Эпилог
Весна в этом году наступила даже раньше, чем обычно. Казалось бы, только растаял снег, а уже все окружающие луга покрылись юной сочной травой, на деревьях появились первые листочки, а оставаться в пределах особняка оказалось просто невозможно. Меня тянуло на улицу, словно какой-то волшебной силой, и я даже не пыталась этому противиться. Да и моей малышке тоже нравилось гулять.
Облачившись в лёгкую накидку, я распорядилась, чтобы наша няня Грета собрала Мариэллу, а сама направилась в сад - просто не смогла больше сидеть в доме. Мне отчаянно хотелось выйти, полной грудью вдохнуть свежий весенний воздух, посмотреть на голубое небо. Настроение зашкаливало за все мыслимые пределы. Сейчас на душе так хорошо, что хотелось просто раскинуть руки и кружиться на месте, ощущая переполняющее меня счастье.
Жаль только, что в это прекрасное утро рядом не было Этьена. Увы, его вызвали в столицу. Хотя, этому тоже следовало порадоваться, ведь отправился мой муж принимать графский титул, доставшийся ему после кончины троюродного дяди. Так что теперь меня можно было в полной мере назвать графиней... Леди Катариной Зертской. А ведь ещё вчера я была женой простого офицера, обыкновенного капитана, пусть и довольно обеспеченного.
...Мы с Этьеном встретились здесь, в приморском городе Аниэли, чуть больше трёх лет назад. Помню, сама не поняла, почему выбрала этот город, как и то, по какой причине не стала покупать особняк, как и сразу тратить свои огромные капиталы. На самом деле, тогда мне было слишком плохо, чтобы думать о будущем. Я сняла комнату в гостинице, а вскоре познакомилась с некоторыми местными кумушками, которые быстро прознали, что в их небольшой городок прибыла молодая аристократка.
Меня звали Катарина Гаут, и по тем документам, что вручил мне Его Величество, я была дочерью барона Гаута. Последней в роду. Увы, этот титул по женской линии не передавался, потому продолжить династию я бы никак не смогла. Но вот рассчитывать на место в высшем обществе города имела полное право.
Вскоре после приезда я всё же сняла себе домик на окраине, наняла слуг, и думала, что так и буду жить, пока не закончится этот жуткий десятилетний срок моего вынужденного расставания с принцем, но... Судьба распорядилась иначе.
На одном званом вечере, куда меня пригласила супруга градоправителя, я увидела молодого мужчину. У него были медные волосы и поразительно притягательные зелёные глаза. Он понравился мне с первого взгляда, вот только сам почему-то не желал меня замечать. С ним рядом находилась дама - его старшая двоюродная сестра, и все его взгляды доставались исключительно ей. И вот тогда, в тот вечер, я впервые воспользовалась давним подарком Мартина Лендома - перстнем, способным привлечь внимание. Сосредоточилась на объекте своего интереса, произнесла мысленно: «посмотри на меня» - и, о чудо, он повернулся, наши взгляды встретились... и я почувствовала, как в груди разгорается тепло.
Мой незнакомец оказался капитаном императорского полка, прибывшим в отпуск в родной город. До этого он служил в столице, но после встречи со мной попросил перевести его на побережье. А ещё... он не знал, кто я на самом деле. Не знал мою настоящую фамилию, как и ту историю, которая случилась со мной в Себейтире. К моему счастью, Этьен никогда не интересовался сплетнями, не имел привычки лезть в чужую личную жизнь. Потому и воспринимал меня, как чистое, милое создание и называл своим солнцем.
Мы поженились спустя три месяца. Сразу после свадьбы я переехала в его поместье, расположенное за чертой города. А вскоре у нас родилась Мариэлла - такая же яркая и рыженькая, как её папа.
И, наверное, я могла с уверенностью сказать, что счастлива. Но... мне всё равно очень часто снился Дамир. Его нежные руки, его мягкие губы, его шёпот. Да, я смогла полюбить своего мужа, но принца не забыла. Его образ жил в моём сердце, как и пресловутое чувство вины.
За всё. В том числе и за книгу.
Да, это было глупостью, но я всё же написала роман о том, как была куртизанкой. Имена действующих лиц изменила, как и их титулы. Некоторые события обошла стороной, на некоторых остановилась подробнее. О роли Эдина вообще решила умолчать, как и не стала впутывать императора - эта часть рассказа получилась максимально сухой. Всё же мне хватило ума и чувства самосохранения этого не делать. Но вот о постельных утехах аристократов написала очень многое. Не обошла вниманием и некоторые рассказы Ларты, у которой опыта было куда больше, чем у меня. А потом... заплатила кому надо, и моя рукопись превратилась в настоящую книгу и разошлась огромным тиражом. Её автором значилась Бриана Лог, а называлась она «Моё тёмное прошлое». И видят боги, такого откровенного чтива прилавки империи ещё точно не видели!
Не удивительно, что вскоре в стране эту книгу запретили, но... кто сказал, что её перестали продавать? Я, честно говоря, и не подозревала, что она принесёт мне помимо проблем ещё и деньги. Но получилось неожиданно приятно.
Кстати, Ларта, получив свой экземпляр романа, написала мне гневное письмо. Долго распиналась, какая я дура, но в конце всё равно вывела: «Хоть это и было глупо, но я тобой горжусь!» Эти её слова стали для меня лучшей похвалой.
Моя подруга до сих пор жила в столице, была замужем за своим Нотаном, и даже успела родить ему двоих детей. Мальчика и девочку. Она всё звала меня в гости, и я бы с радостью поехала, но... очень боялась встретить в столице Дамира. Увы, за эту встречу мне бы пришлось заплатить жизнью. В самом прямом смысле.
- Госпожа, - донёсся до меня голос горничной.
А когда я обернулась к дому, увидела её на ступеньках у входа:
- Вам только что доставили записку. Попросили передать срочно и лично в руки, - сообщила она.
Я кивнула, велела вышедшей на улицу няне пока погулять с малышкой без меня, а сама направилась в дом. Послание вскрывала с абсолютно спокойной душой - всё же проведя столько времени среди размеренного спокойствия глубинки, я уже просто отвыкла ждать подвохов и неожиданных сюрпризов. Потому, пробежавшись взглядом по строчкам, напряжённо сглотнула и едва не выронила послание.
А там была всего одна фраза:
«Жду на лавочке, что у дуба над обрывом»
И подпись: «Твой старый добрый друг Эд»
Пошла ли я на встречу? Конечно! Причём шла очень быстро. И у меня даже мысли не возникло отказаться. Да и не отказывают принцам. Уж Эдину тем более.
Обозначенное в послании место располагалось за пределами нашего поместья, в десяти минутах ходьбы от дома. Ту самую лавочку мой супруг сделал специально для меня, когда заметил, как мне нравится смотреть на закаты, наблюдать за проходящими мимо кораблями. Он вообще старался выполнять все мои пожелания, все капризы. И это не могло не радовать.
Эдин ждал у самого обрыва, за которым начиналось спокойное тихое море. Стоял ко мне спиной, разглядывал тёмно-бирюзовые волны, расплывчатую линию горизонта... а я рассматривала его.
За прошедшие три с половиной года Эд возмужал. Кажется, стал чуть выше, раздался в плечах, да и вообще теперь стал куда больше похож на взрослого мужчину.
Лорда.
Принца.
- Привет, Кати, - бросил он, обернувшись. - Рад тебя видеть.
- И я...
Это было чистой правдой. Меня на самом деле переполняли эмоции - сильные, яркие. Я смотрела на улыбающегося Эдина и не верила, что передо мной именно он. Его голубые глаза сегодня казались особенно яркими, а улыбка согревала, подобно лучам мягкого солнышка. Светлые волосы принца были собраны в короткий низкий хвост на затылке, и такая неожиданная причёска почему-то показалась мне очень подходящей всему его образу.
Он держал руки в карманах своих тёмно-серых брюк... и смотрел на меня.
- Знаешь, мне иногда кажется, что ты и в глубокой старости будешь поразительно красивой. Шикарно выглядишь, Кати, - заметил, блуждая взглядом по моему лицу, касаясь им груди, ставшей после родов ещё полнее, но не потерявшей форму. Да и талия моя осталась столь же тонка, и ни грамма лишнего веса не прибавилось. - Тебе даже материнство только на пользу пошло. Такая стала... аппетитная.
