Глава 40

Глава 40

Долгий изучающий взгляд на медальон, и снова на меня. Амани тяжело сглотнул и сделал шаг.

- Кто ты? – спросил он сипло.

От него буквально волнами расходились серые всплески. Не знаю, понимал ли он, что транслирует это свое состояние неконтролируемой скорби и на других? Да, ауры эльфов вокруг одна за другой стали сереть. Невероятно!

- Великая Эллиариэль одарила меня своей милостью, - прошептал он.

Голос эльфа звучал глухо, совершенно утратив мелодичность, присущую ему ранее.

- Только какой же горький это дар, - выдохнул он, не замечая никого вокруг, глядя на меня. Только на меня. Пристально. Жадно.

- Мы уже встречались, - моргнув, чтобы хоть немного избавиться от жуткой боли, которая лилась на меня из глаз эльфа, напомнила я. – На территории Империи. Я была с дядюшкой, гномом, и новорожденным велькаром… эт’наал, - поправилась я. - А вы с группой сопровождения.

- Тогда я не знал о даре Богини. Ощутил твое тепло, почувствовал его, но не знал, кто ты. Я даже не догадывался…

Эльф потянулся ко мне, легко, невесомо касаясь лица. Подушечки пальцев амани были ледяными, а лицо бледным, полностью утратившим краски.

- Амани Каэлин! – услышали мы излишне благодушный голос главы города. Незаметно он подошел ближе и хотел теперь прервать тот непонятный диалог и поединок взглядов, что происходил между нами с наследником. – Как я рад, что вы успели вернуться! Лиани Кимриэль нуждается в вашей помощи, а все мы будем рады разделить с вами трапезу.

Глава самоотверженно старался перетянуть внимание на себя, только амани даже не дернулся, лишь зрачки его на миг еще больше расширились.

- Кимриэль? – переспросил он, чуть хмуря брови. – Кимриэль? – снова спросил он, чуть приходя в себя.

К наследнику подошел один из его сопровождающих, едва ли не насильно заставляя себя выслушать. Что-то торопливо зашептал ему на ухо, а после кивнул на меня. Амани согласно кивнул, и тут же меня осторожно вывели из обеденной залы. Амани вместе с сопровождающими двинулся следом.

Мы буквально пробежали коридорами управления городом. Финальной точкой стал какой-то кабинет. Внутри мы оказались вдвоем с амани. Все остальные вышли. Дверь мягко захлопнулась.

- Ты не она, - разочарованно констатировал эльф. – Не она. Знаешь, кто я?

- Сын властителя, наследный амани, - растерянно пожала плечами.

- А кто ты?

- Нет, - мотнула головой, чувствуя внутреннее напряжение.

- Это… - эльф сглотнул, решаясь. Снова достал медальон, только теперь он его снял с шеи и, чуть поколебавшись, шагнул ко мне. – Это великий дар Богини, - пояснил он, указывая на медальон. - Последнее воспоминание. Момент, который Боги позволили мне запечатлеть.

Амани не позволил мне взять медальон в руки, но развернул так, чтобы я могла увидеть лицевую сторону. Недоуменно подняла глаза. Я не заметила ничего необычного, кроме тщательно отполированного и искусно обработанного лунного камня. И тут эльф послал к нему искорку магии.

На моих глазах полупрозрачный камень подернулся дымкой, а после на нем проявилось изображение.

Я едва смогла удержаться и не выдернуть медальон из рук эльфа, в полном шоке разглядывая молодую девушку, изображенную на нем. Светловолосую, зеленоглазую. С тонкими чертами, красивым узким носиком, пушистыми ресницами, обрамляющими красивый разрез глаз.

Я смотрела на свое изображение. На медальоне была изображена я.

- Меня зовут Иэлендур Каэлин Галадриэль, - услышала я тяжелый, наполненный ощутимой болью, голос амани. – Галадриэль – род моей мамы. Орэнны Галадриэль. Она умерла, когда я был ребенком. Умерла, рожая мою сестру. Это она, - кивнул он на медальон. – Моя мама. И твоя, видимо, тоже.

Меня прошило насквозь. Мурашки побежали по всему телу, поднимая волоски. В голове зашумело, я покачнулась. В глазах застыли слезы. Горло перехватило, дыхание застряло где-то в груди, не позволяя сделать вдох.

Одинаковые зеленые глаза мои и… брата смотрели друг на друга, не отрываясь.

- Я кэлан’те, - выдохнула с огромным трудом. – Закройся, прошу тебя. Умоляю. Не могу выдержать это… от обоих.

Иэлендуру понадобилось несколько секунд, чтобы почти полностью скрыть ауру. Он все еще тяжело дышал, грудь его вздымалась по-прежнему часто. Смотрел он на меня с прежними удивлением и неверием, но давящие боль, тоска и печаль почти полностью ушли. Его чувства ушли, мои же никуда не делись.

