Глава 31

По ночным дорогам Москвы я добралась до клуба быстро. Пока ехала все елозила по сидению в своих кожаных шортах и черных колготах, поправляла короткую футболку, которая все норовила открыть полоску на животе. Удивительно просто, как быстро я отвыкла от подобного формата одежды, сменив его на удобный, тренировочный. Я и раньше не особо любила одевать настолько откровенный комплект, а сейчас кажусь себе совсем голой. Особенно от взгляда, который бросает на меня таксист. Зря я конечно так выперлась из дома, но ничего другого, столь же сногсшибательного у меня нет.

А уж если и устраивать скандал…

Я задумалась как могу назвать Леона. Своим парнем?

Да уж, на парня он не тянет.

Своим мужчиной? Своим зверем?

Мысли метались от того, с какой стороны начать скандалить, как оторвать волосы от черепа и тем, как попросить таксиста просто повернуть обратно.

Последняя идея мне кажется самой рациональной. Ведь можно завтра узнать, что это была за девушка.

Можно узнать почему он не брал трубку и сбрасывал. А может быть услышать, что я ему надоела и он нашел кого снова изнасиловать и шантажом заставить с собой жить. Может быть даже уже купил ей стиральную машинку.

Мда…. Тогда все эти скандалы ему, как с гуся вода. Он даже не оценит. Может быть даже посмеется.

За окном маячит огромная вывеска клуба, и я решаю, что все — таки зайду туда.

Хотя бы просто поздороваться с Зоей, которая давно меня зовет потусить.

Иду мимо толпы курящих и думаю, почему так и не заимела подруг. Как раз потому что вместо всяких тусовок или работала, или училась. Да и Коля порой запрещал отдыхать. Говорил, что каждый мужчина потенциальный насильник на мою красивую задницу. Берег меня.

Только вот не уберег.

Так что теперь и не страшно особо, когда мужики сальными взглядами шпарят. Не до них. Я может вообще отдыхать пришла.

Возле клуба странно напряженная обстановка. Вокруг стоят машины с мигалками, весь народ на улице, кто — то дает показания гайцам.

Я ищу глазами Леона, но его нет.

Звоню. Не берет.

Горький вкус разочарования буквально заполняет нёбо. Ну и зачем я приехала? Может на фотографии был не он? Достаю телефон.

Да он, тут сложно перепутать. В своем неизменном рабочем классическом костюме, отлично смотрящемся на его тяжелых плечах. Хотя без костюма он еще лучше.

Скотина!

— Вера! — слышу Зою. Она почти в меня врезается и ржет. — Приехала! Отличный прикид!

— А где…?

— Да уехали со всей своей бандитской прекентовкой, — по телу неприятная дрожь. — Наверное в баню по шлюхам.

— Ну что ты девочку пугаешь, — смеется другая девушка, я ее тоже видела, но мы особо не общались. У нее почему — то волосы розовые.

— А что я пугаю? Тут была оказывается перестрелка. Мы даже не слышали ничего. Наверное с глушаками. Ты вообще в курсе с кем водится твой Леон?

— А ты? — говорю с вызовом. Ну вот какое ей дело?

— Значит знаешь. Ну я поняла. Ну так, ты что? Ждать его домой поедешь с бани? Или с нами по барам? Выпьем, обсудим этих козлов. Это же надо! Он сегодня весь день ее игнорил!

— Если игнорит и сбрасывает, значит не нужна ты мужику.

— Согласна.

Я вздыхаю, обнимаю себя. Скорее всего завтра Леон даже не появится. Это ведь хорошо? Я снова стану свободной? Но почему так на душе противно.

— Поехали! — бросаю я с улыбкой. Коли нет. Леона тоже скоро не будет. Могу я раз в жизни просто оторваться с приятельницами. Может быть даже попробовать алкоголь?

Они смеются, обнимают меня, и мы вместе идем по ночному городу над чем — то громко смеясь.

В этом районе бродить долго не приходится, и мы натыкаемся на очередной бар, возле которого стоят упакованные в хлам дорогие тачки.

Заваливаемся туда и заказываем себе по коктейлю. Денег у меня немного, так что…

— Мне только один. Вкусный что бы.

— Не будь скучной, — смеется Зоя, стреляя глазками по сторонам.

— Да я не пила же ни разу.

— Шутишь? — охает розовая, а Зоя подхватывает. Они берут себе по стакану с коктейлем и выдувают почти сразу, пока я медленно тяну из трубочки свой. Вкусно, только гортань щиплет горькими пузырьками.

