Глава 67

Тот же день, около семи вечера.

— Мы приехали, барышня, — по интеркому сообщил своей пассажирке водитель-охранник

— Спасибо, — ответила Ия и трясущимися руками достала салфетку, дабы утереть выступившую на лбу испарину.

Ию от переживаний и страха заметно знобило. Во рту пересохло. Выкинув салфетку, она открыла холодильник, достав оттуда бутылку воды и стараясь не облить себя (а сделать это теперь оказалось непросто, из-за трясущихся рук), налила воду в хрустальный бокал.

Ия зажмурилась и глубоко вдохнула.

— Я не должна бояться! Нужно перестать быть размазней! — прошептала она, — Я должна стать такой, как Героини из всех тех романов, что я прочла! Сильной, решительной и бесстрашной! Или как она…

В памяти Ии всплыл образ Филатовой Кайи.

Выпив содержимое бокала в несколько глотков, Ия закашлялась, подавившись на последнем.

— Надо собраться! Я должна быть сильной и достойной ее! Все закончится хорошо! Кайа обещала…, — и этому обещанию Ия верила безоговорочно

Кайа… Да, если уж кто действительно походит на бесстрашных книжных Героинь, так это Кайа.

Вспомнив о своей лучшей и единственной подруге, Ия погрузилась в фантазии, в которых, в последнее время, фигурировал лишь один человек. И человек этот накануне…сама призналась ей в своих чувствах.

Ия подумала о том, что еще совсем недавно ей бы и в страшном сне не привиделось то, что она будет фантазировать на тему занятия этим с другой барышней. А уж о том, чтобы решиться на какое-то действие не в грезах, а в реальной жизни…

Об этом не могло быть и речи! Это было просто невозможно…! Немыслимо!

Невозможно, да… Но она сама это сделала! Сама взяла и поцеловала Кайю! Взяла и поцеловала… Без всякого на то разрешения! А если бы Кайа…

Но, она же сама призналась в том, что любит…

Балда! Любовь бывает разная! А если бы она имела в виду то, что любит тебя как подругу?! А ты возьми и накинься на нее с поцелуями?! И как, вообще, такая трусиха как ты решилась на нечто подобное?! Это же просто уму непостижимо…!

Она старшая дочь Главы Семьи небожителей, можно сказать. А ты? Кто ты? Купеческая дочка…

Боже, что я натворила?!

Однако, теперь совершенно невозможно представить и кого-то другого вместо нее в тех самых фантазиях…

Со мной, наверное, что-то не так. Барышням должно фантазировать лишь о юношах (по крайней мере, в таких фантазиях!), а никак не о других барышнях, не говоря уже о каких-то запретных действиях в реальной жизни! И до появления в моей жизни ЕЁ, все так и было, но теперь…

Кажется, со мной что-то серьезно не так…

И что хуже, я подбиваю на подобное свою единственную подругу! Барышню, что на два года младше меня! Считай, что ребенка…

Я отвратительная! Отвратительно жалкое, трусливое и похотливое существо…

Ия крепко сжала ноги, ибо на воспоминания о Кайе ее тело ответило совершенно неуместным здесь и сейчас образом…

У Ии внезапно перехватило дыхание…

Они делали мои изображения в то время, когда я занималась этим! Они все это видели!

Ия спрятала лицо в ладошках.

Застучали зубы…

Нет! Они ничего подобного видеть не могли, успокойся! Ты же всегда накрывалась одеялом с головой, когда занималась подобными вещами…

Ия вздрогнула, услышав вновь раздавшийся звук вызова от интеркома.

— Какие будут указания, барышня? — напомнил о себе Артем, ее водитель-охранник

Время! — Ия спохватилась и достала видеофон

19:03! За всеми этими переживаниями, она совсем забыла сообщить о своем прибытии тому ублюдку-шантажисту!

— Минуту, Артем! — ответила она в интерком, и судорожно принялась строчить виртуальное сообщение

«Я на месте», — написала она адресату «никому не нужный»

«Ты опоздала на 4 минуты! Опаздывать нельзя! Не слушаться нельзя! Мне кажется, что стоит просто вывалить в Сеть все те изображения с тобой в главной роли, что у меня имеются! А их у меня так много…! И не без удовольствия наблюдать за тем, как ты корчишься в муках! Как рушится вся твоя никчемная жизнь… Может к черту эти твои деньги и лучше понаблюдать за твоими страданиями? Что скажешь, богатенькая девочка? К бедности, в конце концов, я уже давно привык», — ответ пришел практически сразу

У Ии в желудке образовался ледяной ком, а пальцы задеревенели. Стало тяжело дышать, словно кто-то сжал ей горло, но на помощь вновь пришла она…

«— Ия, от тебя шантажистам нужны лишь деньги и пока они их получают, ну, или у них есть на это хоть какая-то надежда, то резать курицу, несущую золотые яйца, то есть сливать в Сеть все эти изображения они точно не станут…», — вспомнила она слова Кайи

Вспомнила и как-то сразу заметно успокоилась, ибо была твердо убеждена в том, что Кайа абсолютно права. Этот ублюдок ее просто запугивает…

