Глава 34.

Артём.

Столько своих фоток я не видел даже в домашнем архиве. Все новостные паблики пестрят кадрами с вечеринки Лавровых. Только ленивый мне не скинул запись, где я уверенно обнимаю депутатскую дочку. Даже мои родителям досталось – большинство родственников просто не могли не поинтересоваться, в курсе ли они с кем встречается их сын, и как же так вышло. Короче, за пару дней мне жуть как надоело собственное лицо, то и дело вылезающее через пост в каждой соц. сети.

На удивление присутствует Кузина не испортило праздник, и он вроде даже искренне поздравил Марианну.

Бомбически радовало приближение нового года, потому что в отличие, от дня рождения Марианны его мы собирались праздновать в тесном семейном кругу. Сначала каждый с предками, а потом вместе. Это первая совместная встреча нового года и поэтому хочется чего-то необычного, запоминающегося.

В декабре игры нет и впервые меня это радует, так как не нужно отвлекаться от Марианны. Никогда не думал, что окажусь в окружение политиков, юристов, бизнесменов и мажорчиков, и уж тем более втюрюсь в одно из них по уши. Меня жесть как удивляет, что Лавров не лезет в наши отношения, хотя мой собственный отец неоднократно пытался, у него какая-то необъяснимая неприязнь к Марианне, надеюсь временная.

Неделю всё шло просто зашибись. Каждый вечер встречались с Марианной, теперь охранник из их посёлка воспринимал меня за своего, да и в доме Лавровых ко мне относились достаточно тепло, несмотря на суровое лицо Андрея Викторовича. А вот в лицеи Кузин до сих пор косился на меня, видимо ему снова что-то в голову взбрело, потому что он то и дело пытался меня задеть. И однажды ему то удалось.

- Смотри куда прёшь – врезался в меня Богдан в коридоре лицея.

- Так это у тебя проблемы с координацией – усмехаюсь.

- Ты сильно то не борзей – взъерошил волосы. – Думаешь если с Лавровой мутишь, то всё можно, хм? – кивает головой, скалясь.

Собираюсь просто проигнорировать Кузина, словно он пустое место. Но бесит жёстко. Всё, гуляй парень, ты свободен, но нет же, он постоянно крутится возле МОЕЙ девушки.

- Что будешь делать, когда ей надоест крутить с нищебродом? – кидает мне в спину.

- Обязательно спрошу совета у тебя – разворачиваюсь к нему. – Тебе бабки отца не сильно помогли – начинаю психовать.

- Слышь – Кузин сокращает расстояние между нами. – Ей просто новенького захотелось – усмехается. – Щас перебесится, и сама приползёт.

- Ага, обязательно – начинаю в открытую угорать. – Идиот.

Как точно началась драка не помню, последнее что отчётливо засело в памяти это сильный толчок в грудь, дальше всё как в тумане, ярость глушит любые нотки разума.

Нас с трудом разняли четверо парней, и когда пелена с глаз начала спадать, а ярость притихла, взгляд оценивал последствия побоища. Косточки на руках стёсаны, по ладоням течёт кровь, как оказалась и по лицу тоже, но и Богдану досталось. Кузин размазывал ладонью по лицу кровь которая хлыстала из носа и всё не хотела останавливаться, под левым глазом завтра сто пудово будет красоваться мощный фингал.

- Быстро умылись и в мой кабинет – скомандовала Львовна, которую до этого я и не замечал.

Когда я зашёл в кабинет, Кузин уже довольно лыбился, сложив руки на груди. Ну понятно, уже договорились.

- Можешь идти, Богдан – прервала наши переглядки. – Садись – указывает на стул стоящий рядом с её столом, громок вздыхает прежде чем начать разговор. – Артём – делает паузу. – Я тебе уже говорила, здесь учатся непростые дети и ты среди них - исключение. К тебе другие требования. И к сожалению – стучит ручкой по открытому блокноту. – К огромному, мне придётся тебя исключить. Мне жаль. Правда – аккуратно кладёт ручку и закрывает записную книжку. – Родителям я уже сообщила.

- Быстро вы – только и вылетает у меня. – Понятно.

Собираюсь выйти без разрешения, всё хорош. Не вышло быть хорошим для всех.

Но дверь резко раскрывается и в кабинет словно ночная фурия влетает Марианна

- И это по-вашему справедливо? – не закрыв дверь начинает кричать в адрес директрисы.

- Успокойся, Лаврова – выдыхает. – Только тебя мне сейчас не хватало.

- Да мне всё равно что вам там не хватает – психует. – Какого вы решили исключить Кострова, и отделаться беседой с Кузиным?

- Лаврова, тебя это не касается – встаёт Львовна из-за стола. – Выйди.

- Ага, щас – садится рядом со мной. – Отец уже едет.

- Твой? – её глаза расширяются то ли от удивления, то ли от страха.

- Мой – говорит уже спокойно, кивает головой в подтверждение. – Всё будет хорошо – шепчет мне на ухо, сжимая мою ладонь.

