Глава 22

Селения

Свекровь. Миниатюрная стройная женщина с убранными в высокий хвост длинными тёмными волосами и точно такими же зелёными глазами, как и у ректора. Она вела меня по неожиданно ярко освещённому коридору, ни разу не обернувшись, чтобы удостовериться, иду ли я следом.

Подойдя к одной из массивных дверей из красного дерева, женщина толкнула её рукой и, с абсолютно равнодушным лицом, жестом предложила мне войти. Прошмыгнув мимо, я не смогла удержаться и, глядя в совершенно ничего не выражающие глаза, тихо спросила:

– С Люциусом всё будет хорошо? Они ведь ничего не сделают ему, правда?

– Стоило подумать об этом, когда соглашалась на свадьбу, найдя в моём сыне спасение своей никчёмной жизни! Теперь уже ничего не исправить, всё будет, как будет! – ответила она всё так же равнодушно, развернулась и ушла.

Проводив глазами чуть покачивающуюся фигуру, я только сейчас осознала, что она пьяна. Так вот откуда это безразличие и расфокусированный взгляд...

Тяжело вздохнув, я зашла в апартаменты, принадлежащие ректору. Пройдя по комнатам, из-за тревоги, сжавшей сердце, я без особого интереса изучала обстановку, машинально отмечая по-мужски лаконичный дизайн. Спальня, как и гостиная, оформлена во все оттенки коричневого цвета с такой же тёмной мебелью. Разбавляли мрачный интерьер бежевые подушки и мягкий ковёр на полу. От вида огромной кровати щёки запылали… Смутившись, я отвернулась к большому камину с позолоченной лепниной, повторяющей узоры, украшавшие потолок спальни… В общем-то, несмотря на строгость всё выглядело довольно уютным – и диваны, и кресла, но меня сейчас это мало волновало.

Осторожно присев на краешек дивана, я нервно сцепила пальцы и прикусила губу, про себя молясь, чтобы муж вернулся целым и невредимым после разговора с родственниками. Должна признать, свёкор произвёл на меня не менее пугающее впечатление, чем его старший сын, если не больше. Но не убьёт же он собственного ребёнка? Ведь нет же?

К тому моменту, как дверь распахнулась, впуская супруга, я уже намотала по гостиной не меньше трёх километров, не в состоянии усидеть на месте. Не заметив на Люциусе никаких повреждений кроме оторванной верхней пуговки на рубашке, я кинулась ему на шею, с трудом сдерживая желание начать покрывать поцелуями его лицо.

Почувствовав успокаивающие объятья и нежный поцелуй в висок, наконец расслабилась и улыбнулась, утыкаясь лбом в плечо демона.

– Вам досталась очень эмоциональная девушка! – голос дворецкого заставил меня дёрнуться в попытке отстраниться от супруга, но он этого не позволил, удержав за талию.

– А ещё она очень везучая, Тоби, – поделился наблюдением Люциус.

Фыркнув, я всё же высвободилась из его рук и бросила настороженный взгляд на скелет.

– Только не кричите, мисисс Кьяра! – попросил он жалобно. – Я ещё от прошлой звуковой атаки не отошёл. Вот, правда, у меня чуть уши не отпали!

– У вас же их нет! – округлила я изумлённо глаза.

– Значит, всё-таки отпали! – грустно ответил слуга, вызвав на моём лице улыбку. – Вот, так-то лучше. Я принёс ваши сумки, сэр! Позвать горничную, чтобы она их разобрала?

– Не стоит, Тоби! – утром мы уже уйдём.

– Как скажете, прошу прощения, что помешал, – поклонившись, дворецкий выскользнул в коридор, прикрыв за собой дверь.

– Ты успела пообедать в академии? – поинтересовался Люц и, заметив согласный кивок, облегчённо выдохнул. – Хорошо, хоть до ужина не придётся общаться с моим семейством. Не против, если я займусь делами? Найдёшь чем себя развлечь? – задавая вопросы, он подхватил свою сумку и достал какие-то документы.

– Постараюсь, – протянула, думая как справиться с поставленной задачей.

