Глава 15

Соня безмолвно опустилась на стул. Слова японца одновременно повергли ее в шок и безумно унизили. Она-то думала, ему нужны ее профессиональные услуги! Хотя в его глазах она, видимо, относилась лишь к определенной квалификации. К щекам девушки прилила кровь.

— Акира, — Соня выровняла дыхание, — я больше не занимаюсь тем, что происходит в Шатре. И подобная сделка между нами невозможна, сумма здесь не важна.

Брюнет напротив и глазом не повел. Он достал из сумки свой неизменный блокнот, маленькую авторучку. Написал что-то и, отодвинув бокал, положил белый листок перед глазами Софьи. Она увидела сумму с пятью нулями.

— Это шутка? — девушка приподняла брови.

— Я серьезен, — иностранец ответил ей на своем языке, — Соня, это лишь мое желание. Вы нуждаетесь в деньгах, не говорите ответ быстро.

Девушка шумно выдохнула и приложила ладони к лицу.

— Вы не поняли, Акира, — сказала она, поднимаясь с жесткого стула, — я не занимаюсь проституцией, никакого ответа быть не может.

— Подумайте, Соня, — крикнул вслед японец.

Но Софья уже прошла к выходу под любопытные взгляды горожан, услышавших громкую непривычную речь.

Она не видела, как Акира кивнул своему спутнику и широко улыбнулся, словно был уверен в успехе этих своеобразных переговоров.

От автобусной остановки до дома Кости Соня почти бежала. Ей нетерпелось побыть одной. Девушке было стыдно и мерзко, похоже, клеймо проститутки теперь всегда будет на ней. По крайней мере, в этом городе. Ей казалось, они с Акирой стали приятелями, он благодарен ей за языковую помощь. А японец банально хочет трахнуть ее, и так сильно, что готов выложить кругленькую сумму.

Соня зашла в уже знакомый подъезд, поднялась по лестнице. Дрожащими пальцами открыла замки, толкнула новенькую дверь. Оказавшись в прихожей, перевела дух. Поддавшись странному порыву, она уткнулась носом в куртку хозяина квартиры, которая висела в узком темно-коричневом шкафу. Подкладка кожаной вещи была холодной и пахла Костей.

Ей страшно захотелось увидеть его сейчас, поговорить, прижаться к его надежной груди. Вместе с этим она понимала, ему лучше не знать о предложении Акиры. Неизбежен скандал, да и отношение к девушке Константин вновь сможет поменять… В растрепанных чувствах Соня сняла пальто, разулась и прошла в ванную.

Она успела вытереть руки и выйти в коридорчик и сразу услышала звук ключа в замке. Дверь распахнулась, но вместо желанного мужчины перед девушкой предстали сразу две женщины. Стройные брюнетки, одна ее ровесница, другая вдвое старше. Соня и гостьи смотрели друг на друга несколько секунд.

— Милая, а вы кто? — протянула взрослая женщина. Голос показался Софье знакомым.

— Наверное, Костик нанял новую домработницу, — спокойно предположила холеная молодая, — на вора она мало похожа.

— Вы здесь работаете? — с наигранной вежливостью поинтересовалась первая собеседница.

Соня решила не врать.

— Нет, я не занимаюсь уборкой, — прямо ответила она, — меня пригласил Константин.

Брови темноглазой девушки напротив взлетели вверх, лицо покраснело. Ее явно бросило в жар. Взрослая же как-то странно засуетилась.

— Ой, ладно, девочки, меня там ждет брат, — она все же внимательно оглядела Соню, — я заберу свое кольцо, Костик сказал, оно на полке над телевизором. А то еще потеряется, а это подарок мужа. Все время забываю где-то вещь!

Она грациозно унеслась в комнату, не снимая сапог, и тут же вернулась, попутно натягивая на средний палец массивный перстень с зеленым камнем.

— Марусь, приятно было увидеться, — женщина повернулась к спутнице, — удачненько мы столкнулись. Ну, мне пора, мы с Муратом собрались посетить кинотеатр.

— Мне тоже очень приятно… — пробормотала молодуха. Рассеянным взглядом она проводила заполошную пожилую брюнетку и повернулась к Соне. В глазах в мгновение появился металл. — И откуда же ты взялась?

Соня поняла, это та самая девушка Кости. У нее есть ключи от квартиры, а в агрессивном тоне чувствуются собственнические нотки. У Софьи не было сил воевать с напористой женщиной, но и выслушивать гадости она не собиралась.

— Вам лучше поговорить обо всем с Костей, — сказала она гостье, — если вы останетесь ждать его здесь, я уйду.