«Извините, я просто задумалась, более опаздывать не буду» — написала она

«Ладно, барышня, так и быть, на первый раз тебя прощаю, и ничего в Сеть выкладывать не стану. Пока не стану, если ты, в свою очередь, перестанешь разочаровывать меня. В конце концов, я великодушный и милосердный. Но за то, что опоздала, в следующий раз принесешь еще и «штраф», так сказать, пятую часть от суммы, что я назову», — пришел ответ

«Хорошо», — согласилась Ия, но была твердо убеждена в том, что никакого «следующего раза» уже не будет, ведь Кайа обещала…

«Поезжай сейчас на улицу Князя Пожарского, там есть общественная библиотека, найдешь ее. Как войдешь внутрь, в главный зал — сообщишь…и барышня, не заставляй меня долго ждать, ибо я нетерпеливый! И не играй со мной, у тебя ничего не получится! А если попытаешься… Ну, ты же знаешь, что произойдет!»

«Еду», — односложно ответила Ия

— Артем, — сказала она своему водителю-охраннику, — поезжай, пожалуйста, на улицу Князя Пожарского, к общественной библиотеке

— Как скажите, барышня, — было ей ответом

Неужели библиотеки работают вечером первого января? — усомнилась Ия и полезла в Сеть.

Оказывается, работают! Общественные библиотеки принимают посетителей круглосуточно, и без выходных…

«Место передачи изменилось. Общественная библиотека на Князя Пожарского. Двоих внутрь и подключитесь к библиотечной системе наблюдения».

«Принято».

Ия нажала на соответствующую кнопку, и закрывавшая окно шторка отъехала, давая пассажирке обзор.

Чтобы слегка отвлечься, она принялась глазеть на улицы этого прекрасно освещенного вечернего огромного города, ее родного города. И по которым, сейчас, не спеша, двигался ее авто. Повсюду, куда ни взгляни, царила атмосфера всеобщего праздника. Однако мысли ее были далеко отсюда и вовсе даже не праздничны…

— Этот Новый Год оказался безнадежно испорчен, — вздохнула Ия

Позже.

«Машина объекта остановилась у здания библиотеки».

«Принято».

— Барышня, мы у библиотеки, — сообщил Артем, остановив авто

— Хорошо, спасибо. Я сейчас выйду

Глубоко вдохнув, Ия поднялась из удобного кресла и взяв лежащие на соседнем кресле шубку и меховую шапку, торопливо их надела. Схватив сумочку, она слегка махнула рукой, и заметившая этот жест электроника машины, услужливо запустила электропривод, открывший перед ней дверь.

«Объект в сопровождении охранника движется внутрь здания библиотеки».

«Принято».

Несколькими минутами позже.

«Я там, куда вы сказали мне прийти», — написала она сообщение для контакта «никому не нужный»

«Хорошо. Теперь тебе нужна секция японской литературы. Второй стеллаж с конца, на нем будет написано «классическая японская литература». Третья полка снизу. В конце стеллажа, с правой стороны, стоят два томика «Повести о Гэндзи», за авторством Мурасаки Сибику. Возьми самый крайний томик и вместо него положи конверт с деньгами. И не заставляй меня ждать, а то все это начало мне уже надоедать!»

«Хорошо…»

— Артем, пока посиди, пожалуйста, здесь, на диванчике, а я сейчас выберу книгу и вернусь

Охранник в очередной раз окинул взором библиотечный зал.

— Хорошо, — согласился он, однако, садиться не стал, а продолжив стоять на месте, поинтересовался, — но вы уверены, барышня, что не хотите мне что-нибудь сказать? Быть может, есть что-то такое, о чем мне необходимо знать?

Ия обернулась к своему охраннику, статному мужчине, тридцати с небольшим лет, всегда такому спокойному и источавшему уверенность…

«Конечно, меня шантажируют, грозясь испортить репутацию!» — разозлилась она, но…у нее было стойкое ощущение того, что Кайа рядом, а значит, можно ни о чем не волноваться. И к своему собственному удивлению, она успокоилась. Ну, почти.

— Артем, я пришла в библиотеку за книгой. Что здесь может быть такого, о чем тебе необходимо знать? Если тебе интересно то, какую книгу я возьму…я еще и сама не знаю, чего хочу прочесть

Сказав это, глядя в пол, она развернулась и пошла искать нужный стеллаж.

«Секция японской литературы, второй стеллаж с конца».

«Принято. Обзор не слишком хороший, но посетителей мало. Ошибиться не должны».

«Принято. Работайте».

Само собой, что в нормальности всего происходящего она охранника совершенно не убедила. Артем, в конце концов, очень профессиональный страж (а другого у нее и быть не могло)! И, естественно, он сейчас весь на нервах, ибо, во-первых, не мог не заметить моего волнения (о своем беспокойстве он наверняка доложит родителям, а значит, нужно будет выдумать какую-то подходящую историю…). А во-вторых, несмотря на то, что она тот еще книжный червь (книги для нее всегда были «отдушиной», помогавшей спрятаться от реальности), в общественной библиотеке бывать ей еще не доводилось. И это даже при том, что она предпочитала бумажные книги их бездушным виртуальным копиям.

