Глава 15

Квартира у Рахима уютная и по-мужски минималистичная. Серые стены без картин, мебель в стиле лофт. Цвета удачно сочетаются друг с другом, и нет ощущения мрачности. Мне нравится. – Располагайся, будь, как дома. Кофе будешь? – Буду. Рахим просто офигительно варит кофе. Поэтому мы перемещаемся в кухню-столовую. Сажусь за барную стойку на высокий стул и изучаю обстановку. Чистенько. Много дорогой посуды. Еще бы! Ведь он знает в готовке еды толк. – Как ты научился готовить? Ты, кавказский мужчина, и умеешь отменно жарить мясо! – Это всё любовь к шашлыку, – отшучивается Рахим. – Кстати, есть хочешь? Могу разогреть тебе обед. – Нет, не хочу. Расскажи лучше о себе. – Я тот еще рассказчик! Тебе будет скучно. Рахим щедро насыпает молотый кофе в турку. Аромат мгновенно заполняет пространство, смешиваясь с нотками специй, витающих в воздухе. Он ловко ставит турку на плиту, и начинается священнодействие. Кофе булькает, поднимается пенкой. – Вовсе нет, расскажи, – не отстаю. – С чего все началось? – Знаешь, в детстве я ненавидел всё, кроме бабушкиного плова. Остальная еда казалась мне совершенно несъедобной субстанцией, которую я отказывался есть. Мать с ума сходила, не знала, чем накормить ребенка. Однажды мы с семьей поехали в гости к тете в горный аул. Там, в огромном казане, прямо на улице, дядя готовил что-то невероятное. Аромат был такой, что слюнки текли ручьем. И вот, впервые в жизни, я попробовал что-то новое – дичь, тушеную с травами и овощами. Это было так вкусно, что я чуть не съел свои пальцы. С тех пор я начал экспериментировать сам. Сначала просто помогал бабушке на кухне, потом брал рецепты из ее старой поваренной книги. Но ничего не получалось. Мою еду было невозможно есть, что меня очень расстраивало. А потом… Я попал на стажировку в один маленький ресторанчик. Там меня гоняли, как Сидорову козу, но я впитывал все, как губка. Резал овощи до мозолей, мыл посуду до скрипа, но главное – я смотрел! Смотрел, как шеф творит чудеса из простых продуктов. Родители, конечно, ничего не знали, думали, что я болтаюсь по улицам города. Отец точно бы не одобрил идею того, что я хочу стать шефом. Ну а потом я объявил семье, что поступаю в кулинарное училище. Бабушка помогла мне отбиться от советов родителей, что я непременно должен стать бизнесменом. Но, как видим, все же стал. У меня свой ресторан. И не один. Рахим разливает кофе по маленьким фарфоровым чашкам, украшенным тонкой золотой каймой. Аромат напитка просто сногсшибательный. Делаю глоток, прикрыв глаза от удовольствия. Это божественно! – Вау! Рахим, да ты настоящий кофейный маг! – восхищенно выдыхаю. – Готова объявить тебя своим личным бариста. Ну или, на худой конец, просто приходить сюда каждое утро на чашечку твоего волшебного напитка. Рахим смеется, и его глаза искрятся озорством. Он подходит ко мне, облокачивается о барную стойку и наклоняется ближе. Чувствую тепло его тела, его дыхание на моей коже. Мурашки бегут по спине. Кажется, я забыла, как дышать. – Зачем приезжать? Ты можешь остаться жить у меня. – Вот так просто? Остаться? – Хочешь сложностей? – Не хочу, – отвечаю честно. – Тогда наслаждайся легкостью в наших отношениях. – А что скажет твоя мама? – Я большой мальчик. Меня не волнует ее мнение. – А вот это зря. Мамы – они такие, могут и твой кофейный сервиз из вредности разбить! – шучу, стараясь скрыть волнение. Но голос предательски дрожит. Да и вообще, ситуация попахивает каким-то безумием. Остаться жить у него? После всего лишь нескольких дней знакомства? Да я даже не знаю, какую музыку он слушает! Кавказскую? Рахим берет мою руку в свою, и его прикосновение обжигает. – Моя мама тебя еще не знает, – серьезно говорит он. – Уверен, ты ей понравишься. Ты же очаровательна. И готовишь потрясающий «Медовик». Кстати, по секрету. Моя мать вообще не умеет готовить. – Она же меня возненавидит! – притворно ахаю. – Ни в коем случае. Мама слишком любит нас, своих сыновей, и не станет обижать наших невест. – Ну всё, тогда я спокойна. – Ты ведь еще спальню мою не видела, – говорит он обыденным