Глава 11

Погода стояла чудесная. Солнце радовало теплыми лучами. Не сравнить с той погодкой, что была вчера. Сидела в машине, цепляя глазами абсолютно все, что видела, чтобы только игнорировать Кирилла. Про львиц молчу. Бушевали, особенно желтая, которая с ума сходила от близости с ним. Поэтому белой пришлось усыпить ее.

Не представляла, как дальше буду.

– У тебя поддельные документы.

Да уж… что и следовало ожидать. Сразу в лоб без прелюдий. Конечно, он меня ошарашил, пусть допускала такую возможность.

– Ни одного твоего. У людей не выполняется даже элементарная проверка? – Сколько сарказма! Не понимала, злится или констатирует факт.

Меня смущало одно: «Когда он все успел пробить и проверить?» С таким не забалуешь. Все видит и знает.

– Ничего не хочешь сказать? – вдруг нагло поинтересовался Царев.

– Нет.

– Откуда ты? – в вопросе появились резкие нотки.

– А давайте по работе контактировать? Не меня проверять. Я не подозреваемая по делу, сотрудник и еще… вынуждена вам помогать.

– У меня ощущение, что мы знакомы. Как объяснишь это, триада?

От его голоса черная начала урчать, чем удивила. Черная триада из трех самая неприступная для самца, а сейчас вела себя чересчур мягко. Но ее не могла усыпить. На месте преступления может понадобиться ее помощь.

– Лучше по имени, – попросила, вглядываясь в голубое небо.

– И все же?

– Вам кажется, – ответила и, посчитав, что лучше атаковать в ответ, поинтересовалась: – Как долго вы планируете быть здесь?

– Пока не разберусь с делом.

– Понятно, – задумчиво протянула. Ответ не порадовал. Получается, будем контактировать. И если бы только на работе. Но нет – еще соседом моим оказался. Понимая, что нужно что-то сказать на его вопросы, чтобы сильнее не распалять интерес, с тяжелым сердцем проговорила: – То, что было раньше в моей жизни, вас не касается, как и никого. Я забыла и не хочу говорить на эту тему. Мое право.

– Интересно, – хищно прищурившись, бросил он, крутанув руль, объезжая яму.

– Уверяю, ничего интересного и мне не хотелось бы об этом говорить. Прошу… уважать мое желание.

– Считаешь, лучше жить с людьми? Оборотню?

– Мне нравится.

– Ах да, ты же еще за человека выходишь замуж, – лениво протянул Кирилл и посмотрел на меня. – И как?

– Нормально.

– Ты же как врач должна знать, что в момент близости оборотень может причинить боль человеческому партнеру. Тем более самка. Тут поможет только одно – глушить эмоции, силу, давить страсть и контролировать каждое свое действие.

– Знаю и учитываю этот момент. Спасибо за напоминание и заботу о моем женихе. Не стоит так волноваться.

На его лице появился звериный оскал. Мужчина смотрел вперед и о чем-то думал. И вероятно, не очень хорошем, особенно когда с силой ухватил свой подбородок и потер его.

Остановившись на обочине, мы вышли и направились к реке, минуя место происшествия. Там все понятно, смысла осматривать не было.

– Вот здесь тащили, а там… – Кирилл указал пальцем на берег, где волки настигли лейтенанта, – его рвали.

– А до этого высушили, но не полностью, а частично.

Мужчина присел на песок и провел рукой по песку, затем подошел к реке. Некоторое время стоял неподвижно, а потом убежденно заявил:

– Трое волков и человек.

Его точная оценка поражала. Восхищалась на данный момент. Впервые видела, чтобы так точно определяли. Обычно мне приходилось подсказывать, чтобы не слушать параноидальный бред следователей.

Вдруг появилось ощущение, что я что-то упускаю. Черная управляла моими эмоциями в процессе работы, поэтому всегда прислушивалась и действовала согласно ее подсказкам. Присела и руками стала водить по траве, чуть дальше песка, пока не наткнулась на камень небольшого размера. Подняла и осторожно зацепила двумя пальцами лоскуток тонкой материи черного цвета. Шелк.

– Неужели, женщина? – протянула, вспоминая свои ощущения. Я не видела того, кто прятался, но кто бы ни был… он невероятно сильный. Не сомневалась.

А если… Задумалась. Или специально подложили или допустили ошибку. Что именно?

– Триада-женщина, вышедшая из-под контроля? – спросила, поднимаясь, чтобы показать Цареву свою находку.

Мужчина прищурился, вытащил из куртки прозрачный пакетик и поместил лоскут туда. Убрал в карман и произнес:

– Нет, триады на подобное не способны.

