44 глава. Принудительная амнезия

Сплин. Выхода нет

Я позволяю себе впасть в принудительную амнезию.

Такая бывает у людей вообще?

Нет?

Ну, а у меня, оказывается, бывает.

Всего-то на эту ночь я насильно выпихиваю из своей памяти всё плохое, что было между нами.

То есть, получается, почти всё.

У него, похоже, с памятью тоже случается что-то подобное.

Потому что этот отвратительный, злой, противный Гад неожиданно становится совсем-совсем другим!

Я даже подумать не могла, что он способен не только хмуриться и создавать проблемы, но и... просто разговаривать. Просто смеяться. Просто обнимать и целовать бесконечно, как будто не может не обнимать и не целовать.

И я позволяю себе тоже гладить и целовать.

И даже больше. Я позволяю себе получать нелогичное, невозможное удовольствие от каждого прикосновения к нему! От звука его голоса в темноте. От его запаха. От того, какой он горячий там, под нашим одним на двоих одеялом...

Я позволяю себе забыть о том, какая я невозможная идиотка. Это я обязательно вспомню завтра.

Целую его в плечо, пока он рассказывает:

-И вот кто-то из пацанов узнал, что если кинуть зажженную петарду в унитаз и сразу накрыть крышкой, то поднимется фонтан чуть ли не до потолка...

-Только не говори, что ты попробовал! - смеюсь, приподнимаясь на одном локте, чтобы посмотреть в его лицо.

В комнате темно, но глаза привыкли и я вижу очертания его лица.

-Я в двенадцать обожал всякие эксперименты. Карбид в бутылках с водой, шифер в костёр, марганцовка с магниевой стружкой...

-О, Боже! Набор юного химика!

-Это, кстати, было очень опасно. Только кто же в таком возрасте верит в опасность? Но взрывать мы решили не у меня дома - отец бы убил. А у бабули. В общем унитаз подпрыгнул и раскололся надвое. Мы не...

Я забываю о том, что мы раздеты.

А он, видимо, нет.

Прервавшись на полуслове, тянется рукой к моей груди. Пальцем обводит сосок. Замираю, ощущая как он съеживается под этим прикосновением и становится похожим на камешек.

Он столько мне всего наговорил, когда мы... занимались любовью.

Он шептал о том, какая я красивая, какие у меня волосы чудесные, о том, что он с ума сходит от моего запаха и вкуса.

Сегодня я позволяю себе верить каждому слову.

Одним коротким быстрым движением выворачивается из-под меня. И я оказываюсь снова под ним. Его колено нагло втискивается между моих ног, а горячий и снова огромный член вжимается в мое бедро.

-Эй-ей! Ты что делаешь?! - испуганно пищу я.

Мне кажется, я еще от предыдущего шокирующего раза не отошла. И стоит только вспомнить, как внутри меня что-то сжимается, так будто он всё ещё во мне...

-Ещё хочу тебя, - вжимается губами в мое ушко. Потом втягивает в рот мочку, заставляя пищать от невыносимых ощущений.

-Так! Нет! Никаких больше "хочу"! - борюсь с ним, пытаясь сбежать. Но он явно сильнее и из-за моей бессмысленной возни ситуация для меня скоро становится очевидно безнадёжной.

-Почему? - его ладони обнимают мое лицо, фиксируя так, чтобы заглянуть в глаза. Что он только там может увидеть, в темноте? - Мне показалось, что тебе тоже было хорошо.

-Эммм... Ты мне всё натер... Там! - отчаянно краснея, громким шепотом сообщаю ему.

-Да? - со смешком. - Врунишка! Это было очень быстро. Я бы не успел натереть!

-Это было долго! - возмущаюсь я.

-А... - задумывается. - Это просто ты у меня такая... нежная...

Это его "у меня" неожиданно оглушает.

Я понимаю, что нет и не будет никаких "у меня" и "у нас". Но если бы было! Если бы было возможно! То... Это, наверное, было бы очень приятно быть нежной у него, для него... Чтобы он меня такой считал. Чтобы заботился. Чтобы каждую ночь вот так с ним...

Эй, Злата! Что за мысли идиотские?

Это просто амнезия, видимо, начинает постепенно излечиваться...

Но я ее снова, принудительно отправляю в блок.

Ещё немного.

Совсем чуть-чуть.

Сколько там до утра осталось?

-Ладно, - вздыхает, как будто его лишили чуть ли не самого важного в жизни. - Так и быть, чуть-чуть ещё потерплю.

Снова укладывает себе на грудь, натягивая сверху на нас одеяло. Проверяет рукой, полностью ли я укрыта...

-Расскажи еще что-нибудь... Или спать будем? - говорю, поглаживая его живот.

Мышцы на нём напрягаются под моими пальцами. Как будто он специально так делает, чтобы я нащупывала эти все кубики. А они такие... Это просто чудо какое-то!

Забывшись, трогаю его всего, сползая пальцами к паху.

-Ещё сантиметр и никакие рассказы о том, что я где-то там что-то натер, не помогут!

-Ой, - отдергиваю руку.

-Но мы можем воспользоваться другими... хм... способами.

-Эй!

-Ну, тебе же понравилось в ротик, м?

О, Боже!

И вот вместо безобидного рассказа о его детских приключениях, я слушаю пошлую сказку о его сексуальных фантазиях... И, сгорая от стыда, понимаю, что хочу... Всего этого хочу с ним!