ГЛАВА 5, в которой мэра стреножат

Мэр Дрэггонс стоял у окна и разглядывал пронизанную солнечными лучами улицу. Летняя какофония: цоканье копыт лошадей, звон посуды из ресторана напротив, журчанье струй фонтана и заливистое пение птиц, – все это врывалось в открытые по случаю жары окна и оседало мельчайшей пылью на грузных томах делопроизводства и потертых корешках папок, которыми был завален стол хозяина кабинета. По ссутулившейся спине мужчины Лисси показалось, что и сам мэр мечтает о том, чтобы вспорхнуть подобно птичке – этакой толстенькой и круглобокой птичке – и улететь подальше из этого душного кабинета в сияющий летний день. Мужчина вздохнул, промокнул лысину платком, обернулся к посетительнице и вздохнул еще глубже и обреченней. – Прошу вас, нисса Меззерли, садитесь! – любезно предложил он, и Лисси снова испытала сочувствие к мэру, представив, сколько сил стоила ему эта любезность. – Какое дело привело вас ко мне? – Видите ли, нисс Дрэггонс, – начала Лисси. – Я уже окончила школу, и наступила пора вступать во взрослую жизнь. – Вот как? Выросли, говорите? – поднял брови мэр, и этот излом бровей являл собой скепсис в чистом виде. – И собираетесь ступить на дорогу жизни… И как же вы представляете себе этот… м-м… путь во взрослую жизнь? Тут нисс Дрэггонс поднял на Лисси глаза, и она ясно прочитала во взгляде мужчины, что путь Фелиции Меззерли не кажется мэру Груембьерра ни в коем случае той проторенной дорогой, по которой организованными рядами ходят добропорядочные граждане. Скорее, этот путь представляется ему кривой лазейкой, темным коридором, полным неприятных сюрпризов за каждым углом, проулком в адских трущобах, где тебя на каждом углу подстерегает громила с дубинкой и сакраментальным вопросом: «Вы не скажете, как пройти в библиотеку, а то закурить хочется?» – Я собираюсь открыть в нашем городе кондитерскую, – с подкупающей откровенностью призналась Лисси. – У нас же нет ни одного специализированного на десертах магазина. А для этого мне сначала нужно получить разрешение городских властей, проще говоря, ваше, нисс Дрэггонс. Недоверие, которое отразилось в глазах мэра, чуть смутило Лисси. Она тоже понимала, что ее путь к славе и успеху тернист и крут, но вот подобное недоверие все же было обидно. Ну честное слово, коржики-моржики, неужели он думает, что… – Просто кондитерская, нисс Дрэггонс, – уточнила Лисси. – Не подпольный клуб для террористов, не перевалочный склад контрабандистов, не храм тайной секты пожирателей обезьяньих мозгов, не мастерская по изготовлению динамита, не… – Нет? – Нет. – Вы можете это гарантировать, нисса? – Безусловно. Со всей ответственностью. – Вот как? То есть прямо голову даете на отсечение? Мэр продолжал разглядывать Лисси, как редкую чешуекрылую, занесенную летним ветром в его кабинет. – Нисс Дрэггонс! – взмолилась Лисси. – Ну вы ведь знаете, как я люблю готовить сладкое. Вы же сами хвалили мои пирожные с пьяными вишнями, которые я приготовила для школьного бала Зимнего Коловорота… Взгляд мэра чуть смягчился. – И еще раз я приготовила вам в подарок от класса самодельные трюфели, когда вы инспектировали нашу школу два года назад… Глаза мэра затуманились от сладких воспоминаний, и он чуть было даже не сглотнул. – Ну предположим, – осторожно сказал он, слегка приоткрывая пуленепробиваемую дверь своего доверия, – предположим, что я клюну на эту удо… на секундочку вам поверю… – он повелительно поднял руку, поскольку Лисси открыла было рот для бурных восклицаний, – но перед тем, как я дам вам свое окончательное и безоговорочное согласие и запущу процесс по выдаче лицензии, я хотел