Глава 4 · Архан

Да, фотографии меня не обманули. Девушка внебрачного братца оказалась действительно куколкой. Хрупкая, тоненькая, нежная, как молоденькая газель в предгорьях Эльбруса. Стройные ножки, обтянутые чёрными лосинами так и просились их раздеть. Раздвинуть. Закинуть себе на плечи.

Я простонал, ощутив напряжение в паху. Старался сосредоточится на жарке мяса, отгонял образ блондинистой девчонки. Выходило плохо.

Руки, пока вертели шампура, чесались повертеть её тонкую талию. В разные позы поставить. Подержать за бёдра. В позиции сзади и насаживать…насаживать…

— Чёрт, ну что за напасть!

А насаживал куски филе барашка на металлическое острие.

А запах?

М-м-м, ну что за аромат! Даже сквозь мясо и специи, лук, я чувствовал запах девчонки. Она пахла майской росой. Прохладой раннего утра, теплой ванилью рассвета, вынуждая окунуться в нее, как в новый день. С головой и по самые…яйца.

Если, ожидая её приезда, я надеялся обмануться, то увидев, учуяв, точно захотел большего. А точнее — её.

И пусть братец был у нее первым, до меня, я все равно поимею эту куколку. Тем проще будет отыскать заветный вход. С девственницами сплошная морока. Сопли. Слёзы. Кровь…фу, это мне точно не надо.

Прожарив хорошенько мясные куски, я снял шампуры с мангала и пошёл в дом.

Оставался вопрос как соблазнить девчонку. Кажется, девица меня с первого взгляда не взлюбила. Смотрела опасливо, с неприязнью даже. Уж про вежливость вообще молчу. Если бы не указал ей чтоб поздоровалась, так бы воротила нос, глядя мимо меня.

Сучка!

Меня нельзя игнорировать, детка. А то могу и отомстить.

— Сын, ты где ходишь? — рявкнул отец, недовольный что я долго возился с мясом. — Гости голодные.

— Куски большие. Долго жарились, — процедил отмазку, выгружая шампуры в большое блюдо на столе. — Зато сочные, — не удержался и посмотрел на девушку.

А ведь нас не представили.

— Тебя как зовут? — спросил её имя.

Куколка вспыхнула под моим пристальным взглядом. Нервно посмотрела на рядом сидящего Тимура. Видимо прося поддержки?

— Амелия ее зовут, — нашелся Тимур, сведя брови. — Я думал ты уже знаешь.

Я-то знал. Хотел услышать голос Куклёнка.

— А что у нее языка нет, что ты за нее говоришь? — и перевел взгляд на девушку. — Немая что ли?

— Нормальная я! — фыркнула Амелия и распрямила плечи. — Нас не знакомили. И вы сами были далеки от вежливого и гостеприимного хозяина, — нагло поставила мне в укор наезд на нее у калитки.

Ух, а девчонка то с перчинкой. С зубками! Это еще интереснее. Я внутренне облизнулся от предвкушения, когда распробую эту остро-сладкую приправу. К шашлыку.

— Архан, лучше прочитай молитву перед ужином, — сказал отец с нотками недовольства, обрывая мое домогательство до девчонки. — Дети мои, помолимся и благословим пищу, дарованную Господом.

Билал все это время молча слушал нашу перепалку. Потом ехидно улыбнулся и уткнулся в тарелку, наворачивая ужин.

Гадает как меня обскакать?

Так я тебе и уступил место, держи лапоть шире!

Специально сел напротив Амелии. Буду смотреть как она ест. И любоваться.

Её светлой кожей, как молоко горной козы. Тонкой шеей, на которой нервно бьется синюшная венка. Пепельными волосами, закрученными в бублики по обеим сторонам.

Девчонка успела переодеться и выглядела…совсем иначе.

Обтягивающий розовый топик подчеркивал маленькие груди в кружевном лифчике и мне даже показалось что соски проступили через тонкую ткань, когда я на них долго пялился.

Амелия, поняв куда я смотрю вскинула руку, прикрываясь салфеткой. Засуетилась, пряча взгляд и перешептываясь с моим братцем.

А не надо так откровенно одеваться, крошка, чтобы не вызывать мужскую похоть.

Посмотрел на Билала. И тот нет, нет тоже присосется глазами к девчонкиным сиськам, вызывая здоровую конкуренцию во мне.

Я сел ниже и вытянул свои длинные ноги. Прижал мыском ее хрупкие пальчики.

Амелия вскинула взгляд и глаза ее округлились.

Смотри на меня, детка, а не на своего дурачка-полукровку!

Она попыталась незаметно отдёрнуть ногу.

Я прижал сильнее, давая понять, что со мню лучше не тягаться. Я ж априори тебя сильнее. Подчинись!