От его слов я непроизвольно вздрогнула и неожиданно для самой себя ощутила пробежавшую по телу волну жара. И это было не просто желание, не просто естественная реакция тела, а отклик того, что я испытывала только однажды. Именно в тот злополучный вечер... под действием вина. Именно с Эдином.
- Всё меняется, - ответила, с трудом заставив голос звучать ровно. - Сейчас мне только двадцать один, и о старости задумываться совсем не хочется.
Он улыбнулся, протянул мне руку и неспешно повёл к расположенной здесь же лавочке. И не могу сказать, что мне было противно его прикосновение. Нет, наоборот, стоило ему меня коснуться, и в памяти мгновенно вспыхнуло то, о чём я запрещала себе думать: твёрдая поверхность стола в моей столовой, сильные руки на моих бёдрах, ласкающие движения языка на моём лоне... и потемневшие от желания глаза Эдина, стирающего с губ мои соки.
Странно, но я слишком хорошо помнила всё, что было между нами тогда. Каждую его грубоватую ласку, каждый приказ, отзывающийся в моём теле новыми волнами возбуждения. И я совру, если скажу, что никогда не мечтала это повторить.
Эдин заметил мой странный взгляд, но ничего говорить не стал. Помог мне присесть на лавочку, сам разместился рядом... но вот руки моей не отпустил.
- Зачем ты пришёл? - спросила, продолжая рассматривать его лицо.
На первый взгляд оно осталось таким же, каким я помнила, но что-то всё равно изменилось. Юношеская смазливость окончательно растаяла, сделав его поразительно красивым взрослым мужчиной... очень похожим на своего царственного отца.
- Соскучился, - бросил, изобразив лёгкую усмешку.
- Через три с половиной года? - уточнила, естественно, не поверив.
- Честно, Кати. Вчера вот лежал в постели, грустил... вспоминал свою супругу, - наигранно удручённым тоном протянул Эд. - Ты же в курсе, что я был женат?
- Конечно, - ответила, довольно улыбнувшись. - О твоём фееричном романе с простолюдинкой знает вся страна. Хотя она тебе совсем не подходила.
- Почему? - спросил он, в момент став серьёзным.
- Слишком простая, слишком... хрупкая. Какая-то ненастоящая. Правда, я видела её только по иллюзатору, но мне почему-то кажется, что это именно так. Кстати, - спросила, опустив взгляд на его пальцы, всё ещё сжимающие мою ладонь. - Почему ты с ней развёлся?
- Тебе правду? - хмыкнул, чуть прикусив губу.
Я же поймала себя на мысли, что сама бы с удовольствием ощутила на себе его лёгкие укусы. Всё же тот секс с Эдином стал для меня истинной феерией... забыть которую было невозможно.
- Во-первых, со мной она была фригидной, - пожал плечами принц. - Не получала от нашей близости никакого удовольствия. Говорила, что любит меня, но когда дело доходило до постели, только кривилась, зажималась и морщилась. Если честно, я даже начал сомневаться в своей полноценности и мужской состоятельности.
- Ха, Эдин! Это же глупость! Просто... вы с ней оказались разными. Ты - огонь. А она не сумела достойно его принять.
- Да, я огненный маг, Кати, - кивнул Эд, подтверждая мою догадку. - А моя бывшая супруга, как оказалось, влюбилась в моего же охранника. Вот такая ирония судьбы.
- Ладно тебе, - проговорила, чуть крепче сжав его руку. - Это к лучшему. Уверена, ты ещё встретишь ту, которая станет для тебя идеальной во всём.
- Возможно, - уклончиво бросил он и отвернулся к морю.
Какое-то время мы молчали. Слушали звуки просыпающейся природы, тихий шелест волн, и думали - каждый о своём.
- А я ведь только совсем недавно помирился с Дамиром, - проговорил Эдин, погладив большим пальцем моё запястье. - Мы больше трёх лет были на ножах. И знаешь, что самое смешное: разругались из-за одной девушки, а помирились из-за другой. Но теперь, видя, как всё сложилось, я уж точно не жалею о том, что тогда сделал.
- Ты ведь знал про то вино, - сказала с грустью.
- Конечно, знал, - хмыкнул он. - Но самому мне не следовало его пить. Да только... решил, болван, что от пары бокалов ничего не будет.
Принц с шумом выдохнул и снова закусил губу. Видя это, я едва сдержалась, чтобы не потянуться к нему ближе. Мои мысли странно путались, и я уже сама почти перестала себя понимать.
- Дамир знает, где ты живёшь. Знает о твоём супруге, о дочери, - поспешил перевести тему Эдин. - И про десять лет срока клятвы тоже в курсе. Но он теперь счастливо женат. Его брак - магический, признан Светлыми Богами. И... он смог тебя забыть.
Я не ответила. Да и нечего мне было сказать. Про свадьбу Деми я узнала из газет. Там же увидела портрет его жены. И... вынуждена признать, что из них получилась очень гармоничная пара. Красивая. И что странно, я даже порадовалась за него, хоть сердце и щемило от одной мысли, что отныне он принадлежит другой.
Снова повисло молчание, словно мы уже исчерпали все разрешённые темы для разговора. Но вот прощаться почему-то не желали. Просто сидели рядом на этой лавочке над обрывом, почему-то держались за руки и смотрели на горизонт.
- И всё-таки, зачем ты пришёл? - спросила, повернувшись к Эдину и теперь разглядывая его профиль. - И мне бы хотелось услышать правду.
- Правду? - бросил со смешком. - Уверена?
- Да!
В ответ Эдин чуть повёл плечами, развернулся ко мне и... легко провёл костяшками пальцев по моей щеке.
- А я и сказал тебе правду, - ответил, улыбаясь. И эта его улыбка показалась мне поистине порочной. - Лежал вчера в пустой постели, грустил, думал о женщинах, которые у меня были. И знаешь... все они странно стёрлись из моей памяти. Их имена, лица, их голоса. А тебя я прекрасно помню. Всё. Каждую мелочь.
Он придвинулся ближе, переместил ладонь на мою шею и мягко провёл по ней вниз. Я вздрогнула, ловя эти странные, горячие и почти забытые ощущения. Наслаждаясь такой странной лаской, этим нежным, но в то же время властным прикосновением.
Увы, мой муж не был таким. Он не считал секс искусством - скорее, относился к нему, как обязательному приложению к семейной жизни. Я получала удовольствие от близости с ним, но... в этом не было огня. Ни единой искры. Лёгкие ласки, раздевание, поглаживания и само соитие. Всё. Как обязательный ритуал, не более.
Как-то я попросила его поцеловать меня там... куда он даже руками почти никогда не прикасался, так Этьен заявил, что это гадко, не гигиенично, и что я читаю дурную литературу. До своего органа он мне даже дотрагиваться не позволял, а если мой взгляд случайно падал на обнажённый предмет его мужского достоинства - отворачивался.
В целом мой супруг был очень интересным, хорошим, милым. Но в плане постели мы друг другу подходили плохо. Хотя... наверное, именно таким оказалось моё наказание за распутное прошлое.
Потому сейчас, рядом с Эдином, я не просто оттаивала, а по-настоящему грелась в лучах его огня и того желания, что горело глазах принца. Вот только не имела права поддаться этому искушению.
- Катарина, я хочу это повторить, - прошептал Эд, наклонившись к моему уху. - Но не на столе, а в кровати. И не как представление, а как нашу с тобой игру. Хочу снова почувствовать наше общее пламя.
- Эдин... - я попыталась отстраниться, оттолкнуть его, но стоило моим ладоням лечь на его грудь, и сопротивление потеряло всякий смысл. - Отпусти, - добавила хрипло.
- Отпущу. Не переживай, - ответил, наклонившись к моему лицу так, что наши губы почти соприкасались. - Я понимаю, Кати, что ты теперь замужняя леди. Потому не собираюсь ни к чему тебя принуждать. Не будет ни вина, ни чего-то подобного. Только ты, я и наше общее желание.
- Нет, - выдохнула, не в силах заставить себя отодвинуться.
Напротив, сейчас я мечтала сократить разделяющее нас расстояние и почувствовать его поцелуй на своих губах. Снова ощутить хотя бы отголоски того безумного, горячего сумасшествия, что смогла испытать только с ним.
