Глава 5

Такси останавливается возле нужного мне дома, точнее сказать – домины! Сразу видно, что здесь живут очень богатые люди. Профессор Паскуда не берет взятки. Тогда как ему удалось разбогатеть? Может в семье богатой родился и имел хороший старт? Неважно. Я немного удивлена, и всё. Нажимаю на кнопочку домофона. Прямо над головой висит камера. Ого, все серьёзно. Фейс-контроль, и мышь не проскочит. Охранник отпирает калитку, из дома выбегает Самира. – Асхаб, это ко мне! – Ваш отец не предупреждал, что у вас будет гостья. – Я ему уже позвонила. Он сейчас занят, не может тебе позвонить. Передал, чтобы ты впустил ее. – Я не могу, у меня инструкции, – бубнит охранник. – Впустишь – или будешь уволен! А у Самиры неплохо получается командовать дома слугами. Здесь она чувствует себя куда увереннее, чем в институте. Асхаб молча отступает, и я вхожу. Самира подхватывает меня под руку и ведет в дом. Внутри, конечно, все так же шикарно, как и снаружи. Стараюсь не пялиться и не удивляться. Делаю вид, что такие роскошества для меня обычное дело. – Пойдем в мою комнату! Спальня Самиры размером с нашу квартиру. Яркая мебель, игрушки, статуэтки, книги, шкафы. Стильно, мило. – Как тебе? – спрашивает подруга, наблюдая за моей реакцией. Думаю, свой дом она и хотела мне показать, чтобы я рассказала в ВУЗе о том, что видела. Хорошая попытка избавиться от травли, но нет. Я не буду сплетничать. – Уютненько, – отвечаю я, падая в кресло грушу белого цвета. – Ничего, что без разрешения села? – Ну что ты, Алл, садись, куда хочешь. – Так что ты мне хотела показать? – Смотри, – Самира одним движением стаскивает с головы платок, и ее шелковистые каскадом рассыпаются по плечам. – Видишь? Некоторые сплетницы с учебы говорят, что я ношу платок, чтобы спрятать свои сальные и немытые волосы. Но я мою голову каждый день и ухаживаю за волосами! Дома мы ходим без платка. – Это у тебя кератин? Красиво! – Нет, просто дорогой уход. Я хотела показать тебе свои волосы, чтобы ты рассказала подругам. – За волосы могу замолвить словечко, – киваю. – Они у тебя действительно шикарные. – Хочешь, я подарю тебе комплект для ухода? Будут такими же гладкими. – Спасибо, но мне сейчас как-то не до волос. Потом как-нибудь покажешь, что там у тебя за чудо-уход. – Ты не сказала, что у тебя случилось, – Самира делает грустное лицо. – Тебя кто-то обидел? Почему ты с сумкой? – Я ушла из дома. – С мамой поссорилась? – Неа, с отчимом, – отвечаю неохотно. – Извини, что от меня воняет им. О Викторе знают лишь мои близкие подруги, и им строго настрого запрещено болтать о нем. Я не хочу, чтобы сокурсники думали, что я из неблагополучной семейки. Я этого не вынесу. Я хочу быть классной, общительной, модной. Платить в кафе, не глядя на счет. Купить спонтанно понравившуюся вещь. Но пока мне все это только снится. Денег вечно не хватает. Мать тратит много на себя и на мужа. Я беру подработки, но там платят настолько мало, что свои хотелки я пока не могу удовлетворить. Так и живем. – Что он сделал? – Я сделала. – Ты?! – аккуратные брови Самиры взлетают вверх. – Да, я подожгла ему яйца зажигалкой, – отвечаю со злорадством в голосе. – Красиво горел, чертяка. – Алла! – Самира прыскает со смеху, но потом спохватывается, – прости, я… Я не должна смеяться! Наверняка он сделал что-то плохое, что ты решилась на такую смелую вещь. Для мужчины это ужасное унижение. Он будет мстить тебе. – Да я знаю, – вздыхаю. – Жду, когда вернется мать с вахты, и нас рассудит. – А когда она приедет? – Через