Глава 8

Марина

Про поставку цветов и любую выручку за сегодня можно забыть.

Но сейчас всё это для меня не имеет значения.

Главное, что Ариша жива, и её жизни ничего не угрожает.

Несмотря на то, что в аварии малышка каким-то чудом не пострадала, врачи настояли на том, чтобы она пару часов провела в больнице, где её прокапают и убедятся, что с малышкой всё в порядке.

Удивительно, но сам Багир тоже поехал с нами.

Сказал, что часть вины за произошедшее лежит на нём.

Якобы именно он был обязан отвезти своего племянника в закрытую лечебницу, где Хасим должен был пройти длительный принудительный курс лечения от зависимостей, которых у мерзавца за последние годы набралось больше десятка…

— Утром мне назначили важную встречу по новому бизнесу, — морщится Багир, глядя, как вокруг суетятся медсёстры и врачи, завершая очередной обход, — пришлось отправлять Хасима с охранниками, но по пути в лечебницу этот шайтан сбежал, прихватив телефоны охранников и отправился искать тебя.

Слушаю рассказ Багира и не понимаю одного.

— А как он вообще узнал про нас с дочкой? Я сбежала от него на другой конец страны… мы с мамой переезжали несколько раз прежде, чем остались в этом городе… но Хасим всё равно про нас узнал.

Багир хлопает себя по колену.

— Шайтан… наверняка он увидел документы в моём кабинете… на столе лежали бумаги со списком магазинов и владельцев в местном торговом центре, этот ваххаро увидел твоё имя и фамилию, там же адрес нашёл и решил выследить вас, сбежал от охраны, а потом напал.

Поверить не могу!

Столько лет прошло с тех пор, как мне удалось сбежать и начать новую жизнь, но этот мерзавец всё равно нашёл меня, пусть и случайно.

А теперь не успокоится, пока не…

— Что будет дальше, Багир, — спрашиваю у горца, — вы снова отправите Хасима в лечебницу? А если он опять сбежит?

— Не сбежит, — отрезает Багир, — потому что теперь Хасим отправится не в лечебницу, а в тюрьму. Попытка похищения, серьёзная авария с последствиями… он подверг угрозе жизнь ребёнка. После такого лечебницей не отделаться, Марина.

Невольно бросаю взгляд на дверь палаты, где сейчас после капельницы отдыхает Ариша.

В голове сам собой рождается вопрос, который я тут же задаю Багиру:

— Насколько я поняла, семья у вас очень обеспеченная, они могут нанять дорогого адвоката, который отмажет Хасима…

— Поверь, Марина, в этот раз никто его не отмажет, — говорит Багир, — я не позволю. Долго я выполнял просьбу покойного старшего брата и следил за племянником, оберегал его от разных бед и несчастий, но сегодня Хасим перешёл все границы дозволенного. Даже сам покойный брат за такое отправил бы своего сына за решётку.

Хочется верить, что справедливость восторжествует.

И больше я никогда не увижу Хасима.

— Если честно, я так и не понял историю ваших отношений с моим племянником, — вдруг добавляет Багир, — знаю, что у него был некий служебный роман, когда мой старший брат ещё был жив, а Хасим руководил одной из его фирм.

— Так и было, — киваю, — у нас был короткий роман, месяца полтора или два, а потом у меня была задержка, я сделала тест, и он показал две полоски, но… как выяснилось позже, результат был ошибочным, так бывает, хоть и очень редко…

Багир уже знает, что было дальше, поэтому подробности я опускаю.

Но сейчас горца интересует другой вопрос:

— Значит, дочь ты родила позже, спустя два года, но при этом не знаешь, кто отец девочки?

— Так и есть, — вздыхаю, — я делала искусственное оплодотворение через клинику… использовала материал анонимного донора, имени которого я даже не знаю, Багир.

Вижу в его глазах немой вопрос, поэтому опережаю и говорю:

— Зачем я сделала это, если вокруг много мужчин?

Багир невесело усмехается, но кивает.

— Потому что после Хасима я не хотела ни с кем связывать свою жизнь… я попросту боялась отношений, никому не доверяла.

— Тогда почему решилась на такой шаг? Я про ребёнка, Марин.

