Глава 3

— Кость, а я еще раз повторяю, нет сейчас крайней необходимости тебе по отделению шарохаться. Слава богу, дядя Мурат стабилен. Разговаривать ему сейчас нельзя, ты же должен понимать!

— Саш, ты тоже меня услышь. Он надумает в какую-нибудь Германию лететь и отказ напишет послезавтра, — Константин своей высокой статной фигурой навис над щуплым приятелем, заведующим реанимацией городской больницы, куда привезли на скорой его дядю.

— Вот послезавтра и приходи, — припечатал Александр, — а сейчас прости. У меня девчонки все в декрет поуходили, работать некому. И некогда мне с тобой вести дискуссию.

— У вас всегда работать некому, — пробормотал Константин.

— Ну извиняйте, это не частная клиника. А везут все равно всех к нам.

Он надел голубую шапочку и побежал вверх по щербатой лестнице. Они разговаривали в пролете меж этажами. Костя вздохнул и в свою очередь зашагал вниз.

Сегодняшний день начался странно, а закончился просто ужасно. Маруся вызвалась было дождаться его, поддержать, но Костя убедил ее уехать домой, сказав, что будет поздно. Уже в машине он вновь подумал о Соне.

Если бы он не увлекся ей, возможно, сейчас все было бы спокойно. Или не будь ее репутация такой запятнанной… Он бы нашел ее через терапевта Диму, встретился с ней в приятной обстановке. Костя вспомнил ее глубокие глаза-хамелеоны, то серо-зеленые, то зеленовато-карие. Он почти услышал, как она говорит своим строгим голосом: «Не дергайтесь, Константин. Вы же мужчина и ответственны за семью. Все будет хорошо!» Костя хмыкнул — он бы ей, наверное, поверил.

Константин вернулся в больницу через два дня. Мурат был еще в палате интенсивной терапии, но племянника туда все же пустили.

— Скажи, я совсем покойник, раз ты проскочил в реанимацию? — обклеенный трубками пожилой мужчина тяжело дышал.

— Нет, дядя, ты не покойник. Это я доктор с некоторыми связями в этом городишке, — успокоил старика Костя.

— Ясно, — просипел Мурат, — ладно. Забеги ко мне в контору, возьми у секретарши ключи от дома. Так, на всякий случай. И еще есть одно дело… Ты уж прости.

— Что случилось?

Косте было больно смотреть на беспомощного Мурата, хоть он и чувствовал, дядя выкарабкается.

— Помнишь, у меня было двое друзей? Семен и Славка. Они недвижкой занимались, оба моложе меня.

Константин только пожал плечами.

— У Семена в «Паруснике» был офис? — Костя имел в виду большой бизнес-центр, напоминающий морское судно.

— Да, — прикрыл глаза Мурат, — Семена уже нет, он умер рано. Они со Славкой были, как ты… Могли и видели больше, чем простые люди. Особенно Славка на этом помешался, у Семена-то семья была. А Слава все в Японию ездил, учился там у местных этим всяким колдовским штукам… Так потом и остался там. И там умер, допрыгался.

— Ты из-за этого что ли так распереживался? — нахмурился Константин.

Мурат скривился в сомнениях.

— Не важно, сынок. У Славки в Японии был хороший товарищ. Наполовину наш, наполовину японец. И Славка ему завещал съездить к себе на родину, то есть сюда. Привезти какие-то документы, что-то еще… Ну и вроде как посмотреть здесь всё, а Славка его глазами тоже всех увидит.

— Что за бредятина? — засмеялся Константин. — А друг чего?

— Приехал!

— Да ладно, — изумился Костя, — дурит поди тебя?

— Так, Костя, — нахмурился Мурат, — это правда. Он ему даже денег оставил на поездку.

— Дядя, человек реально разбирающийся в эзотерике, никогда не выдаст подобное гониво. Он его будет перед каждой встречей призывать? Тем более, душе не нужен попутчик и билеты, чтобы почувствовать близких перед окончательным уходом.

Мурат задышал глубже.

— Костик, ты если не хочешь помогать, так и скажи. Зачем мне голову морочишь? Человек — мой гость, от друга. Я, может, скоро тоже, — он посмотрел вверх, — вон молодежь пачками уходит. Исполнить последнюю волю Славки для меня честь.

