Глава 30

Моя королева в алом платье и белом платке, идёт ко мне по маковому полю, улыбаясь нежно. Кажется, не солнце освещает этот день, а улыбка моей жены.

Моей любимой женщины.

Той, ради которой мне хочется повернуть время вспять, отправиться туда, на десять лет назад, постучаться в дом двух людей, которые считали себя чужими, скрывали чувства опасаясь того, что они останутся без ответа.

Сказать им – откройте сердце, откройте душу. Не бойтесь, любите и никого не слушайте!

Жеребец несётся вперед, как будто тоже почуял свою половинку где-то там впереди.

Осаживаю его, останавливаясь в нескольких метрах от Малики. Спешиваюсь, практически спрыгивая, отпускаю поводья.

Подхожу, беру её лицо в ладони и целую, целую страстно и жадно, как в первый раз. Как и должен был целовать всё время. И тогда, десять лет назад.

Пусть не сразу я её полюбил, именно полюбил всем сердцем, но я хотел этой любви. Я ждал её.

- Дамир…

- Моя красавица…

Смотрю в её глаза, вижу как они горят, светятся, искрятся счастьем. Много ли женщине надо? Нет. Просто, чтобы её любили.

Вспоминаю глаза Малики раньше.

В них была грусть, постоянная грусть.

Каюсь – меня это даже раздражало!

Думал постоянно – чего тебе не хватает? Что ты сидишь с унылым видом? Что не порадуешься за мужа, за его успехи, за то, что в работе у меня всё идёт шикарно, что капитал растёт?

Злился. Бесился даже.

А она… Она просто хотела от меня другого.

Просто хотела, чтобы я был нежным, внимательным, чтобы дарил цветы, подарки, даже скромные, просто само внимание.

Время чтобы проводил с ней и детьми, а не за столами переговоров, за которыми – да, что уж тут стесняться! – часто бывали женщины с не самой высокой социальной ответственностью.

Да, я искал развлечения на стороне. Даже если не собирался изменять физически, я изменял морально.

Ничего хорошего в этом не было и гордиться мне нечем.

Я и не горжусь.

Я радуюсь, что потерял всего десять лет. Мог бы потерять всю жизнь.

Пройти мимо любви. Любви, которая была совсем близко, рядом.

- Пойдём?

Подвожу её к жеребцу, помогаю забраться, Малика смеётся, пугается, шутливо ругает меня, говорит, что никогда не сможет этого сделать, но вот она уже сидит верхом, и я запрыгиваю, чтобы оказаться рядом.

Обнимаю её за талию, прижимая к себе.

- Только не быстро, пожалуйста, Дам! Я… я боюсь.

- Не бойся, моя королева, нам некуда спешить.

И мы не спешим.

Едем по полю, наслаждаясь друг другом и окружающей нас красотой.

Мир в гармонии.

Мы в гармонии.

Всё-таки какое это необыкновенное чудо просто жить и любить.

Прижимаю к себе свою женщину, спускаю платок с её головы, зарываюсь в ароматные волосы.

Хочу её. Понимаю, что могу не выдержать долго… впрочем… разве это нужно?

Мы в центре поля, вокруг ни души.

Запах стоит дурманящий, но я одурманен своей женой.

Её ароматом, её кожей, её телом. Высокая упругая грудь, тонкая талия, бёдра широкие, манящие раскрыть их, разместиться между. Я хочу это сделать, я готов это сделать.

Натягиваю поводья, останавливая ход вороного.

Чуть поворачиваю её голову, осторожно прикасаясь губами к щеке, к её губам…

- Что, Дамир?

- Хочу тебя…

- Что? – она удивляется, вижу, как щеки алеют, глаза широко распахиваются.

Такая юная сейчас! Смущенная, наивная девочка!

Моя девочка.

Спрыгиваю, утягиваю её за собой.

- Дамир, ты с ума сошёл!

Головой качаю, хотя она права – сошёл.

Она меня с ума свела.

Её близость.

Её чувственность.

Её нежность.

Страсть…

Достаю из седельной сумки шерстяной плед, стелю на маки прямо, Малика вспыхивает сильнее.

- Дам… здесь? Разве… разве можно? Тут… люди!

- Где? Вокруг никого на километры. Мы одни. Ляжем в маках и нас вообще никто не увидит. А мой Кавказ нас посторожит.

- Кавказ… это ты его так назвал?

- Нет, мой друг Омар Хасанов, жеребец с его конюшен, я купил. Для нашего сына.

- Красивый он.

- Красивый и выносливый. Будет скачки выигрывать, а пока… Пока пусть немного охраной поработает.

- Дамир…

- Иди ко мне, умираю, как хочу… хочу в тебе быть, с тобой… Иди, моя девочка…

Беру её ладонь, притягиваю, впечатываю в себя. Целую жадно. Губы, шею… спускаюсь ниже, стягивая платье, расстегиваю молнию сзади, обнажаю её плечи, грудь… красивое кружевное бельё заводит.

- Для меня надела?

- Для себя…

- Для себя?

- Да, Дамир, для себя хочу красивой быть, тогда и ты мою красоту оценишь.

- Уже оценил. Уже полюбил. Уже с ума свела, красивая моя.

Опускаюсь вместе с ней на плед, укладываю.

- Удобно?

- Хорошо…

Платье совсем снимаю, за ним бельё. Сам в одежде пока. Нравится мне это, быть одетым рядом с ней обнажённой, горячей и страстной…

Продолжаю целовать её спускаясь, раскрываю бёдра и ныряю между ними, оказываясь в глубинах её страсти.

Влажная, ароматная, готовая.

Малика кричит, когда я накрываю её лоно ртом, бьётся в дрожи оргазма, отдавая мне самое драгоценное – свою страсть, свою любовь.

И я тоже готов отдать ей всего себя.

Вхожу медленно, наслаждаясь каждым сантиметром. Её жаром, теснотой, влажностью.

Её любовью, которая обволакивает меня, заставляя сжиматься сердце.

- Люблю тебя, Малишка моя, люблю, Малёк, как же я тебя люблю…

Бесконечно готов говорить ей это.

Бесконечно просить прощения за всё. За украденные друг у друга десять лет.

Двигаюсь быстро, размеренно, почти не дыша, обрушивая на её тело град поцелуев, выбивая из её груди стоны.

Люблю… Беру её жадно, заполняю до дна, упиваюсь страстью.

Изливаюсь, чувствуя одновременно ка кона сжимает меня, выдаивая досуха и сама наполняясь влагой своего удовольствия, которую она выплёскивает на меня.

- Боже, Дамир, как это…

- Волшебно, моя королева… А теперь, поехали дальше, продолжим, у меня еще есть сюрприз…

И я везу её в горное шале, где мы наслаждаемся друг другом в ванной с джакузи на террасе, с видом на Кавказские горы.

Обнимаю её, лаская вершинки сосков, из которых еще струится молоко. Мне так нравится, как она кормит моих детей!

И я хочу, чтобы она родила мне еще одну дочку.

- Родная… ты выйдешь за меня?