Она, дочь успешных и баснословно состоятельных родителей, просто покупала в Сети любую понравившуюся книгу (впрочем, как и практически все остальное материальное, ибо родители ей не отказывают ни в чем). В любых количествах.

Все это вместе — обязательно насторожит Артема! Не может не насторожить…

Впрочем, есть в библиотеке что-то такое… И когда весь этот кошмар закончится, нужно будет обязательно посетить эту или любую другую библиотеку еще хотя бы раз…

Ия сжала кулачек.

Все будет хорошо! — напомнила она себе, — Все будет хорошо! Это всего лишь небольшое приключение, как у всех тех книжных Героинь!

Впрочем, сейчас, в одном из своих вычурных нарядов (верхнюю одежду она сдала в гардероб), находясь в этом, почти священном для каждого любителя книг, месте, Ия и сама напоминала сошедшую с книжных страниц Героиню (по крайней мере, в глазах немногочисленных встреченных ею посетителей этой библиотеки, которые то и дело оборачивались, дабы поглазеть на ее).

Бродя меж стеллажей с книгами, в поисках нужной секции, она, изредка замечая других посетителей, удивляясь тому, что здесь и сейчас вообще кто-то есть. По крайней мере, в зале художественной литературы.

— Вот и оно! — шёпотом сказала себе Ия, остановившись перед стеллажом с классической японской литературой, — третья полка снизу, две крайние книги…нет! Тут нет «Повести о Гэндзи»! Наверное, искать нужно с другой стороны стеллажа…

Ия обошла стеллаж.

— Есть! — выдохнула она, беря крайний томик «Повести», и оглядевшись по сторонам, быстро вытащила из сумочки весьма упитанный конверт с сотенными купюрами, положив его на полку, вместо книги

«Я все сделала так, как вы сказали», — написала она сообщение этому «никому не нужному»

«Хорошо. Теперь иди и оформи на себя книгу, а затем, можешь ехать домой. Я свяжусь с тобой накануне дня твоего следующего платежа», — все также быстро ответил тот

«Хорошо», — написала Ия и неторопливо направилась к «жрице» этого «храма Книги», к пожилой библиотекарше.

Несколькими минутами позже.

«Объект в сопровождении охранника покидает здание библиотеки. За посылкой пока что никто не явился».

«Принято».

Во дворах, рядом с библиотекой, на лавочке сидел «Доктор». В последний раз затянувшись, он потушил сигарету о снег и не вставая, выкинул окурок в урну.

«Доктору» было хреново. Очень. Вчерашнее обильное возлияние крайне отрицательно сказалось на здоровье и самочувствии немолодого уже «торчка».

Вчера, вместе с Люськой, своей двадцатилетней любовницей, он отмечал Новый Год, а заодно, и собственный пятьдесят второй по счету День Рождения. Угораздило же его родиться в Новый Год, чтобы всю свою жизнь получать двойной удар по печени…

А еще, ему хотелось «вмазаться»! Очень хотелось, но этого сейчас было делать нельзя…

Ибо сейчас он был на работе. А первое из двух незыблемых для «Доктора» правил, наличие которых у наркомана, само по себе практически нонсенс (но он-то был нетипичным наркошей, по крайней мере, таковым считал себя сам), звучало просто, но было очень непростым в исполнении: «не вмазываться на работе!»

А работал он, вопреки своей «погремухе» (которую получил за то, что в молодости учился в МедВУЗе, откуда, однако, был отчислен, когда какая-то падла настучала в деканат о том, что он «вмазывается» «хмурым») «бегунком» или, по-другому, «перевозчиком». То есть, забирал из «закладки А» и перевозил, оставляя в «закладке Б», то, что требовалось заказчику. В основном, различные «зелья», конечно. Не слишком большие партии (но, уже давненько и не слишком малые), разумеется (ибо нарку, даже такому как «Доктор», никто не доверит большие, впрочем, он бы и сам не взялся за излишне крупную перевозку). Или, к примеру, «бабки», как вот сейчас.

И на днях его выцепил старый кореш. У «Доктора» вообще корешей, да и просто знакомых, было весьма немало, ибо он всегда следовал двум своим правилам, а это значит, у него всегда была работа, то есть «бабки», которые, есть ничто иное, как «хмурый». А у кого на регулярной основе есть «хмурый», у тех, как известно, недостатка в корешах нет.

— Слышь, «Док», — сказал выцепивший его тип, — тут одному малому да раннему «бегунок» нужен…

— Кто таков? — поинтересовался «Доктор», — Чего? Сколько? И куда?

«Доктора» всегда интересовало, что он везет и сколько? И если заказчик не желал этого сообщать или ему самому что-либо не нравилось, то просто отказывался от подобного заказа. Жизнь дороже. Даже такая, как у него. Разумная осторожность — главное в подобного рода делах, особенно, когда дело имеешь с различными «зельями». Ибо, Государь Император, если вдруг что, повесит и даже имени не спросит.

