Эпилог

Солнце печет нещадно, и я регулирую климат-контроль в салоне авто. Мне то жарко, то холодно. Рахим ведет машину с непроницаемым восточным спокойствием, а маленькая Марьям, наше солнышко, копошится на заднем сиденье и пытается скормить своему плюшевому мишке печенюшку. – Рахим, ну когда уже приедем? – начинаю ныть, чувствуя, как моя прическа превращается в невразумительное гнездо, а конечности затекают. – Почти приехали, Марья. Еще немного терпения, моя дорогая. Скоро увидишь Каспий – море моей юности! – он улыбается, и я таю. Улыбка мужа для меня как глоток холодного лимонада в пустыне. Я готова пропахать еще сотни и сотни километров. – Каспий-маспий! – ворчу, но уже беззлобно. – Лучше бы море твое юности придвинулось ко нам немного поближе. Тут Марьям, оставив своего мишку в покое, подает голос: – Папа, а там рыбки есть? – Тонны рыбок, дочка! Твой папа, между прочим, когда маленьким был, сам с дедушкой рыбу ловил, огромную-преогромную… вот такую! – разводит руками, изображая эпическую рыбину. Я фыркаю. Рахим иногда любит приукрасить действительность, чтобы прослыть героем в глазах дочери. Он от нее без ума. Как и прабабушка Хава, дедушка Ибрагим и даже бабушка Рузанна. Омаровы приняли меня сдержанно, без восторга, но и без откровенной неприязни. Они долго привыкали ко мне, а на семейных торжествах я всегда садилась с бабушкой Хавой и ее подругой Руфиной. После рождения Марьям мои отношения со свекрами значительно потеплели. Они были готовы на все, чтобы я почаще отдавала им внучку. Свекровь привозит из Дубая подарки для меня, а свекор помогает в бизнесе. Благодаря бывшему мужу, я потеряла все свои деньги до рубля, но уже через год вернула все обратно. Вот так иногда бывает! Не знаешь, где найдешь, где потеряешь… Ваню и Кики я больше не видела. Хорошо ли у них всё или плохо – мне плевать! С этими людьми мне дальше не по пути. И вот, наконец, он! Каспий! Море такое огромное, сверкающее, прямо до горизонта! Я ахаю, и вся ворчливость как рукой снимает. А воздух! Соленый, свежий, пьянящий! Выхожу из машины и потягиваюсь, не отводя взгляда от лазурного великолепия. Рахим достает чемоданы. Марьям, держа мишку под мышкой, семенит к воде. За ней нужен глаз да глаз, очень юркая девчонка. Поэтому иду следом. Муж называет нас «мои две Марьи, мои любимые девочки». – Ну, что скажешь, моя недовольная царица? – спрашивает Рахим, стоя рядом и обнимая меня за плечи. – Стоило оно того? Я запрокидываю голову и улыбаюсь ему в лицо: – Стоило, Рахим, конечно, стоило! – Батыр с Марфой уже на месте. Только что отзвонились. – Прекрасно, – счастливо жмурюсь, предвкушая, как мы с Марфой – женой старшего брата Рахима засядем вечером и хорошенько перемоем нашим любимкам косточки. Марьям с визгом бросается к набегающим волнам, норовя зачерпнуть пригоршню этой сверкающей соленой воды. – Осторожно, простудишься! – кричу ей вслед, хотя в глубине души тоже не терпится сбегать разуться и ощутить этот прохладный шелк на коже. Рахим весело смеется: – Да ладно тебе, пусть побегает! Не из хрусталя сделана! Марьям дочь своего отца, крепкая, здоровая девочка. Это правда. Доченька здорово похожа на папу, и я не могу надышаться на нашу принцессу. Я ради нее даже кондитерской стала меньше заниматься, делегировала обязанности другим надёжным людям. Работа работой, а дочка у меня одна, и ей нужна мать. Но отпуске я иногда разрешаю себе немного поворчать – для контраста, так сказать, чтобы ярче ощутить последующую безмятежность. А безмятежность уже вот она, плещется у ног Марьям, искрится в солнечных зайчиках на морской глади и дразнит ароматами свежей рыбы, доносящимися с ближайшего пляжного кафе. Предвкушая гастрономические радости, потираю