Я удивлен не меньше Маргариты Львовны, что депутат Лавров едет спасать мою пятую точку. Даже если ничего не выгорит, факт того, что Марианна сейчас со мной рядом перекрывает всё что будет дальше.

Сидеть в тишине пришлось не долго, дверь кабинета открылась без стука, в кабинет зашёл Андрей Викторович, но не один, а в компании отца Богдана – Алексея Кузина.

- Здравствуйте Маргарита Львовна – поприветствовали мужчины практически одновременно. – Мы с Алексеем – указала на своего собеседника. – Поговорили и решили, что причин для отчисления Артёма, нет – мой взгляд бегал от Лаврова к Кузину, и обратно. Это нормально, что отец Богдана не хочет стереть меня с лица Земли?

- Ну поспорили пацаны – Алексей подошёл ближе к столу директрисы, которая застыла и кажется онемела. – Ну с кем не бывало? Хотите сказать в наше время не так что ли было?

- Отлично – Лавров похлопал Кузина по плечу. - Вот и порешали – не дожидаясь ответа молчаливой Львовны. – Артём, Марианна можете идти на занятия. Поговорим позже.

- Спасибо – не уверенно кивнул.

Чертовски напрягает это «поговорим позже». Вот что это значит? Что вечером меня ждёт взбучка или вдруг ещё страшнее, начнёт запрещать встречаться с его дочерью. Но тогда ему было бы проще если бы меня исключили. А что если Марианна ему что-то пообещала за моё спасение? Короче, куча вопросов, на которых нет ответа. Кринж.

Прежде чем мы вышли и кабинета, его покинул отец Богдана и когда мы вышли то стали свидетелями неприятного семейного разговора.

«- Хватит ныть как баба! – строгий голос Алексея, отличался от того, каким он был в кабинете директрисы. – Ты сам не смог удержать девчонку. Чё теперь пальцы гнёшь? Я твой зад прикрывать не собираюсь, уже не мальчик, разбирайся сам. Уяснил?»

Ответа от Богдана не последовало, или мы просто его не слышали. Но какой-то неприятный осадок всё равно остался.

Мы почти дошли до кабинета, когда я увидел отца, идущего нам на встречу. Мужчина явно был зол. Полный ждец.

- Артём! Что за дичь? – отец был ещё достаточно далеко, но уже начал выяснять ситуацию. – И какого тебя отчислили? – выпалил сквозь зубы. – Что у тебя с лицом? – я почувствовал себя на допросе, отец забрасывал вопросами не давая вставить и слова.

- Всё нормально – наконец он сделал небольшую паузу. – Маргарита Львовна ошиблась, меня не отчислили.

- Это всё из-за этой? – кивнул в сторону Марианны, будто её и не было рядом.

- Да это всё из-за меня – гордо вскинула голову, опередив меня с ответом.

- Не удивлён – цыкнул. – Изначально был против твоего присутствия в его жизни – практически шипит в сторону Лавровой.

- Она тут не при чём – выхожу вперёд, закрывая Марианну собой. – У нас сейчас занятия, потом поговорим – пользуюсь фишкой Андрея Викторовича и утаскиваю Лаврову в кабинет.

Дома меня сто процентов ждёт скандал, но это будет потом.

День подошёл к концу и уже по создавшейся традиции Марианна подвозит меня до дома, выходя из машины заметил отца, стоявшего на балконе. Не ужели караулит? Увидим меня, вернулся в квартиру. Значит точно ждал меня.

- Нагулялся? – начал сразу с порога.

- Я на занятиях был так-то – закатываю глаза.

- А личным водителем давно обзавёлся?

- Ну подвозит меня Марианна с Павлов. И чё? Проблема прям? – бешусь.

- Ты как с отцом разговариваешь? – ага, коронная подошла.

- Так же как ты с Марианной сегодня – выплескиваю собравшуюся обиду.

- Ну ты ещё скажи, что ты не из-за неё по роже получил.

- Да блин – психую. – Даже если и из-за неё, тебе то какое дело? – чувство злости переполняет.

- Ребят ну хватит ругаться – пытается утихомирить нас мама.

- Мне какое дело? – не унимается отец. – Да тебя отчислить могли – переходит на крик.

- Ну не отчислили же – отвечаю в той же манере. – И вот это кстати благодаря Марианне.

- Мне не нравится ни эта девчонка, ни её семейка – устало плюхается в кресло.

- Да это мы поняли. Все поняли – направляюсь к себе в комнату. – Но знаешь пап, - торможу возле него. – Мне это до лампочки. Совсем – киваю и сваливаю к себе.

От первой серьёзной перепалки с предком, тело потрясывает, а когда уходит злость, накатывает грусть и какой-то стыд что ли.

Через несколько часов мама позвала нас ужинать. За столом чувствовалось напряжение. И это давило на меня с необъяснимой силой.

- Пап – привлек его внимание. – Ты меня извини за сегодняшнее – говорю на одном дыхание. – Но не нужно пытаться настроить меня против Марианны и её семьи. Она может не нравится тебе, но мне она очень нравится, наверное, даже больше, чем просто нравится – смотрю как по лицу мамы расплывается улыбка, отец какое-то время молчит, несколько раз глубоко вздыхает.