— Да так, студентик один, у него еще депрессивная «погремуха» такая…, — корешок защелкал пальцами, вспоминая, — «никому не нужный»…

— Нет, не знаю такого, — покачал головой «Доктор», — не легавый «манок»?

— Да нет, вроде… Он через меня пару заказов уже делал, так, по мелочи, и все было нормалек, но…сам понимаешь, да и не «хмурого» ему тащить надо…

— Его «хмурого» я бы и не потащил, — было ответом

— «Бабки». Не меньше штуки за раз. Из Москвы в Гусь-Хрустальный. Заберешь тогда и откуда скажет, оставишь там, где скажет…все как обычно. Пятая часть твоя. Берешься?

— Пятая часть, плюс оплата дороги и жратвы в пути

— Хорошо, я передам, и, если согласится, оставлю твой «рабочий» номер… Слышь, «Док», а у тебя есть, чё…?

А еще «Доктор» уже замерз, сидя на этой лавочке…

Он достал новую сигарету, но закурить не успел. На видеофон, наконец-то, пришло виртуальное сообщение от заказчика:

«Груз на месте. Все как договорились»

«Хорошо», — вернув сигарету в пачку, ответил «Доктор», и, встав с давно опостылевшей лавочки, быстрым шагом направился к библиотеке

Несколькими минутами позже.

Открыв входную дверь в здание библиотеки, «Доктор» уже собрался было войти внутрь, когда его чуйка, словно током долбанула!

«Доктор» быстро развернулся и направился к месту для курения, где, достав сигарету, закурил, внимательно оглядывая округу…

«У нас тут стрёмный персонаж нарисовался, пробей по полицейской картотеке. Виртуальные изображения высылаю».

«Принято».

«Доктор» курил и топтался на месте. Идти за грузом не хотелось категорически. Чуйка, та самая, что столько лет позволяла ему оставаться живым и на свободе, спасая не раз и не два, просто вопила о том, что здесь явно какая-то подстава.

И если бы грузом заказчика был «хмурый» или любое другое «зелье», то он бы ни минуты не размышляя, развернулся бы и ушел, но…

Но сегодняшний груз — это «бабки». И за «бабки» не вешают! Да и найти их — не преступление.

А «бабки» ему, ох, как нужны! Причем немалые, ибо «хмурый» — не дешев, очень!

Не будет «бабок», не будет и «хмурого», а значит, во-первых, нечем будет «вмазаться». А во-вторых, не будет и Люськи…ибо, что может быть общего у него, высохшего «торчка» пятидесяти двух лет отроду, выглядящего на все семьдесят («хмурый» не молодит, да) и двадцатилетней красотки (по крайней мере пока…пока еще «зелье» не разрушило ее красоту до основания)? Только он, указатель дороги к женским сердцам и универсальный раздвигатель женских же ног, Его Величество «Хмурый» (разумеется, только тех ног, чьи обладательницы, как и он сам, крепко «сидят» на этом «зелье»)!

«Бабки» нужны…и «Доктор», сделав последнюю затяжку, не спеша направился за грузом.

«Персонаж в картотеке значится. Среди контингента известен, как «Доктор». Нарк с огромным стажем. Подозревается в занятии «перевозками», но за жабры так ни разу взять и не удавалось. Хитрая и опытная тварь. Зарегистрирован в одной из деревень Московской губернии».

«Принято. Или он решил сходить вечерком в библиотеку, почитать о вреде наркотиков, или…внимание, персонаж направляется в библиотеку».

«Принято».

Несколькими минутами позже.

«Доктор» стоял у стеллажа с классической японской литературой и неторопливо осматривался. Отсюда, вроде, и не видать никого, но…

На сердце отчего-то больно неспокойно.

Он внимательно осмотрел стеллаж. Третья полка. А вот и конверт…

Оглядевшись в последний раз, «Доктор» надел на руку целлофановый пакет и достав из кармана ультрафиолетовый фонарик, посветил им на конверт. Чисто!

Достав рукой, одетой в целлофан, из конверта «бабки», также посветил на них фонариком. Чистые и вроде не подделка…

«Нарк у закладки, что делает — особо не видно. Наблюдателей близко подводить опасно, осторожный».

«Принято. Близко к нему никого не подводить. Это стреляный воробей, спугнем. Скорее всего — это и есть наш пациент, но, в дальнейшем, и до особого распоряжения, наблюдения с закладки на всякий случай не снимать. Также, уже подключайтесь к системам наблюдения на наземном транспорте и на Метрополитене».

«Принято. К инфраструктуре Метрополитена подключиться не получится, на объекте установлены повышенные меры безопасности, в том числе Сетевой, нас обнаружат при попытке подключения».

«Принято. Если он ломанется туда, «пасите» его по старинке, и убедитесь, что люди на ключевых точках расставлены в должном количестве. Напоминаю, что небрежность недопустима. Он не должен вас срисовать. Не спугните его и не пропустите момента передачи или сброса посылки».

«Принято».

…в очередной раз оглядевшись, торопливо пересчитал купюры. Ровно тысяча тридцать рублей, как это и было условлено с заказчиком.