руки. Рахим знает толк в отдыхе – он всегда выбирает места с вкусной едой и красивыми видами. А если еще и компания хорошая, то жизнь вообще удалась! – Пора распаковываться, – командует Рахим, хлопая меня по плечу. И вот тут начинается самое интересное. Потому что я, как опытный турист, знаю: удачно распакованный чемодан – залог хорошего настроения на весь отпуск. Аккуратно разложенные купальники, легкие сарафаны, шляпки… Все на своих местах и готово к немедленному использованию. Никакой суеты, никакого поиска нужной вещи в последний момент. Только гармония и предвкушение радостных дней. Вечером, когда солнце начнет клониться к горизонту, окрашивая море в невероятные оттенки розового и золотого, мы собираемся с Батыром и Марфой за большим столом. На столе уже красуется ароматная долма, сочный салат из бакинских помидоров и, конечно же, свежая зелень. Запах специй щекочет нос, а вид аппетитных блюд вызывает неконтролируемое слюноотделение. – Марьяна, как ты похудела, сучка! – говорит Марфа, расцеловывая меня в обе щеки. Марфа – женщина с потрясающим чувством юмора и нескончаемым запасом забавных историй. Она тоже блондинка и булочка, и наши мужья часто шутят, что женились на сестрах-близнецах. – Похоже, тебе нужны очки, – весело отвечаю ей, – плюс пять кило за месяц. Как тебе такое? – Врешь! Выглядишь на все сто! – Килограмм, – добавляю со смехом. Мужчины слушают нашу перепалку с улыбкой. – Знаешь, что сделал Батыр на днях? – Марфа заговорщически приближается к моему уху. – Он пытался испечь пирог, подражая Рахиму, – подруга взрывается хохотом. – Неужели так плохо получилось? – с притворным ужасом спрашиваю я. – Вместо пирога у меня кирпич получился. Зато теперь я знаю, как строить дома, если что, – парирует Батыр, и мы все дружно хохочем. – Брат, кулинария – это не твое, без обид. Зато ты лучший бизнесмен в своем деле, – поддерживает его Рахим. – Марфа вот не даст соврать. Батыр и Марфа работают вместе, и их отношения начались в офисе. Да-да, тот самый жаркий служебный роман. И если вы хорошенько попросите, они с удовольствием вам расскажут, как у них всё было, в своей книге. Беседа течет легко и непринужденно. Мы обсуждаем последние новости, делимся планами на будущее и просто наслаждаемся компанией друг друга. Чувствуется тепло и искренность, которые делают этот вечер по-настоящему особенным. Под стук бокалов и звон ложек, время летит незаметно. Мы обмениваемся шутками, комплиментами и добрыми пожеланиями. Наконец расходимся по комнатам. Марьям давно спит, звёздочкой раскинувшись на нашей большой постели. Рахим бережно переносит ее в кроватку. Укладываемся в постель и обнимаемся с мужем. – Марьяш, может Булатика еще родим? – Может, и родим, – отвечаю загадочно. – Я заметил, что ты сегодня за столом пила гранатовый сок. Это ведь неспроста, да? – Какой ты наблюдательный. – Я всегда подмечаю все мелочи, касающихся моих любимых девочек. Ты беременна? – Да, Рахим. Сегодня утром тест показал две полоски. Поэтому я ныла все путешествие, мне было не хорошо. – Что ж ты не сказала?! Я бы отменил. – Ни в коем случае. Марфа и Батыр нас ждали. А Марьям хотела увидеть море твоей юности. Всё отлично, правда. – Родная, – Рахим сползает вниз и целует мой голый пуз. – Я счастлив с тобой! – Ох, Рахим, не щекочи! – хихикаю, пытаясь отстраниться от его неугомонных поцелуев. – Я тоже счастлива с тобой, горец. Ночь растворяется в наших объятиях и шепоте. Мы говорим о будущем, о детях, о доме. Рахим мечтает о сыне, чтобы было кому передать его дело. Я беспокоюсь о дочке, хочу, чтобы у Марьям была подружка. А в итоге, как говорится, будет тот, кого Аллах пошлет! Главное, чтобы был здоровенький и счастливый. И по имени Булат. Конец истории.