— А чем помогать-то? — не понял Константин.

— Ты видишь, что со мной? Врач говорит, дело затянется надолго. А Акира уже в гостинице, которая возле университета. Нужно его повозить по городу, все показать. С Риммкой он хотел увидеться, Слава знал ее.

— Он же наполовину русский, какие проблемы?

— Да он по-русски знает мама, папа, иди на хуй. Его родители развелись, он рос с отцом. В общем, Костя, выполни мою последнюю волю! Уважь моего гостя.

Костя глубоко вздохнул — час от часу не легче.

— Дядя, ты не при смерти, — устало проговорил он, — хорошо, займусь я твоим туристом. Где взять его координаты?

***

Помощник и личный охранник Мурата Стас толкнул тяжелую дверь здания ночного клуба. Было раннее утро, а «свои» ребята не спешили расходиться. Все пребывали в нервном возбуждении, ведь от жизни хозяина напрямую зависела обеспеченность их собственного существования. На душе самого Стаса тоже скребли кошки, и хоть он был за рулем, все равно пропустил небольшую рюмку в пустом баре.

Стеклянными глазами он осмотрел видавшее виды оформление танцевального зала, лениво ползающую меж диванов и столов уборщицу средних лет. Здесь все было темно-серым, кое-где висели старые фотографии — людей на львиной доле Стас не знал, это были какие-то звезды прошлых лет. А Стасу еще и двадцати пяти не исполнилось. Мурата он воспринимал не то как отца, не то как дедушку, которых у парня никогда не было. Внутри было паршиво…

Парни наверху что-то бурно обсуждали. Стас решил проконтролировать, какая забота появилась у людей хозяина, пока тот «загорает» в больничке. Он слез с высокого стула и, играя мышцами под облегающей белой футболкой, поднялся по лестнице.

— Я тебе говорю, накажу эту тварь! Смотри, что она сделала!

Толстый парнишка лет двадцати демонстрировал высокому тощему товарищу красный глаз.

— Ее забрал племянник шефа. Хотя он по таким девкам не любитель. Может, у них там чего… А ты полезешь. Не советую брать хозяйские вещи, — он меланхолично прикурил. Парень явно был сообразительнее многих в этой квадратной вип-комнате.

— Его тоже можно… — вдруг заявил рыжий молодой человек, которого Стас снял с вредной проститутки. Встретившись глазами со Стасом, тот тут же со скучающим видом взялся за пиво.

Стас подошел к нему впритык.

— Тебе заняться нечем, Егорка? Так иди, помоги Любе, она, видать, после вчерашнего еле двигается по ресторану. К Константину Константиновичу даже не суйся. Узнаю, тебя никуда не возьмут. В дом инвалидов только, на постоянку, — он зло рассмеялся.

Рыжий промолчал, нарочно медленно отпивая пиво.

Стриптиз-клуб Риммы кроме разнообразия услуг быстро набрал обороты еще и потому, что открылся в одном из популярных мест в городе. Здание развлекательной точки называли шатром, из-за необычной круглой формы. Когда-то здесь пытались открыть цирк, но идея погибла на корню из-за маленькой численности населения и близости к Москве. Обеспеченные мотались за развлечениями в столицу, а у бедных и на провинциальный досуг денег не было. Поэтому помещение стали передавать из рук в руки.

На долгое время здесь задерживался лишь увеселительный бизнес. Дешевая выпивка, не особо строгие правила. Сюда подтягивались и порядочные семейные, уставшие за рабочую неделю, и криминальные ребятки, и рвущаяся познать мир молодежь. Городская интеллигенция недолюбливала это строение, ведь его возвели в самом центре, недалеко от маленького уютного парка. Планировали-то принимать в гостях детей.

Рыжий взял с собой толстяка. И только Стас пошел объясняться с поставщиками рыбы, те свалили из клуба Мурата. Пара остановок троллейбусом, чтобы не привлекать внимания, и молодые люди были в центре. Дул пронизывающий ноябрьский ветер, утра были холодными. Но залитое в организм пиво еще грело, плюс они, не переставая, курили. Сидели на скамейке средь голых деревьев, переговаривались, сверлили глазами вход в Шатер.