- Мама была кэлан’тэ, - сообщил он, почти успокоившись. – Еще тогда в лесу я почувствовал… не мог понять, что это. Но я тебя почувствовал, Кимриэль.

- Я тоже. Ты показался мне… родным.

- Не понимаю, - мотнул он головой. – Ничего не понимаю. Как это возможно? Отец никогда тебя не искал, да и… Нет, не понимаю! Тебя выкрали? Как ты попала к тем гномам?

Мне понадобилось лишь вспомнить касания Кириана и отпустить контроль, чтобы на теле стали проявляться тонкие серебристые чешуйки. Взгляд Иэлендура стал еще более шокированным, он буквально прикипел к тем местам на моем теле, где стали видны признаки наличия во мне драконьей крови.

- У нас разные отцы, амани Каэлин, - тихо ответствовала я. – Даже если мама одна, отцы точно разные.

- Полукровка, - помертвевшим голосом прошептал Иэлендур. – Неужели мама… Нет, не верю! Этого не могло случиться! Мама не могла!

Я молчала. Кажется, именно мне предстоит расплачиваться за ошибки родителей. Взгляд брата заметно леденел. Тепло, наполнявшее его совсем недавно, медленно, но верно уходило, оставляя после себя лишь холод и отчуждение.

- Никто не должен знать! – выпалил наследник, отступая. – Великие Боги!

Он задумался ненадолго, не сводя с меня взгляда. Только теперь тот был наполнен не теплом и любовью, а колючим стылым холодом.

- Ты должна скрывать то, что узнала! – выпалил он. - Я увезу тебя в Айфалор… нет, нельзя, - возразил он сам себе. – Маму слишком многие знали и наверняка помнят. Тем более в столице.

- Ты принял меня за нее? – перебила поток его не слишком связных мыслей.

Амани замер, в его взгляде на секунду снова мелькнуло что-то теплое, но лишь на секунду, и быстро ушло.

- Ошибиться оказалось нетрудно, - повел плечами брат.

Брат. Это слово отдавалось горечью на языке. Кажется, среди эльфов мне места нет и не будет. Каким же горьким оказалось полученное знание.

Пока Иэлендур пытался придумать, как поступить, я размышляла над превратностями судьбы. Настолько ушла в себя, что даже не заметила, как брат позвал одного из своих сопровождающих. Этого эльфа я тоже смутно помню. Имя не могу восстановить в памяти, но вот черты лица все же знакомы, несмотря на много лет, что прошли с нашей встречи.

Разговор двух эльфов не оставил меня равнодушной. Если опустить подробности, то наследник просил второго сделать что-то с моей внешностью.

- Я могу попытаться, амани, - задумчиво кивнул тот, рассматривая меня, особенно уделяя внимание лицу. – Но надолго иллюзия не закрепится. Будут видны стыки. А при любом вмешательстве собственной магии лиани маска может сорваться.

- Иллюзия? – вмешалась я, отмирая. – Будешь прятать мое лицо? Долго?

- Сколько потребуется! – отрезал брат. – Ты должна попасть в столицу, но не в таком виде.

Собственно, попасть в столицу и поговорить с властителем эльфов я сама не прочь. Здесь наши планы сходятся, значит, нужно сотрудничать.

- Вы можете наложить иллюзию, я правильно поняла? – обратилась я ко второму эльфу.

- Могу, - кивнул он. – Вы меня не помните, лиани? Лиан Лариин Ильтаан, начальник личной охраны амани Каэлина, - представился он, за что я была очень благодарна.

- Я вас помню, лиан, - улыбнулась краешком губ. – Рада снова с вами встретиться.

- Иллюзии хватит, чтобы уехать из города? После можно будет восстановить ее повторно, - вмешался в наш разговор наследник.

- Амани, проблема в том, что я не смогу повторить первоначальный образ, - с сожалением развел руками Лариин. – Только наложить иной. К тому же стоит учесть, что в Айфалоре магический фон гораздо выше, чем в любом другом городе. Маска может слететь от чего угодно.

Недовольный взгляд наследника был ответом лиану. Эльфы размышляли над решением проблемы, я тоже.

Не понимаю зачем, но брат хочет представить меня отцу. А я? Зачем я хочу встретиться с его отцом? Полученных ответов мало. Их явно недостаточно. Да, я хочу в Айфалор, хочу встретиться с властителем эльфов и узнать, наконец, все о себе. А еще, думаю, именно Эрвенир Каэлин может знать, что произошло с отцом. Кто он? Жив ли? И, если да, то где он теперь?

- Я знаю, как закрепить иллюзию так, что она не изменится и не спадет, - проговорила уверенно, перебивая спор двух эльфов.