24

– Ты почему мне не позвонила? – удивилась Роза, встречая падчерицу на пороге.

– Ты знаешь, у Ксюши появился личный водитель, – сдержанно улыбнулась Джема, проходя в дом. – Она любезно довезла меня до дома. Не пришлось тебя беспокоить.

– Да мне не сложно. – Мачеха обернулась к окну, желая увидеть удаляющийся от дома автомобиль, но, конечно же, никого не заметила. – Мне ведь нравится тебя возить.

– В следующий раз позвоню, – пообещала девушка и поспешила в свою комнату. – Ты пропустила обед. – Я не голодна! Пообедала у Ксюши!

Оказавшись в своей комнате, девушка решила переодеться. Повесила форму в шкаф и задержалась у зеркала. Черты ее лица заострились, бледность усилилась, большие глаза выглядели пугающе.

«Как я понравлюсь такому, как он? Что может во мне привлечь парня?» Джема не узнавала себя, не понимала свои мысли. Ей почему-то очень хотелось знать, что она нравится Вите, – хотя бы чуть-чуть, самую малость.

Вряд ли у нее были серьезные шансы против Беллы. Ни фигурой, ни уверенностью в себе она не отличалась. Но ведь время от времени судьба улыбалась ей, так? А значит, Джема могла позволить себе помечтать. Тем более теперь у них с Кеем было общее дело. И она знает номер его телефона.

И, словно прочитав ее мысли, смартфон пиликнул, извещая о новом сообщении: «Тебе нужно поспать. Буду у тебя в два».

Ах! У нее даже закружилась голова. Ноги ослабли, в груди затрепетало разрастающееся тепло. Джема принялась скакать от радости – какое тут спать! Губы сами сложились в довольную улыбку, руки захлопали в ладоши. Девушка с разбегу рухнула на кровать и обняла подушку. Сумасшествие! Она решила испортить жизнь собственному отцу, а в животе бабочки от счастья порхают… Точно безумие!

За ужином девушка была предельно собрана, хоть и взволнованна. С улыбкой отвечала на вопросы отца об учебе и стойко выдерживала долгий, проницательный взгляд мачехи. Вот только аппетита совершенно не было, но разве такие мелочи могли ее беспокоить?

– Завтра утром все вместе едем на открытие торгового центра, – объявил отец, когда подали десерт. – Я буду произносить торжественную речь, и вся моя семья должна быть со мной.

– Хорошо, папа!

– Тогда придется вызвать мастера-парикмахера на дом, – заметила Роза, – сделать укладку в салоне и вернуться к сроку я не успею.

– А во сколько выезжаем? – оживилась Джема.

– Мое выступление в одиннадцать, но мероприятие начнется немного раньше. Думаю, мне стоит приехать заранее, чтобы утрясти кое-какие организационные моменты и успеть пообщаться с высокими гостями.

– Милый, твои сотрудники побеспокоились насчет банкета? – Мачеха подцепила вилкой кусок торта.

– Запланирован фуршет.

– Думаю, нужно отнестись внимательнее к гостям из столицы. Уважить как следует, организовать программу. Прием получится теплым, и у них не возникнет к тебе лишних вопросов. Так сказать, примажешь их, и твои инвестиции точно не пострадают.

– Это мысль, – задумался мэр.

– Хочешь, я помогу это организовать? – улыбнулась Роза, опуская вилку. – Все-таки твои сотрудники отнеслись немного безответственно к приему гостей. Торговый центр оснащен катком, развлекательными и шопинг-площадками для туристов, и для города это важное, знаковое событие.

Джема больше не слушала их разговор, достала телефон и написала: «Речь в одиннадцать, приедет немного раньше». Отправила.

Ответ не заставил себя ждать: «Я просил тебя поспать».

Девушки не смогла сдержать улыбку. Это похоже на заботу о ней!

– Будь готова, Джема! – Голос мачехи заставил вынырнуть из романтических мыслей. – Мастер завтра утром сначала уложит меня, затем тебя.

– Я могу просто вымыть голову и причесаться. – Девушка спрятала телефон обратно в карман.

– Причесаться тебе не подходит, – безапелляционно заявила Роза. – Нужно что-то делать… – Она очертила в воздухе круг. – …со всем этим.

Джема прочистила горло. Почему мачехе не нравятся ее кудряшки? Нормальная прическа. Вытягивать их утюжком – только жечь напрасно.

