Глава 39

Утро мечты выглядит так и никак не иначе: вид на самые красивые горы с переливами альпийских лугов, кажущихся синими на расстоянии лесных гущ, протыкающих небо снежных пиков.

Чашка ароматного кофе.

Нудящие на спине следы ее ногтей.

Той, кто сейчас стоит сзади, в одной простыни, и вжимается в твое тело, устало- блаженно выдыхая и созерцая ту же красоту.

Любовь- это не только сгорать от близости друг друга, не только с упоением захлебываться в болтовне и общих интересах. Это еще и вот так кайфовать от того, что можно стоять рядом и смотреть в одну сторону. Мать всегда была надежным тылом для отца, но он никогда не воспринимал ее как единомышленницу. Никогда не делился тем, что на душе. Иногда, абстрагировавшись от своих обид к нему, перестав проецировать переживания матери на его поступки, что неизбежно в роли любящего сына, я отчасти понимаю его. Ему было ее мало. И дело даже не в сексе. Эта материя, материя между мужчиной и женщиной, гораздо более сложная по своей природе и составу.

Откладываю чашку в сторону и одним виражом кручу мою девочку так, что она оказывается передо мной.

Целую глубоко в губы.

- Ты как?

-Затраханная маленько,- усмехается она.

Сонная, взлохмаченная и неимоверно красивая.

Здесь, в горах, еще более красивая, чем обычно.

Ловлю себя на мысли, что хочу, чтобы эта картина повторялась снова и снова. Из года в год. Мы срываемся в горы. Мы неистово занимаемся здесь любовью. Мы просыпаемся на рассвете и пьем красоту утра… И пусть вокруг нас становится всего больше- дел, проблем, детей, годов… А я все равно хочу вот так замирать в моменте у этого окна- смотря на неё…

- Есть силы полазить по горам?

Хихикает.

- Разве есть те пики, на которые я еще не залезала?

Сжимаю ее в объятиях до скрипа костей.

Знаю, что внизу у обрыва нам приготовили фантастической красоты завтрак. Вы только представьте- мы на плато, с которого открывается вид на миллиард долларов. Так высоко, что можно тронуть облака рукой. Орлы гнездятся ниже.

Пледик, как любят хорошие девочки, соленый сыр, свежий горячий хлеб только из тандыра, помидоры размером с мое сердце, зелень прямо с сада и айран, щекочущий пузырьками язык. Мать его, вот в чем романтика…

Потом еще накормлю ее медом в сотах из нашей пасеки. Именно накормлю. Чтобы ненароком всю замазать и самому же… отлизать...

Не хочется ни на секунду вырываться из этого рая.

Я тяну руку в карман и достаю маленькую коробочку, которую купил накануне в Москве.

Это что?

Ее глаза загораются неверием и предвкушением.

Рада такая девочка. Хоть и пытается казаться серьезной, строгой и циничной.

Я разворачиваю ее спиной к себе.

Открываю коробку и достаю камень в карат на тонкой цепочке.

Звезда для моей звезды.

Пальцы неуклюжие, не слушаются, когда я сцепляю замок.

Она видит свое отражение в стекле.

- Анзор… Зачем… Это очень дорого…

- Это мой подарок…- шепчу я и целую ее нежную шейку.,- на день рождения…

- Боже… Это… Это восхитительно… Но… у меня день рождения только через десять дней…

Я усмехаюсь.

-А это пока не тебе, малыш… Это мне подарок…

Разворачиваю ее к себе.

Она распахивает глаза.

-У тебя день рождения?! И почему ты не сказал?! О, Боже! А у меня нет подарка! С днем рождения, Анзор… Блин, ну как же так…- начинает мило суетиться и хмуриться. Я улыбаюсь, за этим наблюдая.

-Ну, что ты улыбаешься, а?!- она бьет меня несильно по плечам,- мне и правда неудобно сейчас. Анзор, ты тоже, получается, скорпион? Ну хотя да… Почему я раньше не догадалась? Кем еще ты можешь быть, если не скорпионом…

Я гогочу в голос.

Это правда. Мы стоим друг друга…

- Тиша, малыш… Ты мой подарок…- шепчу, сжимая бедра, потому что уже снова возбуждаюсь от ее ерзаний.

Простынь падает к ногам.