И тогда он отстранился. Отпустил мою ладонь и вдруг протянул мне камень округлой формы, состоящий из двух скреплённых половин.
- Я буду в твоём городе до завтрашнего утра. У моего знакомого здесь особняк, в котором он пригласил меня остановиться, - проговорил Эдин, с самым серьёзным видом глядя мне в глаза. - А это, сладкая моя, портал. Стоит повернуть половинки по часовой стрелке, и он перенесёт тебя в мою спальню. Обратно попадёшь тем же способом. Думай.
- Не жди меня! - выпалила, видя, что он собирается уйти. - Я... люблю своего мужа.
- А вот я тебя не люблю, и ты меня не любишь. Но это не запрещает нам друг друга хотеть, - самоуверенным тоном заявил он. - Моё предложение слышала. Ты за это не получишь ни денег, ни подарков. Но вот удовольствие я точно могу тебе гарантировать.
И, подойдя ближе, коснулся губами моих губ - сухо, целомудренно, всего на мгновение, но я уже начала задыхаться от желания.
Боги... ну почему? Почему я не могу испытывать подобного с Этьеном? Ведь тогда бы мне даже сомневаться не пришлось.
- Думай, Катарина, - сказал напоследок Эд, перед тем как исчезнуть в мареве портала. - Мужа твоего в ближайшую неделю не будет. Значит, ты ничего не теряешь.
Конечно, ничего... Кроме разве что последних крупиц уважения к себе.
***
Я вернулась домой разбитая и откровенно растерянная. Долго слонялась по комнатам, ни с кем не разговаривая. Потом обняла дочку и несколько часов провела, играя с ней в детской. После сама её искупала, к удивлению няни, сама уложила спать. Рассказала малышке сказку... о прекрасном принце и милой, но нищей девушке, которая чудом попала на бал. Про себя подивилась тому, как реальность отличается от сказки.
Когда Мариэлла уснула, я направилась в свою спальню. Приняла ванну... зачем-то долго наносила на тело мягкое масло с нежным запахом лаванды. И даже заставила себя надеть сорочку и лечь спать.
Вот только уснуть не смогла, как ни пыталась.
В мыслях пылали пожары, тело напряглось, словно натянутая струна. Оно мечтало о мужских прикосновениях, ласках. Оно требовало, чтобы им восхищались, чтобы его любили... Я даже попыталась погладить себя сама, помассировать свои истосковавшиеся по поцелуям складочки, но сделала только хуже. Разрядки не было... Для неё мне требовался мужчина.
Эдин.
И тогда, зло стянув с себя ночную сорочку, я надела бельё, чулки, первое попавшееся платье, натянула плащ и отправилась в сад. И только дойдя до самой дальней его аллеи, повернула артефакт переноса и в тот же момент оказалась посреди просторной спальни, где меня явно ждали.
- Я не сомневался в тебе, Кати, - тоном змея-искусителя бросил Эд.
На нём были только лёгкие широкие штаны.
Он двигался с грацией хищника... а я не могла отвести от него взгляд.
Едва он приблизился - мне стало трудно дышать.
После первого прикосновения - пропала способность адекватно мыслить.
Как только наши губы соприкоснулись - я забыла собственное имя.
Радовало только то, что, кажется, Эдин тоже уже почти не соображал.
Очень странно, но в этот раз даже без вина мы вели себя, будто оголодавшие нищие, для которых накрыли шикарный стол. И... о да, все блюда на нём были прекрасны! Я наслаждалась каждым...
И ещё больше не сомневалась, что это далеко не последняя наша встреча с Эдином. Потому что так безумно хорошо, как с ним, мне не было никогда. Ни с кем. Даже с Дамиром.
И... кажется, уже не будет.
***
...Пусть меня многие не поймут, пусть осудят, но... наверное, я, и правда, «испорченная сексом до мозга костей», - как любил выражаться Эдин. Он утверждал, что такие, как я, созданы для удовольствия. Я же отмахивалась, заявляя, что такой меня сделала его любимая столица и некто по имени лорд Лендом. Но Эд в ответ на эти мои утверждения обычно отрицательно качал головой и спешил снова повалить меня на кровать.
- Ты родилась порочной. Это в твоей крови. Не отрицай, - говорил мой любовник.
И целовал так, что я готова была согласиться на что угодно.
Мы продолжали встречаться.
Сначала виделись раз в месяц. Потом почему-то стали тосковать друг по другу. Наши странные свидания стали случатся чаще, и что самое удивительное - иногда в них дело до секса вообще не доходило.
Это было странно, но... нам оказалось очень хорошо и комфортно вместе. Вскоре я могла с уверенностью утверждать, что знаю Эда, как облупленного. Он был сложным человеком, прячущим за своей вечной насмешливостью огромный обоз эмоций. Он раскрывался для меня медленно, нехотя, от души этому сопротивляясь. Он сам убеждал нас обоих, будто наша тяга друг к другу - просто неутолённая жажда тел. Похоть. Говорил, что нам всего лишь слишком нравится заниматься сексом. И приходил всё чаще.
Не удивительно, что однажды об этом стало известно моему мужу. Тогда Этьен впервые поднял на меня руку. А Эд поднял руку на него, а после забрал меня и Мариэллу, и отправил в небольшой особняк, расположенный на окраине столицы.
С того дня мы виделись каждый день...
С того дня мы фактически стали жить вместе.
При этом оба упорно заявляли, что между нами нет чувств. Отмахивались от этого. Проводили вместе месяцы, годы, но не желали верить, что связаны друг с другом так, что не порвёшь.
Ещё в самом начале этих странных отношений я осознала, что больше не могу терпеть чужие прикосновения к себе. Мне становилось противно от одной мысли о близости даже с собственным... теперь уже бывшим мужем. Помню, когда я сказала об этом Эдину, он рассмеялся. Но меня теперь на самом деле передёргивало, лишь стоило представить рядом с собой кого-то другого.
- Сладкая, но ведь это невозможно! Ты меня не любишь. А о твоей похотливой натуре известно нам обоим.
- Не знаю, Эд, - ответила я тогда. - Просто... мой мир как-то вдруг сузился до одного тебя. Теперь в нём почему-то нет других. Их просто не существует.
Это было глупостью, но мы даже не думали заканчивать нашу странную дружбу, щедро приправленную сексом. Когда Эд завершил обучение в академии, мы вместе с ним и моей дочерью уехали в Карилию. Там он занимался контролем строительства очередного завода по производству картелов и аркартов (нового изобретения талантливых студентов Астор-Холт), а я ему помогала, как могла. Изучала особенности общения с заказчиками, проводила переговоры, обговаривала с клиентами тонкости эксклюзивных заказов.
Вокруг меня снова было много лордов, но ни один из них не казался мне интересным. Ни один не вызывал даже отголосков того желания, что я испытывала к Эдину. Ни один меня не привлекал.
Да, официально я оставалась разведена и свободна, но у меня не было других мужчин, кроме Эдина. Да и у него с той самой нашей близости после встречи на обрыве, не было ни одной другой женщины. Наши жизни, наши судьбы сплелись. Моя дочь иногда даже называла его папой, а он совсем не возражал.
Мы стали близки настолько, что доверяли друг другу безгранично. Проводили вместе всё свободное время. Работали теперь тоже вместе. После возвращения в Сайлирию император назначил Эда руководителем всей сети государственных заводов по производству картелов, а я так и осталась его верной помощницей.
Знал ли о наших отношениях Его Величество? Конечно, знал. Но не спешил препятствовать. К тому же Эдин упорно заявлял, что мы просто дружим... ну и спим вместе. Кажется, все в стране были в курсе этого. Мы не видели смысла от кого-то скрываться.
А ещё я познакомилась с женой Дамира и с его сыном Димарием. И если под взглядом этой высокородной красивой леди мне отчего-то хотелось провалиться сквозь землю, то с мальчиком мы сразу поладили. А вот самого Дамира я не видела ни разу... до того дня, когда истекли те самые десять лет.
***
На самом деле, я и думать об этом забыла, совершенно не смотрела на даты. Просто жила, растила дочь, занималась делами «Первого императорского завода», проводила уйму времени с Эдом и, кажется, на самом деле была счастлива.
Потому встреча с Дамиром оказалась для меня неожиданностью. Вот только не вызвала никаких эмоций, кроме чувства вины.