бы у вас узнать одну деталь. Одну малюсенькую деталь, – тут мэр поморщился. – Попросил бы вас, так сказать, пролить свет на одно темное дело. – Разумеется, спрашивайте, нисс мэр, – с полным присутствием духа предложила Лисси и приготовилась к обороне. Мэр снова встал и отошел к окну. Летний день за окном благоухал и мешал настроиться на рабочий лад. Хотя… Вряд ли что-либо вообще в целом мире могло настроить мэра на разговор с Фелицией Меззерли. И тем не менее эта самая Фелиция восседала сейчас перед мэром в кресле для посетителей, и выковырять ее из этого самого кресла мэру представлялось подвигом, непосильным даже тому древнему герою, которого запомнила из курса истории Мэгги. – Видите ли, нисса, – неохотно начал мэр, вздохнув уже совсем душераздирающе, – с самого начала весны мне не дает покоя одна история. – Какая же? – Дело в том… дело в том, – тут мэр замялся и покосился на невинное личико Лисси, на котором веснушки играли в чехарду. Нет, ну решительно нельзя было себе вообразить, чтобы эта очаровательная девушка… Но если не она, то кто?! Мэр снова промокнул вспотевшую лысину. – Короче, мне не дает покоя один инцидент, который произошел с ниссимой Шарлин. – С нашей аптекаршей? – Именно. – И что же с ней произошло? Мэр снова покосился на посетительницу и понял, что скоро рискует заработать косоглазие. Тогда он нехотя вернулся в свое кресло, которое сейчас ему казалось пыточным инструментом, и прямо взглянул в глаза девушки. Нет, ну у нее такой невинный вид, что… Да если бы он не знал, кто такая, а вернее что такое Фелиция Меззерли… Мэр покашлял. – Дело в следующем. В один прекрасный… – мэр скривился, – в один не прекрасный день в аптеку ниссимы Шарлин началось целое паломничество мужчин среднего и пожилого возраста. Все эти мужчины приходили, долго толкались в аптеке, ожидая, пока другие клиенты покинут помещение, потом воровато оглядывались вокруг и шепотом просили у ниссимы аптекарши дать им… цитирую дословно: «попрыгунчика-поскакунчика», – мэр снова закашлялся. Лисси хихикнула, но сразу же сделала серьезное лицо. – А что это такое? – спросила она с самым невинным видом. – Аптекарша задавала посетителям такой же вопрос, – с осуждением произнес мэр, – но мужчины почему-то краснели и вместо объяснений предпочитали спешно покинуть аптеку. Однако поток жаждущих купить этот загадочный товар только увеличивался. Тогда уважаемой ниссиме пришлось обратиться в полицию. Был послан полицейский, который, сидя тайно за стеной, ожидал очередного странного шептуна. И он таки не преминул явиться. Бедолагу задержали, отвели в участок и любезно допросили, какого черта происходит, и что это за загадочный «попрыгунчик-поскакунчик», на которого охотятся все мужчины города. Лисси снова хихикнула и снова резко посерьезнела, увидев укор во взоре мэра. – И что же выяснила наша доблестная полиция? – спросила она сладким голоском. – А выяснила она, нисса Меззерли, прелюбопытнейшую вещь. Оказывается, какой-то шутник… или шутница, – с нажимом произнес мэр и посмотрел с намеком на девушку, – разослал всем немолодым мужчинам нашего города рекламное письмо, в котором говорилось, что в аптеке ниссимы Шарлин продается чудодейственный препарат, повышающий мужскую потенц… м-м… увеличивающий мужскую силу. Лисси снова хихикнула. – Да неужели? – с сочувствием поинтересовалась она. – Да-да, и ничего веселого в этом нет. В письме утверждалось, что лекарство это контрабандное. Покупать его нужно тайком. А кодовым словом для покупки будет пароль «попрыгунчик-поскакунчик». Лисси сдерживалась изо всех сил. Превозмогая боль в челюсти, задушенным голосом