Глава 46

Глава 46

Властитель просто выпроводил меня. Уходя, я видела пожирающую его тоску. Он весь был объят черным маревом гнилой ненависти. Сам Эрвенир справиться с этим точно не сможет.

Иэлендур ждал у выхода из главной залы. Выглядел брат пришибленным, иначе и не скажешь. На меня посмотрел исподлобья. Подал руку, что само по себе удивило. Рука эльфа ощущалась не просто холодной, ледяной.

- Ты слышал, - не спрашивала, скорее, утверждала я.

- Каждое слово. Прости меня.

- Думаю, твой отец не обрадуется, если мы будем обсуждать это здесь, - повела головой. Неподалеку стояли стражи брата, но кроме них были и другие эльфы, которые вполне могли стать невольными свидетелями разговора.

Иэлендур молча кивнул и повел меня в сторону своих-моих покоев. Вошли в итоге на его половину. Я с интересом оглядывалась, но больших отличий с выделенными мне комнатами не нашла. Брат попросил принести нам обед. На меня почти не смотрел, но в его действиях больше не было неприязни.

- Я не могу долго закрываться, - были его первые слова. – Постараюсь тебя не шокировать, - улыбнулся криво. – Но, сразу предупреждаю, внутри у меня ураган. Черная воронка, в которую засасывает всю мою жизнь. Двадцать лет я жил во лжи.

- Ты жил не во лжи, а в заботе. Что должен был рассказать тебе отец? Тебе, по сути, ребенку? Он оберегал тебя, как мог.

- Он убил маму.

Иэлендур все же перестал закрываться, и меня оглушило его болью. Втянула глубоко воздух и взяла брата за руку, делясь своим теплом, забирая тот мертвенный холод, который медленно покрывал коркой его душу изнутри.

- Он не дал Элронду помочь, и мама умерла, - глядя в пол, замотал головой брат. – Она могла быть жива, могла быть со мной все эти годы. Это он виноват!

- Что ты знал об этой истории?

- Ничего. Я понятия не имел ни о чем. Винил отца за другое. Он позволил мне думать, что не сделал всего, чтобы спасти ее, чтобы помочь. Но правды я не знал.

- Твой отец уже наказал себя. Ненависть съедает его изнутри. Он проклят. Богами за призванную Тень, сам собой за то, что позволил жене погибнуть. Его наказание и так велико, твоя ненависть лишь усугубит, но ничего не изменит.

- Я не ненавижу его, - поднял на меня глаза Иэлендур. - Никогда не ненавидел. Отец отстранился после смерти мамы, я думал, что он меня больше не любит, что любил только, пока была жива мама.

- Он жив только благодаря тебе. Лишь это светлое чувство не позволяет его душе окончательно кануть во мрак, только любовь к тебе.

- Властитель леса не может быть поглощен мраком.

- Сам побороть его он точно не сумеет. Расскажи мне о ней, - неожиданно попросила я. – Что ты помнишь о… маме? Хоть что-нибудь.

- Мне было семь, когда… все случилось.

- Семь? – перебила я. - В воспоминаниях Эрвенира ты казался меньше.

- Мой источник пробудился поздно, так бывает, - пожал плечами брат. – Иногда мне кажется, что лучше бы я и правда был меньше и не запомнил ее. Но я запомнил. Мама была… как лучик света. Все тянулись к ней. Стоило ей войти куда-то, тут же вокруг образовывался круг желающих согреться ее теплом. Эльфы любят детей, заботятся о них, но мама была, наверное, самой любящей и заботливой. В ней было столько света, Кимриэль! Столько любви и добра! Как яркая звездочка… которой было суждено угаснуть слишком рано.

И вот теперь аура Иэлендура расцветилась розовым и светло-зеленым. Нежные чувства, которые он питал к маме, никуда не делись, они были скрыты в глубинах души, но стоило только слегка их коснуться, как охотно выбрались наружу.