- Я рада, что ты смог переступить через прошлое, - сказала после нашего недолгого разговора наедине. - Рада, что встретил свою настоящую, истинную любовь.
- А я... удивлён, - проговорил кронпринц, подарив мне мягкую улыбку.
- И чем же? - уточнила, не понимая.
Но он почему-то не стал отвечать на этот вопрос, а задал другой.
- Скажи, сколько вы с Эдином вместе?
- Дружим? - уточнила, получив ещё одну странную, словно снисходительную ухмылку. - Шесть с половиной лет.
- Ага, дружите, - бросил Дамир. - Но если вам нравится это так называть - пожалуйста. Может, надружите мне парочку племянников?
- Смеёшься?
- Серьёзен, как никогда. - Но, заметив моё негодование, поспешил пояснить: - Катарина, даже моя мать видит, что Эд влюблён в тебя.
- Значит, мне стоит ждать очередного визита Его Величества, с угрозой прикопать меня под первым попавшемся деревом?
- Не думаю. Сейчас всё иначе. Эд отказался от права наследования трона, о чём ты прекрасно знаешь. Сейчас он не принц, а всего лишь герцог, и все ограничения наследника престола на него больше не действуют. К тому же после твоего появления он взялся за ум. Начал заниматься картелами, наладил производство аркартов. Повзрослел. Да и ты на него так смотришь... На меня ты никогда так не смотрела.
- Я была очень юной, Деми.
- Знаю, Катти. Мы все тогда глупостей наделали.
- Так ты на меня не злишься?
- Не злюсь.
После того разговора мне стало легче. Да и не мне одной. Эдин, встретивший нас с Дамиром в гостиной, выглядел не на шутку взволнованным. А когда увидел, что мы вроде как спокойно общаемся, и заметил, что я не испытываю к его брату и капли былых чувств... окончательно расслабился.
- Я рад, Кати, что вы с Деми поговорили, - сказал мне Эд этой же ночью, после того как подарил самый яркий из всех возможных оргазмов.
Удивительно, но даже за столько лет, что мы провели с ним вместе, я всё равно ни на каплю не смогла утолить своего желания... всё равно хотела его, как в первый раз.
- Я тоже рада - ответила, уложив голову, на его грудь. - И знаешь, сейчас, вспоминая всё то, что случилось тогда, всё больше осознаю, что рада тому, как всё закончилось. Мы с Деми слишком разные. Всё что нас тогда связывало - это постель. А только это не смогло бы удержать нас вместе надолго.
- Ну не скажи, - ответил Эдин, погладив меня по обнажённой ягодице. - Нас-то она сколько уже вместе держит? Больше шести лет? Подумать только!
- Да, Эд, - отозвалась, с наслаждением вдохнув аромат его кожи.
Какое-то время мы лежали молча, но такая тишина никогда не казалась нам давящей. Эдин расслабленно рисовал пальцем странные узоры на моей коже, и я знала, что сейчас он точно думает о чём-то серьёзном. Можно сказать, что это было его странной привычкой... Привычкой, которая мне до безумия нравилась.
- Слушай, Катарина, а может, родишь мне сына? - вдруг совершенно спокойным, расслабленным тоном спросил Эдин.
Я от такого заявления опешила и даже приподнялась на локте, чтобы увидеть его лицо... в котором, к слову, не было ни грамма весёлости.
- Серьёзно? Сына тебе родить? Бастарда?
- Ну почему сразу бастарда? - хмыкнул он. - Нет. Законного наследника. Да и Мариэлле очень пойдёт фамилия Аркелир.
- Подожди... - выдохнула, присев на постели и посмотрев в его глаза. - Я правильно тебя понимаю? Ты собрался жениться на мне, чтобы я родила тебе сына, а за это готов удочерить Мари? Это что, сделка?!
Он устало закатил глаза и, привычным движением повалив меня на подушки, навис сверху.
- Вот вроде взрослая женщина, а ведёшь себя иногда, как дура, - выдал Эд, чуть прищурившись. - Кати, я тут вдруг понял, что, кажется, все эти годы люблю тебя... просто эта ситуация с Дамиром как-то не располагала к подобным выводам. А сегодня... когда я снова увидел вас вместе, когда всего на мгновение представил, что ты можешь уйти, оставить меня ради него... то чуть не сдох.
- Любишь? Меня? - прошептала, боясь поверить своим ушам.
- И ты меня тоже любишь, - со своей обычной и вполне привычной самоуверенностью заявил мой мужчина. - И не отрицай. Потому просто сразу ответь, сына родишь?
- Рожу, - сказала, даже не думая отказать. Это же Эдин, он вообще слова «нет» никогда не знал! Такое сочетание букв было ему попросту незнакомо.
- Вот и договорились, - улыбнулся он. - Ладно, остальное решим завтра. А сейчас давай спать. Поздно.
Вот так закончилась моя история... История глупой девочки, погнавшейся за богатством и привилегиями, и получившей всем этим по лбу.
Думала ли я, что так полюблю Эдина? Нет, конечно. Тогда, когда мы только познакомились, он казался мне слишком юным. По правде говоря, я и не воспринимала его всерьёз... ровно до того случая - до нашей дикой близости на столе.
Но потом всё изменилось.
Было ли это происками Судьбы? Или, может, случайностью? Не знаю. Но теперь просто не могу ни о чём жалеть. Потому что, пройдя этот странный и сложный путь, я всё же получила свою долю настоящего счастья.
Такого, о котором не могла и мечтать.
Конец.
P.S.: о том, как сложилась жизнь Дамира, можно узнать, прочитав дилогию «Карильское проклятие»
P.P.S.: роман «Катарина. История одной куртизанки» входит в Карильский цикл - серию романов по одному миру Аргалла, главные герои которых - представители правящих семей двух соседних государств.
На настоящий момент (февраль 2017) в цикле 7 историй (10 книг). Все они самостоятельные, но имеют между собой связь.
«Астор-Холт»«Эриол» дилогия«Карильское проклятие» дилогия«Мираж для Белого Сокола»«Искры огненного вихря» дилогия«Первая ведьма»«Катарина. История одной куртизанки» (события в данном романе разворачиваются за 3 года до событий «Карильского проклятия»)
***
Хочу выразить огромную благодарность Ольге Воркуновой, за помощь в вычитке текстов! Без тебя, Оленька, ошибок и опечаток у меня было бы намного больше)))
Эпилог 2 (бонус-рассказ)
Эпилог 2 (бонус-рассказ)
ЭПИЛОГ 2...
«Любовь, которой могло не случиться»
(Бонус-рассказ к роману «Катарина. История одной куртизанки»)
...Аргала. Сайлирская Империя. Город Себейтир. 7928 год (конец весны)...
Этот бал не зря называли именно «балом цветов». И дело было даже не в том, что его традиционно проводили в самом конце весны, когда все клумбы императорского парка разгорались буйным цветением самых прекрасных порождений флоры и магии. Вероятнее всего, так сие мероприятие было названо совсем не из-за растений. Ведь по традиции именно в этот день юные леди из самых известных и знатных родов империи, едва перешагнувшие порог восемнадцати лет, впервые представали перед императорским двором.
Все эти молодые особы были настолько свежи и восхитительны, что сами по себе напоминали цветы. Этакие очаровательные гордые розочки, у которых даже шипы ещё толком не кололись, а лепестки только что распустившихся бутонов казались настолько нежными, что было страшно коснуться.
И, казалось бы, такими прелестницами можно только любоваться. Смотреть на них и радоваться их молодости, яркости. Но вот Эдину Аркелиру, герцогу Линарскому, было совсем не до веселья. Ведь среди девушек - юных цветочков этого вечера, присутствовала его Мариэлла.
Не удивительно, что он неотрывно следил и за самой девочкой, и за окружающими её кавалерами. Но главное - внимательно наблюдал, чтобы ни один из этих недостойных не позволил себе сместить ладонь во время танца даже на миллиметр ниже положенного.
- Боги, знал бы, что так будет, ни за что бы не позволил Мари сюда отправиться! - процедил сквозь зубы Эд.
- Мне кажется... что ты перегибаешь палку, - улыбнувшись, проговорила стоящая рядом с ним стройная темноволосая леди - его супруга, герцогиня Линарская.