— Вон она!

Толстяк, несмотря на травму глаза, оказался более наблюдательным. Рыжий очнулся и тоже увидел, как тоненькая фигурка выскользнула из входа в клуб. Им даже идти никуда не надо было, Соня двигалась по аллейке в их сторону.

Они зажали ее с двух сторон в доли секунды.

— Эй, ребята, вы чего?! — девушка прищурилась и попыталась обойти толстого.

— Не узнаешь? — нетерпеливо вскрикнул тот и показал пальцем на свое лицо с алеющим глазом. Со злостью он крепко схватил Соню за запястье.

— Ай! — девушка со свистом втянула воздух от боли.

— Тихо, Павлик, — рыжий медленно заговорил, — ну и че? Нормальных ребят обслужить не захотела, а с богатым чуркой быстро побежала? Взял он тебя содержанкой или зря старалась?

— Вы о чем вообще, — нахмурилась Софья, — отпустите!

Но ее крик развеял ветер по пустому парку. Вдалеке показалась старушка с собачкой, которая, увидев разборки, быстро ретировалась в сторону остановки.

— Сейчас поедешь с нами и сделаешь, что скажем, по полной программе! Бесплатно. А твоего длинного хача мы потом оформим. А то приехал русским пацанам кайф обламывать.

Он ухмыльнулся, с удовольствием наблюдая, какой ужас отпечатался на лице ненавистной девицы. Она попыталась дернуться, но Павлик держал крепко.

— Я позвоню Владу, он отвезет, — кинул толстяку рыжий и отошел.

Но только в трубке послышался голос приятеля, их оглушил пронзительный свист. Пожилой мужчина в тренировочном костюме бежал прямо на них по тропинке и дул в свисток.

— Дед, заткни дупло, — поморщился Павлик.

— Сейчас, внучек, — мужчина поравнялся с ними и согнулся, тяжело дыша. Павлик залыбился и тут же получил резкий удар локтем во второй глаз. Рыжему старик заломил руку так, что мобильный отскочил на несколько метров. Бабки на остановке вмиг подняли вой, что обижают пожилого человека.

— Беги, дочка, — моргнул Соне дедушка и снова что есть мочи засвистел в свисток.

Соня заскочила в первый же подъехавший автобус. Заплатила за проезд и трясущимися руками достала телефон.

— Рим, ты не знаешь, как найти племянника этого твоего друга… Ну у которого клуб в промзоне? Эмм… А телефона нет? Да я у него кое-что прихватила по ошибке, нужно отдать.

***

По вторникам и четвергам Константин вел прием в крупнейшем в городе диагностическом центре. Ему вполне хватило бы дохода от своих личных пациентов, приходящих в основном по рекомендации. Но они рассчитывали на его сверхсилу, иногда даже по традиционной медицине проблем и вовсе не было. А Костя не хотел терять квалификацию. Не зря же он оканчивал университет и ординатуру. Здесь он консультировал как обычный терапевт.

— Сдадите анализы и снова ко мне, — мягко проговорил он кокетливой блондинке. У некоторых дам красивый и обходительный Костя был любимым доктором.

— До встречи, Константин Константинович! — женщина ослепительно улыбнулась и скрылась за дверью.

В кабинет тут же заглянула сотрудница регистратуры. Костя посмотрел на нее вопросительно.

— Кость, там тебя какая-то девушка спрашивает, не пациентка. Вроде знакомая, но номера твоего нет. Выйди, она выглядит адекватно.

Константин удивился, но решил все же узнать, кто его разыскивает. При виде персоны у стола регистрации он вскипел.

— Опять вы!

Соня вздохнула.

Он взял ее за запястье и под любопытные взгляды вывел на большое крыльцо. Белое здание с большими окнами простиралось над ними далеко вверх. На Косте был такого же цвета халат. На Соне черное пальтишко, не совсем по погоде. Они стояли напротив.