она спросила: – А почему вы мне это рассказываете, нисс Дрэггонс? – А затем, нисса Меззерли, – объяснил начинающий закипать мэр, – что я хотел бы спросить вас напрямую… – Да-да, конечно. – Это ваших рук дело? – рявкнул нисс. Изумление, нет, даже негодование, которое вспыхнуло на лице девушки, могло бы сделать честь любой сценической актрисе. Мэру даже показалось, что в ее прелестных голубых глазах задрожали бриллианты слез. – Да как вы могли так даже подумать?! Нет-нет, что вы! – тоном оскорбленной до глубины порочной души невинности вопросила Лисси. – Хм… Мэр поглядел на Лисси. Лисси поглядела на мэра. «Ведь никакой совести, – подумал нисс Дрэггонс, – то есть вот ни малейшей капли. Но пирожные и правда печет отличные». – Что ж, – нехотя резюмировал он. – Я должен был спросить вас об этом. Для проформы. Я узнал все, что хотел. Раз вы утверждаете, что вы непричастны к этому прискорбному инциденту… – То есть абсолютно! – … и пообещаете мне лично, что никаких «попрыгунчиков-поскакунчиков» в вашей кондитерской и близко не будет… – Клянусь, нисс мэр! Чем угодно! Посудите сами: зачем же я буду отпугивать клиентов от своей же собственной кондитерской?! – Тоже верно, – не мог не согласиться мэр. – Что ж. В таком случае я прикажу начать процесс по оформлению лицензии. Это займет не менее недели, и… – Ур-р-ра-а-а! Лисси вскочила с кресла и закружилась по кабинету. Потом подскочила к мэру и поцеловала его в лысину, как тот ни сопротивлялся и ни отбивался. – Вы такой душка, нисс Дрэггонс! Вы такой очаровашка! Вот вам, я в этом абсолютно уверена, не понадобился бы никакой «попрыгунчик-поскакунчик». И кстати, вам-то ведь письма не посылали!.. Ой! – Что? – взревел побагровевший мэр. Повисла неловкая пауза. Несколько секунд нисс Дрэггонс буравил глазами Лисси, которая сделала трагическое лицо и сложила руки в молитвенном жесте, потом махнул рукой. – Ладно. Будет вам лицензия. Ведь все равно с меня не слезете, пока не получите. – Как это мудро с вашей стороны, нисс Дрэггонс. – Ведь заклюете. – Возможно. – Поедом съедите. – И это вероятно. – Загоните, как дикого зверя. – Хм, толика правды в этом есть. – Скальпируете. – Ну-у-у… – А я не могу дочь оставить сиротой. – Да что вы такое говорите, нисс Дрэггонс?! Да вы же для жителей нашего города, как отец родной. Наш светоч! Источник благоденствия и процветания! Да как же мы без вас, драгоценный нисс Дрэггонс?! – Ладно, идите, нисса Меззерли. А то у меня что-то сердце прихватывать начало. Обратитесь к секретарю. Пусть он скажет вам, какие документы необходимы для получения лицензии, какой налог вам нужно будет платить, как… – Конечно, конечно, – закивала головой Лисси. – И у меня тут еще одна просьба… – Что? Еще одна? – страдальчески скривился мэр. – Последняя. Клянусь. Лисси снова сложила руки в умоляющем жесте. – Ну какая там у вас просьба? Не мучьте старика! – Я хочу участвовать в благотворительной ярмарке, которая пройдет на следующей неделе. У кого мне приобрести билет участника? Мне нужен отдельный крытый тент. Мэр поморщился. – Вряд ли это возможно. Видите ли… Билеты на ярмарку уже все напечатаны, их было фиксированное количество, поэтому… – Разве? – усомнилась с лукавой улыбкой Лисси. – А я слышала, что ваш секретарь только собирался отнести сегодня текст билетов в типографию для набора. – Вот копуша! – в сердцах воскликнул мэр и потянул шейный платок, который начал сдавливать ему горло. Или это так удушающее действовала на него сия девица? «Обложила со всех сторон, – подумал он. – И ведь измором возьмет. А не то пришлет какого-нибудь «поскакунчика». В лучшем случае. Интересно, а