Глава 27
- Ну, как дела, Рада? Вижу, тебе намного лучше...- мрачно усмехается
Анзор, внимательно оглядывая меня.
Его горячий требовательный взгляд я чувствую даже в своем состоянии полунестояния.
И когда мы успели так наклюкаться с Васей? Я вообще редко пью, а тут... Да уж... Едва ли это лучшее решение для неокрепшего еще после болезни организма...
- Все, как видишь, нормально... А ты как? Всех посетил? Всех обласкал?
Всем внимание уделил?
Он усмехается. Медленно так, вальяжно.
Подходит ко мне, нависает сверху. Приходится голову закинуть, чтобы не разрывать наш зрительный контакт. А я его, черт возьми, не разорву первой.
Не заставлю себя опустить глаза, как он любит...
«Чтобы глаза держала на полу, а не смотрела на мужчину, как равная...Ни на одного мужчину больше не посмотришь...»
Полотно памяти словно бы вышито этими воспоминаниями- его властными фразками, до ужаса бесячими и в то же время, заставляющими низ живота скручиваться в спираль... Я бы хотела не реагировать на этого мужчину. Хотела бы встречать я встречать с пренебрежительно-снисходительным равнодушием его упоротый шовинистический бред, который не вытравить никаким образованием, самоконтролем и знаменитым мусульманским «сабром»- терпением. Но не могу. Анзор в моей крови...
Мужская рука касается макушки. Нежно гладит по волосам, слегка перебирая пряди, играя с ними. Ему вторит горский ветер. Еще бы. Здесь все с ним заодно. Это его земля, его место силы. Возвышается надо мной, как гора.
Но я тоже не лыком шита...
- Мне нравится, что ты ревнуешь, Рада...- скалится хищно,- нет ничего слаще ревности любимой женщины.
- Ооо, так вот оно, в чем дело,- усмехаюсь деланно. Потому что эти слова бесят так, что перед глазами тут же красная пелена,- вы, оказывается, придумали тут всей республикой себе еще один источник удовольствия...
Питаетесь энергией разрушенной нервной системы несчастных женщин? Ты хоть понимаешь...- вскакиваю с места раньше, чем думаю, на эмоциях. И потому меня штормит и шатает. И только его крепкий захват под локоть не дает упасть,- понимаешь ли ты, каково это... Думать о том, что в этот самый момент... тот, кому ты... отдала свое сердце, тело, разум... что он.... голос предательски дрожит. Слова вырываются из меня с болью, надсадной и оставляющей царапины. Черт. Пьяная дура. Если бы я не была сейчас пьяной, я бы молчала! - что он улыбается точно также другой... Обнимает её, целует, шепчет нежности... Точно так же, как тебе... Это... не просто больно, Анзор...
Это... это, сука, гребаный ад! Снова и снова! Не единожды пережить шок и боль измены, не страдать от неразделенной любви! А знать, что ты неисключительна! Ты... Ты черный человек!- тыкаю ему в грудь, чувствуя, что уже не в силах справиться с эмоциями. Они как цунами теперь,- ты черный. Аура у тебя черная! Такая же точно, как твой внешний облик! И наивна та дура, кто будет пытаться тебя обелить! Ты сделаешь черным все, к чему прикоснешься...
Дергает на себя за локоть. Дышит порывисто и громко. Господи, так громко, как настоящий хищник. Мои ноги немеют и подкашиваются...
- Я черный, Рада?- выдыхает яростно мне в губы,- для другой, возможно... Для других... Для, мать его, всех других на свете... Но не для тебя, дьяволица! Ты...- ноздри раздуваются, а глаза наливаются алой яростью,- ты настоящее порождение зла... Ты... яд... Чертова ведьма, которая парализует, порабощает, уничтожает все самостоятельное и человеческое!
Какая же ты идиотка, если правда думаешь, что... у меня есть желание к кому-то бежать и кого-то ласкать, кроме тебя! Ты... - сжимает в свое каменное во всех местах тело и хрипло шепчет на ухо, кусая его, тут же зализывая и снова кусая,- я даже жрать не могу, потому что не чувствую ни вкуса еды, ни ее запаха. У меня только ты перед глазами... Только гребанная заветная мечта сделать всё... как раньше...- Как раньше уже не будет! - всхлипываю,- мы другие!
Встряхивает меня, как марионетку.
