20-3

Конечно, я понимала, что доверять на слово такому существу, не стоит. Ведь это сама Тьма!Может, у нее хитроумный план, как втереться в доверие. Изощренная ложь…Но она была права – я почему-то совершенно ее не боялась. А еще интуитивно ощущала, что должна ее, как минимум, выслушать.К тому же, я тут у нее фактически в плену. Мне никуда не деться. Лучше уж не портить отношения пренебрежением…— Да, конечно, только не очень долго – я волнуюсь за тех, кто, с другой стороны, — искренне сказала я.— Я тоже, — поморщилась она. Совсем как человек. — Поэтому я замедлила время, насколько могу, чтоб мы поговорили. Но время, знаешь, такая субстанция… ей невозможно управлять полностью. Оно всегда возьмет верх. А за попытки управлять приходит расплата. Но сейчас это просто необходимо. Присаживайся…И Маргери-Тьма уселась прямо на траву, разгладила юбку и вопросительно глядела на меня.Что еще мне оставалось делать? Ха! Разумеется, я тоже уселась на странную фиолетовую травку, которая, кстати, оказалась очень даже мягкой и приятной.— Слушаю. И надеюсь, это не твоя коварная ловушка, — сказала я.— Настоящая хозяйка. Даже в моем мире ты ведешь себя по-хозяйски, — оценивающе меня разглядывая, произнесла она. — Впрочем, это и к лучшему. Не люблю бесхарактерных бабочек, чьи крылья ломаются от любого дуновения ветра. Меня действительно зовут Маргери. И когда-то я была просто человеком, как и ты. Все это приключилось много тысяч лет назад. Мое племя жило в горах, и далеко не все дети выживали в тяжелых условиях – холод, несколько голодных месяцев каждый год… Я была крепкой девочкой и до одиннадцати лет росла совершенно здоровой. Только вот, на свою беду, я была единственных ребенком в семье – поэтому мама с папой любили меня намного сильнее, чем родители в нашей деревне любили своих чад. Вся их привязанность изливалась на одну меня. Зима моего одиннадцатилетия выдалась особенно суровой. Наши соседи спустились в долину, где было теплее. Мы же не могли никуда уйти – я слегла с воспалением легких, а у родителей уже не было повозки. Понимая, что я скоро умру, мой отец в отчаянье обратился к тому, кого называли темным колдуном – ведь светлый шаман из деревни не смог помочь нам. Он сказал, что спасти меня можно… Рядом с его шалашом есть источник темной силы, из которого он черпает свою магию. Меня нужно опустить в него. Тогда я буду исцелена – если мое тело примет темную силу, струящуюся из какого-то другого мира или из-под земли. Если не примет – то я умру. Но другого способа спасти умирающую девочку нет, ведь травы уже не помогали. Родители были готовы на все… Думаю, они не подозревали, что эта сила по-настоящему изменит их дочь. Отец из последних сил принес меня к источнику и под песнопения колдуна опустил меня в него. С головой… Я была в бреду – но помню, что мои глаза залило абсолютной чертой. Ведь в разломе была не вода, а черная жижа. Дальше меня крутило, казалось, я умираю. А потом я ощутила, как что-то впитывается в меня, и я становлюсь другой. Когда я очнулась,  была совершенно здорова. Но вместо крови во мне текла черная жидкость, несущая особую темную силу. Я ощущала это, знала. Я вообще вдруг узнала много всего… Например, как осуществлять свои желания. Как наказать обидчиков. Как вызвать стихийное бедствие… Все это просто единомоментно возникло во мне. Ведь к удивлению колдуна, источник полностью впитался в меня. Для него я стала темной богиней. Для остальных – непонятным существом. Ведь родители пытались скрыть, что я изменилась. Но не больно-то получалось. Моя сила вырывалась из меня, когда нужно было подвинуть что-то тяжелое, или раскидать дразнящихся ровесников… И выглядела она также, как тот шар, который ты пыталась тут сотворить, чтобы стукнуть меня. Чернота. Вечная чернота…Маргери замолчала ненадолго и грустно вздохнула.— Я… если ты говоришь правду, я сочувствую тебе, — сказала я. — Получается, ты вовсе не хотела стать Тьмой. И ты не Тьма изначально.— И верно сочувствуешь. Ты сильная и милосердная – такая, какой хотела стать я, — помолчав, продолжила девочка. — И я говорю правду, ты ведь чувствуешь это. Какой смысл мне лгать тебе, если я, по сути, могу сделать с тобой что угодно?— Тебе что-то нужно от меня, поэтому нужно и мое добровольное согласие, — криво улыбнулась я. — Надеюсь, не силу передать мне ты желаешь?От этой мысли – особенно озвученной – по спине пробежали холодные мурашки. Кошмар какой! И ведь так может быть. Маргери явно не в восторге от той роли, что ей была навязана судьбой.