создание бомбы они в школе проходили? Надо будет уточнить у директора программу». Он побарабанил пальцами по столу и с опаской посмотрел на чинно стоящую перед ним девушку с корзинкой. – Ладно, – капитулировал мэр. – Идите к секретарю и приобретите у него билет. – Непременно! Огромное спасибо, нисс Дрэггонс! Огромное-преогромное! И Лисси снова закружилась по кабинету. – Надеюсь, вы обещаете мне, нисса, что ярмарка пройдет без инцидентов? – жалобным голосом спросил мэр. – Ну разумеется, – широко раскрывая глаза и складывая за спиной пальцы крестом, ответила Лисси. – Можете даже не сомневаться! – Да? – Да! – Что ж, постараюсь вам поверить. Очень… постараюсь. У вас все? – Почти все. – Как «почти»? – простонал мэр. Лиссина рука нырнула в корзиночку и вынырнула с кульком. Кулек был торопливо водружен на стол и развернут. Перед мэром предстала горка крохотных, посыпанных сахарной пудрой рогаликов, которые выглядели безумно аппетитно. Мэр втянул запах выпечки, и летний день вернул часть своей радости, утраченной с приходом Фелиции Меззерли. – Вот теперь все, нисс мэр, – торжественно сказала Лисси. – Угощайтесь на здоровье. До встречи на ярмарке! Лисси присела в поклоне и выпорхнула из кабинета. Терпеливо ожидающий пожилой нисс сложил газету и вопросительно посмотрел на девушку. – Нисс мэр освободился, – сказала мужчине радостно улыбающаяся Лисси. Седоусый нисс наклонил голову в знак благодарности, еще раз окинул Лисси любопытным взглядом и медленно прошагал в кабинет. – Добрый день, нисс Дрэггонс. Моя фамилия Слоувей. В этом месяце переведен детективом в полицейскую управу вашего города. Теперь я веду расследование исчезновения Роберта Салмера, но документы по этому делу из архива могут выдать только после вашего официального разрешения, – Лисси, которая снова успела придержать закрывающуюся дверь и оставить маленькую щелочку, рьяно прильнула к ней, радуясь прекрасному обзору. – Не стал бы вас беспокоить, но это необходимо для выполнения моих должностных обязанностей. Столько лет работаю в полиции, а с такой сложной процедурой сталкиваюсь впервые… Лисси вся подобралась, стараясь не упустить ни слова, ни жеста. Она никак не могла вспомнить никакого пропавшего Роберта. Но его исчезновение расследует полиция. Неужели в Груембьерре пропадают люди, а от жителей это скрывают? – Да-да-да! Садитесь, пожалуйста! Сами понимаете: это не моя инициатива, а указание… – устало протянул мэр и многозначительно ткнул пухлым пальцем в потолок. – Намекаете, что заинтересованность в этом деле проявил сам Создатель? – сиплым шепотом поинтересовался нисс Слоувей. – С чего вы взяли? – вскинулся ошарашенный нисс Дрэггонс. – Ну а кто в Груембьерре может быть выше мэра? Только бог! Мэр расслабился, и его пухлые губы разъехались в улыбке. – Да вы шутник, нисс Слоувей! – воскликнул он и погрозил детективу тем же пальцем, который перед этим столь настойчиво тянул вверх. – А если серьезно, мир не ограничивается Груембьерром, и указание спустили из столицы. Говорят сам министр Сла… – Одну секундочку, нисс Дрэггонс! – перебил мэра седоусый детектив. Он встал и направился к двери. Лисси едва успела отпрянуть в сторону от щелки. Она была готова вернуться на свой наблюдательный пост, как вдруг дверь с громким стуком захлопнулась у Лисси под самым носом. Лисси обиженно посмотрела на дверь, потом на секретаря, который снова оторвал голову от бумаг. – Ой, у меня же к вам дело! – радостно вскинувшись, сообщила Лисси секретарю, и тот побледнел. Но неумолимая, как само возмездие, Лисси уже надвигалась на него, и в ее улыбке секретарь увидел свою неотвратимую гибель.