— Что вам еще нужно?! — воскликнул Константин. Эта девица явно вознамерилась никогда не исчезать из его жизни! Мало того, что он из-за нее проморгал дядю…

— Я пришла предупредить, люди вашего дяди… Толстый Павел и рыжий, не знаю имени, решили вам отомстить. Ну за тот случай… — она поежилась.

— Какой еще случай?! — Костя толком ее не слушал.

— Когда вы увезли меня из клуба. Они агрессивно настроены…

— Послушайте! — Костя перебил ее. — Разбирайтесь сами с вашими клиентами! Чего вам нужно? Денег дать за эту бесценную информацию?!

Костя говорил громко. Пожилая женщина, входящая в центр, обошла его как можно дальше. Соня молчала и изумленно смотрела на него.

— Сколько? — мужчина полез в карман рубашки.

— Я просто хотела предупредить… — сказала девушка медленно. А потом быстро повернулась и пошла прочь. Костя заметил, как она дотрагивается до глаз, видимо, убирая слезы. От этой картины он пришел в себя, осознал, зачем она пришла. Бросился следом.

Соня шла не к выходу, а на парковку, видимо, заблудилась. К ней навстречу уже зашагал охранник. Костя махнул ему, чтобы тот не беспокоился. Сам он быстро догнал девушку.

— Софья! — он медленно развернул ее за плечи. Ее локоны были убраны назад, открывая миловидное лицо. Она прикусывала губу и очевидно изо всех сил старалась не расплакаться.

Он уже видел ее рыдающей тогда, в палате. Но там она была под воздействием заговоренной настойки. А сейчас? Под влиянием отвара дерева «Мудак обыкновенный»? Костя чувствовал, как затылок обжигает стыд. Кем бы она ни была, Соня появилась на пороге его работы только, чтоб предостеречь мужчину. А он продемонстрировал злобное хамство.

— Соня! — она не смотрела на него. — Простите меня! Не буду оправдываться плохим днем или проблемами… Это только моя невоспитанность. Хотя родителей не в чем упрекнуть, они все делали, чтоб я вырос достойным человеком. Это уже моя личная потеря самоконтроля. Ну?.. Не нужно расстраиваться из-за идиотов.

Он притянул девушку к себе, напрочь забыв о недавней брезгливости. Его последняя фраза вызвала у нее смешок и в то же время прорвала плотину, сдерживающую сдавленные эмоции. Вздыхая и шмыгая носом, она разревелась у него на груди.

Константин гладил худенькую спину, мягкие волосы. Прижимал к себе крепко, закрывая руками и широкой спиной от всего мира. Ощущал кожей, как нужно ей это сейчас, и гнал мысли о статусах и недавние обиды. Но у него все же не укладывалось в голове, как эта ранимая девушка с разумной речью может быть проституткой… Зачем она пошла на это? Такая деятельность — клеймо на всю жизнь.

Соня отстранилась и воскликнула: — Ой!

Костя проследил за ее взглядом и посмотрел на свой халат. На груди были разводы от слез и макияжа.

— Ничего страшного! — поспешил заверить ее он. — Спасибо вам. Я обязательно разберусь с этими людьми.

Соня выдохнула.

— Я, наверное, пойду, — проговорила она.

Костя ощутил в душе тонкую иглу грусти. Странно, ведь он и мечтал избавиться от Сони навсегда. Она, видимо, ждала какого-то ответа и стояла перед ним с недосохшими слезами. К необъяснимой досаде примешивалась жалость. Он и не думал, что настолько сердоболен.

— Давайте, я вас отвезу? — получилось все же неуверенно.

— Вы ведь на работе, — Соня на удивление не отказалась сразу и категорически.

— У меня должно быть окно. Постойте здесь, не уходите! — Костя быстрым шагом направился в сторону диагностического центра.

Уговорил коллегу принять одну пациентку, взял ключи и документы. Пообещав администратору вернуться максимум через час, Константин почти бежал на парковку. Отчего-то была мысль, Соня уйдет. Но она стояла у его черной машины.

Костя открыл дверь места рядом с водителем, Соня села. Костя тоже залез в авто, помог девушке пристегнуть ремень, ее руки совсем отмерзли и не слушались.

— Какой адрес? — осторожно спросил он.

Соня нахмурилась.

— Давайте в Шатер.

Он кивнул.