– Ах, да, забыл тебя предупредить: завтра ты отправляешься на практику вместе со вторым курсом ведьм, – вскинул муж голову, посмотрев на меня в ожидании вопросов.

– Зачем? И что мы там будем делать?– не стала я его разочаровывать.

– Сентябрь самый подходящий месяц для сбора трав, необходимых при варке зелий. И где ведьме лучше всего изучать, как выглядят цветочки-корешочки, как не на природе? А зачем... Я должен буду их сопровождать, чтобы обеспечить охрану, к тому же прихвачу четвёртый курс боевиков, чтобы подтянуть навыки ведения боя в экстремальных условиях. А оставить ходячую катастрофу, коей является моя жена, без присмотра – я не могу! Боюсь, ты либо сама угробишься, либо академию мне разрушишь до основания!

– Пф! – а что я ещё могу сказать, если он прав! Но не признавать ведь это!

Развернувшись, под весёлый смех супруга я скрылась в спальне. Пожалуй, посплю, раз мне делать нечего, что-то такой богатый на эмоциональные потрясения день меня изрядно вымотал.

Разбудили меня нагло ощупывающие мою попу руки. Испуганно дёрнувшись и распахнув глаза, встретилась взглядом с улыбающимся ректором. Он лежал рядом и, прижимая мою тушку к груди, бесцеремонно наглаживал плотно обтянутые брюками ягодицы.

– Что вы делаете? – прошептала, боясь пошевелиться.

– Изучаю, что мне бог послал, а то женился как-то не глядя, теперь вот решил проверить, вдруг разочаруюсь?

– И как? – спросила настороженно, страшась полного провала.

– Ты очень миленькая когда спишь, Кат. Даже не верится, что в такой крохе скрыта разрушительная сила хаоса, благодаря которой ты крушишь всё вокруг. А попа просто потрясающая, может, поэтому к ней так и липнут приключения? – ответил муж задумчиво.

Расслабившись, я улыбнулась, наслаждаясь теплом его тела и мягкими ласками, будящими в глубине моего тела непонятную дрожь. Должна признать, мне безумно нравятся прикосновения Люциуса, а от воспоминаний о нашем поцелуе замирает сердце и внизу живота словно порхают бабочки, невесомо щекоча своими крыльями.

– Вы шутите?

– Какие уж тут шутки, когда я тебя уже боюсь? Точнее, того куда ты в следующий раз вляпаешься. И, кстати, давай всё же на «ты»? А то я чувствую себя стариком.

– Вы не старик, – сначала успокоила я демона, лишь после всё-таки поинтересовалась: – А сколько вам лет?

– Пятьдесят три.

– Можно я возьму свои слова о том, что вы не старик, обратно? – заметив, как изумлённо округлились его глаза, я рассмеялась.

– Вот значит как, изволите издеваться над собственным мужем, юная леди? Посмотрим, что вы запоёте о моём возрасте сегодня ночью – супружеский долг никто не отменял! – наградил он меня предвкушающей ухмылкой.

Вспомнив, что у меня сегодня брачная ночь, я испуганно отпрянула от мужчины, села и заозиралась по сторонам. Я сейчас была готова смотреть куда угодно, только не в изучающе сверлящие меня зелёные глаза.

– Пора вставать, Кат! Ужин через полчаса! – разозлившись, бросил он холодно и, поднявшись с кровати, вышел в гостиную.

Думаю, Люциус имеет право злиться, но мне кажется, я ещё не готова к этому самому «супружескому долгу». Да я элементарно боюсь! Воспитательницы в пансионе говорили, что это жутко болезненная и противная процедура, которая может нравиться только развратницам. Конечно, пожив в академии, я не могла не заметить, что тамошние девушки ничего противного в этом не находят и чуть ли не все уже спят с парнями. Либо они все поголовно развратные, либо воспитатели что-то напутали! И самое главное, если учесть, какую бурю чувств во мне вызывают ласки и поцелуи ректора, я сама – ужасно распутная женщина! Это-то и пугает: а вдруг я случайно удовольствие получу?