Убрав «свои» двести рублей, а также тридцатку на билеты и жратву (все, что останется, уйдет заказчику), «Доктор» посмотрел да деньги, что сейчас были в его руке, и которые словно бы говорили ему:

«Нахер этого «никому не нужного»! Бери нас и рви отсюда когти!».

И сейчас это искушение (как, впрочем, и всегда!) было велико, но…

«Не воровать у заказчика!» — было вторым из двух правил, которые строго соблюдал «Доктор».

Со стороны заказчика доверять перевозку «бабла» или «зелий» наркоману — это все равно, что назначить педофила — директором детского садика…, — подумал он, справившись с искушением, и пряча наличку заказчика в скрытом кармане за пазухой, а затем, быстрым шагом направился прочь из библиотеки, поймав на себе настороженный взгляд старой библиотекарши, — Но ему доверяют! Ибо у него есть репутация, которую он бережет, словно барышня — честь, уже долгие голы! А все потому, что строго придерживается двух своих правил!

«Нарк вышел из здания, и направляется в сторону остановки общественного транспорта».

«Принято».

Стоя на остановке и дожидаясь своего «номера», «Доктор» размышлял.

Его не «приняли» ни в момент взятия груза, ни на выходе из библиотеки. А значит…значит, что, если это, конечно, не его больная паранойя, то не он цель, а заказчик. И, если, вдруг что, то заказчика жалко конечно, но…

Но его работа проста: забрать груз и привезти его в указанное место! И все!

А вот и нужный «номер»!

«Нарк садится в автобус с бортовым номером:…».

«Принято».

* * *

«Нарк пересел на автобус с бортовым номером:…, груз все еще при нем».

«Принято».

* * *

«Нарк» покинул автобус, движется в направлении станции Метрополитена «Китай-город».

«Принято. Берем на сопровождение».

«Контрслежка?»

«Не обнаружена. Или ее осуществляют профессионалы очень высокого класса, или ее нет вовсе».

«Принято».

* * *

«Нарк вышел на станции «Сибирский вокзал» и движется в направлении выхода из Метрополитена, в сторону вокзала».

«Принято. Берем на сопровождение».

* * *

«Нарк купил билет до Мурома, в сидячий вагон».

«Принято. Организуйте сопровождение из не менее, чем из двух человек, на ротационной основе, на всем отрезке пути! Высока вероятность передачи груза в поезде».

«Принято».

«Доктор» зашел в дешёвую забегаловку при вокзале, где заказал картофельного пюре, с котлетой, и чай.

Устроившись за столиком у окна, он неспешно ужинал и боролся с «ломкой».

А также, размышлял, глядя на уличный фонарь за стеклом, разгоняющий вечернюю зимнюю тьму.

Почему чуйка сегодня так всполошилась? Легавых ищеек не было. В этом он был уверен практически наверняка, ибо проверял наличие «хвоста» не единожды, но…

Херовое место выбрал заказчик для закладки груза, очень херовое. Сердце неспокойно, давно уже такого не ощущал… Как же хочется «вмазаться»…

«Начинается посадка на электропоезд до Мурома! Посадка производится на пути номер семь…!», — выцепил он нужное сообщение, в практически непрекращающемся гуле ему подобных и встав из-за стола, направился на выход из забегаловки

Позже.

Поезд мягко «лягнулся», тронувшись с места, и «Доктор», наконец, расслабился (ну, насколько может расслабиться человек, целый день страдающий похмельем и ощущающий «ломку»).

Несмотря на праздничный вечер, этот «муромский» поезд был забит практически битком, и рядом с ним, в закутке возле туалета, сидели еще двое. Какая-то бабка, с кошелкой и с тележкой. И студенточка, что-то читавшая с экрана своей виртуальной книги, ровесница Люськи. Только, в отличие от любовницы, студенточка эта совсем не потасканного вида и без следов употребления «хмурого» на лице…

И глядя сейчас на эту деваху у «Доктора», как говорится, «задымился шишак» и он представил себе все те штуки, которые мог бы с ней проделать, уединись они в туалете этого поезда… От подобных мыслей, его даже «ломка» стала меньше мучить. А почему бы, собственно, и не попытаться? А, вдруг?! И когда она случайно пересеклась с ним взглядом, он, улыбнувшись, сказал:

— Привет!

Однако, вместо ответной ласковой улыбки, на физиономии девицы появилось выражение такой брезгливости, что…

Она, закатив глаза, вставила в свои уши «затычки» наушников, продолжив чтение, и более не обращала на него своего внимания. «Доктору» стало обидно. Очень.

Сука! — подумал он

— Ишь, чего удумал, старый похотливых козел! — начала шипеть бабка, сидевшая рядом, — Свои седые мундя решил к девице пристроить…

«Доктор» глубоко вдохнул и проигнорировал злобную бабку. Достав видеофон, взглянул на дисплей. Еще около двух часов и его заказ будет выполнен… Два часа…

А затем, вновь посмотрел на девицу. И снова на видеофон…

Видеофон, записанный на имя «Штыря», и купленный им для «Доктора» за две дозы «хмурого», специально для подобной работы. Много лет назад это было. От аппарата этого нужно было бы уже давным-давно избавиться, но…

Он снова посмотрел на девицу, и на него нахлынула натуральная злоба.