В дороге они молчали. А о чем разговаривать? Соня клевала носом, и сейчас Костя был бы совсем не против, если бы она поспала. Сам он гонял в голове противоположные мысли.

Соня его, черт возьми, зацепила. Даже роль проститутки не отпугнула его на сто процентов, хотя шуганула нехило, чего уж. Но постепенно первые эмоции улеглись, и он снова ощущает толику тепла к этой девушке. Задаться целью и узнать о ней все? Взять отпуск, уйти в горы и забыть? Смириться с судьбой и жениться на проститутке? Последней идеей Костя просто посмеялся над собой, чтобы развеять внутреннее напряжение.

Он притормозил у клуба Риммы и увидел, что Софья окончательно уснула. Константин смотрел на ее умиротворенное лицо со следами размазанной косметики. Будить было жалко. Опять жалость… Раньше он терпеть не мог это слово, считал его уничижительным. В отношении Сони оно играло другую мелодию. Было своего рода разрешением позаботиться о ней хоть немного.

Костя решил дать ей поспать еще чуть-чуть. Потом придется вернуться на службу, да и девушка, возможно, опаздывает. Потом еще и всыплет ему. Мужчина усмехнулся.

Сегодня вечером он попробует настроиться на нее и заглянуть в ее реальность. Пусть это будет неэтично, но он больше не может метаться в странных чувствах без опоры под ногами.

Кабинет для частной практики Константин снимал недалеко от своей квартиры. Это было удобно, после сеансов часто не было сил даже сесть за руль. Вернувшись в свой район после рабочего дня в диагностическом центре, Костя поставил машину в своем дворе, обошел дом и, свернув направо по улице, оказался у небольшого офисного центра.

Вахтер не был рад позднему гостю, но вида старался не показывать. Оторвавшись от маленького телевизора, он вышел из своей комнатки в тесный холл.

— Долго работать будете? — поинтересовался пожилой мужчина у Кости.

— Не знаю, — тот пожал плечами и быстро добавил, — я никого не жду, посижу с бумагами.

— А-а, — сотрудник сразу потерял к нему интерес.

Костя отпер темно-коричневую дверь, включил свет. Комната не была похожа ни на кабинет врача, ни на кабинет мага. Обычный офис, который мог снять себе нотариус или удаленный бухгалтер. Здесь были светло-голубые стены, квадратный черный стол с двумя стульями на противоположных краях, узкий потертый диван в углу.

Необычный доктор заперся и начал готовиться к сеансу. Чтобы сконцентрироваться, он зажег толстую синюю свечу. Смотрел на огонь, потом закрыл глаза. Все отчетливее ощущал текущую в нем энергию. Когда почувствовал ее силу, попытался настроиться на Соню. Но все по нулям…

Может, он ослаб с этими метаниями? Хорошо, поэкспериментируем. Костя вновь вошел в легкий транс и подумал о Машке. Обоняние сразу защекотал запах рыбы. Перед глазами мелькнула картинка его плиты. Значит, девушка у него и готовит ужин. Больше «смотреть» он Марусю не стал, у них был определенный договор на этот счет. Мужчина не нарушал личного пространства любовницы. Да и силы тратить не хотел.

Снова перекинулся на Соню. Но кроме воспоминаний в голове ничего не рождалось. Что за фокусы? Костя вернулся к действительности, погасил огонь. Поднялся на ноги и отошел к окну.

Мелькающие машины все больше возвращали его в реальность. Он не может ее пробить, стало быть, там защита. И нехилая. Костя мог похвастаться своим опытом, всякие любительские обереги и талисманы пробивал на ура.

М-да… Сильная магическая блокировка на девочке по вызову. Почему тогда сработал ритуал в больнице? Ах да, там была настойка. Хотя существовал ли вообще этот страх раздевания? Ведь она же как-то продает свое тело. Получается, она врала… Но так сыграть сильнейшую истерику… Да он и ощущал от нее волны паники.

Косте казалось, он сходит с ума. Логичный вывод напрашивался сам собой — нужно просто выкинуть из головы эту Соню! Он не будет держать обиды, осуждать. Пусть она живет, как хочет, и занимается тем, что умеет.