— Потому что врач так сказал… проверил мои анализы после очередного обследования, заявил, мне надо родить в ближайшие год или полтора, иначе, потом я просто не смогу завести детей. Врач предложила такую вот процедуру, посоветовала хорошую клинику. Недешёвая это, конечно, процедура, но я ни о чём не жалею.

Вспоминаю, как нелегко мне далась эта беременность.

Вспоминаю, какими тяжёлыми и долгими были роды…

А потом в памяти всплывают следующие пять лет, за которые ни разу не пожалела о том, что выносила и родила лучшую дочь на свете.

Такой умницы, как Ариша, нигде не встретишь.

Считаю, что кто-то наверху сжалился надо мной после всех моих страданий и подарил самого замечательного ребёнка…

— И как твоя дочь, — спрашивает Багир, — никогда не пыталась узнать или не спрашивала о том, кто её папа?

— Спрашивала, конечно, — вздыхаю я, — но мне удалось объяснить… Арина очень умная девочка для своих пяти, растёт и развивается не по годам, всё поняла с первого раза и вопросов больше не задавала.

Горец кивает задумчиво.

Достаёт телефон, кому-то отвечает на сообщение.

Я же вспоминаю о том, что вчера Багир хотел поговорить со мной насчёт магазина.

— Послушай, — говорю чуть смущённо, — вчера ты обещал поговорить и что-то предложить…

— Я помню, — кивает Багир, — насчёт торгового центра не передумал, уж прости, его концепцию будем полностью менять, и цветочному магазину там попросту не будет места, поверь. У вас там не будет клиентов, понимаешь? Вы просто будете работать в убыток и разоритесь.

— Понятно, — вздыхаю разочарованно, вспоминая, сколько сил и денег мы вложили в этот магазин, — а какую альтернативу ты хотел предложить?

— Открыть магазин в другом месте, — улыбается Багир, — ближе к центру, где больше людей и потенциальных клиентов.

Он, видимо, читает мои мысли, потому что спешит успокоить:

— Я в курсе, что аренда в других местах, особенно в центре, стоит бешеных денег, поэтому разрешаю не платить за аренду в новом месте.

Если честно, мне кажется, что Багир решил надо мной подшутить.

— Ты серьёзно сейчас? А с чего такая… щедрость?

— Скажу так, — отвечает горец, — это самое малое, что я могу для вас сделать после всего, что натворил Хасим. Всё-таки он часть моей семьи, и я тоже несу ответственность за его поступки.

Всё ещё не могу поверить, что Багир говорит это серьёзно.

— Х-хорошо, — отвечаю, не в силах скрыть волнение, — ты сказал, что новое место в центре… а где именно?

Багир улыбается.

— Самый центр, Марин. Ты ведь знаешь про фудмаркет напротив вашей городской администрации?

— Конечно, — киваю, — он рядом с площадью… самое прибыльное место, на секунду.

— Я в курсе, — отвечает Багир, — моя семья выкупила этот фудмаркет у прошлого владельца, собирается вложиться и обновит этом место. И мы как раз думали о том, чтобы открыть в этом месте цветочный. Поэтому, если тебя устраивает новое место, можешь начинать переезд.

— Устраивает, — чуть не смеюсь я, — ты шутишь, да я о таком месте даже мечтать не могла… конечно, устраивает. Вопрос в другом, устроит ли тебя, что там будет мой магазин, а не какая-нибудь премиальная сеть…

— Премиальная сеть будет в другом месте, — усмехается Багир, — а я за душевность, за красоту и простоту. Всё это есть у тебя и твоей дочери.

Я не успеваю ничего ответить, потому что к нам подходит врач.

— Пришли результаты вашей дочери, — улыбается он, — с малышкой всё в порядке, обморок это от сильного стресса, ничего страшного, можете забирать Арину домой.

Я киваю, спешу в палату к дочери, чтобы сообщить приятную новость.

Она лежит в кровати, сонно потирает глаза.

Увидев меня и Багира, сразу улыбается.

— А мне такой сон странный снился, — говорит Ариша.

При этом, не сводит взгляд с горца.

— Какой сон, малышка?

Она улыбается и отвечает:

— Снилось, что дядя Багир – мой папа…