две недели вроде как. – И где же ты будешь жить эти две недели? – Не знаю. Еще не придумала. – Оставайся у нас. – Ты что! Твой отец не будет рад этому. – Я с ним поговорю. – Только не рассказывай про отчима. Самира, пообещай! Он не должен знать, что я сделала. У меня и так проблем выше крыше. Если Профессор Паскуда узнает про мой поступок, то будет считать меня чокнутой идиоткой. После обещания декану, он станет наблюдать за мной как коршун. Одна ошибка – и я вылечу из института. – Хорошо, я не скажу ему. Да мне и самой стыдно говорить папе о таких вещах, – краснеет. – А когда он вернется? – Ночью. Но я поговорю с ним завтра утром. Ложись в мою кровать, а я лягу на диване. – Ну что ты! Я не хочу тебя стеснять. Сама лягу на диване. – На Кавказе гостям дают все самое лучшее, так что не спорь. Я велю прислуге поменять белье. Будешь спать в моей постели. Тебе нужны какие-нибудь вещи? У меня полно всякого шмотья, которого я никогда в жизни не надену. Просто покупаю, примеряю и вешаю обратно в шкаф… Самира открывает шкаф, берет вешалку с платьем, которому может позавидовать любая поп-звезда, и прикладывает к себе. – Красивое! – говорит она. – А почему ты не можешь надеть его? – Отец не позволит. А когда я выйду замуж – не позволит носить эти наряды уже муж. – Чё это он не позволит? – меня аж подбрасывает в кресле от негодования. – Зачем тогда выходить за такого запрещальщика? Самира улыбается и отвечает: – Жениха мне выберет отец, когда я получу диплом. Конечно, он будет не отсюда, а с нашей родины, моей национальности. Девушка не может выбрать себе мужа, потому что она никого не знает. А папа знает все хорошие семьи. – Слушай, хорошая семья еще не гарантия того, что мужик попадется нормальный. – Это правда. Мне остается только молиться Аллаху, чтобы папа не ошибся в выборе. Ловлю себя на мысли, что моя жизнь не такая уж и плохая. Вон Самира, выйдет замуж по принуждению за незнакомца и собирается молить своего Бога, чтобы мужичок оказался не гнилой. А мне молиться никому не надо, я сама себе выберу мужа, если захочу. Но лучше буду одной! – Давай нарядимся? – предлагает Самира, вытаскивая все свои роскошные платья и складывая их на кровати. – Просто для себя. Выбери себе что-нибудь, отвлечемся немного от грустных мыслей. Примерка дорогих вещей всегда поднимает мне настроение. А почему бы и нет? Начинаю копаться в ворохе одежды и выбираю себе маленькое черное платье, расшитое черным жемчугом. Боже, какая красота! Вот ведь парадокс: я могу носить такие классные вещи, но не могу их купить. А у Самиры все наоборот. Так, мои растрепанные волосы портят весь вид. Беру сухой шампунь и привожу голову в порядок. Вот теперь другое дело! Больше не выгляжу как жертва домогательств. Виктор бы слюной изошел, если бы меня увидел сейчас. Скот! Надеюсь, мать скоро увидит его копченые яйца и наконец выкинет его из нашей квартиры! Из зеркала на нас смотрят две поп-дивы, готовые дать свой концерт. Хихикаем от удовольствия. Прикалываюсь, напевая в расческу песню Бузовой. – Слушай, у тебя есть микрофон? – спрашиваю у подруги. – У меня есть всё, – отвечает она и достает из тумбочки новенький микрофон в коробке. – Это мне дядя подарил на день рождения. Давно. Я не пользуюсь им, так как не умею петь. – А я умею и люблю. – Спой для меня что-нибудь современное! Пожалуйста. Самира подключает микрофон к колонке, и я пою для нее песню. В самый разгар вечеринки в комнату входит Булат Муратович и выключает колонку. Ой, что-то сейчас будет!