В свои тридцать восемь Её Светлость выглядела непозволительно молодо. На самом деле, ей сложно было дать даже больше двадцати девяти, да и то с натяжкой. В столице многие поговаривали, что для сохранения молодости она принимает какие-то зелья, которые для неё готовит лично верховный маг соседнего Карильского Королевства, но правда ли это - никто сказать не мог.
Катарина по праву считалась одной из первых красавиц империи, что очень тешило самолюбие её супруга. Хотя и сам Эдин во внешней привлекательности ничем жене не уступал. Будучи магом, старел он медленнее обычных людей, потому выглядел едва ли старше Кати.
- Да нет же, сладкая! - прошипел он, развернувшись к супруге. - Ты только посмотри! Да они же пожирают нашу девочку взглядами! А этот молодой Арслер... Он же старше её! Ему двадцать пять! Думаешь, мужчине в таком возрасте будет достаточно держаться за ручку со столь очаровательной леди?
- Эд, Мариэлла уже взрослая девушка, - попыталась убедить его Кати.
- Ей всего восемнадцать! - возразил тот, глядя в глаза Катарине.
- Ну и что? - улыбнулась Кати. - Я в её возрасте уже сама жила в столице, и сама зарабатывала себе на жизнь.
Эдин смерил супругу потемневшим взглядом, нахмурился сильнее и, отвернувшись, ответил:
- Вот именно это меня и пугает.
Мелодия доиграла, и кавалер, танцующий с юной леди Мариэллой Аркелир, неспешно повёл её обратно к родителям. Эдин смотрел на идущую к ним улыбающуюся девушку, и сам не мог не улыбнуться.
Всё же Мари была поразительно похожа на Катарину - те же яркие зелёные глаза, те же тонкие черты лица, те же чётко очерченные губы. Да и фигуры у матери с дочерью были совершенно одинаковыми. Но в отличие от брюнетки Кати, Мариэлла была рыженькой. Её волосы имели красивый оттенок красного золота, что делало её похожей на настоящую лесную фею.
Цвет волос оказался единственной чертой, доставшейся юной прелестнице от настоящего отца, коим являлся первый муж Катарины. И Мари знала, что Эдин ей не кровный родитель, но всё равно любила его, и называла «лучшим в мире папочкой». А он так же искренне любил её и говорил, что она всё равно его родная дочь - потому что он так решил.
- Ваша Светлость, леди Катарина, - странно торжественным тоном начал кавалер Мариэллы, остановившись в шаге от супружеской четы Аркелир. - Я, Мартин Арслер, виконт Ланский, официально прошу у вас позволения ухаживать за вашей дочерью Мариэллой.
Заметив, как потемнели глаза супруга, Катарина чуть сильнее сжала пальцы, лежащие на его предплечье, заставив того хоть немного прийти в себя. Она как никто другой знала, насколько странные и импульсивные поступки иногда может совершать её любимый муж. А сейчас весь его вид буквально кричал о том, что он мечтает собственными руками свернуть молодому лорду Арслеру шею.
- Папочка, ты ведь позволишь? - мягким голосом поинтересовалась Мари. Она тепло улыбнулась напряжённому Эдину, и тот, сам того не желая, начал оттаивать.
Вот чего он катастрофически не умел, так это быть строгим с этой юной леди. Наверное, если бы не Катарина, он бы вообще исполнял все, даже самые странные желания Мариэллы, и точно бы её избаловал. Потому высказать свой категорический отказ прямо сейчас просто не смог.
- Завтра в десять утра приходите в наш городской дом, - скрипя зубами, выдал герцог, глядя на потенциального зятя, как на будущую жертву жестокой расправы. - Мы обсудим с вами этот вопрос наедине.
Судя по тому, как едва заметно у молодого виконта дёрнулся глаз, он прекрасно понимал, что его ждёт. В столице у Эдина уже давно сложилась репутация человека, который способен на всё. Бывшему принцу, а ныне герцогу Линарскому было плевать на мнение общества и чужие пересуды. Он делал только то, что считал правильным. А с несогласными разбирался крайне простыми, но очень болезненными способами.
Ещё с тех времён, когда он просто жил с Катариной, его стали считать странным человеком. Когда много лет назад он позволил ей помогать ему в работе, заниматься делами семейного предприятия, вести переговоры с наиболее важными клиентами и заказчиками, его снова осудили. Ведь леди не должна работать, а тем более выполнять столь ответственные поручения!
Когда же Эдин женился на своей Кати и признал её дочь своей... сплетники столицы не замолкали по меньшей мере полгода. Как же так?! Сын императора связал жизнь с бывшей куртизанкой! Принял в семью её дочь от первого брака! А ведь именно эта самая куртизанка когда-то была замешана в скандальной связи с его родным братом!
Тогда Катарина и Эдин только посмеивались над происходящим - им не было дела до чужих пересудов. Они просто любили друг друга, просто продолжали вместе контролировать работу такого огромного предприятия, как «Первый Императорский Завод», где производились лучшие картелы и велиры империи. Кати и Эд просто жили, радуясь каждому дню. Им просто было безумно хорошо вместе. Они шли по жизни рука об руку, они поддерживали друг друга, они были семьёй. Настоящей. Такой, в которой живёт тепло, уют и любовь. Такой, о которой даже сами не смели и мечтать.
И сейчас они вместе отправились на этот бал, чтобы представить высшему свету свою дочь. Хотя сама Катарина очень не хотела сюда приходить. Ведь несмотря на то, что она уже давно фактически являлась членом императорской семьи, невесткой Его Величества, супругой родного брата кронпринца... во дворце её не жаловали.
Правда, если говорить откровенно, открыто свою неприязнь высказывала только одна леди, но тот факт, что эта самая леди являлась супругой наследника престола, делал её мнение очень важным. Для всех.
Кати с самой первой встречи поняла, что подругами им с принцессой Эрлиссой не стать. Более того, им бы лучше вообще не встречаться, потому что едва эти две леди оказывались в одном помещении, как вокруг Её Высочества будто начинала клубиться тьма. Нет, внешне это никак не выражалось, но вот в её взгляде появлялась откровенная жуткая угроза.
- Нам нечего делить, - как-то сказала ей Катарина. - Поймите: всё, за что вы меня ненавидите - в прошлом. Всё давно и сильно изменилось. Я очень уважаю вашего супруга, но наша с ним история закончилась много лет назад.
- Ты сделала ему больно, - зло прошипела в ответ принцесса.
- Ваше Высочество, пожалуйста, давайте оставим прошлое в прошлом. Деми меня простил...
- Не смей его так называть! - с угрозой выпалила та.
- Извините. Но это старая привычка. Прошу, просто примите ситуацию, как есть. Тогда всем нам станет намного легче.
- Нет, - надменным тоном заявила Её Высочество. - Этого никогда не случится! И хочешь совет, Катарина? - Во взгляде принцессы блеснула жуткая, непроглядная тьма. - Не попадайся мне на глаза. Если бы тебя не любил Эдин, я бы давно уже избавила мир от твоего существования.
Увы, после такого разговора и столь откровенных угроз общаться с супругой Дамира у Катарины желания не было совершенно. И пусть после свадьбы с Эдом Катарину приняли и император, и сам Деми, и даже императрица, но во дворце она всё равно предпочитала не появляться. Но сегодня из-за этого треклятого бала, куда так мечтала попасть Мариэлла, её матери всё же пришлось перешагнуть порог императорской резиденции.
Первую половину вечера они с Эдином провели относительно спокойно, но когда взгляд Катарины уловил среди танцующих присутствие леди с белоснежными волосами, она судорожно сглотнула и сильнее сжала пальцы на руке Эда.
- Что не так? - тихо спросил он, заметив, как напряглась его супруга.
А проследив за её взглядом, только ухмыльнулся и закатил глаза.
- Надо с этим что-то делать.
- Нам с ней просто нельзя встречаться, а особенно - оставаться наедине. Иначе боюсь, любимый, растить наших мальчиков тебе придётся одному.
Упоминание сыновей, пусть и в таком контексте, заставило Эдина довольно улыбнуться и посмотреть на супругу с гордостью. Он обожал своих маленьких близнецов. А сейчас, когда оба его наследника активно готовились к скорому поступлению в школу офицеров, куда брали с восьми лет, Эда буквально распирало от важности. Ведь его дети, его мелкие чада, так старательно учились держать шпаги, с таким рвением занимались с учителями, что смотреть на них без умиления он просто не мог.