Уж «Штырь»-то точно знал, как вести себя с подобными бабами! Ибо был не только наркоманом со стажем, но и серийным насильником, много лет подряд безнаказанно терзавшим своих жертв. Жертвы изнасилования в полицию обычно не заявляют, ибо это — гарантированная потеря репутации, и «Штырь» этим пользовался в полный рост. И все бы у «Штыря» было бы хорошо (настолько, насколько все может быть хорошо у подобного персонажа) и по сей день, не наскучь ему обыкновенные бабы.

Он решил «попробовать» «знатную» барышню. И ведь каким-то макаром «попробовал»…, но об этом, к его несчастью, прознали ее родственники, которые, как кое-кто утверждал, вместо того, чтобы заявить на насильника в полицию, нашли «Штыря» и недолго думая, закопали в сырую землицу живьем. Причем в прямом смысле слова. И «Доктор» склонен в это верить, ибо «Штырь» внезапно и бесследно пропал…

Полиция «Штыря» не разыскивала. Родных, которым такой занятный персонаж был бы интересен и нужен, у него тоже не имелось. Нет человека, и никогда не было! А это значит, что видеофон «Доктора», купленный на имя «Штыря», стал поистине бесценным артефактом.

На одной из остановок, девица вышла из вагона (и даже не взглянула на него, сука!), а ее место занял тип с несимпатичной рожей (впрочем, справедливости ради, «Доктор» вполне ясно осознавал и то, что его собственная рожа ничем не краше, скорее даже, наоборот…)

Позже.

«Нарк вышел на Гусе-Хрустальном».

«Принято. Берем на сопровождение».

«Доктор», выйдя из вагона на перрон (билет он купил, на всякий случай, аж до самого Мурома, выскочив в последний момент на «Гусе»), и поежившись от холода и «ломки», огляделся, после чего, быстрым шагом направился в сторону вокзала. Его интересовали камеры хранения. Вернее, одна из них, та, что под номером 37.

«Внимание, нарк доставляет посылку!».

«Принято».

В последний раз оглядевшись у камеры хранения (народу вокруг было полно и все были заняты своими делами), «Доктор» засунул руку (одетую вновь в целлофановый пакет) в потайной карман за пазухой и одним быстрым движением закинул «бабки» заказчика в ячейку, после чего, захлопнул дверцу и внеся плату, ввел оговоренный заранее код. Затем, выйдя из здания железнодорожного вокзала на улицу, и закурив, отправил заказчику сообщение:

«Ваш заказ доставлен».

А докурив, быстрым шагом направился к железнодорожным кассам.

«Нарк произвел закладку груза в ячейку камеры хранения номер 37, это подтверждено данными объективного контроля, ошибки быть не может».

«Принято. Нарка оставляйте на сопровождении до того момента, пока он не покинет «Гуся». 37 ячейку на контроль. Контрслежка?».

«Принято. Возможно, тут один нервный тип сидит, делает вид, что читает. Вероятно, заказчик. Высылаю виртуальные изображения».

«Принято».

Около часа спустя.

Худощавый юноша, на вид, двадцати с чем-то лет, сидевший невдалеке от камер хранения, в ячейке одной из которых «Доктор» оставил свой груз, и делавший вид, что что-то читал с экрана своего видеофона, встал и быстрым шагом направился к этим самым камерам.

Все, в итоге, получилось ровно так, как планировал! — подумал он, изрядно нервничая и набирая на сенсорном дисплее известный ему код от ячейки номер 37, которая с характерным щелчком отворила свою дверцу.

«Внимание! За посылкой пришли. Это тот же тип, о котором докладывал ранее. Отправляю виртуальные изображения получателя. Берем его на сопровождение».

«Принято. В сопровождении нет надобности. Цель достигнута. Наблюдение со всех объектов снять. Хорошо поработали, свою премию получите обычным порядком».

«Принято».

Быстро оглядевшись по сторонам и убедившись в том, что за ним никто не наблюдает, юноша осмотрел содержимое ячейки.

Деньги! Сотенные купюры, плюс еще несколько, номиналом в один, два и десять рублей, соответственно.

Быстро собрав деньги и сунув их в верхний карман своей зимней куртки, юноша направился в направлении выхода из здания вокзала.

— Легкие деньги! — тихим шепотом сказал он самому себе и улыбнулся, правда улыбка вышла слегка нервозная, — Спасибо моему маленькому чудному спонсору…

Юноша хорошо понимал, что бесхарактерная богатенькая барышня не станет ерепениться, рискуя собственной репутацией, и просто будет от него откупаться. В конце концов, что для нее те деньги? Так, мелочь… А для него — это огромные средства!

