Глава 38
Вместо эпилога
Рассвет пришёл с туманом.
А туман принёс запах дыма, причём такой вот… неправильный. Нездешний. И я, вдохнув этот туман и дым, чихнула.
— Будь здорова, — отозвался Карл и широко, с наслаждением, зевнул. — А хорошо тут… мирно, спокойно…
Здесь — это на вершине нашей башни, которая за пару часов моего сна почти не изменилась. Да и крепость тоже. Хотя в тумане особо и не разобрать. Тот стекал с гор, спеша заполнить пропасть, и горы укрывал, и таял, смешивая редкие краски. Все казалось зыбким, ненастоящим.
Карлуша тоже смотрел. Стоял, опершись на чёрную трость, которая гармонировала с чёрным же костюмом. К костюму прилагалась шляпа, одна пола которой была поднята и закручена валиком, а другая красивым изгибом опускалась вниз, к плечу. Не знаю, насчёт изгиба, но мне почему-то подумалось, что в этот валик, слева, можно подзорную трубу засунуть. А потом достать так, красивым небрежным жестом.
Очень по-военному.
— Не спится? — поинтересовалась и я тоже зевнула.
Раньше Карлуша до полудня не показывался.
— Ещё не ложился… — тросточка перешла в другую руку. — Тэр Балтазар показал, где раньше скрывались узлы защитной сети. Камни давно вычерпали, но, представь себе, не утратили свойств. Он сказал, что в то время при строительстве укреплений использовали только природные кристаллы.
А над ними время не властно.
Силы из камней вытянули, вот те и впали в состояние покоя.
— Я потоки в них перенаправил. Свечение — это красиво, но если война грядёт… — это Карл произнёс, снова зевнув, а потому получилось не грозно, скорее печально. — Энергия пригодится. Кин вон тоже щит свой дорабатывает. Дорабатывал. Вроде тоже спать пошел. Ему там баронесса схему набросала… страшная женщина.
— Чем?
— Знает много. И смотрит так… представляешь, спросила, есть ли у меня невеста!
— Ужас какой!
— Вот и я о том же! Какая невеста? У меня две матушки и сестра есть! Мне только невесты ещё не хватало…
Нет, как-то оно неправильно прозвучало, что ли. Будто я ему жить мешаю.
— И вообще, сперва глава рода жениться должен, если по правилам.
Я рот открыла.
И закрыла.
С папенькой на эту тему разговаривали, конечно… и я понимаю, что такое долг, но… но как-то вот…
— Какая женитьба, когда у нас тут война назревает! — я уцепилась за вдохновляющую мысль о грядущем нападении танерийцев. — У нас тут крепость недостроена…
— Килли сказал, что он стены укрепил. Хотел с той стороны тоже сделать что-нибудь этакое… впечатляющее. Но тэр Бернхард и тэр Трувор попросили не трогать стены. Чтоб противник не заподозрил неладное…
Я посмотрела туда, где предрассветный туман, касаясь стен и волос Анжелины, окрашивался мертвенной зеленью. Ну… в принципе, если нападать станут с другой стороны, то оттуда этого безобразия не видно. Оттуда крепость выглядит вполне прилично.
Ну, то есть, как положено солидной знающей себе цену твердыне.
Короче, стыдно перед врагом не будет.
— А сам он где?
— А сам отправился в город, ещё раньше, как только обоз собрали. Они с интендантом решили действовать немедля, чтобы там не успели опомниться и подготовиться.
Ну, подозреваю, что к этому визиту вряд ли можно подготовиться.
— Это хорошо, — отозвалась я. — Значит, все при деле… надо было заказать воловьих шкур там, костей… в общем, чего-нибудь, а то Лютик уже не справляется.
— Я сказал, что тебе понадобится.
— Спасибо…
— Правда, на твоём месте я бы подумал, как их выбивать будешь. Что-то мне этот Мэтт внушает подозрения. Рожа у него уж больно… наглая! Представляешь, заявил мне, что нужно быть скромнее!
— Сволочь какая.
— И что я одет не по уставу!
— Точно сволочь.
— И смотрит этак, вызывающе…
— Завидует.
— Думаешь?
— Почти уверена. У тебя тонкий вкус и в целом… ты лучше.
— Он красивый.
— Ты тоже.
Карлуша фыркнул и смутился. Нет, виду не подал, но смутился.
— Сшей ему костюм, — посоветовала я.
— Вот ещё…
— Предложи. Увидишь, он будет тебе благодарен.
— И что с того?
— Ну… благодарный интендант — это лучше обычного. Вдруг тебе понадобятся там… ткани. Или пуговицы… или ещё что?
В голову ничего не приходило. И я замолчала.
Карл тоже не спешил заводить разговор. Мы стояли, смотрели на небо… оно наливалось светом, нормальным, солнечным. Вдали показались алые мазки, намекая, что вот-вот взойдёт солнце. И я сделала глубокий вдох, но в носу засвербело.
И я чихнула.
Как-то…
Как-то громко чихнула.
От этого чиха содрогнулась и башня, и стены, и кажется, даже внутри горы что-то захрустело.
— Киц? С тобой всё в порядке?
— Я… — я почесала нос. — Кажется…
— Киц… — Карл указал куда-то вверх. — А это что?
Золотую парчу небосвода расколола тёмная трещина. Некрасивая. Я даже поморщилась, до того уродливой та выглядела. А эта трещина вдруг взяла и расправила крылья, превращаясь…
— Дракон⁈ — шёпотом поинтересовался Карл и тросточку поднял. — Они ж вымерли…
— Это…
Я сглотнула.
Чёрный силуэт дракона рассыпался на части. Он вдруг превратился в облако чего-то мелкого, суетливого… и это облако в едином порыве устремилось вниз.
— Тревога! — мой голос прозвучал позорно и слабо. — Тревога!
Не облако — рой.
Рой сотворённых магией существ, что просто падали с небес.
— Карл! Будь готов! Нет, не сейчас…
— Я… — Карл попятился, но я ухватила его за руку.
Эти твари явно не просто так неслись. И я не могла их разглядеть, но чуяла, что ничего-то хорошего ждать не след. Что нельзя позволить им добраться до крепости.
— В прах обратишь и никакой крови! Давай, на раз-два… Тревога, мать вашу!
Кто меня услышит-то⁈
Рассвет.
Туман. Часовые… часовые не смотрят на небо. И значит, надо громче, только все равно, даже если голос сорву, не услышат…
Услышали. Вдруг где-то там, на башне Командора, очертания которой проступали сквозь туман, вспыхнуло белое пламя. А следом по-над крепостью пронёсся рёв боевого рога.
Древнего.
Того, которого на башне не было, но… он был. Он гремел. Ревел. Взывал.
И звук этот, пробирая до самых костей, заставил понять: война началась.
— Бей! — в миг, когда падающие с неба существа оказались прямо над нами, я толкнула братца под руку. И Карл послушно вскинул к небесам трость, от которой вверх и в стороны, раскрываясь веером, хлынула тёмная жадная сила смерти.
Конец второй книги.