И она смирилась. Покосилась на Тимура, который увлеченно рассказывал отцу о теме курсовой, которую он планирует защищать на диплом. Вздохнула и вернулась к ковырянию салата в тарелке.

— Аппетита нет? — тихо спросил ее, наклонившись над столом. А нога моя, осмелев двинулась дальше — по ее ступне вверх.

Девчонка вздрогнула, когда моя голая стопа пощекотала ее косточки, а большой палец провел дорожку по икре, под коленом.

— Что вы…? — не осмелилась произнести вслух и резко отняла ногу. — И торопливо схватив стакан с соком, прижала к губам.

Я рассмеялся, любуясь искренним эмоциям. Зуб даю она уже меня ненавидит. От того её еще сильнее хочется нагнуть. Подчинить протест.

Но не рассчитала глоток. Хлебнула больше, чем нужно. Поперхнулась. Закашляла, проливая сок на грудь.

Ахнула, когда поняла, что промочила кофту. Об этом говорил ее испуганный взгляд и маковые щеки.

Да ну? Неужели смущается?

Не верю! Наверняка нарочно на себя пролила, чтоб меня позлить! И возбудить еще сильнее, чем уже возбужден.

— Простите, мне надо отлучится, — уязвленно посмотрела на отца и мою мать.

— Я провожу! — ляпнул инстинктивно и вскочил со стула раньше, чем мог осознать, что делаю.

— Амелия, ну как же так? Ты что такая не аккуратная, как ребенок, ей Богу! — поморщился Тимур, с укором глядя на её испачканную одежду.

— Ну прости, Тимур, что не оправдала твоих надежд и испортила семейный вечер, — сказала обиженно и бросилась прочь из комнаты.

Отец проворчал недовольное, поддерживая наезд брата на свою девушку.

Зато я ликовал.

Останусь наедине с крошкой!

— Амелия, давай покажу, где ванная, — крикнул вслед, догоняя ее в коридоре. — Ты же не знаешь схему дома.

— Спасибо, — кивнула, отводя взгляд и удерживая ладонь на мокром пятне майки, стала ждать, когда проведу ее по комнатам.

— Иди за мной, — я схватил ее за свободную руку и потянул в санузел. — Застираешь пятно. Это, наверное, я виноват, что ты пролила на себя? — заискивал, втираясь в доверие.

— Возможно, — процедила сквозь зубы. — Не надо было меня толкать ногой под столом. Тогда бы я не пролила на себя сок!

Вот злюка! Мелкая, а кусачая! Она меня открыто обвиняла что пролила на себя.

Ну погоди, вот только останемся наедине, я тебе покажу как взрослых дядь провоцировать и указывать на их поведение и сжав сильнее мелкую ладошку, затолкал в ванную комнату.

— За что вы меня ненавидите? — выпалила, едва мы остались наедине маленького пространства. — Я ведь ничего не сделала вам! Ни на что не претендую! Я — гостья!

Девчонка права. Со стороны мое поведение выглядело, как бы это сказать непрезентабельно. Но не выпалю же ей что у меня упрямо и твердо стоит на нее, а еще что поспорил с братом. Что первый сниму сливки с ее плоти.

— Ну ладно, прости, — усмехнулся, изображая из себя парня-рубаху. — Просто проверял твою выдержку. Как ты отреагируешь на мои приставания.

— Никак я не реагирую. Бесишь ты меня. Ясно? И можно вообще то выйти отсюда?

Я замер и посмотрел на ее грудь. Так и хотелось подсмотреть как она снимет топик и начнет застирывать. Ладони зачесались от желания сдернуть лифчик и дотронуться до маленьких сисек.

Бля, с каких это пор я стал тащится на мелкие женские груди?

Я точно, сука, заболел! Куклой этой. Чужой девкой. Девкой сводного брата, будь не ладен и Тимур, и Билал и наш отец!

Шумно засопел и сжал кулаки. Поднял взгляд, прожигая в глазах-озёрах туннели.

Так хотелось ее просто вот тут взять. Нагнуть над раковиной и вставить перец по самый конец. И долбится, долбится, пока судорогой не сведет в яйцах. И слушать ее тихое попискивание.

Я озабоченный баран! Это потянет на насилие. Надо действовать мягче.

Стряхнул наваждение.

Впереди ночь. Что-нибудь придумаю.

— Ладно, если моя помощь не нужна, я ушёл. Полотенце видишь. И это, Ами, — позволил себе назвать ее ласково, — если не хочешь, чтобы тебя трахнули — одевайся скромнее.

Она распахнула от удивления рот. Глаза тоже округлились в злобном негодовании. Но я, боясь соблазна, уже вышел из ванной комнаты, борясь со стояком.

Похоже не так и сладким покажется приезд Моли.