Брюнетка подошла к Соне и посмотрела на нее сверху вниз.

— Спасибо за разрешение, только оно мне не требуется. Значит, Костик кого-то нашел… Вот ведь. Что-то мне подсказывает, вы сотрудница известного здесь Шатра. Определенно, не зря он туда мотался. Если бы у него появился кто-то нашего круга, мне бы сообщили, и вид у вас… Вы вообще в курсе, что Константин помолвлен?

Последняя фраза прозвучала громко и зло. Соня ничего не ответила.

— Молчите… Я могу вас понять, все мы хотим устроить свою жизнь. Только дам совет — переключитесь на кого-то другого. У Кости уважаемая, консервативная семья. Достоинство и честь для них — не пустой звук. Мы давно вместе, считай супруги. Естественно, он слегка заскучал, захотел разнообразия. Знаете, если годами питаться в ресторане, рано или поздно захочется дерьма из быстропита.

Соня вздернула подбородок, ситуация начинала ее раздражать. Почему она должна объясняться с подругой Кости и слушать оскорбления?

— Знаете, — она собрала крупицы воли, — разбирайтесь сами со своим без пяти минут мужем. Мне он сообщил, что свободен. Да и отчитываться за свою личную жизнь перед посторонним человеком я не собираюсь. Вы остаетесь? Значит, ухожу я.

Софья прошла мимо брюнетки к шкафу и достала пальто.

— Не суетитесь, — откликнулась та, — я заберу портфель с бумагами и поеду на работу. Вы думаете только о себе. Подумайте о нем, ведь он наверняка не сделал вам ничего плохого. Вы ведь подставляете его. Что подумают о нем родственники, коллеги? Для Кости важен его статус. Он уважаемый человек, врач. А связался с девицей из борделя! Если в вас есть хоть капля человеческого, перекиньтесь на кого-то другого! В городе полно богатых людей, которым по боку моральные нормы.

Выдав Соне эту эмоциональную речь, красавица взяла чемоданчик, стоявший здесь же, в углу за пуфиком. Открыла входную дверь и с высоко поднятой головой вышла. Соня прислонилась спиной к косяку.

Она осталась в квартире и бесцельно бродила из комнаты в кухню и обратно, присаживалась на минуту в кресло, останавливалась у окна. О приказе Кости хорошо поесть она даже не вспомнила, да и аппетита не было. В голове метались мысли.

Соня не знала, что ей делать, насколько права самоуверенная брюнетка. Девушка с репутацией проститутки действительно может попортить жизнь мужчине родом с Кавказа. С другой стороны, Костя не маленький мальчик и вступил с ней в отношения совершенно добровольно.

Дом Константина заполнял сумрак, поздней осенью темнеет рано. Пока мужчина не вернулся, Соня решила принять душ. Она любила постоять под ласковыми струями воды, возможно, они подскажут ей лучшую линию поведения.

Она не знала, сколько минут простояла в кабине. Внезапно послышался щелчок ручки межкомнатной двери. Сердце девушки забилось в горле.

— Сонь, не пугайся, это я! — сообщил Константин.

Страх отступил, но его присутствие в санузле волновало. Софья думала, хозяин квартиры помоет руки и выйдет, но он подошел к душевой и приоткрыл дверцу.

— Привет.

Высокий мужчина без труда достал ее губы и коснулся их сильным коротким поцелуем.

— Привет, — выдохнула Соня.

Он был уже без пиджака, в одной белой рубашке с расстегнутыми сверху пуговицами. По ее телу пробежался темный взгляд, Костя взялся за свой ремень. Расстегнул, быстро разделся и оказался рядом. Соня только изумленно ахнула.

— Я весь день думал о тебе, — прошептал Константин и прикусил ее ушко.

— Мм…

Соня скользнула пальцами по крепкой спине и бедрам. Его близость вышибала все мысли и сомнения. Соня ощутила возбуждение так быстро, словно не она занималась любовью всю прошлую ночь. Костя тоже хотел ее, она чувствовала распираемую желанием мужскую плоть своим животом.

Костя страстно целовал ее губы, ладонями крепко сжимал грудь. Волна сладкой боли пробежала по ее телу, и Соня застонала в нетерпении. Он не стал мучать ее и себя, чуть приподнял, прижал к себе и стенке кабины.

Каждое скользящее движение внутри отзывалось удовольствием и стремительно приближало Соню к пику. Громкие стоны, вскрик. Она почувствовала взрыв наслаждения внутри. Костя тоже содрогался, продолжая ее обнимать.

Девушка надела привычную теплую рубашку, волосы сушить не стала. Костя уже хлопал шкафчиками на кухне, и она поспешила к нему. В животе урчало.