И тем не менее, Эдин всё же заставил себя вернуться в реальность, где его супруга с нескрываемым опасением высматривала среди танцующих Эрлиссу и жалась к нему, ища защиты. К слову, боялась она не зря, всё же принцесса пылала к Катарине такой искренней ненавистью, которая была способна лишить разума кого угодно.
- Я поговорю с ней, - бросил Эд, ободряюще взглянув в глаза Катарине.
- Ты же знаешь, что это бесполезно.
- А может, всё же стоит попробовать ещё разок? Только... - он на мгновение запнулся и, будто что-то решив, неожиданно растянул губы в хитрой самодовольной улыбке.
- И что ты задумал? - Катарина прекрасно знала, что подобное выражение на лице Эдина не сулит ничего хорошего. Но что хуже всего, отказываться от своих безумных идей Эд попросту не умел.
- Ничего смертельного, - бросил герцог, изобразив мягкую улыбку. - Поверь, тебе понравится.
***
Ей заранее всё это не нравилось. Более того, она не сомневалась, что идея Эдина обернётся чем-то нехорошим, но... слишком привыкла ему доверять. Иногда ей казалось, что если бы он протянул руку и предложил бы ей прогуляться с ним по канату над пропастью, она бы согласилась, не раздумывая.
Катарина верила в Эдина. Она принимала его таким, каким он был. Она не рисовала иллюзий, не пыталась думать о нём, как о прекрасном принце, не приписывала ему черт, которых у него не имелось. Она просто любила его. И это чувство было настолько глубоким, что иногда ей даже становилось страшно.
А ещё она знала, что Эд любит её. Чувствовала это. Ощущала всем своим существом. Ей казалось, что их души не просто сплелись, а вросли друг в друга. Подобно двум деревьям переплелись корнями, стволами, ветвями и листьями. Они стали единым целым... но при это умудрялись оставаться отдельными существами. Личностями, прекрасно дополняющими друг друга.
В их отношениях никогда не было излишней романтичности, но присутствовало нечто другое - честность, откровенность, полное доверие. Они открывались друг для друга с таких сторон, о которых и сами не подозревали. Они чувствовали друг друга, были настолько близки, насколько это вообще возможно. Они являлись настоящей парой.
Да, Кати верила ему безоговорочно... Но когда в самый разгар бала он передал Мариэллу на попечение своей матери - Императрице Трилинтии (которая странным образом любила Мари, как родную внучку), Кати только уверилась в мысли, что он задумал какую-то авантюру.
- Не переживай. Всё пройдёт, как по нотам, - самоуверенно заявил Эд. - Вот увидишь.
Он вывел супругу в парк. Причём не просто повёл прогуляться, а двигался целенаправленно к одному определённому месту. Кати же была настолько сбита с толку, что не сразу узнала маршрут.
Но когда, повинуясь магии Эдина, перед ними расступились кусты и открылся небольшой пятачок со старой чашей фонтана посередине, Катарина растерялась.
- Это же... - выдала она сдавленным голосом.
- Да, укромное место моего братишки, - хмыкнул Эд, продолжая крепко держать её за руку.
Кати остановилась у небольшой лавочки и посмотрела на Эдина с укором. Он ведь знал, что она уже бывала здесь. Знал - Катарина сама ему рассказывала когда-то. Да, это было уйму лет назад. Кажется, в прошлой жизни. Удивительно лишь то, что за прошедшие двадцать лет здесь ничего не изменилось. Совсем.
- И почему не я заметил тебя первым? - с философским видом проговорил Эдин, глядя на свою Кати. - Представь, если бы мне, а не Дамиру пришло в голову выйти с тобой сюда во время маскарада? Возможно, ты бы ещё тогда оценила, какой я замечательный. Влюбилась бы с первого взгляда. И не было бы всей той истории.
Катарина вздохнула, шагнула ближе к супругу и, обняв его обеими руками, прижалась всем телом.
- Не думаю, что у нас в то время могло бы что-то получиться, - проговорила она, уткнувшись носом в его шею и с наслаждением вдохнув любимый аромат. - Мы с тобой тогда были слишком юными. Мне было восемнадцать. Тебе - тоже. Мы... иначе смотрели на жизнь. А та история с Дамиром... - Катарина вздохнула и, отстранившись, поймала взгляд Эдина. - Она и сделала нас другими. Она изменила наши взгляды на многое. И... мы с тобой смогли показать друг другу истинные лица. Предстать такими, какие есть. Потому, Эд, - она легко погладила его по щеке и, приподнявшись на носочки, поцеловала в губы. - Всё сложилось именно так, как должно было. Мы через многое прошли. И только так смогли оценить то... что есть между нами теперь.
Он смотрел на неё с нежностью. И за один этот взгляд она была готова на всё на свете.
- Я люблю тебя, Эдин. По-настоящему люблю. А тогда... в мои восемнадцать я просто была не способна на такие чувства. Тогда я жила мечтой, которую сама себе придумала. Понимала, что это неправильно, что так нельзя, но предпочитала просто плыть по течению.
Он на мгновение нахмурился, обнял её за талию и снова посмотрел в глаза.
- Но ведь ты любила Дамира. Я видел... как ты тогда на него смотрела, - с серьёзным видом заметил Эд. И, мягко улыбнувшись, добавил: - Как голодный на торт.
- Да он и казался мне кем-то невероятным, - ответила Катарина. - Чудом. Этаким недоступным сказочным существом, обратившим на меня внимание. Я разожгла в себе эти чувства. Полюбила мечту, образ, который сама себе придумала.
Кати отвела взгляд в сторону и вдруг улыбнулась.
- Знаешь, а сравнение с тортом очень правильное. Моя любовь к Дамиру и была, как этот торт. Большой, красивый, но совершенно непригодный для того, чтобы питаться только им постоянно. Мне было хорошо с ним. Уютно, удобно. А тот факт, что ради меня он пошёл против всех, несказанно льстил. Да, между нами существовали чувства, но... кроме них не было ничего - ничего общего. Я восхищалась Дамиром, но не особенно стремилась его понять. Он же... не знаю. Может, просто считал меня красивой. Может, ему нравилось, что я воспринимала его, как какое-то божество? И знаешь, скорее всего, если бы в наши отношения не лезли, если бы ваша матушка тогда относилась ко мне нейтрально, уверена, мы бы быстро наскучили друг другу. Но... всё получилось так, как получилось. Те трудности, противостояние обществу, запреты, опасность - всё это придавало нашему общению остроты и интереса. Мы были молоды, для нас все проблемы казались несерьёзными. Я и вовсе поняла, как вляпалась, только когда ко мне пришёл Его Величество. До того самого момента мне всё казалось лишь игрой.
Кати опустила лицо. Но, наткнувшись взглядом на серебряную пуговицу на пиджаке Эдина, почему-то вспомнила тот самый вечер... когда была с ним впервые. Когда, выпив вертийского вина, почти сошла с ума от желания принадлежать ему. Когда подчинялась его приказам, ловила его грубость, странно сочетающуюся с нежностью, когда осознала, что лучше, чем с ним, ей просто быть не может.
- А ведь если бы не тот твой безрассудный поступок, мы бы могли никогда друг друга не найти, - проговорила Катарина, вновь подняв на него глаза. - Если бы ты не пришёл ко мне с тем вином... Если бы...
- Если бы я не отымел тебя тогда на столе? - уточнил герцог, насмешливо приподняв бровь. - Да, сладкая моя?
Кати кивнула, ни капли не удивившись столь грубой фразе. Просто Эдин не стеснялся называть вещи своими именами, а она... Она давно к нему привыкла.
- Согласен. Тогда я поступил некрасиво, но не могу назвать тот поступок неправильным. Ведь я добился того, чего желал. Дамиру глаза на твою похотливую натуру открыл? Открыл. Отца к решению проблемы привлёк? Привлёк. С братом, правда, на три года поругался, но оно того стоило. А ещё... - он лукаво усмехнулся, чуть закусил губу и притянул Кати к себе. - А ещё, сладкая, я узнал, каким шикарным может быть секс, если отпускаешь все внутренние сдерживающие тормоза. А впоследствии убедился ещё в одной истине.
- В какой же? - лукаво спросила она, покорно прижимаясь к нему и касаясь губами его губ.
- В той, что шикарным для меня он может быть только с одной женщиной - с тобой.