– Хорошо, – чтобы не спорить, согласилась она.

– Вот и замечательно, – улыбнулась уголком рта мачеха. – Нужно подобрать тебе подобающий случаю наряд.

Так что поспать не удалось. Остаток вечера Роза заставляла Джему мерить наряды в салоне ее подружки-дизайнера. Честно говоря, она потащила ее с собой просто за компанию. Трепаться, пить вино и примерять скучные платья вдвоем было не так интересно, как заставлять скромную падчерицу менять один безвкусный костюм за другим.

Наконец Роза удовлетворилась песочным костюмом-тройкой, а для Джемы подобрала отстойное бежевое платье длиной в пол, в котором та смотрелась барышней XIX века. Но возражать девушка не стала, все-таки действия мачехи были продиктованы заботой, поэтому и согласилась на эту бежевую безвкусицу, лишь бы пытки с переодеваниями скорее прекратились.

Всю дорогу она зевала и вернулась домой совершенно уставшей. Но силы возвращались, стоило только подумать о предстоящем приключении и побеге из дома. Желудок скручивало узлом, по спине бежали мурашки, и спать не хотелось совершенно. Ее держало в тонусе предвкушение того, что ей предстояло пережить. И не одной, а в компании ребят. Точнее, в компании Вити. Это обстоятельство вызывало у нее особое волнение.

– Привет. – Она застала Яну собирающейся домой. Воровато огляделась по сторонам и перешла на шепот: – Нужно поговорить.

– Привет. – Горничная затянула ее в свою комнату. – Как твое ночное приключение?

– Нужна помощь, – созналась Джема, не желая юлить.

– Опять?! – Девушка подняла руки, показывая, что не желает слушать. – Ни за что! Всё, это не ко мне! Я тут бессильна!

– Ян… – Дочь мэра сложила ладони в молитвенном жесте. – Пожалуйста! Вопрос жизни и смерти!

– Чьей смерти? Моей? – Она выглянула в коридор, чтобы удостовериться, что никто не подслушивает. – Знаешь, чем это мне грозит?

– Толик же без ума от тебя, договорись с ним, а? Мне нужно просто, чтобы он сделал вид, что ничего не видит. – Джема заглянула Яне в глаза. – Ну, пожалуйста-пожалуйста. Хочешь, на колени встану?

– Тебе, значит, гулять на свободе, – Яна уперла руки в бока, – а мне что? Отдуваться за тебя перед Толиком?

– Он же тебе нравится, Ян… Да? Да?

Горничная закатила глаза:

– Ну не знаю.

Джема сделала самое жалобное лицо, на какое только была способна:

– Ну Яночка, ну хорошая…

– Не нравится он мне, – фыркнула Яна.

– Нравится, – продолжала уговаривать Джема. – Еще как нравится, да?

– Ой, всё, отстань, – отмахнулась она, – так уж и быть, поговорю.

– Ни! За! Что! – взбеленился Толик, едва услышав, чего от него хотят.

– Ну Толик, ну Толичек, ну хороший… – Яна сложила бровки домиком, а губки бантиком.

– Не, я тут не помощник, исключено!

– И ничего не исключено, – продолжала мурлыкать горничная, подбираясь все ближе. – Помоги ты этой безумной девчонке, а? А я с тобой схожу куда-нибудь.

Хочешь, поедим завтра вместе? На пляже. У меня выходной.

– Правда? – оживился парень.

– Ну да, – засмущалась Яна.

– Это можно. – Он потянул к ней руки.

– Ты чего это? – попробовала возмутиться она.

Вышло ужасно неправдоподобно.

– А ничего! – Толик сгреб ее в охапку.

– Эй, руки!

– Они там, где и должны быть.

Поцелуй получился таким сладким, что Яна разом забыла, куда собиралась и зачем сюда пришла.

– Так и быть, – сказал охранник, с трудом отрываясь от нее, – помогу. Но ты меня толкаешь на грех, Янка.

– А может, у нее любовь? – коснулась горящих губ горничная и смущенно отвела взгляд. – У нее отец вон какой строгий. Никуда не отпускает. А девка влюбилась!

– В кого?

– Ой, ты бы видел… – Она положила ладонь на грудь. – Не имею права рассказывать.

– Романтика… – мечтательно улыбнулся Толик.