- Да, будет лучше! Из того, что важно, для меня ничего не изменилось-
я люблю тебя и ты самая охуенная на свете женщина!
Всхлипываю. Обнимаю его и тут же сама отталкиваю.
- Я не смогу...- почти скулю,- я думала об этом... Думала... пыталась примириться, но не смогу, Анзор... Даже если сейчас ты видишь только меня, факт того, что тебе принадлежат по праву другие женщины, что ты имеешь на них права и они... они все равно тебя хотят, в чем я не сомневаюсь, он... он разрушит меня...
- Тише,- гладит по спине, прощупывая косточки позвоночника. Жадно впиваясь пальцами в мою плоть. Извращенец. Даже сейчас пытается меня лапать, когда все мое сердце для него нараспашку,- я знаю, Рада... И если бы ты не была такой пьяной, что на утро ни черта не вспомнишь, я бы сейчас серьезно с тобой поговорил о нашем будущем, а пока... давай проветримся...
Я хочу тебе кое-что показать...
Отталкиваюсь от него и истерично усмехаюсь. Да, капец меня развело, если я веду себя, как настоящая дура сейчас. Да и плевать. Внутри столько напряжения, что я скоро взорвусь.
- Я не хожу на прогулки с чужими женатыми кавказцами.
Он злобно хмыкает. Черты лица обостряются в хищный оскал.
- Хорошая девочка, да? Ну, это не помешает чужому женатому кавказцу схватить тебя за жопу и утащить за собой!
-Пусти!- злобно бью его по спине, когда он закидывает меня на свое плечо. Анзор не остается в долгу. Бодро шагая в направлении своего склона, где уже стоит красивый небольшой домик-шале, он несколько раз больно бьет меня пятерней по выставленной заднице.
-Будешь орать и выебываться, я достану ремень, Рада. Ты же понимаешь, что я только жду повода!
- Я знаю, что ты извращенец!
- С тобой- да! Потому что ты вечно все выворачиваешь наизнанку- и обстоятельства, и слова, и нас с тобой! Да и вообще... Если я черный мужчина, как ты заявила, то вот ты точно красная женщина...
- Какая-то очередная глубокая мысль с твоей стороны? - закатываю глаза.
Бесит своими умничаниями.
- Это ты у нас решила пофилософствовать на пьяную голову, киска... А у меня все предельно просто... Хочу жрать твои красные губы... При том не только те, что извергают постоянные грубости и глупости... А еще шлепать твой охуенный зад до красноты... А потом смотреть на то, как мои бедра шлепаются о него, когда я...
- Заткнись!- прерываю его хриплые пошлые фантазии, пока он не воплотил их в жизнь. Впрочем, факт того, что мы стремительно приближались к пустому дому, меня начинал все сильнее пугать даже через морок алкоголя...
Мы оказались на месте в считанные секунды.
Анзор поставил меня на пол у красивого деревянного крыльца и открыл дверь.
Чтобы заткнуть свое восхищение, непроизвольно рвущееся наружу от вида потрясающей красоты вида на заснеженные пики в панорамные окна в пол и закрытые стеллажами книг стены до самого потолка, я продолжала браниться...
- Если ты думаешь, что я добровольно тебе сейчас дам, то зря...
Он усмехается и невозмутимо проходит мимо меня, чтобы включить мягкий свет. Как тут красиво... Огромное светлое пространство. Идеальное место для философа или книгочея. Идеальное место для влюбленного человека...
Пару удобных кресел. Ненавязчивые, органично вписывающиеся в интерьер деревянные столики. Огромная кожаная лежанка на цепях- тоже какое-то просто гениальное изобретение для любителей валяться и читать...
- Ты слишком пьяна, чтобы я тебя сегодня трахнул, Рада,- говорит тихо,-это произойдет на трезвую голову. Ты должна будешь помнить каждую секунду...
От его очередной горячей пошлости, посылающей мурашки по спине, сбегаю к ближайшему просторному окну. Невольно выхватываю глазами два силуэта в соседнем доме на горе- доме Алихана и Васи. И там они на фоне приглушенного света в комнате... Судя по движениям тем, понятно, чем занимаются...
Чувствую, что Анзор подходит сзади. Натягиваюсь, как струна.
- Вспоминается дурацкая фраза из интернета: «Это могли быть мы с
тобой, но...»