Хотела промолчать, желая как можно меньше разговаривать, но у меня было много вопросов. Я не знала про триад столько, сколько черный лев. Заострила внимание на поверхности воды и все же позволила себе задать вопрос:

– Почему это?

Ответа не услышала. Подумала, что решил проигнорировать, но тут Кирилл приблизился, встал рядом, сложив руки на груди, и выдал:

– Если бы черная уничтожила других, она потеряла способность контролировать себя. Триады могущественны как одно целое. Наблюдают, анализируют, действуют. По отдельности – угроза, разрастающаяся с катастрофической скоростью, стихийная и неконтролируемая. Если говорить о высшем триаде, то он уничтожает магических существ, питаясь их силой, преследуя свои гнилые цели, но чтобы высасывать жизнь обычных людей – НЕТ. Высшие триады подобным не занимаются. Здесь… другая тварь, способная контролировать себя. Она его даже до конца не выпила, позволив псам догрызть, тем самым уничтожая свои следы.

Внимательно слушала и вдруг поняла важное, что моментально заставило меня взбодриться. Да что уж там… меня в эту секунду словно ледяной водой окатили.

– Как ты понял, что я триада? – спросила резко, понимая, что он не мог просто так узнать. Я допустила ошибку, выдав себя. Только как он почувствовал? Неужели у него что-то осталось от воспоминаний?

– У тебя запах особенный.

– У меня его нет!

– Ну, значит, показалось, – заметил он нахально, дерзко глянув на меня, начиная сканировать, откровенно раздевая глазами. И ему было плевать, что я вижу и чувствую его внимание. Что хотел, то и творил.

Понимая, что ничего не добьюсь, решила пойти дальше, но тут почувствовала захват. Мужчина придвинул к себе, с силой удерживая, а потом проговорил:

– Ты ведь знаешь меня, верно, Фари?

– С чего такие выводы?

– Скажем так, я знаю, как женщины могут реагировать на меня. Но не страх и желание сбежать, как только окажусь рядом.

– Ты черный лев, с чего бы мне тебя не бояться? Или есть оборотни, которые вас любят и спешат пообщаться, как только увидят?

– Черный лев? Да, так и есть. Но… – он сильнее придвинулся, оказавшись непозволительно близко к моему лицу. Расстояния почти не было. Я видела его хищные глаза и циничную ухмылку, – мне интересно, как ты это поняла? – он поднял бровь, предлагая мне сказать, а я вот не могла. Проклятье! Тогда я увидела его зверя после близости. Его зверь позволил.

– СКО возглавляют только следары.

– Следары не только львы, Фари.

– Я предположила, – сказала и вырвала руку, двигаясь вперед, пока не услышала:

– Мы встречались. Я уверен.

– Нет, – рявкнула, пытаясь быть нейтральной, и поспешила к деревьям, где тогда, как мне показалось, кто-то стоял. Ходила и смотрела, не понимая, почему убийца отсюда наблюдала за процессом. Прошла везде, пока не уловила нотки цитруса, которых здесь точно не должно было быть.

– Вчера запах был?

– Нет, – услышала позади себя и резко обернулась, не рассчитав, что под ногами рыхлая земля, хватаясь за кусты, что не помогло, и оказалась прижата к мощной груди Царева.

Тяжело дышала, уткнувшись в его грудь. Не могла остановиться. Его запах плохо на меня действовал. Закрыла глаза и, прочистив горло, выдавила из себя:

– Я могу сама стоять.

– Уверена в этом?

– Да.

Он нехотя отошел, а до меня дошло, что я стою на чем-то подвижном, что спрятано под землей. С писком отошла и присела на корточки. Кирилл мгновенно оказался рядом. Его глаза прожигали меня, а потом он опустил голову вниз и, быстро натянув перчатки, начал копать руками.

– Я сам, – произнес мужчина, когда хотела помочь, и мне оставалось наблюдать. Хотя по запаху понимала, что там… орган животного. Мужчина выкопал сердце. Небольшое, принадлежащее львице. Животному, не оборотню.

По коже пошли мурашки. Эта тварь специально его здесь оставила.

– Тут записка.

Кирилл вытащил когда-то белый конверт, пропитанный в засохшей крови. Он вскрыл его и произнес:

«Добро побеждает зло…»

– Хм… – протянул мужчина, я же не могла отвести взгляд от почерка, заставляя себя глушить эмоции. Нельзя впадать в панику.

– У тебя есть кейс или пакет? – выдавила, чтобы отвлечь себя от ужасных мыслей.

– Да.

– Сходи, пожалуйста… – выдавила, удивляясь тому, как спокойно Царев отреагировал на мою просьбу и без вопросов пошел. Дождалась, пока он окажется на приличном расстоянии, и подняла конверт, вдыхая запах, с ужасом понимая, что на конверте кровь не только убитой львицы, но и родного мне человека.

