Часть 42. Байрон

- Рэйриан, почему ты сидишь и ничего не пытаешься сделать? – срываюсь я после очередной лекции, на которую был вынужден пойти под чутким контролем своего наставника.

Мы садимся на скамейку на улице, и я думаю о том, что у Адалин даже такой возможности сейчас нет – она не может выйти на свежий воздух и насладиться прогулкой, потому что сидит взаперти, как опасная преступница.

- А что я должен сделать, Байрон? Заставить тебя учиться по доброй воле? Вообще-то, я могу применить к тебе силу убеждения, если уверен, что готов к этому.

- Я не об этом! – недовольно рычу я. – Адалин там совсем одна. Ты считаешь, что это нормально сказывается на ней? Она недавно узнала о своём клейме, даже не успела привыкнуть к новому миру. Как думаешь, она нормально чувствует себя взаперти?

Какое-то время Рэйриан молчит, потирает переносицу и о чём-то напряженно думает. Он всё-таки отвлекается от своих мыслей, вскидывает голову и недовольно смотрит на меня. Понимаю, что сейчас он прочтёт мне лекцию, какой я плохой, но я даже готов выслушать, если Рэй скажет хоть что-то дельное и поможет вытащить ведьмочку из заключения.

- А что ты предлагаешь? Думаешь, я могу поспорить с ректором? Ты слишком плохо знаешь правила, Байрон. Ты никогда не пытался даже просто подчиняться им. Когда узнал, что Адалин твоя истинная, должен был позаботиться о ней, но вместо этого начал вести глупые игры с никому не нужными секретами. Ты видел, к чему привело девушку неумение пользоваться своим даром. Мне едва хватило сил, чтобы зачаровать всех и лишить воспоминаний. Хочешь, чтобы нечто похожее повторилось? Пытаешься загладить свою вину перед Адалин, ведь если бы её истинный был рядом, то и контролировать свои силы было бы проще. Ничего бы не случилось, а теперь поздно кусать локти. Если она снова окажется среди остальных неподготовленной, нас ждёт повтор, который может оказаться в разы хуже. Хочешь помочь ведьмочке? Занимайся с ней, делись своими знаниями.

- Она отказывается от общения со мной, - честно признаюсь я. – Уже несколько раз пытался составить ей компанию, но она упрямо твердит, что хочет побыть одна.

Понимаю, что пока ведьмочка всячески избегает разговоров о будущем, которое я и сам представляю слишком смутно. Да что там? Не представляю вообще. Узнав, что мы являемся истинной парой, она просто решила огородиться от меня. Обиделась? Наверное, всё так и есть, но распахивать душу и признаваться, почему я решил отказаться от этой связи, не хочу. Зачем? Она, как и все остальные, непременно начнёт жалеть на меня, говорить какой я несчастный… И во что это всё выльется? Полюбит меня? Включит синдром Матери Терезы? Нет. Мне всё это не нужно, да и Адалин тоже.

- И почему я не удивлён, Байрон? – хмыкает Рэйриан, окидывая меня недовольным взглядом.

На лице наставника так отчётливо читается возмущение: зубы плотно сжаты, из-за чего скулы кажутся острее, зрачки сильно увеличились, и осталась лишь радужка цвета морской волны, позволяющая определить цвет глаз. Кажется, что у него даже волосы на голове встают дыбом.

- Что прикажешь мне сделать? Навязываться и мелькать у неё перед глазами?

- Может, хоть раз стоит просто откровенно поговорить? Адалин ненавидит себя, считает, что дело в ней, раз ты пытался отречься от вашей истинности.

- Да плевать она хотела на эту связь! – вспыхиваю я. – Ей эта истинность не нужна ровно так же, как и мне. Хоть в чём-то мы похожи.

- Потому что пока она не поняла, сколького ты её лишаешь.

На последних словах Рэйриан встаёт со скамьи и уходит, оставляя меня одного.

Наверное, он прав.

Может, не стоит мне поддаваться глупым убеждениям? Если бы нас с Адалин не связывала эта проклятая истинность, я бы даже попытался очаровать её. Тогда почему теперь шарахаюсь, как от огня? Не стоит из-за ошибок отца лишать себя возможности стать сильнее и, возможно, по-настоящему влюбиться.

- А я тебя искала!

Мэйла!..

Кого-кого, а вот её ожидал увидеть меньше всего на свете.

- Не в курсе, куда подевалась Адалин?

- Временно у неё индивидуальная программа занятий, - отвечаю я, всем видом давая понять, что разговаривать с некромантом, настроения у меня нет.

Да от неё же на расстоянии разит смертью.

- Я так и подумала. Жаль, если она не появится на балу и не увидит, какая чудесная из нас с тобой получится пара, Байрон. Надеюсь, ты не забыл о своём обещании?

Бал…

Забыл!..

А ведь он совсем скоро.

- Мэйла, мне не хочется тебя расстраивать, но я ужасно танцую. Может, всё-таки ты найдёшь куда более достойного кавалера на свой дебютный бал? Я ведь всё впечатление о празднике тебе испорчу своей кислой миной, - спешу оправдаться я и скрещиваю пальцы за спиной.

Взгляд девчонки темнеет, а кожа на скулах натягивается. Подбородок Мэйлы заостряется, и её лицо обретает форму сердечка. Забавно даже, но мне не до смеха. Какой тут радоваться, когда некромант готовится испепелить тебя одним своим взглядом?

Мэйла зло смотрит на меня – осталось только ножкой притопнуть, чтобы показать, как сильно разочарована моим ответом.

- Ты пойдёшь со мной на бал, потому что дал обещание. И если не сделаешь этого по доброй воле, то пропустишь всё веселье, так как будешь присутствовать там в роли марионетки.

Последние слова звучат угрожающе.

Я мог бы пойти пожаловаться ректору, ведь Мэйла хочет использовать против меня запрещённое заклинание, но понимаю, что сам облажался. Я дал ей слово, а их стоит сдерживать. Тем более, это было магическое обещание.

- Ладно. Только я не говорил, что задержусь там до конца праздника, - бросаю вслед уходящей девчонке.

Как же ненавижу их род.

Мне проблем было мало, что ли?

Теперь ещё думать, как пойду на бал, пока Адалин останется томиться в одиночестве. А ведь мог провести время со своей истинной в тишине и покое.

По крайней мере, сейчас у меня есть шанс сделать это.

Пишу Адалин сообщение, спрашиваю, не нужно ли ей что-то, и могу ли я прийти. Надеюсь получить положительный ответ, но её сообщение расстраивает меня.

Ади: «Байрон, прости, но я устала сегодня, поэтому лягу спать пораньше. До завтра».

Серьёзно?

Тут на её истинного покушаются, между прочим, а она вот так легко отказывается от встреч со мной?

И почему Рэйриан уверен, что она нуждается во мне?

Она же сама отказывается от нашей истинности. И вообще, видеть меня не хочет.

Или дело в моей нерешительности?

Девушки ведь любят плохих парней, которые берут всё нахрапом, а я мало того, что не беру, так ещё и добровольно отказываюсь.