15-3

— Право слово, я растеряна! — улыбнулась я. Удивительно, но страх исчез, как ни бывало. Даже какой-то азарт появился. — Если бы это было так… допустим, то, что шпион может разведывать в этом, простите, захолустном городке?— Оо! — рассмеялся Тавари. — Вы лишний раз подтверждаете, что не так просты, отвечая вопросом на вопрос. Не отвечаете ни да, ни нет. Очень профессионально. Что же… Будет странно, если я отвечу, зачем вам быть в этом городке. Уверен, вы это знаете.— Не знаю, на что вы намекаете, — улыбнулась в ответ я. Ведь действительно не знала, что за такие важные для шпионов особенности в этом городе. — И, по правде, не знаю, что и как вам ответить. К тому же, граф, насколько я понимаю, восьмой отдел занимается Темными и другой запрещенной магией.Какой вам интересно подозревать нас в шпионаже? Ведь, обратите внимание – вряд ли будучи шпионами, мы бы так просто себя выдали. А вы говорили, что мы держимся слишком аристократично… Хотя мне, простой хозяйке таверны, право слово, невдомек о каких манерах идет речь…Граф продолжил веселиться.— Потрясающе! Даже сейчас вы строите фразы так, что вам позавидует иная герцогиня из тех, что мне знакомы! И выкручиваетесь тоже чудесно. Тарина, не беспокойтесь, восьмой отдел действительно не занимается шпионами иных государств. Однако… иной раз с ними сотрудничает. Ведь занимаясь своей работой, они нередко узнают и многое, то может заинтересовать восьмой отдел. Ммм… Ну так что? Будем дружить? Или, может быть, сообщить о вас с Аль Тореном седьмому отделу, который как раз крайне неровно дышит к шпионам всех мастей…— Шантажируете? — усмехнулась я и сделал оборот, когда он повел специфическим жестом руки.— Да. Мы в восьмом отделе не гнушаемся этим древним благородным методом. Ваш ответ, прекрасная Ингвар?«Восьмой отдел я беру на себя…» — вспомнились мне слова Арсана.Что же… Это его игра. Я вообще предлагала уйти домой и не нарываться. Берет на себя – вот пусть и берет! Я буду улыбаться и поддерживать любой его план.— Мой ответ – обратитесь к Аль Торену. Он лучше знает, что делать с вашими подозрениями. И стоит ли простым обывателям, сражающимся за свое место под солнцем, сотрудничать с вами. Если бы мы были шпионской командой, полагаю, он был бы страшим в нашем тандеме. Более того – меня удивляет, что вы обратились к бестолковой девушке вместо умного мужчины.— Бестолковой! — уже открыто расхохотался граф. На нас даже начали оглядываться. — Вы неподражаемы! Если все пройдет как надо, я даже, возможно, предложу вам место в нашем ведомстве. Такой талант не должен пропадать на службе иной державы. Что же… Разумеется, поговорить с Аль Тореном тоже входит в мои планы. Просто вы показались мне более доступной для искренней беседы. Как оказалось, зря…— Ну что вы, граф. Я действительно честна перед вами. И готова оказывать любой содействие против Темных и запрещенной магии, если это окажется в моих силах – в силах хозяйки таверны и кота.— У вас и кот есть? — поднял брови Тавари.— У каждой уважающей себя хозяйки…— Вы хотите сказать «шпионки»?— Нет, именно хозяйки. Есть кот. Как без кота?— Говорящий? Тогда понятно, что он может помочь в работе…— Иной раз работе он даже мешает, когда болтает слишком много. Однако мы с вами говорим про разную работу. И  вы, граф, тоже неподражаемы в своем, простите, упорстве. Что же… передаю вас в руки Аль Торена…Музыка стихла, и я буквально уткнулась лицом в плечо Арсана. Граф отвесил ему легкий церемонный поклон, а дальше все завертелось.Переданный Арсану граф, предложил ему прогуляться на террасу. А меня пригласил танцевать… губернатор.Отказаться не было никакой возможности, ведь на нас все смотрели. И если б я отказала (чтобы пойти с Арсаном и «неподражаемым» графом), то опозорила бы главу города «на весь мир». И это испортило бы отношения с губернаторской семьей.В общем, дальше я танцевала быстрый и веселый танец, будучи первой парой с губернатором. Дальше шла смена партнеров, но все равно в «зачет» шел только первый партнер – тот мужчина, что тебя пригласил. В отведенное нам время губернатор, разумеется, воспользовался возможностью.— Он сын… герцога или принца? — понизив голос, осведомился он.