- Вот именно, что «но»,- осекаю его я,- между нами слишком много
«но»... И вообще... отвернись, неприлично.
Он хмыкает и отходит, как и я.
- Зачем мне смотреть на страсть других? У меня у самого все кипит.
Скептически поднимаю бровь, но сама же себя чувствую нелепо.
Потому что это и правда нелепо, кому я вру... Между нами искрит, как от сварки...
- Ты кстати еще не видела сына Васи и Алихана. Классный пацан. Он был у бабушки по соседству, пока ты болела. Завтра его должны привезти.
- Наверное, очень красивый мальчик. От смешанных пар дети очень красивые...
- Как раз проверим,- усмехается Анзор и снова впивается в меня глазами. Это не шутка и, конечно же, не предложение. Это констатация им факта. И она, мать его, резко подбрасывает вверх градус моей крови…
Смотрим друг на друга...
Я хочу сейчас опять начать брыкаться словами, но почему-то язык немеет. Вязко становится. Сердце бухнет в груди. Каждый его удар прокатывается по всему телу.
Многозначительная тишина между нами затягивается.
- Скажи что-нибудь еще бранное и цепляющее,- хрипло улыбается.
- Не хочу...- выдыхаю я,- это место восхитительно, Анзор...
-Знал, что ты оценишь... Я для тебя его строил...
Зависаю... Не верю... Сомневаюсь... Бешусь от его очередной манипуляции...
- Ты не мог! Этому дому явно не две недели!
- Нет, не две недели.... соглашается он.
- Зачем тогда ты врешь?! Хватит этих твоих кавказских манипуляций,
Анзор! На меня это не действует! Ты понятия не имел, где я и что со мной! Ты ни разу не вспомнил обо мне! А если имел, то я прямо сейчас уйду от тебя!
- Не знал, Рада,- наступает на меня,- я отпустил тебя, потому что ты попросила. Потому что четко, глядя мне в глаза сказала, что тебе не нужны проблемы и ты не готова... Отпустил сразу, потому что если бы это была полумера, если бы я уступил себе и поддался порыву хотя бы одним глазком подсмотреть за тем, как у тебя там, то уже бы не смог оставить в покое... У ходя уходи... В таких вопросах не бывает полумер. Ты попросила у меня права строить свою жизнь без меня- и я его дал... Единственное, что я тогда сделал-я попросил профессора Баграмянца сделать так, чтобы ты вернулась хотя бы на заочное в институт, раз ты не захотела возвращаться. Я был виноват в том, что ты забрала документы. Что бы ни было между нами, твое поступление в ИМО- это твоя заслуга, а я, получается, ее умалил и девальвировал...
Я осекаюсь и в недоумении смотрю на него.
Так ведь и было... Со мной связались и сказали, что хотели бы продолжить мое обучение в вузе в удобной для меня форме... Я выбрала заочную магистратуру... И ведь странно все это было... В ИМО нет бесплатной заочной формы, а мне такую предложили... Он платил за мое обучение...
- Анзор...
- Подожди,- он выставил руку вперед,- я не на все ответил, что ты спросила... Ты решила, что я плутую и вру тебе, что построил это место для тебя... Нет, Рада... Я построил его для тебя... Для той Рады, моей Рады, которая всегда жила, живет и будет жить тут,- стукнул себя по груди, -та, с которой я каждый божий день общался, когда засыпал. Которой рассказывал о своих взлетах и падениях, о своих переживаниях, о своей... тоске... Видишь все эти книги? Я лично составлял эту библиотеку... Из того, что ты любила читать, что я хотел бы, чтобы мы прочитали вместе... Я приезжал сюда...
Один... Сидел часами... И мне казалось, что ты рядом... Ты и была рядом...
Слезы застилали мои глаза, но его взгляд я видела. Глубокий и обреченный. Нет, сейчас не дикий и хищный. Это был вечный взгляд. Взгляд нашей любви... Навсегда...
Он подошел к одной из полок и достал зачитанный ветхий томик.
-Это сборник стихотворений моего любимого поэта, Рада. Расул Гамзатов. Он мой земляк и писал на моем родном языке, но его слова о любви переведены на сотни языков мира. Когда-то он сказал то, с чем я живу все эти годы... «Ни разу не вспомнил он ту, что любил, потому что ни разу о ней не забыл...»