Единственное, что ему крайне не понравилось — так это ее категорический отказ (а отказов от нее он не ждал!) проделывать на камеру разные штуки со своей «щёлкой», а без этого потом будет сложнее…ну да, ладно, будет еще время «поработать» с ней как следует. Никуда она уже не денется…

— Нужно Лизке цветов купить, — вслух произнес он, заметив работающий цветочный киоск и направился к нему

02 января 2020 года, Имение Семьи Кайи, кабинет Хозяина, утро.

По окончанию утреннего виртуального оперативного совещания с руководством предприятий, в дверь кабинета легонько постучали.

— Войдите, — разрешил Хозяин кабинета и нынешний глава службы безопасности Филатовых вошел в помещение

— Доброе утро, барин, — поздоровался он с Хозяином, и с характерной для военного походкой, направился вглубь кабинета, к столу, за которым сидел Игорь Филатов

— Доброе, — ответил тот, и не торопясь поднялся из своего кресла, протягивая руку вошедшему, которую тот пожал, — присаживайся, пожалуйста

— Анечка, — проговорил Хозяин в свой «умный» браслет, — будь добра мне кофе и чай для Николая Семеновича

— Конечно, Игорь Владимирович, одну минутку, пожалуйста! — ответила секретарь

И уже через минуту за секретарем закрылась дверь, а перед мужчинами стояли чашки с кофе и с чаем, плюс две небольшие корзинки с печеньем.

— Есть нечто, требующее моего немедленного внимания? — поинтересовался Хозяин

— Есть. И не мало, — ответил Николай Семенович, открывая принесенную с собой папку

Минут сорок спустя.

— …и еще, о той самой небольшой проблеме, — сказал Николай Семенович, закрывая свою папку

— Удалось что-то выяснить? — спросил Хозяин

— Информация, полученная от барышни, подтвердилась. Шантажистом, по крайней мере одним из, является некто Ткачев Роман Владимирович, двадцати четырех лет, аспирант Владимирского Технического Института. Зарегистрирован по тому же адресу, где расположена точка доступа, через которую подключался к Сети шантажист. Судя по всему, состоит в отношениях с дочерью хозяйки квартиры, на имя которой и зарегистрирована точка доступа. Именно он, сегодняшней ночью, и забирал деньги, полученные от Ляпиной Ии с помощью шантажа, из камеры хранения на вокзале в Гусе-Хрустальном

— Тезка нашего Ромы, значит… А из Москвы, кто привез деньги на этот самый вокзал? — поинтересовался Хозяин

— Наркоман, промышляющий перевозками всякого, — ответил глава службы безопасности

— Он может быть в курсе происходящего? — уточнил Хозяин

— Нет, это всего лишь курьер. Однако, он, теоретически, мог увидеть барышню, выходившую из того здания, где она оставила деньги, и…, — ответил Николай Семенович

— Теоретически, значит…, — постучал пальцами по столешнице Хозяин и отдал распоряжение, — разберись, пожалуйста, со всем этим. Я обещал дочери, что у ее подруги более не возникнет проблем с этим… Так что их у нее больше быть не должно. Как все будет сделано, доложи мне

— Как скажите, барин, — ответил Николай Семенович и поднялся со своего места

05 января 2020, Владимирская губерния, город Гусь-Хрустальный, дом 13 по ул. Березовая аллея, квартира номер 57, около восьми вечера. Кухня.

На кухонной столешнице, одетая лишь в футболку, сидела молоденькая девушка, руками обхватившая шею худощавого юноши, одетого в носки и часы, и который, в данный момент совершал фрикции, находясь меж ее ног. Короче говоря, парочка занималась тем, чем и должна была заниматься молодая парочка, во время отсутствие родителей (хозяйка квартиры, матушка этой девушки, была сегодня на «сутках» в больнице, ибо работала в ней старшей медсестрой). В кухне раздавались лишь характерные для происходящего звуки.

— Все, Лиз! — вскрикнул юноша, резко отстранившись от подруги

— Маловато будет! — скорчила девушка деланно расстроенную моську, и взяв «испаритель», затянулась, выпуская, затем, облако пара, пахнущего клубникой, — Ром, я решительно требую продолжения!

— Само собой, любимая, — ответил тот, торопливо снимая презерватив и вытирая «прибор» салфеткой, после чего, выкинув оба использованных расходных предмета, достал из холодильника бутылку пива, и жадно принялся пить

— А мне пива? — расстроенным тоном спросила подруга, выпуская очередное облачко пара

Не говоря ни слова, юноша достал из холодильника еще бутылку, и открыв ее, передал подруге.

— Спасибо, — ответила та, прикладываясь к горлышку

Утолив жажду, она вновь взяла «испаритель» и поинтересовалась (уже безо всякого игривого тона в голосе):

— Любимый, ты мне так и не рассказал, откуда у тебя те деньги?

— Лиза…, — выдохнул юноша, начиная раздражаться, ибо, отвечая на этот вопрос, ему придется врать, а Лиза, даром что ей всего семнадцать, всегда прекрасно понимала, когда он говорит правду, а когда нет…

Рассказать ей правду о происхождении денег, он, разумеется, никак не мог, ибо его подруга — добрейшей души человек, и всегда «за все хорошее, против всего плохого». И узнай она о том, что деньги эти он добыл путем шантажа богатенькой барышни, и всё… На этом их отношения однозначно будут окончены! А он категорически не хотел их заканчивать!