тоном, а у самого глаза блестят. – Как ты можешь быть спокойна? – Точно. Покажешь? – принимаю правила его игры. …Вваливаемся в его холостяцкую комнату, целуясь, как сумасшедшие. Меня прижимают к стене, целуя жадно и напористо. Воздух вокруг искрится от напряжения. Его пах твердеет и наливается мощью. Обжигающие поцелуи спускаются на шею, плечи, грудь. Сильные руки блуждают под тонкой тканью платья, заставляя меня дрожать всем телом. Пальцы касаются лона через тонкую ткань кружев. – Горячая! – одобрительно цокает Рахим. – И ты! – сжимаю его член через брюки и закатываю глаза от удовольствия. Одежда соскальзывает с плеч, падая на пол легким облаком. Рахим следит за каждым моим движением, словно я стриптизёрша, и этот взгляд распаляет еще больше. Чувствую себя желанной, красивой, настоящей. – Марья, – рычит Омаров и хватает меня за ягодицу, как голодный питекантроп. Разворачивает меня к себе задом и впечатывается эрекцией в мой зад. – Как же я хочу эту сладкую попочку! – наклоняется и цепляет зубами одну половинку. – Нет, Рахим, ты… слишком большой. – А я пальцами. Можно пальцами? – Я не знаю… Не пробовала. Ах, – выгибаюсь, когда его рука касается интимного треугольничка, и сразу оба пальца ныряют в меня. – Вот и хорошо, что не пробовала. Всё моё! – ласкает изнутри. – Марьяшка, сексуальная девочка. Наклонись. Стою в позе зю, сиснядры в матрас. А Рахим сзади, разогревает меня. Предвкушаю что-то необычное и… очень вкусное. – Ты мне доверяешь? – спрашивает он. – Да. Он льет что-то жидкое на пальцы (смазку?), а затем касается ими моей промежности. Кружит вокруг ануса, а затем аккуратно вводит внутрь кончик пальца. Ахаю. Но не от боли – нет. Просто моя девственная попка впервые подверглась проникновению. И мне… необычно. И волнительно. Но я знаю Рахима, и с уверенностью могу сказать, что ничего ужасного он со мной не сделает. Только приятное. – Всё хорошо? – уточняет. – Продолжай. – Если что-то не так, сразу говори. – Ладно. Он добавляет к первому пальцу второй и мягко скользит во мне. Второй рукой он ласкает налитый клитор, и вот я уже на седьмом небе от удовольствия. – Нравится? – Да! – Тут кисуля уже потекла, просит вставить ей поглубже. Рахим упирается головкой члена мне в промежность, не переставая ласкать заднюю дырочку. Я возбуждена ни на шутку и подаюсь ему навстречу, чтобы как можно скорее почувствовать его замечательный член в себе. – М-м, кто-то очень сильно меня хочет, – наконечник прорезается между половыми губками, и тяжелый орган заполняет меня до упора. – Рахи-и-им! Да… Пожалуйста, – всхлипываю на эмоциях. Он начинает трахать меня членом и одновременно двумя пальцами. Мне настолько кайфово, что я улетаю просто за считанные секунды. Ловлю оргазм, трясусь вся, дрожу, стону. Губу себе до кровищи искусала. Это. Нечто. Невероятное. – Вот так, кончила уже. Аппетитная моя булочка, – свободной рукой шлепает меня по ягодицам чувствительно. – Еще! Еще! – Добавочки просишь? Да без проблем. Взяв меня за грудь обеими руками, Рахим принимается вбиваться в меня глубоко, с пошлыми шлепками. Из меня сочится смазка, пачкая бедра. Чувствую, как близок пик наслаждения моего горца. Мне нравится, что я настолько сильно его возбуждаю, что он не может долго держаться. Охнув, он вытаскивает и кончает на заднюю дырочку. Меня в это время пронзают электрические разряды. Тоже словила оргазм. Всё еще стою раком, не зная, что будет дальше: продолжение или душ. Он непредсказуем, и я люблю все его безумные идеи. Рахим вводит кончик члена мне в попец. Приятно чувствовать его там, и может быть, я хотела бы большего. Но! Я знаю, что такой размерчик точно не потяну. И он это знает. Поэтому чуть поиграв, он по обыкновению вытирает за собой следы. Какой же он у меня заботливый! Откидываюсь на подушки, пахнущие его шампунем, и блаженно прикрываю веки. Не вырубиться бы от счастья. Омарчик куда-то отошел, надо бы его дождаться. Глаза слипаются… Не спать! Возвращается Рахим минут через десять с бутылкой минералки и телефоном в руках. – Марьяна, – говорит он серьёзным голосом. – Его нашли…