- Я понял Артём. Ты тоже меня прости. Вспылил – с грустью усмехается. – И когда Алис он успел так повзрослеть? – обращается к маме.

- Сама в шоке, Серёж – пожимает плечами. – Вчера вроде по двору с палкой носился, а сегодня уже вон – показывает на меня ладонью. – Молодой человек, в футбол играет, за девушку заступается. Оглянуться не успеем, а он скажет: - «Всё женюсь».

- Маам – мотаю головой. – Не придумывай.

Как-то резко пришло осознание, что мы с Лавровой даже не разговаривали о подобном. Про новый этап в отношениях было, но мы договорились, что дождёмся восемнадцати, точнее это даже больше было её условие, так что это мне ждать. А про брак и совместное будущее мы даже не разговаривали. Видимо, рано слишком ещё.

Пришлось целых два дня убеждать голубоглазку, что отец ничего против неё не имеет, и просто был не в духе, что кстати и не совсем то и ложь. Он часто с работы с таким себе настроем приходит. Так что доля правды тут всё же есть.

Не знаю каким способом, но мать уговорила отца отпустить меня на новый год к Лавровым ещё тридцать первого.

Поэтому последний день декабря начался рили волнительно. Каждую минуту казалось, что что-то пойдёт не так.

Но когда уже знакомая машина с Павлом пересекла охранный пункт элитного посёлка, я начал переживать ещё больше. Разговор с отцом не прошёл бесследно, и я всё чаще задумывался про то, что теперь Паша возит не только Лавровы, но и мой зад.

Ворота дома Лавровых, как и многие другие, были увешаны маленькими огоньками, спускающимися на забор, обводя участок по периметру. Первое что бросилось в глаза, когда я оказался во дворе, это украшенные живые ели, которые осенью мной остались незамеченными. Украшения всех вечнозелёных деревьев, были выполнены в определенном стиле и формировали общую стилистику. Выглядело это как в зарубежных фильмах.

Но самый кайф ждал меня внутри. Небольшая, но очень пушистая ёлка стояла в центре комнаты, украшенная в красно-золотые оттенки, периллы лестниц были декорированы в цвет к ели. По дому было много различных декораций, и разных украшений, многие из которых были сделаны из живых веток ели.

Но самая главная красота – Марианна. Девушка не шла ко мне, а плыла. Длинное в пол платье, разлеталось, играя на свету светлым, переходящим в бордовый, градиентом, который делал её походку плывущей. Взгляд от пола, нежно, но целеустремленно устремлялся выше, сканируя каждый сантиметр её тела. Платье идеально сидела по фигуре, а дополнительный пояс, подчеркивал её талию. Наряд держался на груди, которая так сильно акцентировала, из-за открытых плеч и чёрной верхней части. На нежной, хрупкой шеи девушке, на цепочке висел тот самый, подаренный мною, золотой ключик. Марианна прекрасна от природы, поэтому я рад, что она не использовала тонну «штукатурки» на своём лице, девушка лишь слегка подчеркнула глаза. Волосы собраны в небольшой пучок, с несколькими волнистыми прядями возле лица.

- Ты восхитительна – целую, я был бы более напорист если бы не ощущал пристальный взгляд предков Марианны.

- Спасибо, ты тоже – встала рядом, вложив свою ладонь в мою, и я сжал её сильнее.

В отличие от Марианны, и от Светланы, мы с Андреем Викторовичем особо не парились над костюмом. Словно сговорившись, мы выбрали джинсы, и классическую белую рубашку.

- Хочу хотя бы дома выглядить, так как хочется мне – вдруг прокомментировал мой изучающий взгляд Лавров.

Я понимающе кивнул, чисто потому что не знал, что сказать. Чувство неловкости не покидало меня ещё долго. Но после шикарного ужина, речи президента и салюта, мы с Марианной остались одни и я наконец-то расслабился.

- Давай выйдем во двор – предложил Марианне, потому что приготовил ей небольшой подарок.

- Любопытно – усмехнулась. Всё-таки она смышлёная девчонка. – Есть повод поморозится?

- Ага- кивнул.

Мы вышли на улицу, и я протянул ей небольшую красную коробочку, выполненную в китайском стиле, с изображением золотого дракона.

Марианна осторожно, постоянно поглядывая на меня раскрывает коробку. И когда она добирается до содержимого, по её лицу растекается улыбка. Она достаёт китайский фонарь, который я сделал на заказ, с надписью - «Однажды я тебя загадал, и ты сбылась», протягиваю зажигалку, которую всё время крутил в кармане куртки. Рядом с фонариком небольшая красная нить, с серебренным знаком бесконечности.

Тонкими, аккуратными пальчиками Марианна держит своеобразный браслет, который я тут же подрываюсь застегнуть.

Фонарик с моей правдой улетает в небо, а символ моей любви красуется на запястье моей любимой.