Он всё-таки её поцеловал. Нежно. Трепетно. Со всей той любовью, которую испытывал к Катарине. К той, что когда-то принадлежала его брату, другим мужчинам, а теперь была целиком и полностью в его власти... уже много лет. Она сама отдала ему эту власть и себя в придачу.
- Я твоя, Эдин, - прошептала она ему в губы. - Только твоя. До последнего вздоха.
- Моя, Катарина. А я только твой.
И это на самом деле было так. С тех пор, как в жизнь Кати вошёл Эдин, другие мужчины перестали для неё существовать. Да и ему не были нужны другие женщины. Зачем? Если ни одна из них всё равно не могла сравниться с его Катариной. С той, кто будто бы была создана специально для него. Идеальная пара. Его женщина. Его супруга.
За её спиной что-то зашуршало, послышался странный звук, похожий на стук каблуков, но почти сразу всё стихло. Кати обернулась, осмотрела пустую полукруглую площадку, старый фонтан, который очень много лет не работал. И хотела уже спросить у Эда, не слышал ли он чего, но тот снова поймал её ладонь и, потянув к лавочке, усадил к себе на колени.
- Скажи, сладкая, - начал он, поглаживая её по бедру, укрытому синим шёлком юбки. - А если бы я попросил тебя постараться найти общий язык с Эрлиссой, ты бы согласилась?
- Смеёшься? - выпалила Кати, чуть отстранившись. И пусть свет от горящих в парке магических светильников сюда почти не доставал, но Катарина всё равно прекрасно разглядела странную ухмылку на лице супруга. - Эдин, я ведь пыталась! Но она меня ненавидит! Не понимаю только, за что? С Дамиром мы давным-давно всё выяснили, приняли и признали, что тогда наши отношения были глупостью, что всё в итоге для каждого из нас сложилось к лучшему. Он ведь её любит... хоть я и не понимаю, как можно любить такое злое, вспыльчивое создание. Но она красивая, решительная, в ней чувствуется внутренняя сила. Она...
Катарина на мгновение задумалась и вдруг выдала:
- Да она такая же, как Дамир! Только он дипломат, а она - нет. Она просто прёт напролом. Вот и в моём случае, вместо того чтобы завуалировано показать, что не желает моего присутствия во дворце, она просто высказала мне всё в лицо. Честно, искренне и максимально грубо.
- Ну... она вообще девушка прямолинейная, - ухмыльнулся Эдин. - И не такая уж и агрессивная. Вспыльчивая, импульсивная - да. Но ты, Кати, и твоё с Дамиром общее прошлое для неё больная тема.
- Эд, - Катарина освободилась из его объятий, поднялась на ноги и остановилась напротив супруга. - Я, правда, всё понимаю. Но ничего не могу изменить. Это было. От этого никуда не денешься. Но, Боги, прошло двадцать лет! Сколько можно жить прошлыми ошибками?
Для Катарины вопрос этого непонятного конфликта с принцессой тоже был крайне болезненным. На самом деле, он являлся болезненным для всей их большой семьи, для всего рода Аркелир. Но годы шли, а никто так и не нашёл выход из столь неприятной и сложной ситуации.
- А ещё мне очень жалко Димария. Малыш так любит бывать у нас в гостях, но вынужден скрывать эти вылазки от родной матери! - всплеснула руками Катарина. - А на днях он просто огорошил меня вопросом. Представляешь, спросил, на самом ли деле это я написала ту самую книгу! И что я должна была ему ответить?
- Ну, наверное, правду? - с весёлой улыбкой предположил Эд. - В конце концов, ему уже почти шестнадцать.
- Эдин, ему нет шестнадцати! - воскликнула Кати. - Зачем ему сейчас знать всё это?
- А когда, по-твоему, ему следует начинать интересоваться подобными вопросами? После тридцати? - издевательским тоном спросил герцог. А заметив, как нахмурилась его супруга, поднялся, подошёл ближе и поймал её руку. - Кати, не переживай так. С Димарием я сам поговорю. Он умный мальчик. Всё поймёт.
- А если он тоже возненавидит меня? - спросила Катарина, глядя на мужа с сомнением. - Эд, я ведь привязалась к нему. Полюбила, как родного племянника. Если он от меня отвернётся...
- Да не отвернётся, - устало вздохнул Эд. - Сладкая. Ну, правда. Давно пора поставить точку в той истории. Все всё забыли. Помните только ты и Эрлисса.
- Я бы забыла. С удовольствием! Но ведь она не даёт! Не позволяет. Эд, она сама держит то наше прошлое! Сама не даёт ему раствориться в небытие. Мучает и себя, и меня, и Деми! Это тебе плевать. А мне нет. Я хочу мира!
В этот момент на другой стороне от чаши фонтана что-то грохнуло, послышалась возня, а потом до откровенно озадаченной Катарины долетел женский голос:
- Да убери ты уже эту штуку! Я услышала и увидела достаточно!
В нём звучало лёгкое раздражение, а ещё нотки обиды. И Катарина уже знала, кого сейчас увидит, потому встретила гостей, словно проявившихся из пустоты, почти спокойно. Смутилась разве что. Ведь получается, что всё это время они с Эдом были тут не одни?
- Прости, Кати, - с чуть виноватым видом проговорил Дамир, обнимающий за талию свою супругу. - Если честно, это была идея Эдина.
Катарина метнула в сторону чрезмерно довольного Эда гневный взгляд и снова повернулась к Дамиру. А вот на его принцессу решила не смотреть.
- И чего вы думали этим добиться? - спросила Катарина. - Услышали, что хотели? А то, если нет, давайте, спрашивайте!
Кати явно нервничала. Переживала. Но главное, ей было не по себе. Она не хотела вот так показывать себя перед этими людьми. Перед Деми, который давно стал ей чужим, и перед его женой, которая и так её ненавидела.
Но Эрлисса не выглядела раздражённой, как и злой или напряжённой. Она просто стояла напротив и смотрела на Катарину - разглядывала ту в полумраке этого закутка дворцового парка так, будто видела впервые. А потом усмехнулась, бросила быстрый взгляд на Эдина и, шагнув вперёд, протянула Кати раскрытую ладонь.
- Ладно, - сказала принцесса, изобразив улыбку. - Вы правы. Эту историю давно стоит оставить в прошлом. И я... правда постараюсь. Катарина, - она посмотрела в глаза стоящей напротив темноволосой леди и протянула руку ближе. - Давай уже установим мир. Да, ты спала с моим любимым мужчиной...
- Это уйму лет назад! Вы хоть представляете, сколько всего изменилось за это время? - эмоционально высказалась Кати. - Ваше Высочество, мне было восемнадцать лет! И я много глупостей тогда натворила. Но, поверьте, сделала правильные выводы. И Эдин... - она обернулась, поймала ободряющий взгляд супруга и только потом продолжила: - Эд. Я люблю его. Очень-очень. И я, правда, хочу, чтобы в его... в нашей большой семье был мир.
Она медленно вздохнула, внимательно посмотрела в глаза Эрлиссе и всё-таки пожала её руку. И пусть даже теперь Катарина не верила, что столь долгая и сильная неприязнь принцессы пройдёт в один момент, но всё равно надеялась на лучшее.
- Нам, правда, нечего делить, - проговорила Кати, глядя на Её Высочество.
Но та вдруг хмыкнула, чуть прищурилась и спросила совсем другое:
- А Димарий действительно интересовался книгой? - но что удивительно, она не злилась. Наоборот, на её губах цвела лёгкая, шальная улыбка.
- Да, - удручённо кивнула Кати.
- Хоть какая-то польза от твоей писанины, - хмыкнула принцесса. И, обернувшись к Дамиру, добавила: - Представляешь, наш мальчик, кажется, совсем вырос.
- Ну, ещё не совсем, - уклончиво отозвался её супруг. - Но я тоже не вижу ничего ужасного в том, что Дим интересуется книгой. Увы, несмотря на официальный запрет, её до сих пор можно найти в магазинах столицы. Под другим названием, с другой обложкой, но она продолжает продаваться. И всё, что мы можем - это лишь дружно сказать, что написанное там - не больше чем художественный вымысел.
- Вы не представляете, как я жалею, что когда-то написала её! - искренне проговорила Катарина. - Но ведь не предполагала, что всё так обернётся, что даже через столько лет её будут передавать из рук в руки. Увы, сейчас уже ничего не исправить.