Салиты.

Получается, письмо адресовано мне? Но почему?

Положила на место, начиная осматривать сердце. Без повреждений. Вырезали из груди профессионально. Разрывов нет. Нужно провести анализы и тогда.

Да к черту эти анализы! Сейчас у меня была только одна бешеная потребность – дотронуться до него и узнать, что происходило с животным перед его смертью. И еще… хоть что-то узнать о сестре. Не понимала, как она там оказалась.

Ее держат в плену? Может, именно поэтому я не смогла ее найти.

Спокойно думать не получалось. Все во мне бурлило от эмоций.

Протянула руку и зависла в таком положении. Честно, было страшно. А если я увижу, как истязают мою сестру? Или еще хуже? Ничего хорошего в голову не лезло. Сняла перчатку и прикоснулась к сердцу, закрывая глаза, погружаясь в темноту, полностью отключаясь от реальности.

Я ничего не видела. Совсем. Только могла слышать разъяренную хищницу и… голос. Голос своей сестры, читающей сказку о Красной Шапочке. Сестра сидела где-то там… за стеной. Я была уверена, что она и не знала, кому читает и для чего.

Послышался скрип, открылась дверь. И меня моментально накрыло тошнотворным запахом волков. Больше трех. Четыре или пять. Оборотни в звериной сущности. Не зная, что на меня нашло, я пошла вперед, натыкаясь на железные прутья, хватаясь руками за них, громко выкрикивая:

– Нет! Пожалуйста!

А потом услышала смех. Ужасный. Женский. Такой жуткий, что не могла слышать, и я закрывала уши, чтобы не сойти с ума.

Рычание львицы и боевой хрип волков, бросающихся на нее, я не могла пропустить, даже если бы захотела. Я вновь поднялась и лихорадочно начала хвататься за прутья, пытаясь найти выход. Дергала, водила руками, но его не было… А потом все исчезло, кроме продирающих до костей звуков, заставляющих меня закричать.

* * *

Очнулась в машине с головной болью. Кирилл управлял машиной, вглядываясь вперед. Не помнила, как я здесь оказалась, а значит, я упала в обморок. Наверное.

Захотелось стать невидимой от идиотской ситуации. Прокололась.

– Вода в подлокотнике, сок в бардачке, – спокойно произнес Царев, продолжая сканировать дорогу.

– Спасибо, – прошептала и взяла минералку.

Не знала, как начать разговор. И не представляла, что буду говорить. Это же черный лев, у него есть дар чувствовать состояние триады. И неважно, что я их скрывала. Кирилл очень опасный хищник, который без советов и подсказок все видит и замечает.

– Сама расскажешь или мне придется догадываться и выпытывать из тебя?

– Есть мысли?

– Есть. Черная триада обладает даром воспоминания умерших, – не спросил, а утвердительно заявил.

Даром… Проклятием, а не даром. Так точнее.

– Я вижу последние часы убитых.

– Ты была на грани смерти? – произнес он, резко повернувшись ко мне, всматриваясь в глаза.

– Это важно?

– Я жду, Фари.

– А можно не обо мне? Мы… договорились.

Он повел головой, как-то грубо усмехаясь, а потом сухо произнес:

– Что ты видела?

– Львицу. Ей страшно. Она в кромешной тьме, а там… на заднем плане… читают сказку про Красную Шапочку.

– Дальше…

– Дальше… пришли волки. Оборотни. Я не знаю, почему… – облизнула губы, пытаясь говорить собранно и спокойно, – не выдержала и закричала, а потом послышался женский хохот и крик.

– Раньше так было всегда?

– Нет, раньше я видела все глазами жертвы. Но после убийства лейтенанта… все иначе. Будто я там… присутствую… рядом. Не могу понять.

– Что по лейтенанту?

Рассказ был недолгим. Кирилл только слушал, не перебивал, о чем-то размышлял. Что удивляло, я впервые все рассказала. Доверилась. Почему? Не могла понять… себя. Ведь общаясь с ним, я предавала тех, кого уважала и любила. Но… сейчас я видела в этом необходимость. Появилась серьезная проблема и без его помощи ее не решить.

Это работа.

А потом… когда все решится, Кирилл уедет и все будет как прежде.

Пока я размышляла, не заметила, как мы подъехали к двухэтажному коттеджу, находящемуся на окраине городка близ леса. Раньше мне это очень нравилось. Сюда просто так не заезжали, если только конкретно в гости. И теперь Кирилл будет проживать здесь вместе со мной. В какой-то момент запаниковала, но все же взяла себя в руки, обещая, сделать все, чтобы игнорировать его.

Мы общаемся только по работе. Здесь… каждый сам по себе.