К его счастью, ложь говорить не пришлось, ибо в дверь позвонили…

— Это доставка…, — сказал Рома и торопливо принялся натягивать треники и футболку, схватив их со стула

— Доставка? — удивленно поинтересовалась Лиза

— Да, я заказал из ресторана для нас ужин…, — ответил юноша и взглянув на часы, добавил, — но они что-то рановато… Я сейчас!

— Рома? — громко крикнула она, когда через полминутки в коридоре послышалась какая-то возня

Ее друг не ответил, но буквально в следующий же миг, на кухню вломились трое каких-то незнакомых мужчин, толкая перед собой ее Романа, онемевшего от страха.

— Ай! — вскрикнула она, внезапно осознав, что сидит на столешнице в одной лишь футболке и эти мужчины видят то, чего видеть им никак не следует!

Лиза, спрыгнув со столешницы, забилась в угол кухни, усевшись таким образом, чтобы незваным гостям там было ничего не видать.

— Чего вам нужно? — гораздо более высоким голосом, чем бы ему самому хотелось, спросил, более-менее пришедший в себя Рома, вставая в боксерскую стойку (ну, по крайней мере, попытался) и заслоняя собой подругу, — Убирайтесь вон из квартиры!

Однако, вместо того, чтобы послушаться его и убраться вон, один из троих незваных гостей (на всех на них были надеты бахилы, перчатки и какие-то шапочки, как у хирургов), самый старший, на вид, сделал шаг ему навстречу и нанес короткий, но сильный удар под дых. Рома, задохнувшись, упал на пол.

— Ну что, Роман Владимирович, или к вам лучше обращаться «никому не нужный»? Восстание боксеров окончено?

— Не слушай их, Лиз…, — сумел прошептать Рома

— Зачем вы мучаете моего Рому?! Чего вам нужно? — заикаясь спросила Лиза, — В нашем доме нет ничего особенно ценного…

— Ваши ценности, девица, нам совершенно без надобности. Мы не затем пришли. У нашего друга, — тот тип, что ударил Рому, кивнул на своего товарища, — сегодня День Рождения…

— Ппозздраввляю, — Лиза каким-то образом смогла даже выдавить из себя улыбку, хоть и весьма безрадостную

— Ну, а какой же праздник-то без музыки? — улыбнувшись ей, продолжил все тот же тип

— Музыка…музыка в комнате, — произнесла Лиза

— Ну, тогда нам всем нужно проследовать в комнату…вставайте, оба! — приказал незваный гость

— А…не могли бы вы отвернуться? — тихонько спросила Лиза

— Нет, не могли бы. Вставайте, девица, не заставляйте меня повторять дважды, — с неприятной улыбочкой ответил он

И Лиза, завороженно глядя, как кролик на удава, на этого мужчину, встала и пытаясь прикрыть руками наготу своей нижней части тела, направилась в комнату. Так стыдно и страшно ей до сего момента еще не бывало… И она заплакала.

— Сволочи, — тихим голосом сказал Рома

— Ну, а ты чего разлегся? Особое приглашение нужно? Вставай, давай…»никому не нужный»!

В комнате.

— Можно я оденусь…? — застенчиво начала Лиза

— Нельзя! — перебил ее мужчина, — На диван, быстро!

— Сейчас придут люди из ресторана…, — начал было юноша, но…

— Не, придут, не беспокойся об этом! — «успокоил» его один из визитеров

— Что вы собрались с ней делать…? — вновь воскликнул Рома, и его вновь ударили под дых, и он вновь оказался на полу

В комнате на мгновение воцарилась тишина.

— Давай, — сказал главный тип, — только не переусердствуй, все должно быть сделано так, слово это он…

Главарь этого трио кивнул на Рому.

— Само собой, — ответил ему «коллега», громко включив музыку, и достав из своей сумки какой-то металлический прут, подошел к дивану, на котором сидела, поджав ноги, Лиза

— Девица, посмотри, пожалуйста вооон туда, — сказал мужчина на ухо Лизе, указав взглядом в нужном направлении

И Лиза послушно перевела взор на указанное место. И в этот самый момент, мужчина ударил ее своим металлическим прутом в висок…

Лиза кулем свалилась на диван, сознание моментально оставило ее. Лишь только руки и ноги дергались, словно у припадочной, а мужчина, будто заводской станок, продолжал наносить ей удар за ударом. По голове, по телу…

— Всё, — через некоторое время, заявил убийца своему начальству и сделал музыку тише

— Вы. вы…вы…, — широко раскрыв глаза, начал Роман, глядя на то, что эти нелюди сделали с его любимой, — вы…Лиза была…она…она была такой…доброй…она…она и мухи не…не обидела…а вы…вы убили ее…вы…

А затем, зарыдал.

— Нет, Роман Владимирович, нет…, — ответил главный из этого трио убийц, и потрепал парня по плечу, — Не нужно все это сваливать на нас! Это ты! Это ты сам, своими собственными руками, убил любимую девушку!