- Правильно, - добавил Эдин. Он подошёл ближе и, обняв жену за талию, обратился к невестке. - Лисса, я рад, что ты всё же признала, наконец, эту вражду глупой. И знаешь, вот ни капли не сомневаюсь, что вам с Кати будет интересно друг с другом. Если только ты спрячешь свои иголки.
- Не думаю, Эд, что мы подружимся, - ответила Эрлисса, искоса взглянув на Кати.
- Это слишком маловероятно, - подтвердила Катарина.
- А вот я считаю иначе, - заметил улыбающийся Дамир. - Но... всё в ваших руках. А сейчас, дорогие родственники, думаю, нам пора возвращаться в зал. Мы и так тут давно гуляем.
Никто не стал с ним спорить.
***
Над овальной ванной, похожей на небольшой бассейн, плавно поднимался пар. Он клубился и расползался по всей комнате, оседал капельками на зеркалах, на мраморных плитках, украшающих стены, и на лежащих на полу предметах одежды, сброшенных хозяевами несколько минут назад.
Да, Его Светлость герцог Линарский очень торопился раздеться сам и избавить от лишних вещей свою супругу. А сейчас с огромным удовольствием целовал её обнажённые плечи, ласкал грудь и мог думать только о том, к какой из стен её прижать, чтобы любимой было удобно и не особенно холодно.
- Эдин... - донёсся до его слуха её горячий шёпот. - Эд... поцелуй. Пожалуйста...
- Нет, сладкая, - издевательским тоном ответил этот соблазнитель. - Ты наказана. Сама виновата. Не дала мне отвадить этого виконта от нашей девочки.
Но Катарина сегодня не была настроена на слепое подчинение его прихотям. Да и не считала себя виноватой. Потому, обхватив ладонями его лицо, посмотрела в глаза и решительно прижалась губами к его губам.
Несмотря на свои громкие заявления, Эдин ответил, причём с такой страстью, что Кати быстро забыла о собственном недовольстве. Когда же вся инициатива поцелуя полностью перешла к мужчине, Катарина и вовсе потерялась в собственных ощущениях. Пока он ласкал языком её язык, его рука погладила сосок, спустилась к животу... ниже... А стоило мужским пальцам коснуться мягких влажных складочек, и Кати невольно застонала.
Боги, эти двое провели вместе пугающе много лет, но до сих пор, лишь стоило им прикоснуться друг к другу, и все их мысли были только об одном - как бы уединиться... хоть и ненадолго.
А ведь когда-то Эдин был уверен, что скоро ему это наскучит. Тогда он не верил, что можно настолько хотеть только одну единственную женщину. Упивался своей связью с Кати, наслаждался каждым мгновением, что они проводили вместе, но не сомневался, что скоро потеряет к ней интерес.
И... Не потерял! Более того, он даже не представлял себя с другой. Не видел смысла заводить с кем-то интрижки. Зачем, если у него была Катарина? А потом... всё стало слишком серьёзно. Желания тела постепенно стали отходить на второй план, и ему оказалось очень хорошо даже просто находиться рядом с Кати. Кушать с ней за одним столом, говорить, спать в одной постели - просто спать.
Он сам не понял, когда его симпатия стала любовью, когда их странная дружба переросла в самую крепкую связь из всех возможных. И да, они на самом деле срослись душами. Они уже не могли быть порознь - они давно стали единым целым.
Но при этом их секс всё равно оставался таким же горячим и настолько же волнительным, как было в самом начале. Прикосновения, поцелуи, ласки будоражили, но вместе с тем окрыляли. А момент единения тел до сих пор оставался самым желанным и самым сладким для них обоих.
И этот раз не стал исключением.
Так и не найдя подходящего места, Эдин развернул супругу к себе спиной и ласково провёл ладонью вдоль её позвоночника. Кати поняла его без единого слова. Она послушно шагнула чуть ближе к стене, прогнулась и упёрлась в неё руками.
- Умница, - прошептал Эдин, коснувшись губами её лопатки. - Моя сладкая умница...
Он входил в неё медленно, словно дразня. Да и погрузившись на всю длину, не спешил набирать темп. Двигался размерено, спокойно. Иногда почти покидал её тёплое лоно, но сразу же снова погружался полностью.
- Погладь, - попросила Кати, двигаясь ему навстречу.
- Нет, - ухмыльнулся Эд.
- Тогда... - она убрала со стены одну руку и почти уже сама коснулась пальцами чувствительного местечка между своих ног, когда её за запястье перехватил Эдин и снова прислонил ладонь супруги к стене.
- Я сказал «Нет», сладкая, - обманчиво нежным голосом бросил Эд.
Но словно противореча его мягкому тону, движения стали резче, жёстче, пусть темп и остался прежним. А Кати мигом позабыла о своих просьбах и претензиях. Она ловила этот ритм, с каждым толчком распалялась всё сильнее.
И когда она уже была на грани, когда уже не могла сдерживать стоны, когда с силой стала двигаться ему на встречу, он прижался к ней всем телом, положил руку на её живот и медленно провёл вниз. В тот же момент, когда его пальцы пробежались по влажным нижним губам Катарины, она вскрикнула, застыла и точно обмякла бы, если бы её не удержали мужские руки.
Быстро, всего в два рывка Эдин догнал свою любимую супругу. Вжался в неё так сильно, насколько только смог. А ощущая пульсирующие волны своего удовольствия, уткнулся лицом в затылок Катарины... и улыбнулся той самой улыбкой, которая появляется только на лицах поистине счастливых людей.
- Люблю тебя, сладкая... - проговорил, выдохнув.
После поднял её на руки и направился к ванной. Там осторожно опустил свою супругу в тёплую воду, сам присел напротив, и только теперь позволил себе устало откинуться на бортик и прикрыть глаза.
- Эдин, - спустя полминуты донёсся до него нежный голос Катарины. А когда он нехотя разлепил веки и посмотрел на любимую, она улыбнулась и попросила: - Позволь лорду Арслеру ухаживать за Мари.
- Этому хлыщу? - хмыкнул довольный Эд. - Он не достоин нашей девочки.
- Напротив, - возразила Кати. - Он молод, но при этом серьёзно относится к жизни. Я слышала, что он давно помогает отцу с их семейным делом, которое приносит немалый доход. Он маг... закончил Астор-Холт...
- И когда ты успела столько о нём узнать? - поинтересовался Эдин, приподняв бровь. - А, сладкая?
- После того, как две недели назад он встретился нам с Мари в западном паке и пригласил в кондитерскую. Извини, я забыла тебе рассказать.
- Катарина! - возмущённо проговорил Эд. - Что за тайны?
- Прости, родной, - ответила она, переместившись ближе, и легко погладила его по щеке. - Но ты слишком остро реагируешь на любых мужчин, которые даже просто смотрят в сторону Мари. А этот Мартин Арслер... Он ей действительно понравился. Не пойму только, чем этот со всех сторон положительный лорд не угодил тебе?
Эдин поднял на неё недовольный взгляд и, дёрнув плечом, буркнул:
- Именем не вышел.
О да, Мартинов Эд не любил. Ибо они все ассоциировались у него с лордом Лендомом. С тем самым человеком, который когда-то сыграл решающую роль в судьбе юной Катарины.
- Это глупо, - вздохнула герцогиня. - Арслер на самом деле хороший.
Кати смотрела на мужа и точно не собиралась оставлять этот разговор на такой ноте. Для неё было очень важно, чтобы Эд услышал её доводы, пусть даже не принимая их. И когда спустя пару минут тишины он всё же вздохнул и бросил что-то вроде «демоны с тобой, женщина», она не смогла сдержать улыбки.
- Я дам ему возможность попытаться меня убедить, но не обещаю, что разрешу ухаживать за Мариэллой, - строгим тоном выдал Эд. - На большее не рассчитывай.
- Конечно, родной, - поспешила кивнуть Кати.
А когда он уже собирался снова прикрыть глаза и, наконец, расслабиться, Катарина снова обняла его лицо ладонями, легко поцеловала в губы и сказала, блаженно улыбнувшись:
- Знаешь ещё что, Эдин... - начала тихо.
Он поймал её взгляд, словно спрашивая, чего она ещё ему не сказала. И тогда Кати коснулась носом кончика его носа, медленно вздохнула и добавила:
- Я тоже тебя очень люблю.
Конец.