Мы долго разговаривали с братом. Он рассказывал о своем детстве, о том, каким был отец, пока Орэнна была еще жива. Иэлендур недоумевал, он искренне не мог поверить, что его мама действительно была в отношениях с Элрондом, будучи замужем за его отцом.

- Высшие представляют истинную связь как нечто недостижимое, то, чему нельзя противостоять, - заметила я, вспомнив рассуждения Кириана.

- А ты? Кем считаешь себя ты? Эльфийкой или высшей?

- Гномой, - рассмеялась я. – Я выросла в клане, Иэлендур. Они живут просто. Никакой магии, никаких истинных, никаких высших.

- И все же? Насколько я вижу, крови высших в тебе нисколько не меньше, чем крови эльфов.

- Для высших мне не хватает кое-чего чрезвычайно важного.

- Чего же? Высокомерности?

Рассмеялась, искренне согласная с суждением брата о драконах.

- Надеюсь, что и ее тоже, но нет. Я говорю о второй ипостаси. Все, что есть у меня – неожиданно появляющиеся чешуйки на лице и шее, да еще чуть-чуть на руках.

- Ты ведь не чистокровная высшая, - с сомнением протянул брат. – На самом деле, я мало что знаю о второй ипостаси высших, как и об истинности, а еще об их Боге. Они скрытные, никого не пускают в свой мир.

- Прямо как эльфы, - поиграла бровями, на что брат тоже рассмеялся.

- Прямо как эльфы, - подтвердил он. – Видимо, мы не так уж отличны, но все равно никак не можем жить в мире.

- Спасибо, кстати, за золото, которое ты передал для Храна, - вспомнила я.

- Ты так назвала эт’наал?

- Да, после того случая. Я и не представляла, что он на такое способен.

- Я тоже. Думал, с Тенью может справиться только особое плетение. Лариин обладает магией, способной призывать души. У нас нет жрецов, но, если бы были, Лариин точно стал бы одним из них.

- А бывает так, что… душа призывается сама? Например, эльф погиб, его душа ушла тропой предков, а Боги прислали взамен другую?

- Нет, - рассмеялся брат. – Что за фантазии, Кимриэль? Конечно же, такого не бывает. Если даже представить, что какая-то душа займет чужое тело, получится как раз Тень – существо, чуждое нашему миру. Проклятое, не способное жить по нашим законам, способное только повиноваться хозяину и выполнять его приказы. Почему ты спрашиваешь?

- Да так… просто интересно стало, - пожала плечами, отворачиваясь.

- Я планировал навестить эт’наал в ближайшее время. Удивительное создание, которое все считали вымершим. А еще… - брат замолчал, заговорщически глядя на меня. – Мы нашли два яйца эт’наал в пещерах севернее Гондолира.

- Что? Ты шутишь? – встрепенулась, искренне обрадованная.

- Ни капельки!

- Окаменевшие?

- На первый взгляд да, но ведь и твое яйцо казалось таким. Взглянешь?

- Ты еще спрашиваешь! Конечно! Только вот… я не уверена, что твой отец позволит мне спокойно перемещаться по территории Нимарина.

- А чего хочешь ты сама, Кимриэль? Какие планы были у тебя?

- Дальше того, чтобы узнать кто мои родители, мои планы не заходили, - призналась я совершенно честно. – Узнала вот. И что теперь с этим знанием делать?

- А знаешь, я… кажется, рад, что у меня есть сестра.

Позволила себе робкую улыбку.

- Ты извини, что я был холоден. Это от неожиданности.

- Представляю. Признаться, обрести брата я и не мечтала и, безусловно, рада тому, что ты у меня есть.

- Что ж, отдыхай. С отцом я поговорю. Если он не отпустит тебя на границу, яйца максимально осторожно привезем сюда. Взглянешь на них, вдруг удастся возродить популяцию эт’наал?