— Пойдем танцевать! — тянут они меня на небольшой танцпол, где я немного расслабляюсь и начинаю двигаться в такт музыке.

Как же круто.

Это ощущение свободы, словно путы, которыми я была стянута столько времени наконец спали.

Не нужно ни перед кем отчитываться, никого бояться. Можно просто наслаждаться жизнью и танцевать. Работать. Учится. Жить…

Танцевать. Танцевать. Двигать бедрами в ритм битов и мелодии.

Разве что взгляды. Обычно танцуя, я их не замечаю, их много, они все сальные, но сейчас один словно под лопатки ледяным кинжалом забивается.

Я верчу голову и с ужасом натыкаюсь на прищуренные глаза уже знакомого мне Игоря Андронова.

Он в расстегнутом пиджаке, в расслабленной позе, сидит в мужской компании, слушает собеседника, но смотрит на меня. Словно товар оценивает.

Я тут же отворачиваюсь. Мне нечего его бояться. В конце концов деньги ему вернули, больше до меня ему дела нет. Идти на поклон к нему ради Коли тоже больше не требуется. У него своя жизнь, а мне просто нужно жить дальше. Но танцевать с тем удовольствием уже не получается. Особенно когда краем глаза замечаю его движение.

Я кричу в ухо Зое.

— Может в другое место, что — то тут скучно!

— Точно! И от мужиков как — то нафталином несет! — они пьяно ржут, а я тороплюсь на выход. Не знаю насчет нафталина, но от подспудного страха я просто задыхаюсь. Могу вздохнуть свободнее, только когда мы оказываемся под дождем на освещенной улице.

Но словно из ниоткуда приторно — вкрадчивый голос с хрипотцой затягивает новый узел на шее.

— Верочка, здравствуй детка, — его рука на моем локте, а девушки шаг назад делают.

Им даже говорить ничего не нужно, они по его виду все понимают. Опасен.

Это на уровне инстинктов, когда тушканчики забегают в норы, когда на горизонте только появляется гиена. Когда замирают, от страха умереть.

— Здрасте…

— Не хочешь со мной прокатится? Нечего молодым и красивым по ночному городу гулять одним. По таким местам шляться. Можешь и подружек своих взять.

— Мы взрослые девочки, — обретаю голос. — Отпустите, мне больно.

— Жаль, жаль, а мне так хотелось показать тебе вид из своего номера. Двадцать девятый этаж…

— А мы высоты боимся, — смотрю на Зою, а у той словно шестеренки работают, когда она смотрит на Андронова и его бугаев.

— Ой! Что — то плохо мне, — делает она вид, словно сейчас вырвет прямо на ботинки гиены.

Тот брезгливо морщится и в сторону отходит. Отпускает меня. Я тут же к Зое. Мы вцепляемся в друг друга и с вежливыми улыбками прощаемся.

— Увидимся еще, Верочка! — слышу в спину его холодный голос, что ощущается каплями серной кислоты на моей нервной системе.

Я его боюсь, а Леона нет. Именно сейчас, в этот момент я четко стала понимать разницу.

Может быть потому что я знаю, чего ждать от своего палача, а вот чего ждать от серого кардинала понятия не имею.

— Неприятный тип.

— Ужас. Мурашки по коже. Он словно рыба.

— А ты видела его глаза? Пустые. Ты его откуда знаешь, Вер?

— Благодетелем был в детском доме нашем. Любил девочек молоденьких.

— А ты с ним…

— Мне повезло, — Я понимаю это. Не знаю, как Коле это удавалось, но мне повезло.

На ум приходит прошлая встреча с Андроновым и слова, что, Коля меня берет для него. Но… Он точно врет. Потому что иначе не прошло бы столько времени, я бы давно оказалась в лапах этого чудовища.

Мы с девчонками некоторое время молчим, заходим в еще один бар и заваливаемся на диванчиках.

Я рассказываю о детском доме. Розовая Женя о своем детстве. Зоя поддакивает. Они дружат с детства. Завидую…

Нам приносят новую порцию выпивки. Я беру тот же вкусный мартини с джином и соком. Мне понравился.

В какой — то момент мой телефон начинает вибрировать. Я тут же беру его в руку, а губами тяну коктейль, который немного успокоил меня и приободрил.

«Мой зверь».

Звонит. Время уже за полночь, а он только соизволил позвонить.

