парилку…
Подсадив на средний полог, отвернулся, зачерпнув воду из таза, поддал пару, вылив на каменку пару ковшиков, вновь окутав нас жаром парной, но, в этот раз, подошел, встав, раздвинув мои ноги, уместившись прямо между ними, слегка сдвигая меня к себе, решительно притягивая за попу, стискивая ее ладонями.
Смотрит на меня своими свинцово-серыми глазами, полными желания и я таю, теку словно воск, вниз, с пылающей свечи, податливая, легко принимающая нужную ему форму…
— Не время и не место, девочка… — шепчет мне на ухо, а я наслаждаюсь его дыханием на моей коже.