Я поднимаю Раду под ягодицы и вжимаю голой спиной в стеклянную поверхность.

Отзывчивая девочка обвивает меня руками, а я тут же пристраиваюсь и вхожу в нее.

Вскрик, снова проворные острые пальчики впиваются в мою спину…

- Вот и поздравила…- рвано шепчу я и делаю мощный толчок.

Ее грудь колышется мне в такт. Камень играет в ямочке под шеей. Это просто гребаный рай. Эту женщину хочется одевать в шелка, меха, бриллианты только для того, чтобы снимать это с нее… Или не снимать… А просто украшать это отзывчивое, тугое, желанное тело…

Наш секс опять голодный, чувственный и стремительный.

Со шлепком после бурного оргазма отпускаю ее наверх.

Раде нужно принять душ и одеться для прогулки.

А сам кидаю вмиг потяжелевший взгляд на стол.

Со вчерашнего дня там покоится мой севший мобильный, который совсем не хочется включать…

Понимаю, что день рождения, что хренова куча народу хочет меня поздравить, но совсем не хочется снова нырять в реальность.

Включаю трубу только из-за матери. Она ни в чем не виновата. Она вообще рожала меня семнадцать часов, мучалась… Нельзя быть такой эгоистичной скотиной.

Стоит белому яблоку засветиться на черном экране, на телефон начинают сыпаться сотни уведомлений о непрочитанных сообщениях и пропущенных звонках.

От отца вызова нет. Странно, обычно он всегда поздравлял меня в полночь, что бы ни было.

Но мы и правда сильно с ним разругались в последний раз.

А вот мама звонила.

Черт, пятнадцать раз.

Начиная с двух часов ночи…

Странно…

Она в одиннадцать железно уходит спать.

Когда я ей перенабираю, пальцы невольно покалывает в недобром предчувствии.

-Сынок?- слышу ее голос, смешанный со слезами,- наконец-то, мы уже все с ума посходили…

- Что такое, мам?- протираю лицо руками резкими, порывистыми движениями,- я спал…

- Анзор, ты где?! У нас…- она снова начинает плакать,- на папу было совершено покушение… Он в больнице, в реанимации…

- Когда?!- в горле все резко пересыхает, тело напрягается так, что я сейчас в железку превращаюсь, а желудок словно бы камнями наполняется.

- В Москве… Вчера поздно вечером… Приезжай, пожалуйста, быстрее…

-Да, конечно…- сипло, глубоко и порывисто дышу…

Отключаюсь. Сипло и порывисто дышу, чтобы быстро сориентироваться, что делать.

Тут же набираю Расула, который тоже всю ночь бомбил мой телефон.

-Ты охуел?!- первое, что я заслуженно слышу в трубку. Брат знал, где я,- совсем уже мозг протрахал, Анзор?! Какого хера ты отключаешь телефон?!

- Хватит орать, что с отцом?- получается сипло и безжизненно.

- Херово пока с отцом. Не знаем. В реанимации… Пидора- киллера, который обстрелял машину, тоже не удалось задержать, так что мы точно не знаем, кто это. У тебя через полчаса будет вертолет, Анзор. Пора возвращаться в Москву. Ты тут нужен.

-Разумеется,-отвечаю я, резко оставив в стороне все свои телячьи нежности.

- Мама и Джамиля в порядке? Им лучше дома побыть, с охраной… Мало ли что..

- Спасибо, что, наконец, включил мозг, а не член и вспомнил про свою семью. Все уже сделано. Ребята подключены по всем фронтам. У отца в клинике тоже усиленная охрана. Федералы прислали. Сейчас даже из стиральных машинок вещают, что на главу субъекта было совершено нападение… Слышь, есть еще кое что…

На его последних словах голос как-то садится. Он словно бы растягивает, подбирает слова.

- Во время покушения отец был не один. С ним была женщина. И она тоже ранена сейчас. Несильно, жизни ничего не угрожает, но все же… Тебе нужно знать…

- Эта его новая баба, из-за которой мать переживает?- сцепляю зубы в раздражении. Пиздец. Прочухают папарацци, сколько говна польется…

Расул печально хмыкает.

- Не это самое поганое, Анзор… Прости, что я говорю тебе, брат, но уж лучше я… Короче, эта женщина- твоя Кристина…