— Соня, ты почему ничего не съела? — поинтересовался мужчина, когда она робко присела на край табурета.

— Не знаю, не хотела, — пожала плечами его собеседница.

Константин только покачал головой.

— Здесь есть курица, и где-то был рис… Сейчас я разогрею, — сообщил он.

— Давай помогу? — предложила Софья.

— Ты можешь порезать огурцы и помидоры, если не сложно, — улыбнулся Костя.

— Да уж чего трудного?.. — пробормотала Соня.

Она достала из холодильника овощи и положила их в мойку. Закатала рукава, включила воду. Кран зашумел, но сквозь звук вдруг начало пробиваться еще что-то.

— Похоже, мой телефон, — нахмурился Костя и вышел из пищеблока.

Соня не обратила внимания, занялась салатом.

Константина не было долго, Софья уже успела покрошить овощи и дожидалась его, чтобы уточнить насчет заправки. Есть хотелось неимоверно, но торопить мужчину она не решалась. Вдруг там срочные дела. Костя вернулся озадаченным.

— Соня, сядь.

Он смотрел серьезно, в душе Сони появился страх. Она опустилась на диван и с трудом выдерживала взгляд темных глаз.

— Дядя сказал, ты сегодня встречалась с Акирой.

Соня почувствовала, как ее щеки закололи мелкие иголочки.

— Да, — подтвердила она.

— Ну как же так, Сонь, — Костя выглядел расстроенным, — ты ведь говорила, не занимаешься… этим. Почему ты согласилась?

— Чего? — Соня округлила глаза и встала. — Ты о чем вообще?

— Японец предложил тебе нехилую сумму за секс, и ты пообещала ему. Сонь, я прекрасно понимаю твое положение. Но как же мы? Я ведь обещал тебе помочь.

— Костя! — выдохнула девушка. — С чего ты взял, что я сказала да? Я отказалась сразу.

— Почему тогда мой дядя говорит обратное? Он был с вами.

Соне казалось, светлый паркет кухни уезжает из-под ее ступней.

— Я ничего не понимаю, Костя, — искренне произнесла она, — если ты мне не веришь… Я не знаю, как тебе доказать.

Костя смотрел на испуганную девушку, и у него разрывалось сердце. Снова эти моральные противоречия.

Дядя Мурат позвонил, чтобы пригласить его к себе. Пожилому мужчине стало лучше. Сегодня он захотел собрать членов семьи за ужином у себя дома, пригласить гостя из Японии. Хотя Акиру не нужно было звать, они ездили весь день вместе по городу и на одной машине прибыли в особняк.

Костя вежливо отказался, сказав, что у него личная встреча. Тогда дядя спросил в лоб, правда ли он завязал отношения с девушкой, работающей у Риммы.

Хоть Костя и не любил отчитываться о своих делах, дяде он откровенно рассказал о Соне. Что она не работает больше в Шатре, да и не занималась там проституцией по сути. Но старик лишь крякнул.

— Костя, ты, чувствую, влюбился. Но прямо сегодня Акира снял твою пассию на ночь за большие деньги. Потом он звонил Римме, забил у нее комнату на послезавтра. Мне, кстати, Римка звонила, рассказала, что происходило, пока я в больнице лежал. Сынок, ты честный и добрый, но девка просто задурила тебе голову! Римма ее прекрасно знает, она себе на уме!

Соня говорила противоположное. Константин не понимал, кому верить. Девушку он знал недолго, и ведь она месяц врала родной матери про свою занятость, что мешает поступить также с ним? А дядя прежде во лжи замечен не был. Да и не чувствовал Костя от него таких вибраций. Соню же он просканировать не мог, даже при зрительном контакте он натыкался на прочный защитный блок. (3303c)

Софья молчала, глядя на него, потом кивнула головой и, уже пряча взгляд, ушла в комнату. Костя замер и смотрел в окно. Через несколько минут шаги Сони послышались в коридоре. Звук молний на осенней обуви, потом она взяла с вешалки пальто.

— Знаешь, Костя, — из прихожей послышался дрожащий, но решительный женский голос, — наверное, это и к лучшему. Ты никогда не сможешь воспринимать меня как нормального человека, равного тебе. Я навсегда останусь в твоих глазах проституткой. Тем более ты почти женат, твоя девушка была здесь сегодня. Возвращайся к ней и не дури себе голову. И никому больше…

Конец фразы сорвался, и тут же хлопнула дверь. Константин так и стоял, словно окаменевший. Он чувствовал себя преданным одновременно и ею, и дядей, и всем миром.