— Твой что ли? — наклоняется Зоя, пока ее подруга Женя ушла танцевать с каким — то мутным типом. — О, объявился. Натрахался поди.

От ее слов горько во рту.

— Не буду отвечать.

— И правильно. Пусть наяривает. Ты себя тоже не помойке нашла.

— Точно, — убираю телефон экраном вниз, а он продолжает звонить.

Интересно, он злится? Его глаза наливаются агатом, а губы ремнем в одну полоску.

Кулаки поди сжаты, а он представляет, как удерживает мое горло.

Я с каким — то садистским удовольствием слушаю как телефон дребезжит по столу.

Пусть мучается.

А я вот весь день мучилась. А потом вообще с другой его увидела.

Вот какого было бы ему, а?

Вот, например, возьму и наберу Колю. И будет у меня занято.

Подумать не успеваю и тут набираю номер бывшего парня. Он что удивительно берет с первого раза.

— Привет, Коль, — почему мне так смешно, потому что сквозь разговор с одним, слышу настойчивый звонок другого. Эти гудки гонгами по голове бьют. Нервы треплют. Нити натягивают до предела.

Ощущения непередаваемый. Словно на этих самых нервах над пропастью висишь.

— Вера? Привет. Ты чего так поздно?

— А у тебя сколько?

— Восемь утра. На работу иду.

— Ого, так рано. Ты обычно в это время только возвращался.

— Было дело. Как дела, любимая? Знала бы ты, как я по тебе скучаю, — вздыхает в трубку, а я представляю рычание Леона. Как он ходит по квартире снова и снова тыча кнопку вызова, как тычет членом между моих ног. Блииин, написалась я что ли. — Вер, а ты скучаешь?

Скучаю ли я? Наверное, просто не до того. Но я думала о нем. Сравнивала. Мне было с ним удобно, но я никогда не думала о том, как его руки будут зло сжимать мою грудь, выкручивать соски, называя сукой.

— Знаешь, Вер, я себя неблагодарной скотиной чувствую. Ты за меня боролась, а я даже спасибо не сказал.

— Не сказал.

Я ведь Леону тоже не сказала. Надо исправится.

— Спасибо, Вер. У меня никого ближе тебя не было и нет. Я только сейчас здесь начал это понимать в полной мере.

Гудки Леона становятся словно громче, словно кто — то звук только прибавляет. Я почти не слышу излияний Коли, только чувствую назревающий Армагеддон. Холод по венам только пьянит. По копчику лезвием ножа водит.

— Вера?

— Коль, я, наверное, пойду. Пиши если что. — Говорю и сразу переключаюсь на номер Леона. — Привет. Как дела?

Зоя пучит глаза от смеха.

В трубке повисает молчание. Он бьет по мозгам еще сильнее гудков. Кожа леденеет, но вместо страха в тело хлещет адреналин. Между ног становится влажно.

— У меня отлично, а вот насчет тебя не уверен…

— А что ты беспокоишься. Я в баре, отдыхаю с девочками. Я же тебе говорила.

— Говорила, — без эмоций произносит. — А про встречу с Андроновым тоже говорила?

— Это случайность. Ему до меня и дела нет. А ты где? Дома уже?

— Я не дома.

— А, наверное, со шлюхой своей белобрысой в баню поехал, — говорю зло, раздраженно, а Зоя показывает пальцы большие наверх. Мол, умница.

К столику подсаживается Женя со своим новым знакомым, который мне с улыбкой кивает. Теперь я работаю на публику получается.

— У меня от одной рыжей шлюхи мозг взрывается, куда мне еще белобрысые.

— А, может тогда сегодня ты на руках таскал приведение?

— Я работал, Вера, я устал и хотел прийти и лечь спать в постельку к своей сучке, а сучка пошла блядовать. Так что может мне у тебя спросить, как дела?

— У меня все отлично. Без тебя. И не спрашивай где я, я все равно тебе не скажу! — смеюсь в трубку и вдруг вижу, как глаза Зои на лоб лезут, когда она смотрит мне за спину.

Не успеваю обернуться, когда голову простреливает острой болью. Вою, руки бросаю наверх, пытаясь оторвать пятерню Зверева, которая рвет мне волосы.

— Так и быть, можешь не говорить, — опаляет горячим дыханием мне ухо Леон. И я по вибрации чувствую в каком он бешенстве. — Я тебя, суку, по запаху найду.